2
18 декабря 2025 г., 12:10
Зарницы вспышка на границе,
И предрассветный близок час.
Он от парящей в небе птицы
Печальных не отводит глаз.
Он голоса, как будто в трансе,
Вдруг слышит с левой стороны,
И в тень траншеи вжался раньше,
Заметить прежде чем смогли.
Смеясь, патруль проходит мимо,
О русском парне говоря.
О том, что будет он в могиле
К исходу завтрашнего дня.
Грохочет кровь в ушах сильнее
От осознанья одного:
Братишка всех живых живее,
И не сломать врагам его.
Следит он тихо за движеньем,
За тем, что путь лежит к избе.
Его улыбка — без сомненья
Сгорит к чертям сарай в огне.
Плевать на численность состава,
Их много быть там не должно —
В отряд ведь входит диверсантов
По пять разведчиков всего.
Проверив обмундированье,
Армейский достает он нож.
Хоть и со Смертушкой свиданье,
На труса не был он похож.
Вдруг слышит тихое жужжанье,
Метает взгляд он вправо, вверх.
И дрона мерное дыханье
Беззвучный вызывает смех.
Ему плевать на суд военный,
Плевать на выговор, расстрел,
Он брата вытащить из плена
Всего-то на всего хотел.
Перед рассветом час темнее —
Природа тише, гуще тень,
И только это смысл имеет,
Ведь знает он свою мишень.
Ползет гадюкой по траншее,
Вжимаясь в каждый плавный сгиб.
Уверен — вытащить сумеет,
Иначе б сам давно погиб.
Стоят в дозоре только двое:
Один — приземистый такой,
Возле стены смолит спокойно,
Свой автомат прижав рукой;
Другой поближе, у забора,
Меланхолично в даль глядит,
Не ведает, что приговором
Уж оборвалась жизни нить.
Клинок проходит через шею
И тишину рвет хриплый стон.
Старлей корить себя не смеет —
У рока беспощадный тон.
Крадется к краю он избенки,
Где под уклон идет стена.
Там тусклый свет через оконце
Бросает на косяк свеча.
Он разбирается с дозорным,
Бесшумно опуская вниз,
И приникает к бревнам черным,
Где слышно голоса убийц.
По барабану суть базара.
И не вникает он в слова:
Сейчас старлеем движет кара,
Она одна сейчас важна.
Стекло тихонько он толкая,
В светлицу устремляет взор.
В подсумке — светошумовая,
Он ищет для броска упор.
И там в углу он видит брата:
В крови, веревках, но живой.
Но вдох тяжелый у солдата,
Не выдержит он новый бой.
По пальцам время убегает,
И больше не зачем тянуть.
Гранату внутрь он кидает,
И набирает воздух в грудь.
Хлопок стремительный и громкий
В ушах как колокол звенит.
Но он через проем оконный
Уже на выручку спешит.
Огонь короткий, даже хлесткий,
В упор — и первый, и второй.
А третьему ударом жестким
Ломает не одно ребро.
Хватает брата он под руки
И тащит в сени за собой.
Он не добил, но эти суки
Сполна ответят пред судьбой.
Порог едва переступая,
Подхвачены взрывной волной,
И в грязь обоих их бросает,
И мир кружится чернотой…