neon youth

Я не собирался приходить. Такие вечеринки — не про меня. Слишком громко, слишком много тел, слишком много чужих голосов, которые ждут, что ты будешь кем-то, кем не являешься. Но Хисын настоял. Сказал, что это «последнее лето», что дальше начнётся школа, ответственность, выборы, которые нельзя отложить. Ни-ки устал выбирать. Дом Хисына никогда не был таким громким. Я понял это ещё у двери — по тому, как бас бился о грудную клетку, будто сердце пыталось вырваться наружу. Внутри всё было слишком: слишком много людей, слишком много света, слишком много запахов, которые смешались в один — алкоголь, дым, чьи-то сладкие духи и летняя жара, въевшаяся в стены. Я только зашёл, но уже чувствовал себя лишним. В коридоре кто-то целовался, прижавшись к шкафу с трофеями Хисына. Чуть дальше смеялись так громко, будто пытались перекричать собственную пустоту. Кто-то пролил алкоголь на пол — липкий блеск под ногами, отражающий неон. Я остановился у стены, делая вид, что мне нормально. Я всегда так делал. Парочки проходили мимо — руки на талиях, пальцы в волосах, лбы соприкасаются слишком близко, чтобы это было просто «весело». В соседней комнате раздался крик — не боль, скорее дикая радость, граничащая с чем-то ненормальным. Кто-то хлопал дверью. Кто-то звал по имени. И в этот момент кто-то схватил меня за руку. — Эй. Ты чего встал? Сону. Он был тёплый. Всегда. Даже сейчас — с этим румянцем на щеках, с блеском в глазах, чуть более смелым, чем обычно. Алкоголь делал его не другим, а… настоящим. Более открытым. Более живым. — Тут не музей, — усмехнулся он и потянул меня за собой. — Пошли. Я даже не сопротивлялся. Он вёл меня через толпу, будто знал, что я пойду. Его пальцы уверенно сжимали моё запястье, и почему-то от этого стало легче дышать. Мы прошли в главный зал — фиолетовая подсветка заливала всё мягким, почти нереальным светом. Музыка была медленной, тягучей, как будто кто-то растянул время. Мини-бар светился стеклом и бутылками, отражая неон. — Ну? — Сону повернулся ко мне, всё ещё не отпуская руку. — Как ты? Где пропадал всё лето? — Да так… — я пожал плечами. — Ничего особенного. — Ты всегда так говоришь, когда происходит что-то важное, — фыркнул он. — Через неделю снова школа, — продолжил он. — Новый учебный год. Даже не верится. Я кивнул. Между нами что-то щёлкнуло — тонко, почти незаметно. Как раньше. Как всегда. — Пойдём, — вдруг сказал он. — Я тебе кое-что покажу. — Ни-ки. Я обернулся. Сонхун стоял у стены, спокойный, будто весь этот шум его не касался. — Выйдем? У бассейна тише. Сону замер. Его пальцы сжались чуть сильнее. — Мы потом, — сказал он. Я выдернул руку. — Я скоро. Ночь сразу накрыла влажным теплом. Дверь за нами закрылась, и музыка стала глухой, будто кто-то прикрыл звук ладонью. Бассейн светился холодным голубым, отражая редкие звёзды. Мы сели рядом, но не слишком близко. — Ты выглядишь… уставшим, — сказал Сонхун после паузы. — Все так говорят. — Значит, не врут. Я усмехнулся. — Ты ведь самый младший из нас, — продолжил он. — А ведёшь себя так, будто давно всё понял. — А что, если я просто не хочу выглядеть глупо? Он посмотрел на воду. — Я тоже когда-то не хотел. Молчание между нами было странно комфортным. — Знаешь, — сказал Сонхун, — иногда кажется, что если постоянно держать всё под контролем, то не развалишься. — И помогает? Он хмыкнул. — Ненадолго. Я опустил взгляд на свои руки. — Мне всё время говорят, что я слишком рано повзрослел, — вырвалось у меня. — Но никто не спрашивает, хотел ли я этого. Сонхун повернулся ко мне. — А ты хотел? Я покачал головой. — Я просто… боюсь остаться один. Он долго молчал, будто выбирая слова. — Я знаю это чувство, — наконец сказал он тихо. — Когда внутри слишком громко. И хочется хоть на минуту тишины. Он достал что-то из кармана, но не спешил. — Это не про кайф, — сказал он. — Просто иногда помогает перестать думать. Перестать чувствовать. Я смотрел на его ладонь. На дрожь, которую он пытался скрыть. — А если не вернётся? — спросил я. Он усмехнулся, но в улыбке не было радости. — Тогда, значит, ты там, где я когда-то застрял. Я сглотнул. — Ты уверен? — Нет, — честно ответил он. — Но выбор всё равно за тобой. Я кивнул. Дальше всё было размыто. Без чёткого начала и конца. Только ощущение, будто кто-то выкрутил звук внутри меня на минимум. Контроль растворился, оставив странную пустоту, в которой было легче дышать. Когда Сонхун ушёл, я остался один. Сел у бассейна, опустил ноги в воду. Холод пробрал кожу, но я почти не чувствовал. Опёрся руками назад, запрокинул голову и закрыл глаза. Тишина. Шаги я услышал не сразу. Стеклянная дверь была зашторена, но я знал, кто это. Сону всегда находил меня. Я встал, пытаясь прийти в себя. Он стоял в проёме. Смотрел. Ничего не сказал. В его взгляде не было злости — только разочарование. Тихое. Глубокое. Такое, которое режет сильнее крика. Он развернулся и ушёл. Я остался у бассейна, глядя на воду, в которой отражался неон. И впервые подумал, что тишина — это не всегда спасение.