«Мир, где не всходит солнце»

Утро наступило с тихим дыханием, мягким светом и почти кромешной тишиной. Полли готовила блины на кухне, а Санни лежал рядом с Бэзилом. Он давно не спал, но и вставать не хотел. Нужно пользоваться, что Бэзил рядом, пока Санни может.. Даже сонным Бэзил выглядел солнечным и таким милым... Санни положил руку на щёку Бэзила. Аккуратно, касаясь самыми кончиками пальцев. Санни смотрел на его лицо, находясь слишком близко. Кажется, раньше они никогда не были настолько лицом к лицу. Казалось, одно неловкое движение и они соприкоснутся. Санни заметил, как Бэзил чуть потянул уголки губ вверх. А потом он протянул руку, приобнимая Санни и ложа голову ему на макушку, намеренно до этого коснувшись своими губами чужих на пару секунд, дабы смутить. И у него это прекрасно вышло. Санни замер. Сердце сделало кульбит и, кажется, забыло, как биться дальше. Бэзил тихо рассмеялся - этот звук был похож на звон маленьких колокольчиков в утреннем саду. — Доброе утро, Санни, — прошептал он, не открывая глаз. — Ты так громко думаешь, что я проснулся. Они провели в этой колыбели спокойствия еще полчаса, прежде чем реальность постучала в двери. Полли вошла в комнату, а заметив такую прелестную картину - не удержалась от фотографии. — Завтрак, если что, на столе. Когда наобнимаетесь - обязательно покушайте. Завтрак - самый важный приём пищи за день. Я пойду в сад листья подмету. После этого Полли вышла из комнаты. Ещё пару минут и они пошли в кухню. Бэзил сидел рядом с Санни, окутывая его теплом. Когда они позавтракали - Санни пришло сообщение "У тебя всё хорошо? Хиро не приходил?". А потом звонок от Мари, который он благополучно сбросил. Санни нужно было идти. Он обещал Мари вернуться утром. — Я... я скоро приду, — сказал Санни, уже стоя на пороге. — Я просто проверю как там дома... — Буду ждать, — Бэзил улыбнулся, но в его глазах уже зажглась привычная искра тревоги. — Возвращайся скорее. *** Дорога до дома была спокойнее обычного, Санни шёл туда с единственной целью - сохранить тепло Бэзила во что бы то не стало. И вот он уже у порога, даже не заметив, как дошёл. Дом встретил Санни запахом хлорки и ледяным сквозняком. Мари стояла в прихожей, нервно накручивая волосы на пальцы. Она выглядела так, будто не спала всю ночь — бледная, с лихорадочным блеском в глазах. — Пришел? Хорошо. Но, Санни... — она сделала шаг навстречу, преграждая путь к лестнице. — Пожалуйста, не заходи сейчас. Скоро придет Хиро. Нам нужно... нам нужно обсудить важные вещи по поводу вчерашнего. Он не в духе, Санни. Погуляй пару часиков, хорошо? Сходи в парк, подыши, или пойди к Бэзилу...к другим, к сожалению не получится - Обри уехала в соседний город на неделю, а Кел готовится к матчу по баскетболу... В любом случае...просто не будь здесь сейчас. Санни почувствовал, как внутри что-то оборвалось. Она выгоняла его. Опять. Она защищала его от Хиро, но эта защита ощущалась как пощёчина. Он кивнул, не в силах вымолвить ни слова, и вышел обратно в холодный осенний туман. *** Эти два часа у Бэзила были подарком. Они почти не говорили — просто сидели на полу в теплице, пересаживая тот самый новый тюльпан в горшок побольше. Санни чувствовал себя шпионом, который украл время у собственной судьбы. Но когда солнце начало клониться к закату, он понял: бегать вечно нельзя. *** Вечер. Коридор дома Мари был залит оранжевым, тревожным светом заката. Хиро и Мари стояли у окна гостиной. Их голоса доносились до Санни, как удары хлыста. — ...это недопустимо, Мари! Ты поощряешь его лень. После такого выступления он должен закрепить результат, а не прохлаждаться с этим... дестабилизирующим элементом! — Голос Хиро был стальным, лишенным всякого сочувствия. Санни вошёл. Половица под его ногой скрипнула, и оба обернулись. — О, Санни. Наконец-то, — Хиро сделал шаг вперед, заложив руки в карманы. — Где ты был всё это время? Надеюсь, ты занимался анализом своих ошибок, а не тратил часы на то, что тянет тебя на дно? Ты ведь не был у Бэзила снова, после того как я ясно дал понять, что это вредно? Внутри Санни что-то щёлкнуло. Все тени в углах коридора вдруг замерли. Весь страх, вся вина, которую он копил годами, превратились в одну острую, тонкую иглу. Он поднял голову и посмотрел Хиро прямо в глаза. — Я был у него. И я буду у него, — голос Санни не дрожал. Заикание исчезло, сменившись ледяной ясностью. — Потому что он - единственный живой человек в этом доме. Он не анализирует мои ошибки, Хиро. Он меня любит. А ты... ты не врач. Ты просто грёбаный идеолог. Ты строишь стены вокруг нас, чтобы мы не мешали тебе играть в "идеальную семью". Оставь Бэзила в покое. Иначе... иначе ты потеряешь и меня, и Мари. Мари ахнула, закрыв рот ладонью. Лицо Хиро побледнело, а потом медленно пошло красными пятнами. Он открыл рот, чтобы что-то сказать, но Санни уже не слушал. Он развернулся и взбежал по лестнице. Каждый шаг отдавался громом. Зайдя в комнату, он захлопнул дверь и провернул ключ. Щелчок замка прозвучал как выстрел, завершающий битву. Он упал на кровать, не снимая уличной одежды. Его трясло. Адреналин уходил, оставляя после себя выжженную пустыню. "Я это сказал. Я правда это сказал". В углу зашевелилось Чёрное Пятно. Оно стало огромным, занимая почти всю стену, и на его поверхности пульсировали те самые зашитые шрамы. Санни протянул руку к тумбочке и взял телефон. Экран светился. Десять пропущенных от Бэзила. Три сообщения. Бэзил(18:34): Санни, ты где? Бэзил(18:47): Всё хорошо? Мари что-то сказала? Бэзил(18:56): Пожалуйста, ответь, я начинаю волноваться... Санни закусил губу. Ему хотелось кричать, хотелось написать "Я люблю тебя, я защитил нас от него", но он вспомнил взгляд Хиро. Холодный, расчетливый. Хиро не ударит Санни — он ударит по тому, кто Санни дорог. По Бэзилу. "Если я замолчу... если я исчезну для Бэзила на время... Хиро решит, что он победил. Что я сломлен. И он оставит его в покое. Надеюсь..." Санни зажал кнопку питания. Телефон мигнул и погас. Тьма в комнате стала абсолютной. Санни свернулся калачиком, глядя в стену. Он не будет есть. Не будет пить. Не будет выходить. Он превратит свою комнату в крепость из собственных костей, лишь бы яд Хиро не добрался до его Солнца. *** Прошел час. Потом пять. Потом ночь. Санни лежал неподвижно, слушая, как Мари тихо плачет за дверью, и как Хиро тяжело шагает по коридору, выжидая его капитуляции. Но Санни больше не был куклой. Он был защитником. И это было его самое долгое и самое тихое сражение. Он должен победить эту войну. Ради Бэзила.