Ложная луна

Февраль подходил к концу, и вся стая готовилась к окончанию зимы. Омеги сеяли рассаду для высадки в теплицы, как только сойдёт снег. Альфы заготавливали материалы для починки домов и хозяйственных построек. На ферме собирали последний тёплый пух перед будущей линькой скота. Все были заняты делами в преддверии весны и тепла. А так же оборотни готовились отмечать Соллаль. В отличие от международного Нового года, который стая отмечала общим застольем, Лунный Новый год было принято встречать с близкими, в кругу своей семьи и друзей. Тэхён с Чонгуком планировали присоединиться к родителям альфы, но жизнь внесла свои коррективы. Чонгук работал вместе с отцом, внимательно изучая новые условия поставки, которые им выдвинули заказчики в городе, когда его телефон мигнул новым сообщением. От: Тэхён Когда ты сможешь вернуться домой? Чонгук нахмурился, ведь еще утром предупредил мужа, что может задержаться. Отец хотел решить вопросы до праздника, чтобы не отвлекаться на них в выходные.

От: Чонгук

Не знаю пока, постараюсь не очень поздно.

Что-то случилось?

Молчание со стороны омеги всё больше настораживало, в груди поселилось неприятное ощущение. От: Тэхён Да, ладно, хорошо

От: Чонгук

Тэ? Что случилось?

Альфа напрягся, уже думая, что стоит просто позвонить Киму и узнать, что происходит. Но новое сообщение всё же пришло. От: Тэхён Всё нормально. У меня началась течка. Я приму подавители. С губ Чонгука тут же сорвалось недовольное рычание, на что отреагировал вожак, вопросительно на него посмотрев.

От: Чонгук

Не смей! Я скоро буду!

— Отец, мне срочно нужно вернуться домой, — заявил он, поднимаясь с места и не глядя подхватывая куртку. — Что-то с Тэхёном? — С ним всё будет хорошо, если я как можно скорее окажусь рядом, — Чон младший посмотрел на отца проницательным взглядом, на что тот понимающе хмыкнул. — Конечно, сын, иди. Я скажу папе, что завтра на ужин мы вас не ждём. — Извинись от нас, — поджал губы Чонгук. — Всё хорошо, иди к мужу, — фыркнул Дэхён. — С остальным я разберусь. — Спасибо, — благодарно поклонился старшему Чонгук и пулей вылетел из кабинета. Волк внутри скребся от предвкушения, которое уже окутывало его разум.

***

Чонгук слишком быстро добрался до дома, даже сам не заметил. Он еле сдержался, чтобы не обратиться прямо посреди улицы, лишь бы сократить время вдали от своего мужа. Вдали от своего течного мужа. Он громко хлопнул дверью, не в силах контролировать эмоции. Скинул куртку в коридоре и, тяжело дыша, наскоро помыл руки в гостевой ванной на первом этаже. В доме стояла удивительная тишина, и альфа даже почувствовал укол разочарования, когда не услышал сбивающий с ног запах омеги прямо у входной двери. Их гостиная пахла привычными смешанными ароматами, что обычно дарили уют. Однако сейчас альфа недовольно рыкнул, предполагая, что Тэхён всё-таки не послушал его и выпил подавитель. Но стоило ему подняться на второй этаж и подойти к их спальне, как феромоны течного омеги окутали Чонгука с головой. Он сделал глубокий вдох, позволяя аромату проникнуть практически под кожу, успокоить сущность, что муж его дождался. Открыв дверь, он с удивлением обнаружил абсолютно спокойного Тэхёна, который лежал на кровати, что-то быстро печатая в телефоне, в полумраке из-за зашторенных окон. Вот только лежал он абсолютно голым, а одеяло было отброшено на кресло в углу комнаты. — Тэ? — позвал его альфа, так и застыв в дверях. Такой вид омеги его немного удивил, ведь он привык, что другие (Лихан) в начале течки были особенно уязвимы и разбиты. А вот по его мужу практически и не скажешь, что того что-то тревожит. Самого Чона вот беспокоило особенно сильно то, что это был первый раз, когда он видел полностью обнажённого Тэхёна. Он с трудом осадил волка внутри, желающего сию минуту накинуться на омегу. — О, ты так быстро, — Тэхён перевел на него взгляд, который был вполне осознанным. Лишь немного влажным и совсем чуть поплывшим, но так сильно ломающим в мозгу Чона представление о первых часах течки у омег. — Я должен быть рядом с тобой, я же твой муж, — усмехнулся он, всё же проходя в комнату. Аромат миндаля всё сильнее окутывал его, сейчас представляя собой совершенно новый восхитительный оттенок, отличающийся от спокойного состояния. — Окей, герой, — улыбнулся Тэхён. — Ты останешься там, или всё же подойдёшь ближе? — он хитро выгнул бровь, с вызовом глядя на Чона. У альфы от такого мужа перехватило дыхание. Черт, он чувствовал себя гребаным девственником, не знающим, как вести себя рядом с голым парнем. Такое поведение Тэхёна сильно выбивало его из колеи, но еще сильнее заводило. Он потянулся к ремню, чтобы, наконец, расстегнуть брюки и освободить уже налившийся кровью член. Взгляд омеги не отрывался от каждого движения Чонгука, тот внимательно следил за тем, как обнажается тело альфы. Когда Чон оказался полностью голым, он подошёл ближе, заметив хищный блеск в глазах Тэхёна. Словно не он тут был сильным волком, альфой, а именно его прямо сейчас готовились разложить на этой огромной кровати. Чонгук довольно усмехнулся, чувствуя чужое желание и так же откликаясь на него. Он выпустил побольше феромонов, смешивая в воздухе их ароматы, и Тэхён глубоко вдохнул эту композицию. Аккуратно забравшись на кровать, Чонгук навис над омегой на локтях, а голову спустил ниже, чтобы носом провести сначала по сгибу челюсти, а после спуститься к шее, железа на которой так отчаянно пульсировала. Подавив желание волка вонзиться в нее клыками, он поднял голову и заглянул в глаза Тэхёна. Не увидев там и капли сомнения, Чонгук впился в его губы отчаянным поцелуем. Впервые за брак он целовал своего мужа так, как полагается всем замужним парам. Он слизывал мягкий, тёплый миндаль, который в это мгновение расцветал тягучей сладостью. Язык скользил по языку, деснам и нёбу, смешивая сладкий вкус омеги с терпкой, вяжущей слюной с древесными феромонами альфы. Руки Чонгука аккуратно коснулись голой кожи, которая сейчас была влажной и горячей. Соблазнительной настолько, что хотелось сильнее сжать, оставив следы своих рук. Пометить. Но альфа сдерживался, почти нежно ведя ладонями сначала по ключицам, груди, а после переходя на бока, чтобы окольцевать тонкую талию. — Блять, просто помоги мне, альфа, — проскулил Тэхён, отрываясь от поцелуя и мокрыми от слез сильного возбуждения глазами глядя на Чона. — Всё, что угодно, — из его уст прозвучало слишком твердо. Почти клятвой. Аромат Тэхёна пудровый, благородный, что обычно струился за омегой лёгким ненавязчивым шлейфом, теперь раскрывался под его губами насыщенными ореховыми нотами. Но без свойственной им горчинки, течка выкрутила привлекательность феромонов омеги на полную. Чонгук вспомнил, что чувствовал подобный вкус у конфет, которыми делился с ним одногруппник из Европы. Насыщенный и многогранный, сейчас Тэхён казался той самой вкусной сладостью. Его собственный, обычно чистый и тёплый запах, сейчас приобрёл мускусные, терпкие нотки. Альфа реагировал на омегу, выпуская подавляющие феромоны, но только для того, чтобы дать чувство безопасности, защиты. Показать мужу, что его волк сильный, он может укрыть от всех, позаботиться о своем омеге. Быть надёжной опорой. Чонгук спустился ниже, поцелуями прокладывая себе дорогу туда, где его особенно сейчас ждали. Язык скользил по мягкому животу, по впадине пупка, а после и выпирающим тазовым косточкам. Аромат омеги раскрывался всё сильнее, выбивая из него последнюю выдержку, а потому он, больше не церемонясь, резко развёл чужие бедра и, рыкнув от удовольствия, припал губами к истекающей дырочке. Блять, волк внутри взбесился от желания, когда смазка омеги потекла прямо в его рот. Чонгук, казалось, не мог контролировать себя в желании поглотить Тэхёна, пропитаться им насквозь. Дикая, животная сторона одерживала над ним верх, и альфа с трудом старался сохранить хотя бы часть рассудка. Он выпрямился, довольно глядя на блестящую от смазки и его слюны промежность мужа, а после снова навис над ним, устраиваясь удобнее между его ног. — Готов? — всё же уточнил Чон, водя головкой члена по приоткрытому мокрому анусу. Тэхён твердо кивнул, закусив в ожидании губу, и Чонгук тут же слитным движением ворвался внутрь. Черт, если небеса существуют, кажется, они ощущаются именно так. Он не знал, почему его кроет как неопытного мальчишку, но ему было слишком хорошо, чтобы задумываться об этом. Из омеги вырывались низкие стоны, заставляя что-то внутри альфы дрожать, а по рукам толпами бегали мурашки. Тэхён в его руках выглядел как блядское божество. Его искусанные губы поджимались на особенно глубоких толчках, пепельные волосы рассыпались по подушке ореолом вокруг его головы. Окутывающий его миндальный феромон стал невероятно сладким, почти приторным, но от того ещё более вкусным. Чонгук припал к шее омеги, чтобы слизать его прямо с пульсирующей запаховой железы на сгибе шеи. — Чертовски вкусный омега, — пророкотал альфа, запуская мурашки по влажной коже. Сделав еще пару движений тазом, он вышел из омеги под недовольный чужой стон, а после резко съехал ниже, чтобы заглотить истекающий смазкой омежий член. Тэхён, не успев возразить, захныкал от новых ощущений. Его колечко мышц всё еще жадно пульсировало, желая вновь быть растянутым вокруг толстого члена, однако умелый рот альфы заглушал все другие ощущения. Боже, то, как сережка в губе Чонгука давила на его член, когда альфа водил по нему губами, особенно задерживаясь под головкой, сносило крышу напрочь. Чертов пирсинг делал не только поцелуи незабываемыми, но и ласки альфы. Тэхён дрожал, чувствуя холодное серебро, скользящее по чувствительной плоти. Но Чон, не дав ему снова слишком долго пребывать в удовольствии, отстранился, шлепая по ягодицам. — Перевернись, Тэ. Омеге хотелось вцепиться в его горло, чтобы показать, что не нужно с ним шутить, особенно в течку. Но из груди лишь вырвался утробный рык, который, казалось, только позабавил альфу. Тэхён всё же перевернулся, тут же подставляясь, желая вновь быть заполненным. И, наконец, Чон сжалился над ним, вновь врываясь на всю длину. Тэхён тут же постарался подстроиться под его движения, чтобы задать собственный ритм, но: — Не двигайся! — приказал Чонгук, шлепая по голым ягодицам. — Отпусти себя, дай мне взять контроль. Просто наслаждайся, Тэ. Тело омеги замерло от неожиданности таких слов, но после, словно по волшебству, вмиг стало мягким и пластичным. Мышцы на талии расслабились под пальцами альфы, а спина прогнулась еще сильнее, перестав быть застывшей в одном положении. — Умница, — довольно пророкотал Чон, одобрительно поглаживая все места, куда мог дотянуться. Его ладони прошлись по бокам, переходя на спину, а после, нежно огладив задницу Тэхёна, спустились к бедрам. Потеки смазки практически ручейками стекали по их внутренней стороне, и Чонгук не смог отказать себе в желании вновь попробовать ее на вкус. Он двумя пальцами провел по мокрой коже, а после засунул их в рот и тут же простонал от терпко-сладкого вкуса. Удивительно странное сочетание, немного вяжущее, но такое вкусное. На автомате он сильнее вогнал член в тело Тэхёна, с новыми силами насаживая его на себя. Омега от подобного напора упал грудью на кровать, больше не в силах удерживать себя на локтях. Чонгук тут же вышел из него, помогая повернуться на спину и занять более удобное положение, а после немедленно вернулся к своему занятию. Теперь он мог насладиться видом Тэхёна, полностью отпустившего контроль. Тот жмурился, закусывая губу, хватая пальцами всё, что попадалось под руки. Его голова то и дело запрокидывалась, выставляя изящную шею на показ так, что у Чонгука зубы чесались от желания оставить на ней метку. Но всё, что он себе позволял — собственнические засосы, может немного прикусить, оставляя лишь поверхностные следы зубов. Стоило языку Чона скользнуть ниже, к ключицам, а после и набухшей груди — тело под ним затряслось. — Альфа… — на пике оргазма выдохнул Тэхён, заставляя Чонгука, закусив губу, толкнуться глубже. — Блять, как же ты хорош, — выдохнул Чонгук в ответ. Ах, он хотел бы услышать своё имя слетающее с этих уст в момент самого сильного наслаждения. Он понимал, что пока рано, но внутри всё равно поселилось небольшое разочарование. И желание исправить это недоразумение, конечно. Это только первая из их бесчисленных ночей вместе, и Чонгук добьётся того, чтобы его муж забывал все другие слова, кроме его имени в такие моменты. Не сбавляя темпа Чонгук продолжил глубоко входить в омегу, трахая его прямо сквозь оргазм. — Чонгук, хватит, ах… — Нет, — рыкнул альфа, наблюдая, как член Тэхёна продолжал дёргаться, даже когда поток спермы иссяк. — Хочу увидеть, как ты разбиваешься на атомы. Хочу, чтобы ты стал таким сломленным для меня. Чтобы каждая клеточка твоего тела дрожала от удовольствия. Тэхён округлил глаза от шока после таких слов, но очередное движение головки члена альфы по его простате заставило их снова прикрыть. — Я не… не могу… хочу… ах, аль-фа… — Давай, Тэ, сделай это. Покажи своему мужу, как ты красив в своем удовольствии. Бедра Тэхёна задрожали, а спина выгнулась в невероятную дугу. По спальне разнесся крик-стон, и Чонгук завороженно наблюдал, как из члена омеги брызнула прозрачная жидкость такой сильной струёй, что практически достала до лица Тэхёна. Грязно и так возбуждающе. Постель под ними, и так мокрая от пота и смазки, впитывала в себя всё их желание и удовольствие. Чонгук так отвлёкся на зрелище, представшее перед ним, что не заметил, как сам кончил внутри Тэхёна. В себя его заставил прийти формирующийся узел. — Вот черт, — Чон почувствовал себя жутко виноватым, ведь вязать омегу без его разрешения — последнее дело. Но Тэхён, казалось, даже ничего не замечал, всё ещё плавая в волнах собственного оргазма. — Тэ, как ты? Чонгук провел ладонью по мокрому лбу мужа, убирая прилипшие волосы. Даже такой, мокрый и уставший, Тэхён был жутко красивым. Волк внутри довольно порыкивал, чувствуя удовлетворение, по всей видимости, от исполненного долга. Он очень хорошо позаботился о Тэхёне. Когда узел внутри сместился, альфа прошипел, думая, что даже слишком хорошо позаботился. Он аккуратно перевернул их, чтобы уложить мужа на себя. — Это было так хорошо, — вздохнул Тэхён, удобно устроившись на груди альфы. — М? Секс? — ухмыльнулся Чон, за что тут же получил шлепок по боку. — Отпустить контроль. Это было, не знаю… Словно сбросить груз? Возможно, — признался Тэхён, чувствуя отголоски урчания, исходящие от волка внутри Чонгука. — Ты теперь не один, Тэ. Нам придется провести рядом всю жизнь, и ты можешь рассчитывать на меня. Всегда, — он нежно огладил взмокшую спину мужчины, чувствуя, как по чужому телу побежали мурашки. — Да. Наверное. Просто в обычной жизни контроль помогает мне быть спокойным. Но из-за этого я иногда перегораю. — Ничего страшного. Я буду рядом, что бы вовремя подхватить тебя, ладно? — Мгм, — неопределённо промычал Тэхён. — Давай поспим сегодня в волчьем обличие, ты не против? — Всё, что тебе нужно, — кивнул альфа. Когда узел спал, он аккуратно помог Тэхёну улечься на более менее сухой кусочек простыни, после чего вытащил все намокшие вещи. Омега тут же обернулся волком, укладываясь по центру кровати. Чонгук, не удержавшись, провел пальцами по светлой шерстке и слегка почесал за ушами, чем вызвал довольный рык. А после сам перекинулся и залез на кровать, чтобы обернуться вокруг Тэхёна, давая ему почувствовать себя защищённым. В воздухе стоял густой аромат их смешанных феромонов, создавая атмосферу уюта и спокойствия. Оба волка быстро провалились в сон, уткнув носы в бока друг друга.

***

Следующие дни течки прошли примерно в том же расписании. Не умереть от голода дорвавшимся друг до друга супругам помогали родители. Сокджин и Джихун по очереди приносили термопакеты с едой, оставляя их на пороге. На четвёртый день, проснувшись утром, Тэхён наконец пробудился не от желания залезть на член Чонгука, а от того, что действительно выспался. Прислушавшись к себе, он не ощутил боли внизу живота, а и так растраханный за эти дни анус, наконец прекратил истекать смазкой. Довольно улыбнувшись, он аккуратно выбрался из постели и обернулся в человека, чтобы принять полноценную ванну. После, вдоволь накупавшись и выполнив все уходовые процедуры, омега спустился на кухню, чтобы самому приготовить завтрак. Но, не успел он накрыть на стол, как по лестнице послышались чужие быстрые шаги. — Тэ? — взволнованно позвал его перепуганный Чонгук. — Я на кухне, — ответил омега, и мужчина тут же показался в дверях. — Всё в порядке, меня отпустило. Он видел, как плечи альфы расслабились, и тот подошёл ближе. На незаданный вопрос, Тэхён сам потянулся, чтобы поцеловать мужа. По-настоящему поцеловать, а не теми лёгкими поцелуями, которыми они обменивались эти месяцы. Чонгук довольно промычал, обнимая его за талию. — Тебе правда лучше? — Да, — кивнул Тэхён. — Так что можешь возвращаться к своим делам, будущий вожак. А я сегодня еще останусь дома, может, позову Чимина. — Хорошо, — улыбнулся в ответ Чонгук. — Может, завтра всё же сходим на ужин к моим родителям? — Нет проблем, — пожал плечами омега, возвращаясь к тарелкам. — А теперь иди в душ, ты воняешь мной сильнее, чем я сам. Чонгук рассмеялся в ответ. — Меня вполне устраивает, — флиртующе протянул он, а после всё же направился наверх.

***

Пак заглянул к Тэхёну только к обеду, сразу тыча в друга бутылкой вина. — Ну и как твой первый опыт? — заинтересованно спросил Чимин, когда они расселись в столовой за столом. Тэхён нарезал закусок и разлил принесенное вино. — Чимин! — возмутился Ким, от негодования слишком громко ставя бокал на столешницу. — Я вообще-то уже проводил течку с альфой. — Поправочка, ты не проводил течку со своим альфой, — подмигнул Пак, покачивая вином в своем бокале. Тэхён замялся и выдохнул. — Чонгук не моя пара. — Ты так думаешь? — фыркнул Чимин, качая головой. — На тебе живого места нет, я удивлен, что до настоящей метки не дошло. Его запах на тебе ощущается чётче, чем твой собственный. Так не ведут себя с «просто мужем». Тэхён нахмурился, а после решительно покачал головой. — Чимин-а, я знал, что у этого альфы уже есть пара, когда выходил за него замуж. Так что давай не будем раздувать из мухи слона. Чонгук исполнял свою часть нашей договоренности. — Я бы тебе твои договорённости засунул… — пригрозил Чимин, а потом рассмеялся: — Но твой муж уже это сделал. Тэхён тоже не выдержал и усмехнулся, покачав головой. — Кстати, Лихан присмирел и снова нигде не появляется, — внезапно вставил Пак. — Он не показывается даже в рыночные дни с отцом, как было раньше. Его не было и перед подготовкой к Соллалю. Хотя спрос на приправы господина Вана был огромный, но рядом крутился только его младший сын. Тэхён задумчиво покусал губу. — Я не знаю, что между ними произошло, но Чонгук начал себя вести иначе примерно, — он нахмурился, — с того момента, как внезапно слег в начале февраля. — Странно? — вскинул брови Пак. — Да, эм. Мы хоть и сближались, но держали дистанцию. А теперь он словно пытается сломать все стены, — Тэхён потер шею, которая еще хранила на себе следы альфы. — Мы уже почти месяц спим в человеческом обличии, и я всегда просыпаюсь от того, что он подминает меня под себя, словно ребенок игрушку. — Вы столько времени не обращались?! — ужаснулся Чимин. — Нет, обращались, конечно, — он промолчал о том, что пару раз в течку они трахались в зверином обличии. — Но волками мы и до этого не особо держали дистанцию. А теперь ее нет вообще. — А я что говорил! — радостно воскликнул Пак, хлопая в ладоши. — Это всё только домыслы, Чимин. Я обещал Чону быть верным мужем и заботиться о стае. О том, чтобы стать реальной парой, речи не шло. — Ты можешь хоть раз забыть о своих долбанных условиях и просто обратиться к чувствам? — взревел Чимин, хватаясь за голову. Но, посмотрев на друга, он только увидел вскинутую вверх бровь с явным посылом: «Ты серьёзно сейчас?». — Ты, блять, просто невозможный. — Спасибо, — хмыкнул Тэхён, возвращаясь к чаю. — Кстати, Чонгук подарил мне фотосессию, не хочешь съездить со мной в город на неделе?

***

Март и начало апреля прошли в подготовительных работах к теплому сезону. Ферма и теплицы уже перешли на летний режим, стая всё чаще собиралась, чтобы оперативно решать возникшие проблемы. Чонгук с Тэхёном с головой погрузились в работу. Несмотря на то, что Тэхён знал историю Чонгука, альфа всё равно ждал, что омега начнёт злиться и ревновать, требовать изгнать Лихана. Каждый раз, находясь на общем совете стаи, Чонгук наблюдал за Тэхёном, ожидая реакции мужа на присутствие семьи Ван. Но Тэхён ни коим образом не отвлекался от тем, которые выносились на обсуждение. Он стоял справа от Чонгука, занимая свое законное место, показывал свой ум и твёрдость характера, общался с жителями поселения, выслушивая их проблемы. С наступлением весны дел в стае становилось всё больше, возобновились работы в теплице, готовились поля под посевы, и Тэхён вникал во все аспекты работы, чтобы суметь грамотно распределить ресурсы. И внутри альфы поселилось какое-то странное тёплое одобрение. Он чувствовал прожигающие взгляды Лихана, с трудом заставляя себя не взглянуть в ответ, но Тэхён… Он держался потрясающе. Чон был уверен, что тот тоже чувствовал к себе особое внимание, но никак не показывал неловкости или слабости. Он принимал советы старейшин, мог попросить помощи у папы Чонгука, при этом оставаясь стоять с ровной спиной и прямым взглядом. Словно был рожден для того, чтобы стать главным омегой в стае. — Тебе повезло, сын, — однажды сказал ему отец, когда особенно долгое собрание подошло к концу. Тэхён остался выслушать просьбы омег, чтобы составить список покупок к весне для стаи, а Чонгука позвал на разговор вожак. — Тэхён станет твоей крепкой опорой в дальнейшем. Такой тыл позволит тебе быть мудрым и сильным вожаком. И снимет часть груза с твоих плеч, разделив его на двоих. Чонгук понимал, о чем говорит отец, и как бы больно не было на сердце, он так же знал, что эти слова были чистой правдой. И то, что он никогда бы не услышал от отца подобных слов, если бы женился на Лихане. Ему пришлось бы быть сильным не только для стаи, но и для собственной семьи. Конечно, он бы выдержал, однако от знания того, что если ты споткнешься, тебя поймают, а не упадут следом, становилось легче дышать.

***

— Что смотришь? — Чонгук отложил свой телефон и подполз ближе, укладывая свою голову на плечо омеги. Впервые за весенние дни, им выдался спокойный вечер, когда они даже были не слишком уставшими, чтобы приползти домой и сразу рухнуть в кровать. — Фотографии прислали, — Тэхён повернул экран к мужу. — Пока только несколько обработанных, на одобрение. Тэхён уже привык, что в постели у них нет личного пространства. И, в целом, его это не смущало. Запах Чонгука довольно приятно окутывал его, да и прикосновения альфы всегда ассоциировались с чем-то тёплым, почти нежным. Но тут Чонгук напрягся, хватая его телефон. — Это… Вау, ничего себе, — альфа приблизил кадр рассматривая его, а после перелистнул следующий. — Блять, я очень надеюсь, что фотограф — омега, иначе мне придется выколоть ему глаза. Тэхён рассмеялся, забирая телефон обратно. — Тебе понравилось? — Да, скинь мне тоже, — кивнул Чонгук, снова укладываясь к нему на плечо. Его рука привычно обвила талию омеги. — Чёрт, я буду хвастаться перед другими вожаками, какой у меня красивый муж. Тэхён фыркнул и шлепнул ладонью альфу по лбу. — Чушь не неси. — Это правда, — Чонгук повернул голову и оставил поцелуй под ключицей. — Очень красивый, — он плотнее прижался к Тэхёну, вжимаясь своим возбуждением в его бедро. — Ты серьёзно? — Мгм, — согласно проурчал альфа, поцелуями переходя на его шею. — Хочешь сейчас? — Если ты не против, — он посмотрел на мужа черными глазами, которые уже затянуло пеленой возбуждения. Тэхён убрал телефон на столик у кровати, а после повернулся к Чонгуку. — Это не будет неловко вне цикла? — Это будет очень хорошо, — Чонгук оставил легкий поцелуй на его губах. — Невероятно. Альфа углубил поцелуй и подмял омегу под себя, нависая сверху.

***

Зайдя в дом, Чонгук заметил своего мужа, сидящего в кресле с ноутбуком. Тэхён не любил оставаться работать в кабинете, по возможности всегда спускаясь в гостиную. Омега облюбовал мягкое кресло, к которому купил специальный приставной столик для ноутбука. И сейчас он сидел там же, сложив ноги под себя, и сосредоточенно работал. — Тэхён, мы можем поговорить? Повернувшись, омега заметил, что его муж нервничает. Он знал эти жесты: заламывание пальцев, покусывание колечка в губе. — Конечно, — кивнул Тэхён, откладывая ноутбук с открытыми таблицами. Джихун уже практически полностью передал ему обязательство вести весь бюджет, на его плечи легла ответственность за то, чтобы стая всегда жила в достатке. Омега глубоко вдохнул и поморщился. Ранее терпкий древесный запах альфы теперь отдавал горечью. — Что случилось? Чонгук присел на диван, но тут же снова с него подскочил, вышагивая по комнате, словно зверь в клетке. — Лихан ждёт ребёнка. Не сумев сдержать удивления, Тэхён округлившимися от шока глазами смотрел на мужа. — Прости? — Чёрт, я знаю, знаю, — Чон запустил руку в волосы, сильно оттягивая их у корней. — Но лекарь подтвердил. Да и запах Лихана действительно изменился, — уже тише выдохнул он. — Ты нюхал чужого омегу? — вскинул бровь Тэхён, стараясь сдержать злость, однако в ненавязчивый миндальный аромат пробилась горечь. — Нет, нет, ты что! — Чонгук испуганно посмотрел на него. — Меня вызвал отец прямо к нему домой. Его самого туда вызвал лекарь. — Так как, получается, это, возможно, твой наследник, — кивнул Тэхён. — Да, — бессильно застонав, Чонгук рухнул на диван. — Что мне делать? — Нам, — поправил его Тэхён. — Пути давно известны: либо забрать ребёнка, чтобы тот имел право быть наследником, либо отказаться. Ну есть еще третий вариант — убить меня, после чего ты сможешь жениться на Лихане. — Замолчи, — рыкнул альфа, кинув на него злой взгляд. — Никто и никогда не смеет тебя тронуть. Тэхён фыркнул, но вовсе не от смеха. Ситуация сложилась совсем уж не весёлая. Спустя несколько минут задумчивого молчания, омега всё же решил уточнить: — Чонгук, когда ты в последний раз спал с ним? Чонгук поднял опущенную до этого в ладони голову и, нахмурившись, посмотрел на мужа. — Мы договорились с тобой, Тэ. Я держу слово. — Хорошо, — кивнул омега, чувствуя, как узел внутри распустился. Даже если он, возможно, и не любил мужа, как полагается омеге, они всё равно стали близкими друг другу людьми, в их семье царило взаимное уважение. И поэтому, узнай он о том, что альфа всё ещё встречался с бывшим любовником, это сильно бы покачнуло его веру в будущего вожака. — Когда вы проводили в последний раз вместе его течку? Чонгук замолчал, очевидно, пытаясь вспомнить. — Примерно за месяц до нашей свадьбы. — Предохранялись? — Ну… Лихан пил таблетки… Тэхён закатил глаза, качая головой. С другой стороны, если Чон действительно его любил и планировал с ним семью, возможно, тогда он и не видел ничего страшного во внезапной беременности. Он же не знал, что жениться ему придётся на совершенно другом омеге. — Получается, уже прошло более пяти месяцев. Очень странно, что беременность выяснилась только сейчас. — Лекарь сказал, что бывает, когда беременность проявляется только во втором триместре, — вздохнул Чон. — Думаешь, омега может столько месяцев не чувствовать щенка внутри себя? Или Лихан столько времени не обращался в волка? — К чему ты ведёшь? — сощурился альфа, тяжёлым взглядом смотря на мужа. — Предлагаю съездить в город и сделать анализы. Тем более, если он беременный, ему нужно наблюдение на таком позднем сроке. Волк внутри Чонгука подскочил, его шерсть встала дыбом, а спина выгнулась дугой, клыки обнажились. — Считаешь, что он мог соврать? Тэхён же даже бровью не повел на сгустившийся феромон, который пытался его подавить. — Держи себя в руках, — сквозь зубы прошипел он. — Давил бы так на своего бывшего любовника, который сначала отверг тебя перед свадьбой, а теперь, когда тебе надо готовиться становиться вожаком, подкинул проблем со своим отпрыском. Альфа тут же вскочил и, в мгновение приблизившись, сильно сдавил ему челюсть, впиваясь пальцами в нежную кожу лица. — Не смей так говорить о моем будущем сыне! — Твоём ли? — Тэхён с силой ударил кулаком по его запястью, вынуждая Чонгука отпустить его. — Удостоверься сначала в чужих словах, прежде чем угрожать своему мужу. Чонгук отпрянул от него и, ещё раз злостно зыркнув, вышел из дома, громко хлопнув дверью. Тэхён выдохнул так, будто всё это время задерживал дыхание. Впервые за их совместную жизнь Чонгук причинил ему боль. Неприятное чувство поселилось в груди. Омега надеялся, что за такое время Чон должен был забыть о своём бывшем любовнике, но, по всей видимости, чувства альфы оказались куда сильнее, раз даже столь длительная разлука не дала ему остыть. Тэхён сейчас даже немного жалел, что ввязался в этот договор между семьями. Пообщавшись перед браком с Чонгуком, он рассчитывал на то, что альфа благоразумен, а со временем, возможно, они смогут полюбить друг друга. Но теперь он понимал, что сердце Чона занято другим. И, видимо, это никогда не изменится. И именно он — Тэхён — был разлучником, пусть и не по своей воле (может отчасти). Из мыслей его вырвал внезапно вернувшийся домой муж. Тэхён настороженно посмотрел на альфу, который замер в дверях. — Течка может прийти во время беременности? — Маловероятно, — ответил Тэхён. — В очень редких случаях и, обычно, должно что-то случиться: стресс или болезнь. Течка может стать ответной реакцией организма даже во время беременности. Чонгук нахмурился ещё больше, а после снова вышел из дома.