Без компромиссов

План Мерла был выверен до мелочей, как чертеж оружейного механизма. Всю ночь они просидели над картой парка, продумывая каждый шаг. Главной проблемой была предсказуемость. — Они ждут, что мы придем с подкреплением или будем ставить условия издалека, — говорил Мерл, тыкая грязным пальцем в точку фонтана.  — Поэтому мы играем на их поле. Но по своим правилам. Ты идешь один. Я буду здесь. — Его палец переместился на крышу старинного кирпичного здания общественных туалетов на возвышении в двухстах метрах.  — Оттуда видно все подходы. Дэрил- здесь, на мотоцикле, с заглушенным двигателем, в переулке за восточной стеной. У него рация на отдельной частоте. Если я вижу засаду, я бью по машинам - шины, двигатели. Шума будет на весь парк. В этот момент ты бежишь к Дэрилу. Не оглядываясь. Понял? Филипп кивнул. План был рискованным, но в нем была железная логика. Мерл не полагался на удачу. Он создавал хаос, чтобы в нем раствориться. Утро было туманным и серым. Туман - не друг и не враг. Просто фактор. Он мог скрыть снайпера на крыше, но мог и скрыть от него приближающуюся опасность. Филипп сидел на скамейке у засохшего фонтана, воротник поднят, руки в карманах, пальцы правой сжимали рукоять «Глока». Он не нервничал. Он был пустым сосудом, готовым принять любую необходимость. Этому тоже научил Мерл: страх - это роскошь, которую нельзя себе позволить до того, как всё кончится. Картер появился из тумана ровно в два. Он шел медленно, как человек, идущий на эшафот. Его лицо было серым, глаза пустыми. Он сел, не глядя на Филиппа. — Он знает, — прошептал Картер. — Про письмо. Он… показал мне последствия нелояльности. Без угроз. Просто факты. В виде фотографий. — Каких фотографий? — спросил Филипп, хотя боялся услышать ответ. — Моей сестры. И ее детей. В их новом доме в Огайо. Сделанных вчера. — Голос Картера оборвался.  — У меня не было выбора. Я должен был согласовать с ним эту встречу. И привести… свидетеля. Филипп почувствовал, как лед нарастает у него внутри. «Свидетель». Не головорез. Кого-то с позицией, с репутацией. Чтобы обвинить его, Филиппа, уже не только в клевете, но и в нападении на представителя закона или… Из-за поворота аллеи вышел Рик Граймс. Он был в своей шерифской форме, но без фуражки. Лицо его было каменным, но в глазах, встретившихся с глазами Филиппа на мгновение, промелькнуло что-то сложное - стыд, ярость, безвыходность. Он остановился в пяти метрах, его рука лежала на кобуре. — Шериф Граймс, — сказал Филипп. Это не было вопросом. — Мистер Блейк. Мистер Картер, — кивнул Рик. Его голос был официальным, но натянутым, как струна.  — Я здесь, чтобы обеспечить… порядок. И стать свидетелем ваших переговоров. Чтобы позже не было разночтений. — По чьему приказу? — прямо спросил Филипп. Рик не ответил. Он просто смотрел. И в его молчании был ответ громче любых слов. По приказу человека, который держит меня за горло. Картер, не выдержав, заговорил, обращаясь к Филиппу, но глядя в землю: — Он сказал… что вы, возможно, предложите мне сделку. И что если я на нее соглашусь, это будет доказательством моего предательства. А шериф… зафиксирует это. Игра Нигана раскрылась во всей своей мерзкой красоте. Он не просто посылал убийц. Он устраивал спектакль. Картер был обреченной пешкой. Рик- пленным королем, вынужденным ходить по указке. А Филипп… Филипп должен был сыграть свою роль и умереть, обеспечив Нигану железное алиби и законный повод для «самообороны» или ареста. В этот момент в ухе Филиппа тихо щелкнула рация. Один короткий сигнал от Мерла. Затем его голос, сдавленный, но четкий: «С запада. Две машины. Четыре человека. Идут пешком. Вооружены. Не полиция. Ловушка подтверждена. Готовься к «урагану» через тридцать секунд.» План сработал. Мерл видел их. И сейчас создаст тот самый хаос. Филипп посмотрел на Рика. Шериф стоял неподвижно, но его взгляд метнулся в сторону, откуда должны были появиться люди. Он тоже что-то понял. Услышал звук двигателей? Увидел тень в тумане? — Шериф, — быстро и тихо сказал Филипп.  — Вы здесь, чтобы зафиксировать мое «преступление». Какое? Попытку склонить к сделке свидетеля? А если этот свидетель вдруг… исчезнет? Или будет убит людьми, которые сейчас подходят? Кого обвинят? Рик сглотнул. Его челюсть напряглась. — Я… должен соблюдать процедуры, — пробормотал он, но это звучало как оправдание самому себе. — Процедуры по приказу Нигана? — жестко спросил Филипп. Он встал. Картер вздрогнул.  — Он шантажирует вас. Я не знаю, чем. Но если вы сегодня позволите ему это сделать, вы никогда не вырветесь. Вы навечно станете его собакой на поводке. И ваша звезда, — Филипп кивнул на шерифский жетон,  — станет клеймом. Раздался первый хлопок — не выстрел, а звук лопающейся шины где-то в тумане, за деревьями. Потом второй. Крики, ругань. «Ураган» начался. Мерл работал. Рик Граймс замер на секунду. В его глазах боролись два человека: шериф, связанный долгом и страхом, и человек, помнящий, что такое честь. Страх за Карла, за свое будущее, столкнулся с омерзением от того, во что его превращают. Третий хлопок - и уже ближе. Пуля Мерла ударила в капот одной из машин, подняв клубы пара. — Беги, — хрипло сказал Рик, и это слово, казалось, вырвалось у него против воли. Он не смотрел на Филиппа. Он смотрел в туман, откуда уже выбегали фигуры с оружием.  — К восточной стене. Люк в земле за большим пнем. Ведет в коллектор. БЕГИ! Это был приказ. И выбор. Рик не поднял оружия против Филиппа. Он развернулся, поднял руки, крикнул в сторону бегущих людей: «ШЕРИФ! Немедленно прекратить!» — пытаясь задержать их, создать хоть секунду замешательства. Филипп не стал думать. Он рванул с места, толкнув мимоходом оцепеневшего Картера: «С ними ты мертвец! Беги!» Картер, будто очнувшись, пустился за ним. Бег по скользким листьям, под свист пуль (теперь стреляли и люди Нигана, и, возможно, Мерл, отвечая). Филипп нашел пень, отыскал почти невидимый люк, сорвал его. Картер, задыхаясь, упал рядом. — Вниз! — скомандовал Филипп. Они спрыгнули в черную дыру. Филипп захлопнул крышку. Наверху гремела перестрелка. Голос Рика, что-то кричащий. Потом - новый залп. И болезненный стон. Потом тишина, нарушаемая лишь далеким, убывающим ревом мотоцикла. Дэрил, поняв, что план «Б» не сработал, уходил по протоколу, чтобы не быть накрытым. В абсолютной темноте коллектора они лежали, слушая свой стук сердца. Картер всхлипывал от истерики и боли. Филипп включил фонарик. Шахта была узкой, пахла плесенью. — Он… он выстрелил? В шерифа? — с ужасом прошептал Картер. — Не знаю, — честно сказал Филипп. Он вытащил рацию. «Мерл. Я в коллекторе. С Картером. Шериф ранен или убит. Твои действия?» Помехи, потом голос, тяжелый от напряжения: «Вижу. Рик упал. Движется. Живой. Его грузят в свою же машину. Не наши. Твои координаты?» Филипп описал люк. «Жди. Дэрил найдет выход. Я отвлекаю. Не выходи, пока не услышишь три стука в трубу.» Связь прервалась. Филипп прислонился к стене. Теперь они с Картером были в одной лодке. Преданные, hunted, с шерифом, возможно, умирающим наверху из-за его, Филиппа, войны. — Он заберет моих… — плакал Картер. — Он их убьет. — Не убьет, — с ледяной уверенностью сказал Филипп. Его страх сгорел, оставив пепел холодной ярости.  — Пока ты жив и можешь дать показания против него - они его рычаг. Он будет их беречь. А нам нужно сделать так, чтобы твои показания стали для него смертными. Понял? Картер смотрел на него в свете фонаря, и в его глазах, полных слез, мелькнул слабый огонек - не надежды. Жажды мести. Он кивнул. Сверху послышался скрежет. Кто-то пытался открыть люк.