Заполучение Москвы

Сердце бьёться с бешенной скоростью, Саша судорожно вздыхает. Гон наступил совсем недавно, но уже мучил Петербург по полной программе, не давая ни отвлечься на отдых, ни закончить работу. Всё тело горит и желает, а в мыслях только один он. Москва. Александр старался весь день не пересекаться с ним, учитывая своё состояние, но безумное желание целовать и обнимать не исчезало не на секунду, преследуя его тяжким и неотъемлемым грузом. Однако, он совсем не хочет сделать Москве неприятно, он ещё не научился полностью контролировать себя во время гона, а это означало, что что-то могло пойти не так.. Он зажмуривается и мотает головой в разные стороны, стараясь отогнать все плохие мысли. Руками крепко хватается за свой рабочий стол, откиваясь головой на спинку кресла. Дверь отворяют с тихим скрипом и неторопливым шагом подходходят к Романову. Александр, не открывая глаз, уже было хотел рявкнуть на пришедшего, чтобы тот шёл вон и не беспокоил его сейчас, но неожиданно почувствовал мягкое прикосновение знакомых рук к своим плечам. — Михаил..— Московский давно велел называть его просто Мишей, но Саша ещё не до конца привык к этому и частенько обращался более официально. — Как ты? — Михаил аккуратно помассировал плечи Романова, помогая ему хоть немного расслабиться. — Если честно, так себе.., — Александр слегка улыбается, приоткрывая глаза и благодарно смотря на Московского, положил свою руку на руку того. — Тебе лучше не находиться сейчас здесь.. — Почему же? — Михаил вдруг хитро сверкнул глазами, опуская руки и обнимая Романова за шею. — Вполне могу. Петербург сглотнул. Родной аромат мёда окутал его с головой, заставляя всё больше утопать в желании. Он не противиться, разворачивается и обнимает Москву за талию, утыкаясь лицом тому в грудь и вдыхая глубоко. Запах голову кружит с каждой секундой всё сильнее, желание прикасаться тоже не отстаёт. Его любимый Москва рядом. — Миш..— он поднимает уже поплывший от накатившего возбуждения взгляд на своего возлюбленного, который зарывается руками в его волосы и мягко перебирает кудряшки. — Нам можно, Саш, можно. — Михаил наклоняется, утягивая Александра в поцелуй. Руки Романова начинают слегка трястись. Московский не против и полностью ему доверяет даже в состоянии гона. Романов пускает в ход язык, иследуя рот Московского. Михаил тихо постанывает в поцелуй, прикрывая глаза. Александр неожиданно отстраняется и подхватывает вскрикнувшего от неожиданности Михаила под бёдра, быстро подходя к кровати и аккуратно укладывая на неё Московского. Михаил блаженно прикрывает глаза, пока Романов медленными и тягучими поцелуями покрывает его шею. Хочеться всего и сразу, но Петербург сдерживается, не желая причинять любимому и малейшей частички боли или некомфорта. Он знал о ужасном периоде детства Миши и одна лишь мысль, что он каким-то образом напомнит о нем Московскому вызывала у него дрожь и ужас. Расцеловав каждый милиметр шеи Михаила он отстраняется, глядя любимому в голубые возбуждённые глаза. — Ты точно уверен? – как бы Саше не хотелось продолжения он не мог рисковать состоянием Москвы. Если Миша вдруг скажет ему прекратить то он тут же остановится, в незвисимости от того, как гон будет на него действовать. — Да, я уверен, — Миша мягко ему улыбается, игриво чмокнув в губы. — А ты готов разделить свой первый раз со мной? — Московский слегка наклонил голову в бок, хитро щурясь. Саша заливается румянцем до самых ушей, слегка кивая. Первый раз с Москвой.. Москва неторопливо растёгивает рубашку Александра, поглаживая по груди. Петербург рвано вздыхает, проворачивая тоже самое и с Михаилом, только вместо поглаживаний сразу целуя всю грудную клетку. Тихие вздохи сверху лишь сильнее его раззодоривают. Он прикусывает молочную кожу, сразу зализывая место укуса. Руки небольно, но крепко сжимают талию Московского, пока сам Михаил плавится от приятных прикосновений, поцелуев и укусов. Саше хочеться прочувствовать всего Михаила, хочеться бесконечно целовать, в чём он себе не отказывает. Миша полностью утопает в нежностях, упуская момент, как оказывается голым. Он приоткрывает глаза, замечая взгляд Петербурга и моментально остолбевая. Зрачки Романова расширились, чуть ли не полностью заслоняя радужку. Он смотрит с полным восхищением, обожанием и огромным желанием. Саша прикусывает нижнюю губу, разглядывая тело Московского. Расцелованная, покрасневшая местами расцелованная кожа, слегка согнутые колени и подрагивающие бёдра сводят его с ума. Тяжесть возбуждения оседает снизу живота, завязываясь в тугой ком желания. Он приподнимает Михаила за бёдра как заворожённый и наклоняется к ним, покрывая поцелуями и уже яркими укусами. Москва вздрагивает и блаженно закатывает в глаза, позволяя себе тихо стонать и ощущая стекающую по бедру смазку. Её замечает и Саша, отвлекаясь от покусывания внутренней стороны бёдер Московского и наблюдая за белёсыми капельками, которые ожидаемо очень манят его. Он аккуратно слизывает смазку, вызывая табун мурашек у Москвы, который краснеет по самые уши от такого. Саша подмечает, что она такая же сладкая как и запах мёда, хорошо сочетается. Он слизывает её с ещё большим удовольствием, улавливая стоны Первопрестольной. Александр заглядывает в голубые глаза напротив, расплываясь в улыбке. Ароматное масло в тумбочке от находит довольно быстро, смазывая пальцы правой руки им. — Ты готов? – осторожно спрашивает Петербург, подставляя пальцы ко входу в тело. — Да.. — Михаил расслабляется и тихо стонет, почувствовав проникновение одним пальцем. Романов растягивает его аккуратно и бережно, но до одури приятно, добавляя через время второй палец, то раздвигая их, то сгибая наподобие крючка. Московский задышал намного чаще, слегка прогибаясь в спине, а после и вовсе сорвался на громкий стон, впиваясь пальцами в кожу спины Александра и широко раскрывая глаза. Петербург считывает эту реакцию, на пробу снова толкаясь пальцами в том же направлении. Михаил вздрагивает всем телом и цепляется за крепкую спину только сильнее, запрокидывая голову и не стесняясь снова издать громкий стон. — Нашёл. — заворожённо проговаривает Романов, делая ещё пару подобных толчков. Михаил начинает сходить с ума от стимуляции не только сзади, но и спереди, ведь Александр, продолжая растяжку, облизывает головку чужого члена, слизывая смазку и оттуда. Он ощущает приятную дрожь, как головку его члена окольцовывает горячий рот, длинные пальцы, которые так идеально попадают по простате и ему хочеться выть от того, насколько ему сейчас хорошо. Мучают Московского ещё пару минут, после чего пальцы вытаскивают под разочарованный стон самого Михаила. Неприятное чувство пустоты приносит дискомфорт, он приподнимается на локтях, поднимает взгляд на Романова, дабы поторопить, да только несколько раз моргает и сглатывает, замечая уже успевшего полностью раздеться Александра. Форфоровая кожа, в меру крепкое тело, тонкие, но такие сильные руки, возбуждённый до предела взгляд и горячее дыхание Романова всё больше его опьяняет, но следует только опустить глаза вниз.. Ох.. Член у Александра оказался явно больше и длиннее, чем он думал. Ярко выделяющиеся венки пульсировали от накотившего возбуждения и гона. Как только он смог продержаться всё это время.. Он не может оторвать от него взгляд, понимая, что сейчас это окажеться в нём, и какое ему принесёт удовольствие.. От одной этой мысли бёдра пробивает дрожь и он медленно, едва уловимо кивает. — Можешь начинать..— Московский обнимает Романова за шею, целуя в щёку. Александр же целует в губы, страстно и напористо, медленно входя головкой. Несомненно, хотелось войти резко и наконец унять уже болезненное возбуждение, но делать любимому больно он точно не собирался. Он не позволит гону взять вверх над ним настолько, чтобы причинить своему Мишеньке какой-либо вред. Миша приоткрывает рот в немом стоне, хватаясь за шею возлюбленного сильнее. Свыкается с ощущениями и кивает, давая зелёный свет на продолжение. Романов медленным толчком входит наполовину и сам срывается на низкий стон от неворятных ощущений. В Московском было невероятно узко и горячо, голова Саши шла кругом от того, как тугие стенки обхватывают его член. Он начал двигаться медленно, смакуя каждый толчок. Москва под ним громко стонал и охал с каждым новым толчком и ускорением темпа, в перерывах расцеловывая шею Петербурга. Саша пальцами впивается в молочные бёдра, с позволения набирая темп и позволяя себе прикусить чужой сосок, слыша в ответ на более громкий стон. Московский кончает, сжимая его в себе и громко выкрикивая имя любимого. Романов прикусывает губу, ощущая тугой нарастающий узел. Саша ввходит и кончает вслед за Москвой, как только тот расслабляется после оргазма. Они оба тяжело дышат, стараясь прийти в себя после оргазма. — Это было прекрасно.. ну, как ты там, Саш?, — Миша усмехается, поднимая глаза на Сашу.— Саш? А Саша уже смотрит с новой волной возбуждения, будто и не отходил от оргазма минуту назад, закидывая ноги Михаила на свои плечи и целуя коленку. Московский шумно сглатывает, ощущая снова крепко вставший член Романова. Их ждёт очень долгая и бурная ночь..