Голос мертвеца

      Как и ожидалось, Гарри не смог встать с кровати. Только с помощью Кричера юноша принял сидячие положение, облокотившись на подушки позади. Тело казалось тяжёлым, словно не своим. Руки не хотели слушаться, а пальцы не сжимались, лишь подрагивали в напряжении. Поэтому даже принять зелья ему удалось при помощи эльфа, который осторожно вливал их в горло.       Тёмный Лорд оставался в тени, не показывая себя. За прошедшую ночь мужчина прекрасно наслушался чужих страхов, которые выходили из уст парня. Сейчас желания спорить и дерзить Поттеру не было. Единственное, на что способен Волан-де-Морт — это не проявлять себя. Не затрагивать лишний раз магию Гарри, давая ему отдохнуть и восстановиться. Только Тёмный Лорд не до конца был уверен в том, что касался магии парня, однако проверять это сейчас не хотелось. Единственное, что тревожило его, скорее всего, и Гарри, то, что теперь маг материализовался в глазах гриффиндорца. Видимо, магическое ядро стирало остатки границ между родственными душами, заставляя их перемешиваться друг с другом.       И единственный вариант спастись им двоим — воскрешение Волан-де-Морта, который станет недостающей частью ядра Гарри.       Мужчина обратил внимание на свои бледные руки, которые стали будто более живого цвета. Не синие, как у мертвеца, но на тон теплее, оставаясь также бледными. Он мог бы с лёгкостью дотронуться до юноши, и тот ощутил бы его прикосновение, вздрогнув. Да и управлять им было бы легко, но не сейчас. Алые глаза встретились со взглядом человека, который действительно устал за эти несколько часов. — Ты простоял здесь всю ночь? — спросил осипшим голосом Гарри, не отворачиваясь.       В глазах не темнело и теперь он мог рассмотреть мага в полной мере. Конечно, мало, что отличалось от видения во снах. Высокий мужчина, змеино подобное бледное лицо с ярко выраженными скулами. Живой мертвец, чьи глаза сверкали даже в тени комнаты. Хотя что-то изменилось в нём, но этого маг понять не мог. Месяц назад Гарри готов был в ту же секунду направить палочку, не давая даже заговорить Тёмному Лорду. Сейчас весь запал иссяк, оставляя только его одного. Да и что Волан-де-Морт может сделать человеку, который даже подняться с собственной кровати без помощи не может.       Он мог сделать многое…       Это плохо? — с лёгкой усмешкой спросил мужчина, обернувшись всем телом к нему. — Всего лишь наблюдал, чтобы тебе не стало хуже.       Гарри сжал одеяло руками, не зная, что думать. Его враг беспокоился о нём? Конечно, Поттер никогда не спросит об этом напрямую.       Можешь подняться на ноги? — продолжил Тёмный Лорд, приближаясь к кровати. И видно, как парень инстинктивно прижался к подушке позади. — Боишься меня, когда я стал осязаем для тебя?       Гарри посмотрел в алые глаза, что излучали недовольство ситуацией. — Что я должен чувствовать, когда нахожусь в предсмертном состоянии, а передо мной человек, который всю мою жизнь хотел убить меня? — без издёвки спросил юноша. Голос говорил сам за себя: усталость, отрешённость и просто принятие ситуации. Принятие, что его жизнь сократилась ещё на несколько дней. — Я не знаю, на что ты способен сейчас, когда я стал так слаб. Когда даже палочку, наверное, поднять в лёгком заклинании не смогу, — продолжил перечислять Гарри.       Если я хотел бы твоей смерти, то не стал бы помогать вчера, — спокойно напомнил мужчина, садясь на край кровати, напротив лица Поттера. — Ты безрассудный мальчишка, что собственную жизнь не ставишь в приоритет, дожидаясь помощи от магии рода, который проклинал собственных детей, — Волан-де-Морт говорил без ярости, просто констатировал факт. — То, что ты выжил после всего этого — уже удача от самого Мерлина.       Холодные пальцы, к собственному удивлению, осторожно коснулись горячей кожи лба. Тёмный Лорд отодвинул чёлку в сторону, открывая вид на шрам, оставленный собственной палочкой. Тот не изменился, оставался ярко-выраженным на бледной коже. Секунды, и мужчина полностью кладет ладонь на лоб, проверяя температуру. Только одного вида на красное лицо Гарри давало понять, что волшебник в горячке.       Голова кружится? — спросил мужчина, смотря, как Поттер прикрывает глаза от ощущения холода на лице. — Немного, — согласился тот, даже не противясь и не открывая глаз.       Поттер не желал думать, что ему приятно от прикосновений убийцы. Во всём виновата магия и температура, а не собственные чувства. Да и какие чувства могут быть, когда еще несколько дней назад они готовы были вновь вцепиться в глотки друг друга.       Попроси эльфа принести тебе жаропонижающее и холодный компресс, — проговорил мужчина, но руку не убирал. — Компресс не будет таким холодным, — проговорил Поттер, цепляясь в чужую руку. Даже ладони парня были обжигающе горячими для Тёмного Лорда, однако он не предпринимал никаких действий.       Мальчишка, — вздохнул Волан-де-Морт, не убирая руку.       Гарри не считал времени, сколько они просидели так. Стало, к удивлению, спокойно, и головокружение медленно сходило на нет. Тело расслабилось, несмотря на то, что Тёмный Лорд сидел напротив. Тишина, окружавшая их, не заставляла юношу чувствовать себя некомфортно. Было ли это влияние родственных душ или же смирение с ситуацией со стороны Гарри, маг не имел ничего против.       Мужчина ощущал лишь горячую кожу. Не магию, что связывала бы их. Не признаки того, что мужчина якобы приклеен к Гарри, как паразит. Сравнение в собственных мыслях вызвало лёгкую улыбку, но паразитов в их жизни хватает с лихвой. Сейчас Гарри радовался действительно отдыху, а не размышлениям об их связи. Об этом Волан-де-Морт мог позаботиться сам, стоило лишь волшебнику уснуть, и желательно набраться сил.       Тебе нужно прилечь, — рассёк тишину мужчина, осторожно освобождая свою руку. Маг наблюдал, как Гарри открыл свои изумрудные глаза, что смотрели на мертвеца изучающе. — Что? Выгляжу ещё хуже до своей смерти? — усмехнулся Волан-де-Морт, не отводя взгляда. — Нет, — мотнул головой Поттер. — Твоя кожа стала менее похожа на мертвеца, — проговорил парень, отводя взгляд в сторону. — Что, наверное, не скажешь про меня.       Цокнув, Волан-де-Морт резко взял Гарри за подбородок, поворачивая к себе. Он хотел сказать многое, но вглядываясь в лицо, мужчина лишь замер на несколько секунд. Возможно, из них двоих он и правда выглядел более живым, чем сам Поттер.       Тебе нужно выпить жаропонижающее и поспать, — спокойно ответил Лорд, отпуская чужое лицо. Мужчина поднялся с кровати, отходя вновь в тень. — Я не могу вызвать твоего эльфа, всё же, только ты один можешь видеть меня. — Боюсь представить, что случилось бы с волшебным миром, если бы это было не так… — хмыкнул Гарри, спускаясь с подушек вниз, принимая лежачее положение. — Кричер, — стоило произнести имя, как эльф появился в комнате. — Принеси жаропонижающее и что-нибудь от головной боли.       Завтра стоит вызвать Сметвика, пусть осмотрит твоё ядро, — проговорил мужчина, подходя к окну. Отодвинуть штору в сторону не составило труда, смотря на прохожих магглов и замечая знакомых магов. Об этом Гарри знать не стоит, по крайней мере, ближайшие дни. Задернув её обратно, мужчина обернулся.       Кричер уже держал пустые колбы от зелий, а Гарри полностью укрылся одеялом. — Хозяин… Может колдмедика позвать? Вам совсем плохо стало, — проговорил эльф, смотря на парня. — Сейчас не нужно, — ответил Гарри, прикрывая глаза. — Лучше осмотри артефакты, что открылись благодаря ритуалу, — махнул он рукой, чтобы чем-то занять домовика. Понимал ведь, что Кричер останется рядом и будет бродить вокруг кровати. Поэтому после приказа тот поникше испарился из комнаты.       Недолюбливаешь его? — спросил Тёмный Лорд, облокотившись на стену. — Хочу побыть в тишине, а он будет тут причитать про моё здоровье и какой он плохой, — зевая, проговорил Гарри. Зелье склонило в сон, хотя больному организму это было только на руку.       Несколько секунд и Поттер вовсе уснул. А Тёмный Лорд не пропал из комнаты, оставаясь призраком дома Блэк. Это хорошее время, чтобы понять, как действовать дальше и понять, кто он есть на самом деле. Обычный призрак, созданный ядром Гарри, или же нечто большее, чем просто воспоминание умирающего мага.       Волан-де-Морт мог проходить через двери, даже не ощущая их. Однако, доходя до дверей библиотеки, мужчина остановился. В прошлый раз он не мог войти сюда без самого Гарри, но сейчас, протягивая руку вперёд, она прошла. Делая шаг за шагом, Лорд оказался в небольшом помещении. Шкафы с книгами и фолиантами, где-то разбросаны пергаменты, неизвестного происхождения. Проходя мимо их всех, маг знал, что ему нужно. Не книги о вечности, не записи о крестражах. Проходя вглубь библиотеки, он достигает книжных полок, что никак не отличались от других.       Только магия здесь была другая. Удушающая для непрошенных гостей, но цепляющая для Тёмного Лорда и для главы дома Блэк. Пройти просто вперёд не получится, это было видно даже на невооружённых глазом. Обойдя взглядом полку, мужчина остановился на одной из полок. Пыльная красная обложка, на которой чётко читалось название: «Сила в тебе, но не в руках твоих».       Усмешка тронула губы мужчины, опуская корешок книги вниз и щелчок. Полка с книгами исчезла, оставляя после себя лишь каменных проход вниз. Волан-де-Морт без колебаний направился вниз, проходя круглую лестницу в темноте. Видимо магия всё же не понимала, что здесь есть кто-то живой. Однако пропустила его внутрь.       Несколько секунд и Тёмный Лорд оказывается в довольно чистой комнате, напоминающая больше кабинет главы Блэков, чем ещё одно крыло библиотеки. Огонь уже горел в камине освещая теплым светом убранство. Стол из красного дерева, на котором были навалены книги и пергаменты. Небольшой диванчик и кресло качалка напротив камина, на которых лежали покрывала и подушки. Около стен расположились стеллажи с книгами и шкатулками, закрытые от чужих глаз.       И только сделав шаг в сторону камина, маг увидел портрет бывшего главы дома Блэк. Прирожденный Слизеринец, который управлял Хогвартсом несколько лет — Финеас Найджелус Блэк. Его пронзительный взгляд прямо смотрел на Лорда, что показалось ему странно. Портрет провёл рукой по своей бороде, задумываясь на миг. — И как так получилось, что вместо главы своего рода я вижу остатки Волан-де-Морт в своём кабинете? — проговорил Блэк, не сводя взгляда с уже удивлённого Лорда.       Вы можете видеть меня? — переспросил Тёмный Лорд, подходя ближе. — Почему же я не могу видеть тебя? Ты такой же рождённый магией, как и мы все, — хмыкнул Финеас. Вид озадаченного Волан-де-Морт однозначно доставлял удовольствие портрету. — Правда, я надеялся здесь увидеть другого человека, а не мертвеца, — серьёзнее произнёс мужчина. — Как Гарри? Почему ты пришёл один?       Разве вы имеете право спрашивать о нём, когда выкачали из него все силу? — вскипел Тёмный Лорд, становясь практически в шаговой доступности от портрета. — Ваши родственнички так хотели насытиться магией мальчишки, что чуть не убили единственного наследника вашего рода. И вы ещё чем-то недовольны? — прошипел Волан-де-Морт. — Не стоит повышать голос на меня, Реддл, — ответил Блэк, не беспокоясь о произнесённой фамилии. — Я также, как и Сириус, пытался остановить проклятых. Поэтому я и спрашиваю о Гарри. К сожалению, мой портрет нельзя выносить отсюда, как и передвигаться без приказа главы, — спокойно объяснял мужчина, не ведясь на провокации со стороны мага. — Как Гарри?       У него лихорадка, — ответил Тёмный Лорд, опускаясь на диван напротив камина. — Горячий, словно уголь в печке… — Финеас кивнул на слова, снова поглаживая бороду. — Это нормально, магия пытается освоиться в новом теле. И я уверен, что завтра ему станет лучше, — проговорил портрет.       Нормально, что он может умереть? Он — не вы, кто вкачивал в себя тёмную магию с детства, — напомнил Лорд, складывая руки в замок. — Не делай из моей семьи сотрудников самой Смерти, — усмехнулся Финеас, смотря на обеспокоенного бывшего Лорда. — Если бы Гарри не был бы готов к принятию нашей магии, я не дал бы закончить ритуал. Даже с вашей связью и его собственным состоянием, парень был готов, чтобы принять нашу силу, — портрет замолчал на несколько секунд, что-то обдумывая, а после продолжил. — Но, что более интересно… Ты волнуешься о нём, о мальчике, что стал твоим палачом.       Слова портрета резали слух, заставляя алые глаза налиться яростью. Он прекрасно это понимал, и Волан-де-Морту не требовались слова заколдованного полотна, чтобы это понять. Только констатация этого факта злило мага. — Злишься, — цокнул Финеас, садясь в кресло в своём портрете. — Или просто не можешь принять факт, что признал его как собственное я?       Он не является мной, — прошипел Тёмный Лорд, держа себя в руках. Ему ещё потребуется помощь от Блэка, а значит портить отношения с ним точно нельзя. — И никогда им не будет. Поттер… Слишком светлый для моей сущности, — проговорил тише мужчина, а в мыслях только лицо уставшего юноши.       Изумрудные глаза, что смотрели на него с опаской, но с интересом. Чьи руки дрожали, как осиновый лист, когда к нему прикасались. Чьи крики среди ночи заставляли вспомнить мага человеческие эмоции. Чьё горячее дыхание заставляло Тёмного Лорда чувствовать себя живым… — Верно, но ему и не нужно быть тобой. У любого существа есть два начала: тёмное и светлое, инь и янь. Именно поэтому и зарождаются родственные души, — говорил Блэк, словно читал лекцию. — Ваша жизнь была предначертана до его рождения, стоило тебе расколоть собственную душу.       Вы знаете слишком многое для портрета, — перебил его Волан-де-Морт, положив ногу на ногу. — Чего вы добиваетесь? — Твоя настороженность ни к чему, когда ты уже не живой человек, Реддл. А я хочу помочь живому, не дать своей семье умереть в забвении. Так выслушаешь меня или будешь сам рыться в моих записях? — Блэк говорил монотонно, не повышая голос, не стараясь запугать. Просто факты, ведь врать ему не к чему, и это понимал сам Тёмный Лорд.       Хорошо, — быстро согласился мужчина. — Я вас слушаю, видимо, вы знаете, почему мы стали родственными душами, — Финеас довольно кивнул, подвигаясь ближе к раме. — Как я и сказал, стоило тебе расколоть свою душу, магия посчитала, что равновесие твоей жизни было утрачено. Её ты мог получить только благодаря родственной душе, но проблема заключалась в одном. Чья душа была бы готова принять на себя удар? В твоём времени не существовало волшебника, который выдержал бы твою темноту, Реддл. Поэтому… Магии пришлось спасать своё дитя и выбрать мальчика, который сможет стать равным тебе, — мужчина замолчал, давая несколько секунд осмыслить слова и продолжил. — Гарри не был твоим соулмейтом, пока ты не направил на него палочку. Сделав из него пристанище для своей души, ты собственноручно сковал себя и его. Твоя часть на протяжении нескольких лет связывала вас магией, до одного момента.       Я сам убил его, — проговорил Тёмный Лорд вспоминая ночь в лесу. — Тогда я уничтожил крестраж. — Верно, ты убил то, что сделало вас соулмейтами. Однако та частица души уже не имела той силы, поэтому Гарри и ты ничего не почувствовали, кроме как разрушение именно крестража, — ответил скучающе Блэк. — Момент твоей смерти, ваши души получили настоящий удар. Ты — смерть, а Гарри — разрушение магического ядра без своего партнёра.       Волан-де-Морт провёл рукой по лицу, растирая усталость, а после вздохнул. Слова Финеаса имели смысл, скорее даже задавали осознать всю полноту их связи с Гарри. Они вдвоём не были уверены, почему связаны и как это произошло. Сейчас, всё встало на свои места. И это одновременно радовало, но и ставило в тупик.       Откуда вы знаете это всё? — проговорил мужчина, не поднимая взгляда. — Я умер давно, но остался отпечатком здесь. Ещё при жизни я довольно долго изучал магию родственных душ, немного касался знаний о крестражах, — ответил Блэк, на лице которого стояла гордая улыбка. — В этом кабинете ты сможешь отыскать многие записи, но лучше путеводителя чем я, ты не найдёшь, — хмыкнул мужчина, ожидая реакции от Реддла. Тот молчал, поэтому портрет продолжил. — Без тебя Гарри воплощение светлой магии, которая сейчас пожирает его, но магия моей семьи сможет наладить равновесие. Но и она не вечна, ты это понимаешь сам, — серьёзно сказал мужчина, не сводя нарисованных глаз. — Я не знаю, на сколько хватит нашей магии заполнять пространство магического ядра, но тебе лучше не терять времени зря.       Мне? Почему не скажите всё это, Гарри? — поднял взгляд Тёмный Лорд поднявшись с дивана. — Он должен понять, почему всё это происходит. Почему его собственная магия пожирает своего носителя! — Даже если он узнает правду, то не будет ничего делать, — произнёс Финеас, несмотря на повышенный тон мага. — Как ты считаешь, почему он пожелал продлить себе жизнь нашей магией?       Он молод, и его жизнь только начинается, — сказал Реддл первое, что пришло в голову. — Конечно, ему хочется ещё многое сделать в этом мире… — Удивительно, как прожив с ним месяц рядом, ты так и не понял его, — хмыкнул Финеас. — Ему всё равно на свою жизнь, даже если она закончится завтра, — покачал головой мужчина, вспоминая эмоции парня на алтаре. — Ему нужно время, чтобы искупить вину перед теми, кого ты убил. Кто умер на поле боя, чьи имена уже забыли и вспомнят только в памятную дату.       Это глупо, — прошипел Тёмный Лорд. — Не он же убил их! Зачем ему это вообще?!       — Гарри слишком добрый для этого мира, — с теплотой произнёс маг на портрете. — Он считает, что люди отдали свои жизни, чтобы он мог умереть ради других. Только он жив, а они нет. А значит на нём есть вина, за то, что он дышит, — закончил мужчина, смотря на Тёмного Лорда.       Тот молчал, анализируя все разговоры с Гарри. Да, они разговаривали, спорили и могли кричать друг на друга. Только Реддл никогда не думал, что мальчик до сих пор винит себя в смертях людей, к которым даже не притрагивал руку.       Есть ещё что-то, что мне нужно знать? — спросил Тёмный Лорд, сжимая ладонь в кулак.              — Хм, ты же заметил, что тебе возвращаются человеческие черты, верно? — получив утвердительный кивок, Финеас продолжил. — Ты не являешься призраком, скорее сгусток магии. Её проекция, созданная магическим ядром, как побочный элемент. Из-за стёртой границы между «чёрным» и «белым» появился ты, как живое воплощение. Тёмная магия нужна для поддержания равновесия Гарри, но куда же она пропадёт? — словно преподаватель спросил портрет, ожидая ответа от Лорда.       Магия не может пожирать саму себя, — портрет утвердительно кивнул. Несколько секунд и Тёмный лорд произнёс. — Я забираю её…       — Верно, если бы не ваша сильная связь, то ты не появился бы здесь. Однако ты здесь и тебе тоже нужна подпитка, и берешь ты её только у одного человека.       Паразит.       Слово голосом Гарри, прошло в голове эхом. Волан-де-Морт являлся тем, кто разрушал парня быстрее, чем он сам. Да весь этот ритуал служил больше для самого Тёмного Лорда, чем для самого Поттера. От осознания стало не по себе. Как этот человек мог вообще в себе удерживать такую мощь. Поэтому неудивительно, что сейчас мальчишка бьётся в лихорадке, когда сам «паразит» спокойно разгуливает по дому в поисках правды.       — По твоим глазам я вижу, что у тебя уже есть план по собственному воскрешению, — разрушил раздумья мужчины Блэк.       Если я всего лишь отпечаток магии, то мне нужно занять другое тело, — начал Тёмный Лорд, идя взад-вперёд по комнате. — Предположим, тело вырастим через гомункула, магию перекачаем через связку рун и артефактов…       — Но в тебя должна вдохнуть сама Жизнь, — проговорил Блэк, понимая, что задумал маг. — Тебе нужен воскрешающий камень, который выбросил Гарри в ночь перед смертью.       И только он сможет найти его вновь, — прошипел мужчина, вновь всё сводилось к одному. — Он ни за что не послушает меня…       — Но послушают другие, — хмыкнул Блэк. — Ты отпечаток магии, всё, до чего ты дотрагивался в прошлом, имеет с тобой связь. Да и благодаря твоему участию в ритуале, мой дом принял тебя, как самого Гарри, — на лице Финеаса стояла ухмылка, прокручивая кончик усов пальцами. — Кстати, не всех твоих чокнутых друзей посадили в Азкабан.       Темный Лорд остановился. Слова Финеаса заставили его рассмеяться, действительно, он мог ещё управлять своими людьми, если он этого захочет. Смотря на свои руки, мужчина чувствовал мелкие пульсации магии. Гарри приходит в норму, через несколько дней, возможно, даже сможет обойтись без зелий. А значит, нужно с умом растрачивать магию Блэков, желательно, не затрагивая Гарри.       Гарри не должен узнать о нашем разговоре, — повернулся Тёмный Лорд к портрету.       — Он не узнает, но я буду рад увидеть его здесь. Как встанет на ноги, приведи его сюда. Как глава дома ему многое придётся освоить… Точно, старый Кричер видит тебя, но молчит по моему приказу, однако и ты можешь отдавать приказы ему, — Блэк смерил его взглядом, задумываясь над собственными действиями, хотя уже поздно об этом размышлять. — А ты… Не дай Гарри погибнуть вновь.       Вы сами знаете, что мы связаны, — слегка улыбнулся мужчина. — И я не дам ему сделать глупостей…       Мужчина вышел из кабинета главы, оставляя портрет в одиночестве. Сейчас Волан-де-Морту нужно быть рядом с Поттером, не давая захлебнуться в собственных кошмарах. Если потребуется, забрать его оттуда и прикоснуться к нему.       И сейчас, стоя напротив кровати юноши, Тёмный Лорд готов на всё, чтобы придать родственной душе жизнь и не дать погибнуть.       Мальчишка, безрассудный и глупый, — проговаривал мужчина, касаясь пальцами щеки парня, ощущая тепло, а не огонь. — Полная моя противоположность, — пальцы поднялись вверх, поднимая слегка влажную чёлку, касаясь шрама. Гарри чуть дрогнул, напрягая лоб до линий морщин. — Я сделал тебя своим в ту ночь, значит и мне нести за тебя ответственность…       Тёмный Лорд медленно склонился над спящим юношей. Лицо мага излучало не заботу, скорее принятие собственного интереса. Лёгкое прикосновение его хладных губ ко лбу Гарри вызвало у того едва заметное движение, словно он пытался скрыться от ощущений. Однако тот лишь расслабился, поворачиваясь в другую сторону. Тёмный Лорд продолжал сидеть у изголовья кровати, касаясь волос волшебника, словно пытаясь успокоить его бушующий сон. А в голове выстраивался план, как спасти их обоих от рук Смерти.