4. Милан и сломанный лифт
21 декабря 2025 г., 21:14
Следующий этап — Милан.
Неделя мужской моды. Prada. Fendi. Versace.
Перед вылетом их поселили в соседние номера.
В два часа ночи Джухун услышал стук в стену. Он встал, подошёл, прижал ладонь к обоям.
— …Да?
— …Ты не спишь?
— Нет.
— …Я не могу.
— Почему?
— Потому что завтра — Prada. И они поставят нас в пару. Снова.
— …И?
Тишина. Долгая.
Потом — звук двери.
Медленно открывающейся.
Джухун не повернулся, он знал, что Мартин стоит в проёме.
Мартин и правда стоял там — в белой футболке, с растрёпанными волосами.
— Я никогда не просил помощи.
— Я знаю.
— Я не знаю, как это — быть маленьким.
— А я не знаю, как это — быть высоким.
— …Может, попробуем обменяться?
Джухун обернулся.
— Только если ты перестанешь называть меня «карликом».
— …Хорошо.
— И начнёшь звать по имени.
— Джухун.
— …Мартин.
***
Милан встретил их дождём. Они приехали в отель Palazzo Parigi, где не фотографируют входы, нет папарацци у дверей, нет ажиотажа. Только мрамор, тихие шаги по ковру и лифты с зеркалами от пола до потолка. Именно в одном из таких лифтов всё изменилось.***
Утро перед репетицией Prada. Джухун вышел из номера в джинсах, потёртых по коленям, в старом свитере с катышками и в наушниках. Он не услышал, как дверь соседнего номера открылась за его спиной. — Ты выглядишь как студент, который забыл сдать курсовую. Джухун снял один наушник. — А ты — как студент, который её списал, но боится, что препод заметит. Мартин усмехнулся. Они вошли в лифт вместе. Двери закрылись. И тогда... — Ты красивый. Мартин произнёс быстро, надеясь, что Джухун не услышит. Джухун медленно повернул голову. — …Что? — Я сказал... Лифт остановился на первом этаже. Двери должны были открыться, но не открылись. Свет мигнул. И погас. В кабине осталось только тусклое аварийное освещение — красное. — …Ну что еще? — Джухун постучал по панели. Мартин прислонился к стене и закрыл глаза. Дыхание — глубокое. Слишком глубокое. — Ты в порядке? — Да. Просто… не люблю замкнутые пространства. — Серьёзно? Ты — модель. Ты живёшь в гримёрках размером с шкаф. — В гримёрках есть дверь. Здесь — только стекло и твои глаза. …И правда. В зеркале — только они. Два силуэта в красноватом свете. Один высокий, сгорбленный, будто пытается стать меньше. Другой — прямой, но сжавшийся внутри. Джухун сделал шаг вперёд. — Дыши. — Я дышу. — Нет. Ты сдерживаешься. — Если я выдохну… я скажу что-то, чего не должен. — Скажи. Мартин открыл глаза. Посмотрел на себя — и на Джухуна — в зеркале. Их отражения почти касались. 15 сантиметров. — Я завидую тебе. — …Чему? — Ты можешь быть маленьким и не бояться этого. Ты можешь смотреть вверх — и не чувствовать, что ты проиграл. Я… я не умею смотреть вверх. Только вперёд. Или вниз. Вниз — легче. Джухун усмехнулся и встал на цыпочки. — Вот. Теперь я на четыре сантиметра выше. Король лифта. — Боже… ты невыносим. Мартин тихо посмеялся, и тогда — его рука сама потянулась к запястью Джухуна. Пальцы сомкнулись. Внезапно — звук. Лифт дернулся. Свет включился. Двери распахнулись. Перед ними — холл. Администратор с извиняющейся улыбкой. — Mi dispiace tanto! Техническая задержка… Они вышли. Руки — всё ещё соединены. Когда они добрались до выхода, Джухун наконец спросил: — Зачем ты держал меня? — Потому что… — Мартин не отпускал его руку. — Потому что ты — единственный, кто не боится быть в моей тени. Они постояли так ещё немного, а потом Мартин наклонился к уху Джухуна. — Завтра на репетиции… Prada поставит нас спиной друг к другу. Я буду в чёрном пальто, ты — в белом трикотаже. И когда музыка замедлится… — …Что? — …Я развернусь. И посмотрю на тебя. — …А если тебя остановят? — Пусть. Я уже пропустил один кадр. Не хочу пропустить всю жизнь. Джухун сжал его пальцы крепче.
