Pendant que tu dormais

      Практически сразу после поездки в штаб Мимика глава отдал распоряжение своей группе осмотреть квартиру Одасаку. Изначально был лишь спор, и эта, как планировалось, небольшая проверка должна была доказать одной рыжей макушке то, что Осаму уверен в своих словах, но монета упала обратной стороной. Впоследствии этого в доме Оды было найдено два автомата. Все случилось настолько неожиданно и спонтанно, что Дазай не поверил, пока не увидел своими глазами. Зацепки складывались сами за собой. Сакуноске никогда не убивал, значит, это оружие появилось у него дома не просто так, но главное, для чего? Оно вполне подходило под использованные пули, найденные неделю тому назад на месте преступления, но нельзя сказать наверняка, ведь распознать калибр так и не вышло.       Громкий стук сердца. Старые воспоминания пролетели перед глазами. Неужели Одасаку все-таки обманывал? Непонимание ситуации окутывало с головы до ног, заполняло каждую частичку его тела, отдаваясь онемением. Говорят, есть несколько стадий принятия. В какой именно он находится? Гнев? Скорбь? Осознать собственную ошибку для Осаму оказалось намного тяжелее, чем он мог предполагать. Повелся на красивый образ и красноречивые разговоры? Это расследование ведь не несёт никакого смысла, а лишь сполна подселяет в их головы сомнения...       Все это складывалось в головоломку, для решения которой не хватало большинства звеньев. Игра стала намного интереснее и запутаннее. Дазай отлично понимал, что может оказаться лишь разменной монетой. Возможно, все это время ни Ода, ни Анго не были друзьями. Но ведь Осаму и жаждет это выяснить? Когда состояние шока и желание сметать все живое по пути к разгадке отошло на второй план, зародился чистый азарт. Теперь ему было практически физически необходимо узнать об этой истории все от начала и до конца. Дазай не верит, что Сакуноске лжец. Совсем. Отчего же такие переживания об этом?       Не смотря на моральные метания, он все еще не один. Ежесекундное перекидывание колкостями и шутками в присутствии напарника было намного лучше, чем тишина, которую Осаму ненавидел. Из нее рождалась беспросветная тьма, желающая убить, растерзать и проглотить, не выплевывая костей. Иногда глава не мог контролировать свои мысли, они бушевали, шумели, переполняли и выплескивались на листы белоснежной, по сравнению с ними, бумаги. В виде текстов, зарисовок, просто черточек и резких линий, пытающихся выразить что-то неизвестное. Именно тогда странным образом, будто учуяв, появлялся Чуя. Рядом с ним, почему-то, было намного... Спокойнее. Он будто возвращал его к здравому смыслу, даже не подозревая этого. Конечно, не самыми мягкими способами. Но это работало.       Осаму не сомневался в доверии к Накахаре. Хотелось бы сказать, что ему было бы просто невыгодно, но это грязное принижение. Дазай не чувствовал в нем всего того лицемерия и озлобленности, что таилось в каждом из участников мафии. Он был другим.

***

      Первое, с чего было бы умно начать — дело Анго, и то, как именно он причастен ко всем этим случаям. Кажется, что он просто сбежал предателем, но это не так. Дазай прекрасно знал род его деятельности. Недавно было совершено нападение на один из самых крупных портовых складов, а после и множество других набегов. Распознать организацию нападавших не удалось ни разу, однако пароль от помещения им отдал никто иной, как Сакагучи, ведь он единственный, кто владел этой информацией. Группа, к которой присоединился Анго, неизвестна Портовой Мафии, информации о ее происхождении тоже нет. Неужели они в тупике?       Со временем, помимо основной задачи, а именно расследования, стали появляться мелкие и не очень поручения из-за растущей частоты покушений как на босса, так и на нейтральные территории. Работу в расследовании они тормозили ужасно, оставшихся часов было мало, что только усугубляло и так не радужную ситуацию. Спать приходилось мало. Осаму и так никогда не был особым любителем этого занятия, однако даже у него истощалась собранность и бдительность к работе. По крайней мере, у напарников появился способ разрядиться в течение дня... — Чуя, cправа! — Я вижу, — тело мертвого противника безвольно упало на асфальт. — Когда это ты стал меня опекать? — Кажется, с самого начала. Как только мы познакомились. Разве нет? — раздался новый выстрел, затем еще и еще. Рука Дазая слегка отдергивалась назад от немаленького импульса отдачи пистолета. Ухмылка растеклась по лицу. Он бессмысленно стрелял в и так мертвого человека, наблюдая за тем, как трепыхается то, что от него осталось.       Пистолет был выбит из его рук и впечатан в уличную, уже и без этого раздробленную плитку. Способность Чуи позволяла управлять гравитацией и поднимать практически что угодно в воздух. По крайней мере, таков был анализ Осаму. Любой в мафии так или иначе пару раз слышал о Арахабаки и о данной Накахаре силе. Дазай, в отличие от некоторых не самых умных индивидов, не считал его лишь сосудом. Чуя был импульсивнее практически любого другого человека, которого мог встретить глава. Он раздражает, иногда прибавляет проблем — и именно поэтому является живым. Учитывая то, что ему небезразлична история его же происхождения и детства, которое пришлось забыть... Каким бы безжалостным он иногда ни был, Накахара редко пренебрегает жизнью людей и понимает всю важность компромисса, что отличает его даже от Осаму. — Ты переводишь пули в пустоту. Прекращай. — Чую не пугал Дазай, но ощущения от него были смешанные. Сложно понять, что у него в голове, не зная достаточно близко. Его грациозные движения смахивали на поведение диких зверушек. Он существует здесь и сейчас, но... По-другому. Таких людей практически невозможно прочитать. Как мысли, так и действия зачастую ставились под множество вопросов. Лично Накахару он провоцировал и действовал на нервы. — Мог быть и аккуратнее. Ты его сломал... Как жаль. — Что дальше? Босс говорил о следующем задании? — Чуя наконец опустился на землю, способность прекратила свое действие, и еще пара осколков упала откуда-то с воздуха. Он поправил свои перчатки, не позволяя сползти с рук, заправил за уши пару прядей влажных рыжих волос. — Нет. У нас есть немного времени. Желаешь провести его со мной? Мило с твоей стороны. — Придется. Без меня ты, идиот, ничего не делаешь. — Кстати об этом, — Дазай стряхнул с плаща невидимую пыль и протянул напарнику фотографию неизвестного происхождения, которую достал из внутреннего кармана своего одеяния. На ней мало что было видно, но человека распознать вполне возможно. Длинное пальто, обрамляющее его фигуру до самых щиколоток, черные волосы ниже плеч и бледная кожа бросались в глаза. Рядом еще одна фигура, личность которой неузнаваема из-за не самого приятного качества снимка. — Ты знаешь этого человека? Рандо, так называют его в кругу мафии. Недавно они были замечены между складов, но сразу исчезли с места. — Артур Рембо. Мы с ним знакомы, занимались расследованием дела Арахабаки. Частично, я здесь по его вине... Он десять лет назад освободил божество, а после нашей последней встречи исчез. Мори запечатал все его исследования в архиве Портовой Мафии, обещал дать мне доступ через какое-то время. — Ммм... Да, я знаком с этим случаем. Мори докладывал о чем-то подобном, но это было о-очень давно. Рембо не связывался с тобой? У него должна быть веская причина появиться здесь. Возможно, это и есть ты~        — Нет. Я впервые вижу его спустя все эти года... Ты сегодня еще более раздражающий, чем обычно. — Раз такое дело, Чуя, — он выпрямился, сложив руки в карманы плаща и возвращая взгляд от фотографии к напарнику. — Направляйся в Сурибачи. Я более чем уверен, что ты встретишь Артура там. Я займусь документами по своему непутевому знакомому. Считай, небольшая прогулка.

***

      Сурибачи не выделялся красотой видов, даже наоборот, ужасал. Люди, что здесь жили, наверняка и не видели центральной, процветающей в будущее Японии. Страшно представить, что происходит с уровнем безрассудства и преступности здесь, а он точно зашкаливает даже больше, чем районы под воздействием основных конфликтных действий организаций Йокогамы, включая Портовую Мафию. Скрыться здесь легко от кого и от чего угодно — плотно построенные или сложенные из подручных материалов дома, из листов заржавевшего металла образовывались некоторые закрытые улицы, по которым можно блуждать практически вечность. Дети образовывали собственные группы и шайки, охраняя свою территорию. Когда-то и Чуя был таким. Королем овец его прозвали неспроста, хоть он себя таким и не считал. Желая лишь безопасности своей "семье", Накахара и не заметил сложившегося против него же альянса. Около месяца или двух назад именно здесь впервые и по случайности Чуя повстречался с Дазаем. Тогда последний предупредил его о том, что агнцы ему не друзья. Накахара безусловно жалел, что не послушал его в тот день, но вслух никогда бы этого не принял.              Песок под ногами отдавался еле слышным хрустом. Зачем Осаму послал его сюда, так еще и одного? Накахара отнюдь не боялся, но то, как быстро его напарник принял решение сидеть за документами вместо возможного боя, ставило все эти действия под объемные сомнения. Что за человек был вместе с Рандо? Отчего-то он показался одновременно знакомым и неузнаваемым. Носитель Арахабаки блуждал по улицам, не понимая, что именно ищет. Людей было необъятно много, из-за чего весь этот шум и гам заставлял думать о том, что они с Рембо уже разминулись раз сто. Терпение заканчивалось, хотелось вернуться в офис и выпытать побольше информации у напарника, но вдруг Чуя увидел его.       Высокий и худощавый мужчина, уходящий в толпу, был одет не по погоде. На дворе стоял теплый апрель, сезон точно не подходящий для того, чтобы носить зимнее пальто, так еще и выглядывающий из-под него свитер. Длинные черные и слегка вьющиеся волосы, полные печали глаза, под которыми имеются едва заметные морщины. Его голову обрамляют белые теплые наушники, прикрывающие уши, шею же скрывает красный шарф в крупную клетку. Человек торопился, и это определенно Артур, образ идеально совпадал с фотографией. Хотя Накахаре она и не понадобилась бы, чтобы узнать давнего знакомого. Он не собирался устраивать драку или убивать Рандо, основной задачей так или иначе было выяснение того, зачем он вернулся и какое имеет отношение ко всему происходящему. Один раз ему удалось сбежать. Чтобы этого не повторилось, Чуя решил проследить за его направлением, может, так он сможет распознать род его деятельности на данный момент.       Путь был долгим и запутанным, извивающимся, ведущим на самую окраину города, в районы пустырей, расстилающихся на множество километров. Накахаре было легко скрыться в толпе, и он оставался незамеченным какое-то время. Вскоре не осталось ни улиц, ни людей. Рембо остановился, они дошли до стенки "Чаши", идти уже некуда. Вокруг пустота, и прятаться нет смысла. Артур изначально знал о преследователе, раз дошел до туда, где буквально ничего нет. — Я вижу тебя. Хватит шпионить. Зачем ты пришел за мной? — Рандо обернулся к собеседнику, между ними было расстояние в несколько шагов. Он оставался непоколебимым, в целом, как и всегда. Мужчина, сколько Накахара его помнит, большую часть времени был сдержан и холоден. Но сейчас, кажется, эти качества набрали обороты. Мысль о том, что именно от этого он постоянно мерзнет, въелась в голову и не уходила, как бы Чуя не отмахивался. — Зачем ты здесь, Рембо? — парень был слегка напряжен, то ли от спокойствия стоящего напротив, то ли от того, что изначально не хотел его встречать. Он знал, какова выйдет встреча: неловкая и, возможно, не самая дружелюбная. — Точно не для того, чтобы снова тебя развлекать. — пистолет выскользнул из кобуры, прокрутившись меж пальцев. Направление прицела быстро переменилось, Чуя оказался на мушке. Прохладный ветер заставлял колыхаться волосы, теперь уже противник вздрогнул от холода, но железная хватка не переменилась.       Смутная печаль столько раз спасала жизнь, и не только собственную, что Накахара сбился со счету. Он, не выпуская рук из карманов кожаной косухи, подпрыгнул, утянув за собой небольшую плитку с пола, и завис в воздухе, отбивая удары пуль этим же куском местной архитектуры. Реакции у него не занимать, даром что Чуя не так хорошо знает соперника, чтобы предугадать его действия, оппонент все равно был довольно предсказуем. Свинец разлетался по сторонам, с клацаньем падая на землю, иногда отскакивая. Те снаряды, что с силой стремились обратно к хозяину, врезались в гиперпространство, созданное способностью Рембо, отлетая и также встречаясь с землей, как и остальные. Чуя не мог его ранить, на способность Артура не действует даже гравитация. Это могло продолжаться бесконечно. Или пока не раздробиться в клочья плита, или пока не закончатся патроны. Стоило склоняться к первому варианту, так как это точно случится раньше, чем будет потрачен магазин. Выхода не было, преследователь может сбежать, но он не тот, кто уходит с поля боя, не получив ответов.       Из раздумий вывели шаги кого-то третьего, на которые оба сначала не обратили внимания, но позже пули вновь переменили свою траекторию и отправились в обратную от Накахары сторону. Совсем близко оказалась знакомая фигура. Он не торопился, и хоть человек был под самым носом, Рандо просто не попадал в него. Носителю Арахабаки не потребовалось долгих раздумий, чтобы распознать силуэт. Дазай вроде бы должен тухнуть в офисе, откуда он здесь?        Пока недруг был обескуражен своей же неудачей в стрельбе и неожиданным появлением подкрепления, взявшегося буквально из неоткуда, напарники действовали. Хватило нескольких секунд, чтобы Чуя опустился на землю в трех шагах от противника, а Осаму деактивировал способность Рембо касанием. Рывок, Накахара схватил Артура за шиворот и, использовав способность, поднял в воздух, затем швырнул по направлению к борту кратера, в котором они находились. Сила была не такой великой, чтобы убить, однако земля под телом промялась и раскрылась комьями по сторонам. На бледных губах выступила струйка крови, возможно, они сломали ему пару ребер. Обломки костей изнутри царапали легкие, заставляя истекать теплой кровью и проникать ей же в глотку. В его волосах запутались куски почвы, а выражение лица до сих пор не демонстрировало значительной боли, которая явно присутствовала.       Они молча и мимолетно переглянулись, повернувшись друг к другу единовременно. Не столько чтобы проверить целостность, сколько за тем, дабы узнать готовность к дальнейшим действиям, которых не последовало. Рандо не шевелился, грудь с усилием поднималась в дыхании, глаза были временно прикрыты, а оружие отлетело в сторону, потеряв свой функционал. Парни выпрямились, Чуя отряхнул перчатки друг об друга, Дазай провел рукой по волосам в облегчении, исчезновении опасности, и они подошли к лежащему. — Дазай, откуда ты взялся, и какого черта не появился раньше? — Я, вообще-то, не соврал и ушел в офис. Вот только босс, узнав о моем поручении для тебя, отправил обратно. И кажется, я прибыл вовремя. Как же ты без меня бы справился, м?       Глаза вяло открылись, колеблясь от одной фигуры, нависшей сверху, к другой. Приняв поражение, Рембо не пытался что-либо делать. Он мог сломать позвоночник, и пока есть шанс на жизнь, не стоит шевелиться, ведь это вполне может привести к скоропостижной и мучительной гибели. — Зачем ты прибыл в Йокогаму, и кто твой сообщник? — Дазай начал что-то на подобии допроса, пока их оппонент еще может говорить. Он мог быстро заставить все разболтать и силой, но побоялся, что случайно убьет его и все сделанное будет бессмысленно, так что дал небольшую фору. — Мы... Изучаем воздействие Арахабаки... Моей задачей было обезвредить носителя... — говорить было очень тяжело, болел каждый атом тела, в ушах пищал белый шум от удара головой. — Кто "мы"? — после затянувшейся тишины глава наступил на грудь Артура, слегка надавливая, вызывая новый шквал болезненных ощущений. — Говори, я могу сломать тебе еще пару ребер. Вижу, ты очень этого хочешь. — взгляд непривычно обратился стеклянным и отстраненным настолько, что даже у самого крепкого партизана вызвал бы холод по спине.       Чуе было тяжело на это смотреть, в голове будто спорили две его стороны: одна — за месть, ведь тот столько раз пытался его убить, другая — за пощаду, ведь они были когда-то товарищами по работе, Рандо очень многое сделал для их общей цели, и в глазах Накахары остался далеко не плохим человеком... — Все. Хватит. — он крепко взял Дазая за предплечье, пытаясь отстранить назад. Не успел Чуя этого сделать, как вдруг раздался еще один выстрел, далекий и свистящий, выпустил его не Осаму. На перчатке Рембо выступила кровь, и стало заметно отверстие в запястье и прошедшую насквозь пулю. Болевой шок брал свое, благодаря выбросу адреналина он уже мало что чувствовал, включая саму же боль.       На крыше одного из близко стоящих домов определенно стрелок. Или он профессионал, ведь хоть как-то но попал с такого большого расстояния, или наоборот, так как свинец оказался всего-то в запястье и не нанес особого ущерба по сравнению с другими травмами. Был ли это способ заставить молчать? Вопрос Дазая был вполне провоцирующим. Возможно, кто-то не хочет, чтобы Портовая Мафия знала эту информацию. Но кто именно? Все так запуталось, что даже Осаму не видел расчищенных дорожек. Допрос пропадет даром, если их прослушивали. Артур спокойно мог и врать о своем деле в Йокогаме. В последнее время слишком много событий, вводящих обоих в глубокое заблуждение... Раз стрелок на его стороне, значит тоже многое знает, почему же не защитил товарища, не убил и даже не ранил его противников?...

***