Сандал и гвоздика

— Кто там плачет? Иди, иди сюда! Я опустился на колени, наклонился и заглянул под машину. Два большущих глаза сверкнули в темноте. Вокруг свистела и лязгала трасса. Охренеть, откуда кота в эту даль вынесло? — Вылезай давай, чего там сидеть! Глазастый комок голосил, но с места не двигался. Как бы не напугать его — а то еще рванет на дорогу. Я подполз ближе, осторожно протянул руку. Одно неверное движение, и его снесет, как ураганом бабочку. Не убегает, начал обнюхивать перчатку. Все еще скулит, но чуть тише. — Давай, дружок, надо выходить. Холодает, долго не протянешь, — уговаривать приходилось почти шепотом. Лечь, что ли, и попытаться его достать? Без резких движений, почти не дыша, я распластался на ледяной земле и чуть подлез под тачку. В голову, как выстрелом, влетело прошлое. Вереницы мертвых тел по мешкам, стройные кладбищенские ряды, вороны ровным кругом выедают по центру чей-то труп. Господи. Хватит. Одним махом сгреб мелкое скулящее тельце и вытащил его на свет божий. — Ну, привет, морда! — шумно выдохнул я, перевернувшись на спину. Изо рта пошел пар. В ушах тихо звенело, будто полчаса глубоко под водой проторчал. Морда — пыльный, худющий, судорожно дрожащий — снова заорал и начал отчаянно зарываться куда-то вглубь моего пальто. Я пролежал на стылом асфальте еще с минуту, успокаивая и отогревая это мечущееся беспокойство. С неба на лицо сыпался мелкий колючий снег — практически ледяной песок. — Какая же ты заноза вредная, кот, вот ни секунды в тебе не сомневался! Поехали, нам срочно нужен ужин. *** — Мне кофе, а вот этому обстоятельству миску молока и что-нибудь пожевать, — заказал я у официанта. Обстоятельство так и сидело у меня в пальто. Пока ехали, кот сначала долго скулил, хотя и не вырывался, а потом резко заснул. Видимо, наконец отогрелся. — Место надо найти, чудик, — негромко сказал я коту и почесал ему макушку пальцем. — У окна тебе подойдет? Там оказалось свободно. И обзор был отличный — видно и улицу, и все помещение кафешки. Придерживая кота правой рукой, левой снял шляпу и положил на стол — тихонько звякнула цепочка на полях. Кот продолжал спать, но недолго. Как только принесли миски с молоком и вареной курицей, оживился и снова залепетал на всю округу. Набросился на еду так, словно не верил, что когда-то еще ее увидит. Молоко, конечно же, разнесло во все стороны. Жадина мелкая. — Ого, какой смешной и болтливый, — сидевшая справа от меня девушка наблюдала за оголодавшим мордой. — Да не то слово: орет по любому поводу — все ему не так! Мы с ним всего час знакомы, но скоро из-за его рева нас вся Франция узнавать начнет. — Час? Подобрали где-то бедолагу? — Выволок из-под машины рядом с трассой, — махнул я рукой куда-то в пространство. Девушка кивнула и продолжила изучать кота. Я же начал осматривать собеседницу и оценивать обстановку. Привычка. Незнакомцы заговаривают со мной исключительно с намерениями, чаще всего — с враждебными. Заболтать, навязать слежку, выклянчить услугу, нарваться на драку. Что угодно, кроме человеческого общения. Пальто, шарф, сумка — на кресле рядом. На столе — ноутбук, стопка каких-то афиш или плакатов, фиолетовый цветок в стакане. Одета строго, но немного небрежно: брюки, свободная белая блузка — рукава слегка закатаны, короткий черный жилет. Никаких украшений, разве что часы. Держалась прямо и даже гордо — спорт и воспитание? Напряжения, свойственного людям, готовым навязаться и ввязаться, в ней не было. В правой руке держала чашку. Поглядывала, улыбаясь, то на жующего морду, то в экран ноутбука. Не барабанила пальцами, не поправляла волосы, не блуждала беспокойным взглядом по сторонам. Занятно. От тех, кто бессмысленно суетится, иной раз просто крыша едет. Ничего странного, подозрительного, раздражающего. Все выглядело как-то просто и до одури нормально. Человек напротив жил свою жизнь — и ему ничего от меня не было нужно. Так это было удивительно, и почему-то резко стало невыносимо. В живот словно с десяток каленых прутьев всадили. Не пошевелиться. Захотелось продышаться — как после изнурительного бега, когда уносил ноги от самого себя. За окном разошлась метель, снег носило туда-сюда, словно в дикой пляске. Выползти бы на дорогу, и чтобы меня с головой завалило. — Счастливая у кота судьба. Здорово, что вы ему встретились. — А, само собой это все вышло, — ответил я как-то нескладно и глухо, проваливаясь в свой внезапный бред. — А меня Ирен зовут, — вдруг представилась она и протянула мне руку. Я представился в ответ и только сейчас перехватил ее взгляд. В карих глазах поблескивали блики от вечерних уличных огней. Вся моя невыносимость как-то резко растворилась.