Ложная луна

Весь оставшийся день Тэхён был сам не свой. Как бы он не пытался снова отвлечься на работу — мысли постоянно возвращались к словам альфы. «Лихан ждёт ребёнка». Блять, если это действительно ребенок Чонгука, у них будут большие проблемы. Тэхён хотел было позвонить папе или Чимину, чтобы обсудить с ними, но не стал. Это проблема его семьи, и именно им с Чонгуком нужно искать выход. Хоть Тэхён и не верит в то, что Лихан действительно носит ребёнка Чона, реакция альфы его насторожила. Что, если волк почувствовал своего наследника? Что, если всё может быть действительно, как рассказывает тот омега? Что им тогда делать? Весь вечер Тэхён провел на форумах, читая истории о внебрачных детях, бастардах. Конечно, никаких свежих случаев не было, ибо никто из правящих вожаков не позволил бы этой информации просочиться, но пару историй из далёкого прошлого Тэхён всё-таки нашел. И не сказать, что они чем-то его порадовали. Как он и сказал Чонгуку, выбора у них практически нет. Перед сном Тэхён зашёл в ванную, чтобы сделать свой вечерний уход. Он долго рассматривал себя в зеркале, пытаясь найти следы от рук Чонгука. Но, к счастью, никаких синяков не проявилось. Либо альфа всё же контролировал свои действия, либо Тэхён вовремя среагировал. Внутри всё противно сжалось, когда перед глаза предстало лицо альфы в гневе. Из глаз пропали те тепло и трепет, с которыми Чонгук в последнее время смотрел на мужа. Грубость, которую он проявил по отношению к Тэхёну, никак не укладывалась в голове, ведь до сих пор все касания Чона были пропитаны лаской и бережностью. Тем не менее, лицо Тэхёна всё ещё оставалось чистым, зато в глазах засела глубокая тревога. Омега ненавидел ситуации, которые не мог контролировать. Вся его жизнь всегда шла по определённому распорядку. Он привык планировать, держать руку на пульсе, владеть ситуацией. Сейчас же от него мало что зависело. Он не мог повлиять ни на плод внутри Лихана, ни на их с Чонгуком брак, ни, тем более, на чувства альфы. На автомате проделав все уходовые процедуры, Тэхён снял с себя все украшения и отправился в кровать. Засыпать одному тоже было непривычно. За эти месяцы брака он уже привык, что рядом постоянно находится пышущее жаром тело, не желающее признавать личных границ в постели. Он привык быть маленькой ложечкой, быть укрытым сильным телом. Сейчас же простыни казались непривычно холодными, и Тэхён поёжился от неприятных ощущений. В голове проскочила мысль, что, если ребенок действительно окажется Чона, то теперь альфа вернётся в постель Лихана. И пусть в декабре Тэхён был готов к подобному, даже сам говорил об этом Чонгуку, сейчас волчица внутри скреблась и рычала, не желая отпускать от себя альфу. Дерьмо, как же он влип. Измотанный подобными думами, Тэхён и не заметил, как провалился в сон.

***

Дверь за его спиной захлопнулась с таким грохотом, что на секунду заглушила даже собственные мысли. Чонгук не помнил, как оказался в лесу. Тело двигалось само. Быстро. Резко. Так, что воздуха не хватало, а в груди становилось слишком тесно. Кости хрустнули, выворачиваясь, и через мгновение человек исчез. Волк вырвался, убегая в то место, где всегда искал покой, тишину. Даже от собственных мыслей. Лапы сами вынесли его туда, где он уже однажды пытался разобраться в себе. Он даже не выбирал дорогу — тело вело его в нужном направлении. Ветер бил в морду, холодил кожу под шерстью, но не помогал. Знакомый поваленный ствол показался впереди слишком быстро. Альфа резко затормозил, лапами оставляя за собой глубокие борозды, зарываясь ими в мягкий мох. Грудь сводило от быстрого бега, но больше от волнения. Он издал рык, и практически завыл от напряжения. Он сдерживал себя, не желая привлекать внимание стаи. Ему нужно было прийти в себя и всё обдумать. «Щенок», — первой же мыслью пронеслось в голове. «Моя кровь и плоть. Сын, будущий наследник». Волк будто не сомневался. Сроки, течка, беременность. Они были парой. Всё сходилось. Его кровь. Его ответственность. И никто не имеет права это оспаривать. Глухое рычание сорвалось с пасти, когда в памяти всплыл голос Тэхёна. «Твоём ли?» Шерсть на загривке встала дыбом. Волк не понимал сомнений. Не принимал их. Как можно сомневаться в том, что уже принадлежит тебе? Но Чонгук-человек… Перед глазами всплыло другое. Тэхён и его взгляд. Такой спокойный поначалу, а после холодный. И — на мгновение — задетый. Чон сжал зубы до пульсации в висках. Он… причинил ему боль. Пальцы будто до сих пор чувствовали чужую кожу — слишком тонкую, слишком тёплую, такую знакомую. И как она напряглась под его хваткой. Осознание пришло резко, почти болезненно. Он сделал больно не прошлому, не кому-то чужому. А тому, кто был рядом с ним сейчас. Кто вытащил его из той темной ямы, в которую он сам себя загнал. Принял, поддерживал. Дал ему дом и семью. Опору. Уют и тепло. Желание жить, двигаться дальше. В животе всё скрутило практически до тошноты. Его выворачивало от самого себя. От того, как легко он позволил зверю взять верх. От того, что это был Тэхён. Волк бесился, то скулил, прижимая уши, захлёбываясь накатывающей виной, то вновь рычал, не принимая, отталкивая. Для него всё было просто. Есть щенок — его нужно защитить. Любой ценой. Но человек… человек понимал, что всё не так просто. В голове появились противоречивые мысли. «Я бы почувствовал. Должен был. Тогда, в новогоднюю ночь… Но не почувствовал». Чонгук тяжело выдохнул, поднимая морду к небу. Луна уже показалась над кронами деревьев. И течка… К тому времени прошло уже почти два месяца. Почему тогда она была? Что могло это спровоцировать? Почему Лихан молчал? Почему сейчас? Мысли путались, сбивались, цеплялись одна за другую, не давая выстроить цельную картину. Слова Тэхёна снова всплыли в голове, уже не вызывая злости — только напряжение, тянущее внутри. А что, если… Волк зарычал, не давая закончить мысль. Но сомнение уже появилось. И от него было не убежать. Чонгук опустил морду, тяжело дыша. Ему нужно вернуться к мужу. Сказать хоть что-то. Сделать хоть что-то. Потому что в первую очередь — Тэхён его муж. Тот, кого он выбрал. Тот, кто выбрал его. Замечательный, прекрасный омега, на которого он… поднял руку. Пусть на инстинктах. Пусть в защиту потомства. Но это — зверь. А он… он всё ещё человек. И если он не научится держать его в узде — какой из него вожак? Потому что, если это действительно его щенок — он обязан его защитить. А если нет… Что ж, он только что собственными руками разрушил единственное, что у него появилось после всего.

***

Уже в полудреме Тэхён почувствовал, как сзади прогнулся матрас, а после к нему со спины прижалось тёплое тело. — Прости за сегодня, — прошептал альфа, целуя его щеку, а после спускаясь к подбородку. — Такого больше не повторится, обещаю. Тэхён ничего не ответил, лишь кивнул. Он получил еще несколько поцелуев, прежде чем Чонгук угомонился и улегся рядом, рукой притянув его к себе, не оставляя между ними и миллиметра. Омега на самом деле уже не винил альфу, немного успокоившись. Он понимал, что Чонгук сразу принял этот плод как своего сына. И внутренний зверь просто встал на защиту своего потомства. Теперь ему даже было немного жаль альфу, потому что ясным разумом Тэхён всё ещё не верил в то, что Лихан беременный ребёнком Чона. Если бы это было так, тот начал бы действовать куда раньше. Ещё после новогодних праздников, когда Ван посмел заявить, что Чонгук всё равно уйдёт к нему. Именно тогда и стоило подкрепить свои угрозы вскрывшейся беременностью, а не выжидать столько времени.

***

Утром, сидя за завтраком, Тэхён задумчиво водил ложкой в каше. — Ты понимаешь, что если там действительно твой ребёнок, то в браке у тебя уже не родится наследник? — омега перевел взгляд на мужа, убирая руки от тарелки. Чонгук вздохнул и запустил пальцы в свои волосы, локтями упираясь в стол. — Знаю, кровь рода не позволит иметь более одного наследника. Ещё в давности шаман, что тогда помогал основателям, наложил на каждую из семей будущих вожаков заклятье: в роду всегда рождается только один сын-альфа, чтобы наследники не устроили междоусобицу и братоубийство. Первый сын станет истинным будущим вожаком. Иметь больше альф в главной семье кровь не позволит. Исключение — смерть наследника. Тэхён всё утро обдумывал это, не зная, как действовать в сложившейся ситуации. — И что нам делать? Брак наш не расторгнуть, но и наследник вне брака добавит сложности, — Тэхён потянулся к Чонгуку, кладя свою руку ему на голову, чтобы успокаивающе погладить. — Тебе в первую очередь, Гук. Ты ещё не вступил на должность вожака, а эта ситуация может пошатнуть твой авторитет. Чонгук подался навстречу его прикосновению и зажмурил глаза. — Не знаю. Я правда не знаю. Тэхён закусил губу, вздохнув. Они все стали заложниками сложившейся ситуации. Долбанный треугольник, который никак не хотел распадаться. — Давай отвезем Лихана в город? Сделаем тест на отцовство? Чонгук поднял на него взгляд до того уязвимый, что у омеги сжалось сердце. — Ты думаешь… думаешь, он врёт? — Я не знаю, — честно ответил Тэхён. — Но нам нужно убедиться. Ведь в случае, если там действительно твой щенок, я не смогу… — он отвёл взгляд, оборвав себя. Да, он переживал за альфу, но так же его собственная боль тоже давала о себе знать. Он — муж вожака, но никогда не сможет подарить ему наследника. Это чувствовалось довольно унизительно. Да, тут никто не виноват, если Лихан забеременел ещё до того, как случился их договор о браке. Но это не отменяло то, насколько была задета его собственная сущность. Честно говоря, он пока и не задумывался о детях. Он давно установил спираль, о чем предупредил Чонгука еще до брака. Тем более, им было рано, альфе нужно сначала принять пост вожака, занять устойчивые позиции и наработать авторитет. А уже после можно было подумать и о наследнике. Но теперь, когда у него почти отняли эту возможность, даже мысль о том, что у них с альфой никогда не сможет родиться будущий вожак, приносила ужасную боль. Чонгук, казалось, почувствовал страдания омеги, тут же притягивая его ближе, чтобы обнять. Теперь уже он дарил успокаивающие поглаживания своему мужу. — Тэ, у нас с тобой обязательно будут дети. Омег я буду любить не меньше, клянусь, — он поднял лицо Тэхёна, чтобы заглянуть в потухшие глаза. — Это же будут мои сыновья, от моего омеги. Моего мужа. Как я могу не полюбить их, а? — он улыбнулся, большими пальцами поглаживая его щеки. Тэхён не удержал одну слезинку, позволяя ей скатиться из уголка глаз. Чонгук тут же поймал ее своими губами, оставляя лёгкий поцелуй, а после ещё один на лбу. Он уложил голову Тэхёна себе на плечо, позволяя уткнуться носом в шею. А в душé ненавидел себя за то, что такой прекрасный омега оказался втянут в его собственные проблемы. — Мы справимся, — прошептал Чонгук, носом утыкаясь в мягкие светлые волосы, чтобы вдохнуть аромат мужа. Тэхён часто закивал, не поднимая головы. — Справимся. Они есть друг у друга. Они — будущие вожаки, будущее стаи. А потому все эти проблемы лишь небольшое препятствие на их пути. Вместе они обязательно что-нибудь придумают.

***

Дом родителей встретил их непривычной тишиной. Чонгук поймал себя на том, что снова заламывает пальцы, и резко сжал руки в кулаки, пряча это движение. Зубы сами нашли колечко в губе — он прикусил его, почти до боли, лишь бы не выдать, как внутри всё снова начинает скручиваться. Рядом тихо шагал Тэхён. Спокойный. Собранный. Слишком… правильный для всего происходящего. Чонгук на мгновение скосил взгляд — омега незаметно вытер ладони о ткань брюк. Нервничает. И всё равно держится. Их встретил Джихун. Его взгляд скользнул по ним обоим — внимательный, цепкий — и на долю секунды задержался на лице Тэхёна, смягчившись. — Отец уже ждёт в гостиной, — сказал он, закрывая дверь, пока пара снимала обувь. Дэхён сидел на диване, и стоило им войти — перевел тяжёлый взгляд на Чонгука. Прямой, выверяющий, будто заранее знал всё, что скажет сын. Чонгук сглотнул, проходя внутрь. Сел, но почти сразу же подался вперёд, упираясь локтями в колени, сцепляя пальцы. Нельзя. Нельзя снова сорваться. Тэхён опустился рядом. Близко. Его бедро прижалось к бедру альфы, оказывая немую поддержку. Черт, Чонгук его не заслуживал. — Рассказывай, — спокойно произнёс Дэхён, когда рядом с ним устроился Джихун. Без лишних слов. Без эмоций. Как при разборе любой другой проблемы стаи. Чонгук глубоко вдохнул. — Лекарь подтвердил беременность, как ты сам знаешь, — начал он, чувствуя, как пересыхает во рту. — По срокам… всё сходится. Последняя течка была за месяц до свадьбы. Он на секунду запнулся, сжав челюсти. Щенок. Мысль вспыхнула уже привычно — почти успокаивающе. Его сын. — Есть основания полагать, что это мой ребёнок. Тишина в комнате стала гуще, но Дэхён не изменился в лице. — Основания, — повторил он. — Не уверенность? Чонгук чуть нахмурился. — Сроки совпадают. — Я услышал, — кивнул отец. — Но спросил другое. Чонгук сжал зубы, чувствуя, как от волка поднимается раздражение. Но не позволил ему вырваться. — Я… — он на секунду запнулся, — не могу быть уверен до конца. Рядом Тэхён едва заметно пошевелился, ерзая на месте. Но его нога так и осталась прижатой к ноге альфы. Чон сдержал порыв взять еще и руку омеги в свою, просто чтобы заземлиться. — Почему мы узнали об этом только сейчас? — на этот раз спросил Джихун. — Почему омега молчал столько времени? Вопросы били точно. И слишком знакомо. Слишком похоже на те, что уже звучали у него самого в голове. Чонгук отвёл взгляд, сжав пальцы сильнее. — Не знаю. — Ты чувствовал изменения? — спокойно уточнил отец. И вот тут он замер. Новогодняя ночь. Запах вербены, который порывами ветра хлестал по его лицу на том крыльце. И… Пустота. Он резко выдохнул. — Нет. Слово прозвучало глухо, оставляя всех переваривать эту мысль. Тишину снова нарушил Джихун. — Тэхён, — мягко позвал он, — ты как? Вопрос был не о фактах, не о его мнении, а о нем самом. Чонгук повернул голову и увидел, как Тэхён на секунду прикрыл глаза, будто собираясь с мыслями, а после посмотрел прямо. — В порядке, — спокойно ответил он. — Насколько это возможно. Его голос был ровным, но Чон заметил, как длинные пальцы на бедре сжались сильнее. В ответ в его груди что-то неприятно кольнуло. — И я считаю, нам нужно проверить, — продолжил Тэхён. — Слишком много несостыковок. Чонгук напрягся. Челюсть непроизвольно сжалась. «Мой щенок». Он выдохнул сквозь зубы: — Это мой ребёнок. Тишина снова легла между ними. Тэхён не дернулся, а напротив, положил руку на его скрещенные пальцы. — Возможно, — спокойно ответил он. — Но мы не можем строить решения на «возможно». Ни давления, ни упрёка. Тоже только факты. Это его и обезоруживало. Он знал, что Тэхён прав. Знал, что прежде чем принимать какие-то решения, ему нужно удостовериться. Иначе неразрешенность будет тянуть его за душу все оставшиеся до родов месяцы. А ему необходимо сосредоточиться на инициации, которая должна пройти уже совсем скоро. Поэтому он расцепил руки, чтобы переплести свои пальцы с пальцами омеги. — Он прав. Нам нужно убедиться. Тэхён сжал его руку, поддерживая. Показывая, что он рядом. Дэхён перевёл взгляд с одного на другого. И, кажется, впервые за весь разговор в его глазах мелькнуло что-то похожее на одобрение. — В таком случае, — спокойно произнёс он, — вы отвезете того омегу в город. Не вопрос. Решение. — Если ребёнок твой, — продолжил он, глядя на сына, — это наследник. Вне зависимости от обстоятельств его рождения. Чонгук кивнул. Он это и так знал. Но в глазах отца чётко читалось: «Лучше, чтобы это было не так». Как бы больно внутри не было, он понимал это желание старшего. — Я поговорю с семьей Ван, — заявил Джихун. — Лучше, если это сделаю я. Чонгук благодарно улыбнулся папе. — Спасибо. — Я найду клинику и запишусь на приём. Заодно сделаем скрининг, тем более срок уже большой, а омега не встал на наблюдение, — вставил Тэхён. Чонгук удивленно посмотрел на мужа, и его сердце заполнилось щемящим теплом с невероятным количеством признательности. Грудь сжало от осознания, что он не один. Вот его семья, рядом с ним, обсуждает и решает возникшую проблему. Он не остался один со всем этим грузом, его ношу разделили. В горле комом застряли все те эмоции, которые скопились внутри за последние два дня. Тэхён действительно заслуживал лучшего мужа, и Чонгуку придется им стать.

***

Чонгук вышел из дома, когда возле ворот остановился знакомый автомобиль. Господин Ван кивнул ему, здороваясь, пока с пассажирского места выходил Лихан. Чонгук склонился в уважительном поклоне перед старшим альфой, а после подошёл, чтобы придержать омеге дверь. — Нам обязательно делать это именно сейчас? — недовольно пробубнил Лихан. — Ты плохо себя чувствуешь? — в голос Чонгука просочилось беспокойство, но оно было направлено на щенка внутри омеги. Взгляд также автоматически скользнул к животу, всё ещё не особо заметном под свободной рубашкой. — Нет, но ты уверен, что это безопасно? — настаивал на своем Лихан. — Да, Тэхён изучил всю информацию, а также проконсультировался с врачом. Сначала тебя осмотрят, проведут все положенные на этом сроке исследования. А после будем решать насчет теста. Чонгук развернулся и направился к своей машине, слыша, как омега следует за ним. Волк, на удивление, вел себя спокойно. Почему он реагирует только на нападки в сторону будущего щенка, но никак не заинтересован в том, чтобы подойти ближе, потрогать или пометить? Чонгук решил пока выбросить эти мысли из головы. Возможно, ему стоит поговорить об этом с врачом. Он открыл заднюю дверь, приглашая Лихана сесть, но тот отказался, вставая рядом с альфой. Чон пожал плечами и, привалившись спиной к кузову, достал телефон. — Серьёзно? — язвительно фыркнул стоящий рядом Лихан. — Что? — Чонгук оторвал взгляд от экрана и, вскинув бровь, посмотрел на омегу. Лихан махнул головой на его телефон. Чонгук посмотрел на экран и снова уставился на омегу непонимающим взглядом. Тот закатил глаза. — Заставка, — он снова кивнул в сторону телефона. — У тебя на заставке фото. — Ну… да? Фото моего мужа, — пожал плечами альфа. — Ясно, — кинул Лихан и отвернулся, прожигая взглядом дверь чужого дома. Чонгук никак не отреагировал на этот выпад, лишь улыбнулся и выпрямился, когда Тэхён вышел из дома, закрывая за собой дверь. Кодовый замок пиликнул, и омега спустился к подъездной дорожке. — Можем ехать. Альфа кивнул и открыл ему дверь, дождавшись, когда он усядется. Затем открыл заднюю дверь для Лихана и только после этого занял водительское место. Тэхён уже вбивал в навигатор адрес клиники, в которую у них была запись.

***

— Состояние омеги стабильное, поэтому нет никаких серьёзных противопоказаний для инвазивного метода забора материала, — сообщил врач, который вёл приём. Омега лет сорока, на которого Тэхён прочитал очень хорошие отзывы по ведению беременности. Да и в целом данная клиника была одной из лучших в городе. Поначалу врач удивился, видя, как в кабинет зашли трое, но после понял ситуацию и позволил всем присутствовать во время проведения скрининга. Удобно было, что медбратья пришли в кабинет самостоятельно и сделали забор крови прямо на месте. Некоторые анализы проводились прямо в лабораториях клиники, а потому, за дополнительную плату, результаты они получили практически сразу после осмотра и УЗИ. Лихан недовольно пыхтел, лежа на кушетке, явно не соглашаясь с этим решением. — Это риски для нашего ребёнка, — он посмотрел умоляющим взглядом на Чона. — Уверяю вас, беременность проходит спокойно, с вами и вашим малышом всё будет хорошо, — заверил врач. Чонгук нервно дёргал пальцами, сидя на диванчике напротив. Тэхён, не сдержавшись, накрыл его руки своими, желая успокоить. — Если ты переживаешь, можем сейчас провести анализ на крови, а после рождения сделать его ещё раз, — обратился к нему Ким. Чонгук зажмурился, выдыхая, а после вздохнул. — Нет, я не смогу так. Рождение случится уже после моей инициации, но как я смогу стать вожаком, не зная о будущем наследника? Тэхён кивнул и повернулся к врачу. — Делайте забор. Лихан снова нервно запыхтел, кидая ненавидящие взгляды на Тэхёна.

***

— Результат теста ДНК будет готов в течение трех дней, — сообщил им врач, распечатывая результаты готовых исследований и передавая их будущему папе. — Я пришлю их на указанную при регистрации почту, вместе с остальными анализами. — Спасибо, доктор, — ответил Тэхён, выходя из кабинета. Чонгук, также поблагодарив врача, вышел следом, а за ними, опустив плечи, плелся Лихан. В машине повисла тяжёлая тишина, когда они расселись. Чонгук выдохнул, стуча пальцами по рулю, пока омеги пристегивались. — Зачем ты вызывал течку, зная, что беременный? — внезапно спросил Тэхён, абсолютно спокойным голосом. В ответ послышался возмущенный вскрик Лихана, а Чонгук сжал руль так, что кожа под его руками скрипнула. — Ты сумасшедший?! Я не вызывал течку! — Помни, с кем ты говоришь, — рыкнул Чонгук в ответ, недовольно глядя на омегу в зеркало заднего вида. Тэхён благодарно похлопал альфу по бедру. — Я — папа твоего наследника, Чонгук, а ты встаешь на его сторону? — Ну, папой чьего именно наследника ты являешься, мы скоро узнаем, — ответил за мужа Тэхён, а затем обратился к альфе: — Нам нужно заехать в торговый центр. Купить вещи первой необходимости для ребёнка Лихана, а так же лекарства для стаи. Лекарь Хан передал мне список. — Хорошо, давай тогда в тот, что на выезде? — ответил Чонгук, забивая в навигаторе пункт назначения. — Да, отлично. Зайдём там в одну пекарню? Чонгук поднял вопросительный взгляд на Тэхёна. — М? — О, там есть небольшая пекарня в фуд-зоне, где пекут потрясающие пироги. Когда я был студентом, мы всегда с одногруппниками выбирались туда по выходным. Чонгук улыбнулся и согласно качнул головой. — Хорошо, возьмём домой или ты хочешь там поужинать? Тэхён задумчиво пожевал губу. — Думаю, домой. — А меня никто спросить не хочет? Быть может, нам с наследником тоже хочется кушать? — раздался сзади недовольный голос Лихана, заставивший Тэхёна закатить глаза. Чонгук повернулся к заднему сидению. — Ты хочешь есть? Мы можем зайти пообедать, прежде чем отправиться по магазинам. — Хочу, — скрестил омега руки на груди. — Можем заехать в тот ресторан, где мы были на нашу прошлую годовщину? — Лихан похлопал глазками, глядя на альфу. — Последнюю, — поправил его Чонгук, разворачиваясь в кресле. Со стороны Тэхёна послышался смешок. — Нет, то заведение находится практически в центре города. Мы зайдём в какое-нибудь кафе на месте. Тэ, знаешь, где можно пообедать? — обратился он к мужу. — Да, думаю там есть подходящее, с более менее здоровой едой, подходящей для беременных, — с нажимом в конце добавил он. — Вот и отлично, — альфа вырулил с парковки медицинского центра, выезжая на дорогу.