Любовь и прочие лекарства

Илья тише обычного, и от этого Клиффу не по себе. Молчаливый Розанов само по себе непривычное явление, но сейчас тишина давит ещё сильнее, потому что Клифф знает, что виноват. После матча Илья отчитал его за то, что он травмировал Холландера, и даже тогда Клифф не чувствовал себя так плохо, как сейчас. Он понимал, что привёл их команду к поражению, потому что позволил противникам получить штрафной бросок, а также пострадал человек. Клифф ужасно переживал из-за этого ещё до разговора с Ильёй. Нет ничего радостного в картине того, как другой игрок лежит без сознания на льду, даже если это звёздный игрок команды соперников. Клифф всё понял и с готовностью принял последствия. Он это заслужил. Но потом наступила тишина, Илья уже не казался таким рассерженным, и он не мог понять, что происходит. Вот почему, как только Илья сказал, что собирается навестить Холландера в больнице и извиниться от имени «Медведей», Клифф заявил, что пойдёт с ним и не примет отказа. Может быть, это не самое правильное решение, но бог знает, что может случиться, если Марлоу столкнётся с родителями Холландера или, не дай бог, с его товарищами по команде. Клифф не стремился снова получить в лицо от Пайка. Но он хочет сам убедиться, что Холландер в порядке. И он беспокоится за своего капитана. Клифф не хочет, чтобы тот шёл один и брал на себя вину за то, чего не делал. Вот что приводит на стойку регистрации в центральной больнице Монреаля. — Здравствуйте, мы пришли навестить пациента... Илья перебивает его. — Шейн Холландер. Администратор, женщина средних лет со светлыми волосами, поднимает на них взгляд. При их виде она чуть не выпучивает глаза. Явно разбирается в хоккее. Она уже начала меняться в лице из-за того, как бесцеремонно Илья подошёл, назвав имя Шейна, но недовольство в её глазах становится ещё сильнее, потому что она, кажется, узнала их. Вот оно что. Значит, фанатка «Монреаля». Отличное начало. Она ничего не отвечает, поэтому Клифф заговаривает. — Мы просто хотим извиниться и убедиться, что с ним всё в порядке. Она поджимает губы. — Пожалуйста, — просит Илья. Клифф смотрит на Илью краем глаза, удивлённый его тоном. — Извините, я не могу пропустить посетителей, которых нет в списке. Клифф вздыхает. Он полагает, в этом есть смысл. Им остаётся только послать Холландеру сообщение, у кого-то наверняка есть его номер телефона. Он разворачивается и уже хочет уйти от стойки регистрации, но после нескольких шагов понимает, что Ильи с ним нет. Тот всё ещё разговаривает с администратором. Клифф стоит слишком далеко, чтобы услышать, о чём они говорят, поэтому подходит обратно. Она скептически смотрит на его капитана. Затем вздыхает и несколько раз щёлкает мышкой. То, что она видит на экране, похоже, удивляет её ещё больше. — Верно? — спрашивает Илья. — Хорошо. Он в палате 104. Он благодарно кивает, и она возвращается к своему компьютеру. Клифф спешит за Ильёй, который стремительно удаляется по коридору. — Чувак, что ты ей сказал? — Ничего. Клифф усмехается. — Ну, конечно. Илья ничего не отвечает. Они идут по коридорам, пока не добираются до палаты Холландера. Клифф глубоко вздыхает и стучит, а потом бросает взгляд на Илью, лицо которого необычно бледное. Никто не отвечает, поэтому Клифф заглядывает в окно палаты, надеясь, что там нет никого, кроме Холландера. Им не везёт. В комнате находятся родители Холландера, которые сидят в двух креслах для посетителей, а позади них стоит Пайк. Когда тот поворачивает голову в сторону двери, Клифф быстро отходит от окна. Но слишком поздно. Судя по вспыхнувшему на лице гневу, он их заметил. Пайк подходит и рывком открывает дверь. — Чего припёрлись, Марлоу? — Э-э... — выдавливает из себя Клифф. Чёрт. Он надеялся, что они смогут поговорить мирно. Мать Холландера тоже смотрит на него так, словно хочет испепелить одним лишь взглядом. Он узнаёт её с мужем, потому что они ходят почти на все игры. Любой, кто следит за хоккеем, знает, кто они такие. Холландер единственный не смотрит на него с ненавистью. — Хейден, расслабься. Всё в порядке, — он говорит медленно, протягивая каждый слог. Затем его лицо расплывается в глупой улыбке, и он тут же морщится от боли. Чёрт возьми, ему точно вкололи что-то мощное. Клифф изучает Холландера. Его рука висит на перевязи, а кожа вокруг глаз практически фиолетовая. Выглядит не очень хорошо, но он видел и похуже, поэтому камень на душе становится чуть менее тяжёлым. — Всё точно не в порядке! — говорит мать Холландера. Клифф содрогается. — Мне правда очень жаль, Холландер. Я просто хотел узнать, как ты себя чувствуешь, и извиниться. Пайк фыркает. — Что ж, молодец. А теперь уходи, пока я не поставил тебе второй фингал. Холландер лишь смеётся, как будто угроза звучит очень забавно. — Почему все такие серьёзные? Клифф воспринимает это как знак, что можно войти в палату. Пайк точно не станет его бить, если Холландер не будет возражать против его присутствия. Он жестом зовёт Илью зайти вместе с ним. При виде Ильи Хейден закатывает глаза. — Да вы шутите. Ещё и Розанов! Мать Холландера поджимает губы. — Спасибо, что пришли. Она не выглядит так, будто говорит это искренне. Клиффу кажется, что на её лице скорее написано: «Какого чёрта вы заявились сюда?» — Мы просто хотели узнать, как себя чувствует Холландер, и... — начинает Илья. — Илья! — внезапно восклицает Холландер, расплываясь в глупой улыбке. — Ты пришёл! Какого хрена? Почему Холландер рад видеть Илью? — «Илья»? — с отвращением переспрашивает Пайк. Клифф смотрит на остальных, не зная, как реагировать. Довольно странно слышать, как Холландер называет Илью по имени. Если честно, Клифф думал, что они даже не знают имён друг друга, потому что они всегда обращаются друг к другу не иначе, как «Холландер» и «Розанов». Илья выглядит смущённым. Клифф нечасто видит своего капитана таким. — Э-э... Привет, Холландер. Мы просто хотели извиниться. От лица команды. Желаем скорейшего выздоровления. Холландер хмурится. — Окей, почему ты тоже серьёзный? Успокойтесь, ребята, я в норме. Клифф переводит взгляд с одного парня на другого. Он не очень хорошо знает Холландера, но насколько ему известно, такое совершенно несвойственно для него. И, судя по обеспокоенным взглядам родителей, Клифф скорее всего прав. Они как будто поменялись личностями. Илья как будто не в своей тарелке, а Холландер необычно расслабленный и фамильярный. Илья пытается улыбнуться, но получается больше похоже на гримасу. — В любом случае, нам пора идти... — Нет, Илья, останься, — последнее слово переходит в стон. Клифф смотрит на остальных в комнате. У всех троих на лице застыло одинаковое выражение дикого замешательства. Он уверен, что сейчас выглядит так же. Илья издаёт неловкий смешок. — Почему он назвал тебя Ильёй? — спрашивает Пайк. Имя слетает с губ так, будто он пытается его выплюнуть. — Почему он просит тебя остаться? — сразу же задаёт вопрос мать Холландера. Илья поочерёдно смотрит сначала на неё, потом на Пайка. Затем придаёт своему лицу безразличное выражение и пожимает плечами. — А мне откуда знать? Холландер протягивает руку, как будто хочет дотронуться до Ильи. — Потому что я хочу, чтобы он остался, — говорит он таким тоном, словно это абсолютно очевидно. — Шейн, — начинает его отец. — Эм... Что происходит? Я думал, мы ненавидим Розанова, — кажется, он осознаёт, как звучит сказанное, поэтому переводит взгляд на Илью. — Прошу прощения. Илья только качает головой. — Всё в порядке. — Нет, я не ненавижу его. Я люблю его. Отец Холландера охает. Его мать вскакивает со стула. — Что? — Ты что? Клифф ничего не отвечает. У него просто отвисает челюсть, и навряд ли он снова сможет её закрыть. Он чувствует себя так, словно его ударили в живот, а из лёгких вышибли весь воздух. Шейн Холландер только что сказал, что любит Илью Розанова. Шейн Холландер только что сказал, что любит Илью Розанова. Шейн Холландер — гей? — Я сплю? — бормочет Клифф себе под нос. Пайк издаёт натянутый смешок. — Кажется, утром мне что-то подсыпали в кофе. Только Илья ничего не говорит. Клифф сводит брови, пытаясь прочитать выражение на лице Ильи. Разозлится ли он на Холландера, потому что тот сказал о своих чувствах? Клиффу лично наплевать, кто кого любит, но он понятия не имеет, что про это думает Розанов. Они никогда толком не обсуждали это. Говорить о чувствах не их конёк. К тому же, Илья русский. Клифф не так уж много знает о России, но точно понимает, что там не очень хорошо относятся к таким людям, как Холландер. — Я не понимаю, Шейн, я думал, вы ненавидите друг друга? — спрашивает отец Холландера. Тот глупо улыбается. — Не-а. Он любит меня. Что? Клифф так быстро оборачивается, чтобы посмотреть на Илью, что чуть не сворачивает себе шею. Лицо Розанова бледнеет. — Холландер... — Нет, ты не сможешь взять свои слова назад. На русском всё равно считается! — Ты понимал? — шепчет Илья, но Клифф всё равно слышит. Холландер сказал: «На русском всё равно считается». Илья признался Холландеру в любви. На русском языке. Розанов и Холландер. Илья и Шейн. Они вместе? — Нет, — качает головой Холландер. — Я ещё до этого смотрел в интернете, как сказать на русском «я люблю тебя», и фраза прозвучала похоже. — Я... — начинает Илья, но снова замолкает. Холландер ухмыляется, слишком гордый собой, но затем морщится от боли. — Ауч. — Шейн, дорогой, что такое? — потрясённая мать сразу же преисполняется решимостью выяснить, что причиняет боль её ребёнку. — Где болит? — Тебе больно? — спрашивает Илья, подходя к кровати Холландера. — Немного, — стонет он. — Всё нормально. Поцелуй — и боль пройдёт. — Какого чёрта? — Пайк издаёт такой звук, как будто он подавился собственным языком. Отец Холландера издаёт смешок. — Шейн! Щёки Ильи розовеют. Ха! А он говорил, что русские не краснеют. — Он не понимает, что говорит. Лекарства затуманили ему голову, видите? — Пошёл ты, Розанов, — дуется он. — Илья, ну пожалуйста. Илья переступает с ноги на ногу. — Холландер, нужно попросить медсестру снизить тебе дозу. Ты ведёшь себя как сумасшедший. В ответ тот хмурится. — Почему ты не целуешь меня? Ну пожалуйста? Да ладно, тебе же нравится, когда я... Илья наклоняется через край кровати и зажимает его рот рукой. Боже правый, неужели он собирался сказать, что Илье нравится, когда Холландер его умоляет? Ебать мои коньки. Илья смотрит на Холландера сверху вниз и вдруг меняется в лице. Клиффу не нужно прикладывать усилия, чтобы верно трактовать происходящее, потому что он видит это собственными глазами. Илья Розанов любит Шейна Холландера. Глядя на них сейчас, Клифф удивлялся, как никто раньше этого не заметил. Илья убирает руку от рта Холландера и скользит кончиками пальцев по скулам, нежно поглаживая веснушки. — Завтра утром ты будешь очень жалеть об этом. — Мне всё равно. Клифф навсегда запомнит этот момент, потому что у него чуть не случается сердечный приступ, когда Илья Розанов наклоняется и нежно целует Шейна Холландера. Повисает тишина. Они отстраняются друг от друга. — Что это, блять, такое было? — Это называется «поцелуй», Пайк, ты-то уж должен знать. У тебя же миллион детей. Холландер разражается смехом. — Шейн! — Пайк выглядит возмущённым. — Прости, это смешно. На лице Ильи появляется выражение, которое Клифф наконец узнаёт. Его фирменная самодовольная ухмылка. Родители Холландера переглядываются. — Так что именно происходит? — Мы встречаемся. Но никому не говорите. Это секрет. Тс-с-с. Илья вздыхает и потирает переносицу. — Думаю, ты уже несколько раз выдал этот секрет, милый мой, — последние два слова он произносит на русском. Холландер хватает Илью за руку. — Что-то новенькое. Скажи мне, что это значит. Судя по всему, Клифф ошибался. Илья способен покраснеть ещё сильнее. Розанов наклоняется, стараясь говорить тише, и переводит сказанное. Улыбка Холландера становится шире, когда он пытается повторить обращение. Клиффу кажется, что звучит совершенно непохоже, но даже от такой попытки взгляд Ильи смягчается. — Что, блять, происходит... — шепчет Пайк себе под нос. Илья стонет. — Холландер, ты погубишь мою репутацию. — Ну и ладно. — Он что, серьёзно? Вы, типа... Вместе? Внезапно Илья становится серьёзным. — Если ты кому-нибудь об этом расскажешь, Пайк, то выбитые зубы покажутся тебе лёгкой травмой. Хейден просто смотрит на него в изумлении. — Пайк! Ты меня понял? Да или нет? — Да, прости. Нет, конечно, я бы никогда никому не рассказал, клянусь. Илья поворачивается к Клиффу. Ему даже не нужно ничего говорить. — Конечно. Я буду держать рот на замке, без проблем. Розанов удовлетворённо кивает. — Ты такой секси, когда защищаешь меня, — ни с того ни с сего выдаёт Холландер. Илья снова издаёт стон. — Боже мой, Холландер, заткнись. — Заткни меня. — Завтра тебе будет очень стыдно, и я с удовольствием буду напоминать тебе об этом. Холландер надувает губы. — Мудак. — Что ж... — начинает отец Холландера. — Я рад за тебя, сынок. Его мать по-прежнему выглядит встревоженной. — Мы поговорим об этом завтра, когда ты придёшь в себя, Шейн, — она сжимает его руку. — Я люблю тебя, детка. Несмотря ни на что. Глаза Холландера блестят. — Э-э, да, я тоже, Шейн. Это очень странно, но если ты рад, то я тоже, — говорит Хейден. Илья поворачивается к Клиффу. — Я тоже. Само собой. Я никогда не видел Рози таким влюблённым, разве что когда он говорил про девушку из Монреаля... — он делает паузу. Джейн. Шейн. Боже, это так тупо. Не может быть, чтобы это было прикрытием Шейна Холландера. — Стоп. Твоя девушка из Монреаля — это Холландер? Охренеть, как давно вы вместе? — Девушка из Монреаля? — Девушка? Ты называл меня своей девушкой? Пошёл ты, козёл. Илья закатывает глаза. — Я же не мог сказать им, что это ты, согласен? Идиот. Клифф поражён тем, что их настоящие отношения состоят из тех же поддразниваний и уколов, как во время соперничества. Даже забавно, на самом деле. — Подожди, — вмешивается мать Холландера. — Ты так и не ответил. И давно вы? Илья мнётся. — С какой стороны посмотреть. — А какие стороны есть? — Считается ли только секс или нет. Илья обхватывает голову руками. — Я больше никогда не позволю тебе принимать тяжёлые препараты, Холландер. Пиздец, с тобой проблем не оберёшься. — «Не оберёшься». Ого. Кто научил тебя этому выражению? Илья закатывает глаза. — Никто. Мне пришлось его искать. Идеально тебе подходит. — Ну и пожалуйста, — Холландер зевает. — Я устал. — Тогда спи, милый, — и снова на русском. — Останься, пока я не усну. — Хорошо. — Хорошо. Холландер поудобнее устраивается на кровати. — Эм-м, мне пора идти. Рад, что ты в порядке, Холландер, — говорит Клифф. Хейден сжимает здоровое плечо сокомандника. — Когда тебе станет лучше, у нас будет разговор. Но я правда рад, что с тобой всё хорошо, чувак. Джеки тоже передаёт слова поддержки. Холландер сонно улыбается в ответ. Родители целуют сына на прощание. — Что ж, было приятно познакомиться, Розанов... — Можно просто Илья. — Илья, — кивает мать. — Нам нужно устроить ужин или что-то в этом роде. Мы хотим познакомиться должным образом. Естественно, всем немного неловко, но Илья выглядит счастливым. — Да. Хорошо. Они вчетвером выходят из палаты, оставляя их вдвоём. Когда они стоят снаружи, Клиффу становится немного не по себе в такой компании без Холландера и Розанова. Зато, как только Холландера выпишут из больницы, Клифф сможет вдоволь насладиться, подкалывая своего по уши влюблённого капитана.