Pendant que tu dormais

— Одасаку! — пальцы вплелись во влажные волосы, придерживая голову от удара об пол. Кровь попала на руки, белоснежную рубашку. — Ты ненормальный, Одасаку...             Что будет, если в давно прошедшем заменить лишь одну незначительную деталь? Изменится ли настоящее? Все, что делается, ведёт к последствиям, какими бы они ни были. Таков эффект бабочки — измени хоть одно событие прошлого, и будущее никогда не будет прежним.

***

      Поздний вечер. В баре "Люпин" было привычно безлюдно, бармен протирал и так блестящий от чистоты стакан. Единственные посетители, сейчас находящиеся здесь, были молодой человек лет двадцати пяти и парень восемнадцати. Сложно даже представить, что могло их связывать, и точно не кровные узы — они были вовсе не похожи друг на друга.       Дазай положил голову на стол, поглаживая отдыхающего рядом кота по голове. Ничто так не расслабляет, как незамысловатые разговоры с товарищем и наблюдение за тающим в стакане с виски льдом.       Над входной дверью зазвенел колокольчик, и в помещение зашел ещё один человек. Сакагучи Анго — некий переходник информации Портовой Мафии. У них не было договоренности, но все трое будто почувствовали, что встретятся здесь сегодня. — О, привет, Анго. Ты сегодня поздно. Задержался на работе? — спросил Дазай, замечая вошедшего. — Ага. Вёл переговоры несколько часов, чтобы в итоге получить в сувенир старинные часы и не прийти к договоренности. Ещё и под дождь попал...

***

— Анго, у тебя сегодня с собой камера? — поинтересовался Дазай, вставая из-за стойки. — Давай сделаем фото. — Зачем тебе эти снимки? — спросил Ода, пока третий из них доставал пригодившийся фотоаппарат. — Просто подумал, что если не сейчас, то когда еще выпадет шанс запечатлеть наши встречи в этом баре?       Все обернулось так, как он и сказал, это был последний день, когда друзья смогли запечатлеть ту незримую связь между ними на фотографии, потому что вскоре один из них оказался на тонкой грани жизни и смерти.