Prologue: Тропики
18 декабря 2025 г., 22:36
Аккуратно ступив на обросшую мхом древнюю платформу, парень потянулся к золотому диску на каменном пьедестале в центре огромного зала, выстроенного из массивных каменных блоков. Некоторые из них были расписаны краской и изображали важные события и религиозные символы культуры инков. Однако большая часть рисунков давно выцвела и успела обрасти лианами.
Солнечные лучи пробивались сквозь прогнивший потолок, просевший под тяжестью земляной массы, хоть немного освещая пространство внутри. Всё это место было напичкано разными ловушками, с целью не допустить, чтобы грабители и нарушители потревожили покой храма и древнего бога солнца Инти. По легендам, храм охраняется Апу – древним хранителем гор.
— Еще немного… - Бэкхёну критически не хватало свежего воздуха под землей. В этом месте уже тысячи лет никто не бывал, воздух здесь был спёртый и отвратительный, так еще и повязка на лице лишь еще больше душила Бёна.
Он не мог себе позволить нарушить баланс на шатающейся плите. Если древняя ловушка сработает из-за смены веса, одна из стрел точно, как-нибудь, да прикончит его. Схватив сияющий диск одной рукой, он аккуратно заменил его обычным металлическим диском, весившим примерно столько же.
Все это было сделано для того, чтобы ещё одна смертельная ловушка не сработала, и весь пол вместе с Бэкхёном не провалился в пропасть. Около недели назад он уже приходил сюда, чтобы изучить храм и ловушки, а также узнать примерный вес и диаметр золотого диска. Чтобы, если вдруг что-то пойдет не так, даже при подмене древней реликвии Инков, Бён знал, куда бежать и как выбраться.
Он не был обычным расхитителем гробниц. Точнее, он вообще себя так и не воспринимает. Ему абсолютно не нравилась идея черной археологии, но обстоятельства жизни и страсть к истории заставили его стать наемным черным археологом с безупречной репутацией и отзывами клиентов. Правда тогда, он мог себе позволить и брал далеко не все заказы.
В обычные дни он был уважаемым оценщиком реликвий в музее и время от времени получал предложения от разных университетов стать приглашенным профессором. В другие же, прямо как эти, он соглашался лишь на те заказы, которые казались ему интересными или интригующими, в основном, из-за их символики или принадлежности к древней цивилизации.
Пока некоторые студенты, бывшие одногруппники и коллеги считали его порядочным и образованным, в свободное время он похищал те реликвии, которые позже он сам мог бы оценить в собственной стране.
Задумавшись об иронии своей жизни, парень слишком резко переместил часть своего веса на другую плиту, отходя назад. Несмотря на возраст ловушек, они все ещё отлично работали. Раздался громкий звук, земля задрожала под его ногами, вместе со звуками работающих заржавелых шестеренок.
— Чёрт! – надёжно спрятав золотой диск в сумке, Бён бросился к выходу из храма, уже не заботясь об осторожности, ведь позади него коридоры храма начали заполняться водой.
Это была совсем не та ловушка, которую он ожидал. Но времени на раздумья не оставалось. Прижав сумку ближе к телу, парень бежал настолько быстро, насколько мог, по узкому коридору, где вода доходила ему уже до пояса. Храм был сравнительно небольшим, и вскоре он добрался до того места, где он нашел вход через дыру в земле.
Пот струился рекой, руки тряслись, но его глаза были полны решимости и уверенности, ведь его тело уже действовало по заученным движениям. Он давно уже не был тем неуверенным и слабым студентом. Он слишком часто сталкивался со смертью, чтобы боятся её или людей.
Карабкаясь вверх по стене, Бён цеплялся за выступы и отталкивался ногами от стены, чувствуя, как вода поднимается следом, поглощая его торс. Пальцы болели, но он был слишком близко к выходу, так что солнце и тропический лес уже встречали его с распростертыми объятиями.
Задыхаясь от нехватки воздуха, парень сделал последний рывок и схватившись за край земли, вырвался наружу из-под поглощающей толщи воды. Несмотря на древность храма, его резервуары все ещё были полны – видимо они наполнялись от рядом протекающей реки.
Сдёрнув повязку с лица вниз, Бэкхён наконец смог вдохнуть чистый воздух. Однако, его радость длилась не долго. Где-то в далеке послышались голоса местных перуанцев, встревоженных странным землетрясением и резким спадом уровня воды в реке.
— Вот дерьмо! – вся одежда Бёна промокла насквозь и неприятно липла к телу, но ему ничего не оставалось, кроме как бежать, не оглядываясь. Ему повезло, что он нашел вход в храм недалеко от центральной камеры. Жаль лишь было остальные сокровища, что остались погребёнными под водой, и никогда скорее всего не будут найдены или исследованы.
Бэкхён следовал своему железному принципу, не забирать никаких других артефактов из гробниц или храмов с собой, кроме той реликвии, которая была для заказчика. Он не считал себя расхитителем, и не делал черную археологию занятием всей своей жизни, так как это было очень неэтично для него. Он хотел сохранить эти артефакты нетронутыми, чтобы те могли рассказать свою историю, когда придет их время. Бён хотел, чтобы они оказались легальным способом в музее и были гордостью народов, а не были проданы на черном рынке.
Добравшись до тропы, ведущей в поселение, парень резко свернул вправо – в густо заросший тропическими растениями участок, где было легко спрятать себя и небольшой транспорт. Например, одолженный у местного наполовину ржавый мотоцикл эндуро.
Подняв свисающие с дерева лианы, Бэкхён прошел в глубь тропических кустов. Положив сумку на землю, Бён быстро снял хаки рубашку, оставшись в одной белой майке, и сменил мокрые штаны на сухие. Все-таки, если он заявится в деревню в таком виде, у местных возникнет еще больше вопросов.
Скинув всю одежду в сумку вместе с реликвией, Бэкхён завел эндуро и резко выехал на узкую тропу, устланную корнями деревьев и камнями. К счастью, он быстро приловчился к сумасшедшей езде по тропикам, иначе бы давно и не раз упал бы лицом в грязь.
Прибавив газу, и подпрыгивая на ямах, он быстро добрался до местной деревни, думая о том, что ему стоит собрать все свои вещи и убраться отсюда как можно скорее. Скоро начнётся сезон дождей в районе Амазонки, поэтому «дороги» из деревни быстро превратятся в болото, и тогда Бён не сможет вообще отсюда уехать.
***
Припарковав эндуро у входа в небольшое бунгало, которое он выпросил у местных за хорошую оплату, Бэкхён заглушил двигатель. Те ни в какую не хотели сдавать жилище чужеземцу, однако парень смог их убедить с помощью своего знания испанского, но и заранее подготовившись, он выучил пару фраз на коренном языке местных жителей. Войдя внутрь домика, Бэкхён осмотрелся. Все как было, так и осталось на своих местах, никто не заходил сюда. Однако, его внимание привлекла бумага, оставленная на его кровати. Глаза парня опасно сузились. Вынув кинжал из ножен за поясом, он аккуратно и тихо обошел бунгало вокруг и снаружи – никого не было. Тот, кто оставил эту бумагу, уже давно исчез без следа. Местные точно бы заметили чужака на их территории, но те ничего не сказали Бёну, а такое обычно не остается незамеченным. Туристы в эту деревню тоже не так часто заглядывают, только когда проплывают деревню на лодках по Амазонке. Осторожно подойдя к кровати, и даже заглянув под кровать, Бён так никого и не нашел. Единственное, что ему осталось проверить, так что это за такая бумага. Спрятав кинжал в ножны, парень взял бумагу в руки. — Качественная… И дорогая. Такую здесь не найдешь. – Бэкхён напрягся всем телом. Никто не мог знать, что он здесь, никто, даже клиент. Бён как профессионал своего дела и человек с двойным образом жизни, всегда предпочитал оставаться в тени и сохранять анонимность. Раскрыв белоснежный лист, Бэкхён лишь увидел пару слов на корейском, написанных от руки - «Ресторан Velour, 06:05 PM». Тот, кто писал это, пытался выразить свою искренность таким способом. Все же рано или поздно, но по почерку можно было вычислить человека, даже если и на бумаге не было подписи. Больше всего Бёна напугало время. Вместо обычного временного формата, был использован двенадцатичасовой формат, который удивительным образом совпадал с его датой рождения. Внутри парня все похолодело, внутренний ужас просто раздирал его на кусочки. Он не понимал, что этим людям нужно от него, раз они следят за каждом его шагом и знают всю его подноготную. — Нужно убираться отсюда! К чертовой матери! – Бэкхёна охватила паника, еще никто ни разу не раскрывал его личность. Точнее большинству клиентов это не было нужно, они тоже предпочитали сохранять собственную анонимность. Но тот, кто прислал эту записку, явно лично нацелился на Бён Бэкхёна. Это пугало сильнее всего, раз те смогли его выследить даже в глубинах лесов Амазонки, они так же легко могли разрушить его жизнь, если информация о его вовлечении в черную археологию просочиться публике. Возможно даже, его могли посадить, если власти начнут расследование и найдут доказательства. Быстро собрав все свои вещи в одну сумку и надежно спрятав золотой диск инков внутри хрупкой вазы с двойным дном и отдельными документами, чтобы не было проблем на границе, Бэкхён немедленно покинул деревню, направляясь к ближайшему аэропорту, чтобы оттуда долететь в столицу Перу, а уже оттуда домой, в Сеул.***
После долгого перелета, Бэкхён приземлился в Корее и сразу же поспешил проинформировать клиента об этом. Получив координаты встречи, он отправился туда. Это место было где-то в пригороде Сеула, где на таких, как он, точно никто не обратит внимание, к тому же там нет камер – поэтому следов о встрече не останется. Подойдя к старому двухэтажному зданию из кирпича, Бэкхён оставил чемодан с вазой у входа в здание и сразу же исчез в темноте ночи, ожидая, пока один из людей его клиента подменит чемодан с вазой и реликвией Инков на чемодан с такой же вазой, но с наличными внутри. Убедившись, что никто не наблюдает, Бён спокойно захватил чемодан и направился назад к станции метро на последний поезд, идущий в его район. Кто бы мог подумать, что такой скрытный наемник, как он, использует общественный транспорт, чтобы доставлять товар. Однако, это был довольно неплохой метод, чтобы было намного тяжелее отследить его передвижение для клиентов и для полиции. — Оу… - глянув на часы, парень осознал, что все же ему придется пробежаться, чтобы успеть на поезд. В вагоне метро практически никого не было, кроме пары людей. Заняв отдаленное ото всех место в углу, Бён уткнулся в свой телефон. Однако через пару станций в вагон зашел подозрительный мужчина, все его лицо было скрыто маской, а тень от кепки полностью закрывала глаза. Он сел напротив парня, скрестив руки на груди. Проехав так несколько остановок, он наконец вышел из вагона. Обычно Бён не обратил бы внимание, но этот человек будто смотрел прямо на него или даже сквозь него. Дыхание перехватило, когда Бэкхён увидел, что после мужчины на сиденье остался лежать белый листок бумаги, точно такой же, как тот, что он нашел у себя на кровати в Перу. Не сдержав порыв, Бён подорвался со своего сиденья и сразу же взял записку в руки. Там было лишь одна фраза – «Завтра. Не бойся». Теперь было понятно, что наконец хотел таинственный незнакомец. Этот человек хотел, чтобы Бэкхён пришел завтра в шесть вечера в достаточно популярный ресторан в центре исторического района Сеула – как символично. Но, по мнению Бёна, такой метод был похож на чистое извращение. Скорее всего, это было сделано, чтобы намекнуть наемнику о том, что им известна вся его личная информация и кто он такой. Учитывая, насколько Бён ценит анонимность при заказах, это явно прямая угроза. — Ладно, давай сыграем в твою игру. – скомкав листок, Бён опасно ухмыльнулся и вышел на своей станции что была конечной для этого поезда.
