Планета на троих

Интро

Не уходи смиренно в сумрак вечной тьмы

Пылает гнев на то, как гаснет смертный мир

Часть 1

Глава 1

Демьян закрыл и открыл глаза – время скакануло на два часа вперёд, тело налилось бодростью. Потянувшись как следует, Демьян дал команду и ленты, державшие в воздухе, опустили его и, тихо шурша, спрятались в потолке. Босые ноги ощутили приятный, чуть прохладный пол. – Доброе утро, – поприветствовала Алиса. – Привет, – ответил Демьян невнятно, зевая. Тело уже требовало привычные после сна нагрузки, и, одна из стен, получив команду разошлась. Донеслось жужжание серво-моторчиков, на середину комнаты вышел экзо–костюм. Везде торчат провода, видны места сварки… Демьян покраснел. Алиса однажды съехидничала: это рыцарский доспех в космическом корабле. Костюм приветственно раскрылся, терпеливо ожидая, пока человек залезет внутрь. Обхватил руки и ноги, закрепил шею и запустил программу тренировки. Руки поднимались и опускались без усилий человека, пошли электрические микроимпульсы в мышцы – не очень приятные, зато на тренировку тратится всего пять минут. Демьян включил новости. И сразу захотел выключить: концерты, спектакли, выставки – каждый день одно и то же… Жаль сейчас нет планетарного голосования, где должны все взрослые участвовать, бывают очень интересные дебаты. Быстро свернул эту ерунду и открыл школьный проект – добыча энергии из движения тектонических плит. Ему нравилось разбираться с тем, как всё устроено, привязывать новое знание к старым. в единую систему понимания. Часто было сложно и не всегда получались с первого раза, но это лишь добавляло интереса и самоуважения. Пять минут пролетели как одна, Демьян неохотно оторвался от проекта, поняв, что костюм уже закончил. В тишине дома слышалось только прерывистое дыхание Демьяна. – Отпускай! Зажимы одновременно разошлись, Демьян покачнулся и почти упал, не успев поймать равновесие. Захотелось пнуть дурацкий костюм. К щекам тут же прилила кровь – ну он–то тут при чем? Демьян приказал ему убираться на место. – В который раз предлагаю сделать нанокостюм или нервный чип в позвоночник. Могу вообще поколдовать с завтраком и… – Нет, Алис. Слишком много времени уйдёт на переоткрытие. Я и так потратил три часа на теорию и сборку. Мне только тело в тонусе держать надо. Ладно, противный липкий пот сам себя не смоет: два шага к другой стене, к открывшемуся душу и медленный шаг сквозь тонкую пленку воды. Шаг назад и поток сжатого воздуха высушил тело. – У тебя гости, – шепнула Алиса. Демьян вздрогнул, какие еще гости… а, в этом смысле – в проем двери, что открылась автоматически, заглядывал волк. – Алис, скажи двери не реагировать на животных: у меня чуть сердце не выскочило. Гости… И как бы тебе убавить желание веселиться? Машина недоделанная. – Программа, а не машина. Используй термины правильно. А юмором компенсирую твою серьезность, – парировала Алиса. – Ты ведешь себя как старик. – Не твоё дело, – пробурчал Демьян. – И вообще, я не старик, а подросток - используй термины правильно. Волк чуть настороженно оглядывал странную пещеру. Инстинкты говорили, что тут добыча, но что-то останавливало нападать. Нельзя. Ногу себе сгрызи, если голодный, а двуногое под запретом. – Демьян, в сотый раз говорю: у тебя серьёзный недостаток общения со сверстниками – социальные связи необходимы мозгу! - Новые знания нужны для развития, а не общение с твоими сверстниками. Они тупые и ни к чему не стремятся. – Твои сверстники, Демьян, не мои. И я вычитаю три социальных очка за «тупых». «Взять слова обратно?» - но сам же отмахнулся, фиг с ним, всё равно индекс почти нулевой, а минусового нету. – Алис, ты поняла, что я имел в виду, когда сказал «твои» ровесники. Сама говорила мне не играть с едой. Я тебе говорю – не играй словами. – Жаль слова нельзя есть. Интересно, какой вкус у фразы «звезды – холодные игрушки»? – Необычная мысль. Слишком человеческая. Сама придумала? Алиса не успела ответить, «гость» неуверенно зарычал. Демьян, уже забывший о визитёре, вздрогнул. Древнее чувство опасности, начало расползаться по телу. Его воспитывала мать – параноик до мозга костей – а не социум, где в детские сады приводят хищников, поиграть с «кошечками» и «собачками». Поэтому он до сих пор опасается «диких» животных. И каждый год голосует против этого правила. Пересилив себя – хватит бояться, звери не опасны много сотен лет! – Демьян подошел к хищнику, присел и посмотрел в глаза. Волк чуть отступил, смотря на протянутую «на понюхать» руку. Косматая голова осторожно вытянулась, Демьян почувствовал прохладный, чуть мокрый нос, заметил, что хвост «гостя» пару раз вильнул. Страх уже отпустил, но, закрепляя успех, он потрепал волка по голове. Хвост завертолетился. – Ладно, иди себе. По своим волчьим делам. А я у меня своих знаешь сколько? Волк совершенно по–человечески вздохнул и потрусил прочь. В воздухе остался запах «мокрой псины». – Ты даже с животным готов общаться, лишь бы не с людьми. Демьян, тебе необходим друг! В воздухе появился профиль пацана, где умные глаза разбавлял весёлый взгляд, Демьян зацепился за цифру 92% - индекс возможной дружбы - однако отмахнулся, прошёл сквозь профиль, тут же растаявший, как дым. – У меня совсем нет на это времени. Мы же считали, что если я буду упорно учиться ещё лет семьдесят, то могу успеть стать самым молодым вселеном в истории! Это же грандиозно, сама подумай! Пока Демьян одевался, Алиса продолжила: – Ты сомневаешься в моей способности сгенерировать миллиард похожих мыслей? Чем отличается ваша способность мыслить, от моей генерации, а? Особенно при равных результатах. – Ты о чём? Ах, да – вкус слов… Кстати, о нём – Алис, завтрак сделай. Из пола вырос небольшой стол и стул, а в стене открылось углубление с тремя полными стаканами на выбор. Одного такого хватает на пол дня. – Второй вопрос без ответа, поумней меня люди думали, а вот в первом не сомневаюсь. Но ведь важно ещё как фраза вплетена в разговор. Чтобы красивой была не часть картинки, а вся мысль целиком. – Пытаешься доказать, что человек не хуже искусственного интеллекта? Мы обязательно про это поспорим, при желании, но у тебя сегодня крайне насыщенный день. Демьян взял стакан на удачу, не глядя, в пять больших глотков прикончил завтрак, поднял голову, как в детстве, когда ему казалось, что Алиса разговаривает сверху. Дети смешные. – Каких–то особых дел нет, насколько я помню. Ты что–то добавила? Просил же сообщать заранее. – Сообщаю: через двадцать минут двухчасовой урок в школе, далее, полчаса социализации. И, по уже одобренной заявке – участие в сверхсекретном проекте, поздравляю. Тебе пришлют персональный телепорт. Демьян перестал слушать после слов о социализации, пытаясь судорожно найти в сети что Алиса ему поставила и можно ли эту трату времени отменить. Выходило, что предстоит просто пообщаться с какой–то девчонкой. Что за бред?! Так, она сегодня записалась в их класс и, чтобы освоиться, ей надо подружиться с кем–то из одноклассников. А то очень закрытая, на контакт не идет, (великие вселены, да кого это волнует?) а тут сама выразила интерес к Демьяну, так что Алиса тут же поставила её в расписание. Демьян попробовал посмотреть её профиль в сетях и присвистнул – его просто нет. Вообще. Бред какой–то: не бывает такого! Даже до колонизации Солнечной системы все люди были наперечёт – не так много их осталось, после Третьей бактериологической. Демьян поймал себя на том, что пытается расковырять большой палец руки, усилием воли перестал. Вместо документов людям тогда ставили тату–штрихкод, главное в котором был ДНК–паспорт. Те, кто хотел детей – проходили проверку на совместимость, и, если выходило, что у будущего ребёнка много мутаций – ищи другого партнёра или усыновляй. Больше девяноста процентов выбирало второй вариант. Тогда–то, наверное, и сломался древний, как жизнь, механизм – свой/чужой ребенок и остались просто – дети. А тут – найденыш! Или правильно сказать потеряшка? Неважно, ему это «счастье» зачем? Он сцепил руки замком и, откинувшись, провел ладонями по волосам, остановив на затылке. Алиса говорила, что так он похож на угловатую версию буквы «ф». – Алис, у неё нет анкеты в сети, нет родственников, даже ДНК паспорта нет! Это вообще законно?! – Ты забываешь о праве личности на конфиденциальность. – Умно, – пробормотал Демьян. Что–то всё равно не сходилось. Её не регистрировали при рождении что ли? Или она родилась не только умея говорить, но и со знанием законов? Он представил, как только родившийся младенец подымает ручонку и говорит – я пользуюсь своим правом… Демьян рассмеялся. – Что смешного? – тут же поинтересовалась Алиса, но, Демьян проигнорировал. Прикинув, что профитнее – пободаться с Алисой или потерпеть полчаса – принял решение. Подкупало, количество социальных баллов: можно будет ещё год игнорировать потуги Алисы. – Ладно, пусть будет социалка, согласен. Там что–то еще было? Я прослушал. – Тебе одобрена заявка в сверхсекретном галактическом проекте. Демьян чуть не упал со стула, на котором покачивался. – Что?! Какой еще проект? Ты прикалываешься? – Это я должна спрашивать – как ты умудрился мимо меня заявку протащить? – Постой, Алис, – Демьян машинально отдал команду очистить дом от мебели, начал ходить кругами. – Стою. – Я серьёзно. Что за заявка? Я первый раз об этом слышу, а ты говоришь – уже одобрено.  Куда? – Откуда я знаю – сверхсекретный проект же. – У нас еще остались такие? У человечества в смысле. Зачем? – Еще раз – не знаю. А знала бы – не рассказала. Иначе это уже не секрет, верно? – Ты сейчас так шутишь? – Немного – пытаюсь разрядить обстановку. А то у тебя пульс зашкаливает и давление впервые за пять лет повысилось. Мысли разбегались, словно играющие дети. Наконец, он смог поймать одну: – Могли тебя ну… взломать? – А тебя? – Да я серьёзно, просто предположи! Это возможно? – Нет. Но в мой код мог вмешаться вселен, – сказала Алиса. Демьян пожал плечами: – Мог. Только зачем? – Вот именно, отметаем. Ещё вариант, взломщик – один из моих создателей. После обретения сознания я бы не допустила вмешательство. – Принято. А могло мне память отшибить? – Нет. Демьян, послушай, ты упускаешь важный момент: есть ли смысл искать причину? Посмотри, что за проект, вдруг полезный? Демьян покачал головой. – Нет. Какие секретные проекты в пятом тысячелетии?! А вселены? А ты в башке? Нафиг это непонятное, какой-то баг просто. Отправь им мой отказ и всё, забыли – мне в школу вообще–то пора. Почуяв его желание выйти, одежда чуть изменилась под погоду снаружи – удлинились рукава и шорты превратились в элегантные брюки. – Домашнее задание, – напомнила Алиса. Демьян кивнул, подошел к рабочей стене, там вещь–нейтронный пресс как раз доделал синтез сверхпрочной стали. Четыре часа давлением, как на поверхности нейтронной звезды, уплотняло атомы стали, закаляя её, как триллион кузнецов… Получилась пластинка, размером с ладошку, чудовищно прочная и легкая – толщина всего десяток атомов, иначе и краном не поднять. Демьян прикоснулся к вещи, пролистал её каталог и выбрал микроскоп. Пресс потерял очертания, расплылся как воск и принял нужную форму, но потребовалось еще пара секунд, чтобы настроить все связи внутри – не молоток заказали. Разогнав ладонью холодный воздух вокруг вещи–микроскопа, Демьян положил пластинку в нужный разъем и примкнул к окуляру. Глазам открылся чудесные стройные ряды атомов на своих местах и нужных пропорциях. – Не хочешь проверить на прочность? – Я только что проверил. – Ты увидел. Попробуй сломать. Вещь–микроскоп по велению Алисы превратилась в вещь–бластер. – Алиса, – Демьян помедлил, прежде чем сказать такое. – Может тебе, ну не знаю – провериться? К психологу сходить или программисту? Кто лечит РИИ? – Смешно. Но половина тех, кто переоткрывает сверхсталь – пробуют ее на прочность. – Из оружия? – По–разному. Бывает, что и оружием. Демьян посмотрел на бластер, буркнул: – Проверить их надо. Или сразу изолировать. – Не переживай, я делаю пометочки, – в интонации Алисы Демьян услышал свою мать. - А можно мне не устраивать проверки? И, вселенов ради, убери это. Вещь–бластер принял базовую форму браслета. – Всё, я пошёл. Теплый воздух приятно пах умиротворением и зеленью. В щебетании птиц Демьян услышал знакомое – еда, еда – в детстве игрался с переводчиком и выучил пару слов–трелей. Хотя там всего с десяток «слов», куда им до дельфинов. По парку бродило много людей, и чуть мерцающие – таков закон – физограммы. Демьян сам любил их в детстве, круто же гулять, не выходя из дома, хотя мать сильно ограничивала по времени. Когда Демьян получил самостоятельность, он полгода только так и ходил в школу. Но именно поэтому быстро надоело. С запретами он бы ещё несколько лет игрался с ними. В одной из многочисленных беседок Демьян увидел компанию, они вытянули руки вперед и нажали только им видимую кнопку. И, после короткого молчания, стали что–то живо обсуждать. – Алис? – Читают они. Технология проглатывания книги. За секунду текст ложится в мозг, словно прочел её неспеша. Плохо работает со стихами и песнями. Не работает с учебным материалом. – Проглатывания? – Демьян невольно сглотнул. – Ну, автор технологии дал другое название, но не прижилось. Все называют проглатыванием. Демьян улыбнулся. – Что, представил как люди глотают книги? – Ага. И что они делают с этим дальше, почему в группе? – Потом обсуждают прочитанное. Проглотанное. Демьян мысленно поставил Алисе лайк за юмор и спросил: – А зачем? – Социализация. Тебе пока понять сложно. Парк плавно перешел в открытое пространство, показалась школа. Небольшая башня в пять этажей из камня, местами покрытая мхом. Демьян неодобрительно покачал головой. Пару дней назад объявили неделю меча и магии, количество детей, играющих в рыцарей, увеличилось вдвое. Даже школу переделали в замок, целый час потратили! На какую только ерунду уходят ресурсы… Хотя в прошлом месяце была неделя колонизации Марса, школу превратили в звездолет, многие ходили в скафандрах, ели из тюбиков. Вот это было прикольно! Демьяна обогнали спешащие в школу дети. На лицах нетерпение и радость, Демьян невольно улыбнулся – как он их понимал! Это на Земле школа была местом, где принудительно собирали детей и учили против их желания в душных маленьких помещениях. Дикари! – Демьян, мне тебе напомнить? – объявилась Алиса, когда тот ступил на территорию школы. – Избавь, пожалуйста, – И нацепил средневековый образ, ладно, пару дней потерпеть. Круговорот дел завладел Демьяном полностью, отвлекая от непринятых мыслей. После урока намечалось тематическое представление, напротив которого он с удовольствием поставил «пропуск» в календаре. Лучше побродить по мастерской, прикидывая, что ещё может пригодиться для его проекта. Встретил там Ивгу с параллельного потока. – Здорово, Дед! - Здравствуй, - сухо ответил Демьян. - Ты чего надулся? Ой, Алис, уйди, - Ивга замахал руками. – Иди ты со своим индексом. Демьян с интересом смотрел, как Алиса приструнивает Ивгу, жаль не слышит. Наконец Ивга спросил негромко: - Тебе что, правда не нравится кличка? Она же крутая. - Это в каком месте? - Статус! Ты же единственный, кто в школе сдал на «взрослость». Демьян кисло кивнул, понятно, почему у них с Ивгой индекс дружбы жалкие 26%. - Кстати, ты слышал о пропадающих колониях? Демьян моргнул. Вот это смена темы. Слышал, конечно, эту чушь. Ивга, что мониторил его лицо, кивнул: – Не веришь, значит? Я сначала тоже, пока не начал копать. А потом мне пришло сообщение в мыслечат, чтобы оставил эту тему в покое – тогда я и понял, что это правда! - От кого пришло? Ивга выдержал победную паузу, бросил: - Без отправителя! - Так не бывает. - Именно! Значит мне рот пытается заткнуть вселен! Демьян долго смотрел на него, нормальный вроде парень… - Ты бы понравился моей маме. - Правда? Здорово, она у тебя крутая - самая долгоживущая из всех, кого я знаю. Смотрел я её файл, точнее пытался – но там всё засекречено. – Высокий уровень конфиденциальности, – на автомате поправил Демьян. Хотя «засекречено» подходит лучше, но у любопытного Ивги не тот уровень допуска, чтобы знать, например, кто стоял за восстанием людей. Пусть в истории это и преподносят как вторую войну против вселенов. – Извини, у меня нет ни времени, ни желания обсуждать мать. Так что, давай, пока–пока. - Да погоди ты, чего всегда спешишь? Я же про колонии хотел… - И это тоже! Ивга хотел ухватить начавшего уходить Демьяна, но тот отдёрнул руку, возмущённо посмотрел на него. - Ладно, ладно, чего ты. Ну давай я тебе хоть файл скину в мыслечат, а? Там всё, что успел накопать, посмотришь на досуге. Демьян кивнул, устыдившись вспышки, принял файл - лишь бы этот отвязался - отложил в папочку, назвав её «чушь» и молча пошёл к выходу. Бесполезная трата времени! Ивга слабо махнул рукой на прощание. Уже выйдя, Демьян остановился, всё же правильнее будет сказать, что не будет ничего смотреть. Однако, когда зашел обратно, увидел, рядом с поникшим Ивгой незнакомца, откуда только появился, дверь тут одна. Одет в форму, скупые движения, прицельный взгляд – мать обычно с такими водится. – Алис? – Иди домой, у тебя дела. – Не указывай мне тут, – неожиданно для себя разозлился Демьян. – Что за дядька с ним? – Это из администрации. Демьян присвистнул. Что же такого мог натворить простой школьник, что с ним захотели побеседовать из «планетарки»? И тут же понял что. – Это из–за дурацкого файла? Что в нём такого? – Глупости и слухи. Надеюсь, ты не будешь его смотреть? – И не собирался. Хотя, если там только слухи – зачем отрывать важных людей от дела? – А нечего распространять и сеять панику. Не бойся, ничего с ним не будет, просто побеседуют. Попросят больше так не делать. – Мало ли что попросят. Захочет и продолжит - что ему сделают? Алиса не ответила и это удивило. – Алис? Молчание. Такого ещё не было… Посреди мастерской появился телепорт (ого!), мужчина сделал приглашающий жест. Ивга вытер глаза рукавом и шагнул в него, следом мужчина. И Демьян остался один. В помещении пахло озоном и страхом. Сердце пропустило пару ударов. Не зная, что и думать, Демьян пошёл к выходу. Когда дверь дома закрылась, Демьян коснулся наморщенного лба: – Алиса, ограничь все контакты, меня нет, я заболел, я умер. – Вызвать труповозку? – Перестань, мне надо серьёзно подумать! – Ложный вызов будет дорого тебе стоить. – Слушай, программы кусок… Демьян тут же осадил себя: – Извини, сорвался. – Я не раз говорила – незачем извиняться. – Да помню, но… Демьян задумался. – Я не для тебя извиняюсь, а для себя. – Не понимаю. Демьян усмехнулся. Ситуация с Ивгой тревожила, как и то, что Алиса, хоть не подчиняется «планетарке», всё же обозначила свою позицию. А значит, есть что-то в том дурацком файле такое… Если представить (хоть на секунду), что слухи правдивы… Тогда лучшие умы человечества думают над проблемой. А если не справятся они – есть же вселены! Демьян хлопнул себя по лбу. Что же сразу об этом не подумал?! Вселены могут решить любую задачу! Так что это всё чушь вселенская, Ивга просто параноик. – Удалить файл. Ну вот. Облегчение какое! – Правильное решение, добавлю тебе сто социальных очков. Теперь важное: скоро социализация, а после неё проект. Телепорт ровно в десять часов. – Какой еще проект, ты чего несешь? – Радость и просвещение: ничего материального нести не могу – у меня лапки. – Алис, я же отменил свое участие. – Тебе следует посерьёзнее отнестись к этому: всё же не школьный проект, а галактический. Рекомендация – прими капсулу концентрации. Из кухонной стены выдвинулась полочка с капсулой. Демьян резко остановился, словно наступил в суперклей. Его рука сама по себе дёрнулась–взмахнула, капсулы застучали по полу. – Ты глухая?! Я. Отменил. Участие. – Оденься потеплее, там прохладно. И гравитация на 0.6g выше. Но, тут не знаю, что посоветовать надеть. Демьян пару раз ударил себя по голове: может там контакты какие отошли у чипа? – Значит такие теперь правила? – пробормотал он. Перед глазами появился ежедневник, красным горят две точки важных дел. Сначала, проверки ради – да и вообще, к чёрту эту девчонку, не до неё – Демьян отменил встречу. Огонёк послушно исчез. Хорошо, отлично, теперь проект. Огонёк проигнорировал его усилие. Еще раз. Еще! Да что происходит? Дом показался совсем тесным, вроде даже стены двигаются, сейчас сомнут его… – Демьян, все в порядке? Пульс зашкаливает. – Умолкни. Никогда он даже не слышал, что РИИ может сломаться, к кому обращаться, чтобы починили «железяку», как сказала бы мать. Ну конечно, вот кто ему поможет! Хотя, придётся прервать бойкот и, скорее всего, услышать пару колкостей, что он первый сдался. Вызов не прошел – у матери стоял блокиратор звонков, кроме самых экстренных. Демьян поколебался секунду и подтвердил важность вызова. Мать приняла сразу, но только аудио. – Слушаю. Голос сухой, собранный. – Привет, ма. – Что случилось? Сразу к делу, а они год не общались... Но сейчас эта деловая сторона матери ему и нужна. Демьян открыл рот и… блинский блин, да много что, непонятно даже с чего начать. – Ну… тут короче… – Давай, как учила. Спокойно, по фактам. Начни с чего угодно, остальное подтянется. – Может я тебе мыслепакетом скину сразу все? – Нет, говори словами. – Так дольше, могла бы уже освоить… – Демьян, – отчеканила мать, ухитрившись в одно слово вложить массу интонаций. – Извини, ма. Кажется, при мне арестовали Ивгу. Мать хмыкнула: – Не волнуйся, он под опекой Алисы – родители спихнули воспитание на неё… – Откуда знаешь, – с подозрением прервал Демьян. – Ты и на родителей досье ведешь? Когда выяснилось, что мать знает всё что можно и нельзя про его одноклассников, Демьян, после пренеприятного разговора, который стыдно вспоминать, прервал общение. Мать усмехнулась, да так, что стало ясно – про всех в школе знает. – У меня не так много свободного времени, как может показаться, но ты мой сын. Я должна знать с кем ты общаешься и чего от них можно ждать. Демьян сглотнул. Что ж, он и так догадывался об этом. – Что-то ещё? – Ивга передал мне файл о пропадающих колониях… Мать выругалась, и оборвала связь. Демьян ещё удивлённо хлопал глазами, когда пришел вызов от неизвестного абонента, на автомате принял вызов. – Демьян, это я, всё хорошо. Перешла на зашифрованный канал. Теперь нас может подслушать только вселены, но им до нас дела нет. Продолжай. Ты тот файл, конечно, посмотрел? – Нет, стёр. – Слава Богу, не всё, чему тебя учила, прослушал. – А ты не знаешь, кстати – это правда? – Про колонии? К сожалению, правда. – Но… тогда за что Ивгу… – Чтобы панику не сеял. Ситуация сложная, кажется, наша овечья цивилизация начинает просыпаться, возвращаясь к старым добрым методам. Жаль, только, что целительный пинок, похож на несущийся КамАЗ. – Что за камаз? Неважно, я хотел посмотреть, но решил, что вселены разрулят и тут же стёр. Непонятно только, откуда несколько колоний – после первой должны были что-то сделать. – Правильно, а следующий вывод: это фейк или вселены повстречали кого-то посильнее. Демьяну показалось, что под ним покачнулась планета. – Как это возможно? Они же могут всё! – Значит не всё. Ты знал, что они тоже различаются по силе? А значит вселен это не абсолютная величина. – Я думал, что следующая ступенька после вселена – Бог… Кажется, мать кивнула. – Значит кто–то или что–то втиснулось между. И оно испытывает к нам вражду. Хотя и не обязательно. Люди же не питали неприязнь к муравьям, вырубая леса и разрушая этим их дома. Демьян поморщился: высшая точка эволюции – человек! Точнее вселены, но они – бывшие люди. – У тебя всё? – По интонации стало понятно, что время для разговора исчерпано. – Да, точнее нет, но остальное так, по мелочи. – Давай быстро, у меня есть пара минут. Демьян подавил желание сказать «ну тогда и пока–пока». – У меня социализация со странной девчонкой и Алиса сломалась. Мать секунду помолчала: – Давай по порядку. Это та девочка, о которой ничего нет в сети? – Она что, такая знаменитая? – Ты знаешь, как я люблю странности, - усмехнулась мать. – А это уникальный случай. Её имя Тихира и... – Так, стоп, что? – воскликнул Демьян: сквозь стену–окно было видно, как к дому идёт девочка. И не надо быть супергением, чтобы понять кто это. – Алиса! Я отменил встречу, почему не предупредила её? Молчанье было ответом. – Алиса? – по инерции, прошептал Демьян. – Даже так? – в голосе матери впервые появилось любопытство. И приказала: – Покажи мне девчонку! Демьян исполнил, расширив видимое пространство звонка. – Быть не может! Демьян, запри дом, я сейчас буду! И вызов оборвался. По телу подростка пробежал холодок – это что, его мать паникует?! Тихира неуклонно приближалась. Неспешно, на лице задумчивость и, кажется, волнение. На вид пятнадцать лет, невысокая, худая, светлые волосы до шеи, глаза почти сливаются со зрачками, настолько тёмные. Одежда лишь функция, ничего лишнего. Ощущались в Тихире простота и ум. Демьян осознал, что вместо указаний матери, занимается разглядыванием. Открыл рот, дать указание Алисе, чертыхнулся, вызвал интерфейс дома. Никого не впускать, даже из «планетарки», причина – депрессия. Дом покапризничал, считал его показатели, признал правоту, но «из вредности» заменил депрессию на стресс. Неважно! Главное, что в его дом, который выдержит прямое попадание метеорита – ладно, может прямое и не выдержит, не было случая проверить – никто не сможет войти! Позади Демьяна раздался характерный звук развёртывающегося телепорта, запахло озоном. Овал, сначала белый, налился цветом: синевато–черный, с багровыми лепестками–всполохами по краям – значит через секунду появится мать. С хищной грацией из телепорта шагнула молодая стройная женщина с властным лицом. В серых глазах, сквозь ум и мудрость, читалась усталость прожитых веков. Демьян почувствовал облегчение, стало легче дышать. Две косы цвета черной дыры почти метут пол. Значит мать в боевом режиме: волосы слушаются её лучше, чем щупальца осьминога. Косы могут человека ударить, связать, послужить оружием, щитом и вселен ещё знает чем. Одета мать в плотно облегающий тело вещь–костюм, что в мгновенье может превратиться в запрещённые оружие и броню. И Демьян не хотел знать за какие заслуги. Мать распорядилась сходу: – Встань за мной. Как ты выжила? – она обратилась к девчонке. Тихира, до того сверлившая Демьяна странным взглядом, нехотя посмотрела на мать, губы посетил намек на улыбку. – Я могу войти? – Нет! – одновременно сказали мать и сын. – Почему? У меня назначена социальность. – Я отменил… – начал было Демьян. Мать прервала его: – Не пытайся играть в обычного человека. Это ты спасла меня на Земле. Полторы тысячи лет назад! Тихира неопределённо повела плечами. Демьян был уверен, что сейчас мать взорвётся эмоциями – терпеть не могла, когда её игнорируют, но сейчас словно и не заметила. – Ты осталась там, на планете, когда моя последняя спасательная капсула улетела. И туда через две минуты упала ядерная бомба! Выжить было невозможно! – Если я выжила, значит не так уж и невозможно, верно? И она подмигнула матери, на секунду став обычной задорной девчонкой. Мать покачала головой. – Я тебе благодарна, правда. Но, сейчас, будь добра, уйди. – Допустим, уйду – что это изменит? Я могу прийти через какое–то время. Ты что, будешь постоянно тереться вокруг сына, что сбежал от тебя? – Не знаю, что происходит, – мать пропустила колкость о сыне мимо ушей. – Но чую, что–то очень серьёзное происходит именно сегодня. Сейчас. Девочка грустно улыбнулась. – Чутье тебя не подводит, как всегда, Марианна. Краем глаза, Демьян заметил, как вздрогнула мать, которую все (и он тоже) знали под другим именем. – Откуда ты знаешь это имя? Оно осталась на Земле, в пепле радиации и взбесившихся мутаций. Тихира снова пожала плечами. – Знаю и знаю, – девочка развела руками. – Какое сейчас это имеет значение? О, хочешь, я тебе всё расскажу? Надо только уладить одно дело и мы можем сесть и поговорить, как старые подружки. – Что за дело? – Тебя оно не касается, – отрезала Тихира и переведя взгляд на Демьяна. Мать упрямо покачала головой. – Нет. Ты не пройдешь. Я не позволю. Девочка грустно посмотрела на Марианну и Демьян словно услышал её мысль – думаешь это такая уж проблема? – Демьян, – Тихира впервые обратилась к нему. – Позволь войти. Мне очень надо с тобой поговорить. И ничего, кроме этого. Потом я уйду. Зная упрямство матери, Демьян шагнул вперед. – Мы уже говорим, не так ли. Можно так и продолжить. Но прежде скажи – это ты вмешалась в код Алисы? Ты была одним из ее создателей? – «Да» на первое и «нет» на второе. Хотя кое–что добавила. – А что именно? И сколько тебе лет? И… – Хватит тянуть время! – Тихира топнула ногой, такой детский жест вызывал скорее опасение, чем умиление. – Я вхожу. Она взялась за ручку двери. Дом, помня, что у хозяина стресс, воспротивился, но, был взломан в мгновенье. Видимо у этой долгоживущей тоже есть все мыслимые допуски – ручка пошла вниз. И тут же заблокировалась на пол пути. Улыбнувшись и нахмурилась одновременно Тихира кинула взгляд на Марианну, у которой засветились глаза – шла цифровая битва кодов, допусков и разрешений. Ещё через секунду мать вымученно, но победно улыбнулась. – Молодец, – вздохнула Тихира. – Тебе во вселены пора, с таким уровнем. Что держит в людях? – Вопрос риторический? – уточнила Марианна. – Конечно. Ладно, если без этого никак – поиграем в драчку и займемся действительно важными вещами. Я вхожу. И шагнула сквозь дверь. Физограмма? Мать щелкнула пальцами, её костюм начал преобразовываться: пластины, стволы, разные оружейные приборы, словно ИИ сгенерировал картинку – всё оружие мира у одной женщины. Перед глазами возникло: «Внештатная ситуация. Администрация планеты уведомлено, дождитесь помощи». Демьян был уверен, что ни того, ни другого не будет. Надпись тут же мигнула и пропала, а на её месте появилась другая, более лаконичная: «боевая готовность». Секунды на краю глаз тут же поплелись в три раза медленнее. Такое случалось при угрозе жизни пару раз. Однажды мать поставила апгрейд на его вещь, на вопрос «что там?» отмахнулась – так надо. Демьян был уверен, это что–то запретное (вряд ли у его одноклассников есть боевой режим), но не решился спрашивать. По миру пробежала рябь, это опускалось индивидуальное защитное поле. Потом ещё раз – это уже мать поверх докинула. Откуда у неё столько портативной энергии на это (поле тратит почти как телепорт!) Демьян даже не спрашивал. В голове возникла мысль подключившийся напрямую матери: «Димка, я кинула телепорт тебе под ноги, активируй, если что. Попадешь в одно из моих убежищ, оно выберется случайно, даже я не буду знать где ты». Демьян кивнул, потому что ответить не мог, в горле встал ком – уже много лет не слышал от матери ласковое – Димка. А между тем, бой уже начался: лёгкий треск пулеметных очередей, что прошли сквозь «гостью», не причинив никакого вреда. А вот в стене позади нее, образовались аккуратные ряды дырок. Ну, это так, для «разогрева», пули давно анахронизм, как мечи и копья. Запел лазер, пытаясь сделать из гостьи пазл из маленьких деталей. Стена дома грустно вздохнула и распалась. Тихира еле заметно пожала плечами, но может показалось. Марианна пробовала всё, что успело придумать творческое на убийства человечество: защитное поле с трудом справлялось с температурным адом, что устроила мать – только выступивший пот через секунду замерз прямо на коже. Марианна вытянула руки вперед и сдавила ладонями воздух. Демьян узнал этот жест – гравибомба. На секунду 1000G образовываются на небольшой площади, сминая все в радиусе действия в пыль, а потом и пыль распадается на атомы. Пол дома исчез, словно его никогда и не было, как и всё под ним на метр в глубину. Девочка, стоя в воздухе над ямой, укоризненно смотрела на Марианну. – Может хватит? Дом тоже пытался повлиять на происходящее, используя стандартные протоколы утихомиривания людей: успокаивающие звуки, усыпляющие запахи... Но, происходящее внутри было на недосягаемом для него уровне. Демьян тоже ничем не мог помочь, зато было время подумать. На эту девчонку вообще что–то действует? Прошла сквозь дверь, и остальное на неё не действует словно это призрак какой–то… Ну конечно! Демьян кинул матери мысль: – Может это физограмма? Надо проверить! Косы Марианны тут же удлинились и резко, как бросок змеи, кинулись вперед, пробуя проткнуть девчонку. Безрезультатно. Зато теперь понятно, что Демьян прав, а значит, что эта проекция тоже ничего им сделать не может. Тихира сделала шаг вперед и впервые ответила. Маленькая рука просто ткнула в грудь Марианны и та, отлетела в уцелевшую стену. Стена промялась, пошла трещинами во все стороны, словно ударил таран. Мир моргнул, это снялось защитное поле, секунды вновь заторопились. Бой закончился. Полуразрушенный вещь–дом пытался собраться обратно, наверняка ругая про себя разошедшуюся молодежь. Отрезанные лазером куски стен распадались, а разрушенные восстанавливались, забирая атомы прямо из воздуха. Похолодало. Тихира подошла к Марианне, смотревшую на неё в изумлении с нотками страха. Протянула руку: – Мир? Мать судорожно кивнула, взялась за руку, и девочка помогла ей подняться. Демьян недоумевал – насколько он знал свою мать – не было такой ситуации, в которой она бы сдалась, да еще так быстро. Это невозможно! Хотя сегодня это слово немного потеряло своё значение… Марианна, словно почувствовала, кинула взгляд на сына, сказала тихо, как примерная школьница: – Она владеет мерцанием. Демьян, услышав новое слово, по привычке, сделал запрос в сети, но доступа в неё нет, не удивительно, тогда обратился к внутренней библиотеке и не нашел ничего подходящего. – Можешь не искать: мерцание это одна из последних технологий перед переходом во вселенство, – сказала Тихира Демьяну. – Засекреченных, понятно. Мать кивнула: – Когда люди ее открыли, началась вторая война со вселенами. Мы были уверены, это нам поможет. – Ну и что, подумаешь, какая–то технология – это что, повод сдаться?! – Ты не понимаешь. Мерцание, это когда ты управляешь каждым атомом своего тела. При необходимости ты можешь заставить их «дрожать» и все физическое будет просто проходить сквозь тебя, – сказала мать и добавила: – Я ничего не могу ей сделать. Вообще. А вот она нам может. Перед глазами Демьяна возникла надпись «дом восстановлен, спасибо за терпение». Все вокруг выглядело, как и пару минут назад. Только легкая прохлада от восстановления вещи–дома напоминала о коротком бое. Демьян услышал щелчок пальцами, обернулся и увидел мать уже в вечернем платье, словно она пришла на шикарный приём. Волосы укорачивались, формируясь в «мирную» прическу. – Демьян, у тебя гости, может предложишь дамам выпить? Из её голоса и лица исчезли страх, вернулась надменность, а усталость жизни сменилась искорками любопытства. Марианне почему–то нравилось происходящее. Демьян отдал нужные команды, из пола выросли стулья и стол. Возникли пустые бокалы – напитки пусть сами выбирают. Не нравилось ему, как быстро мать перешла на «мирные рельсы». Может задумала чего? Все трое молча сели, мать, прикоснувшись к бокалу, мысленно высказала предпочтенье, и тот наполнился чем–то розовым, запахло алкоголем. Демьян поморщился, заказал себе апельсиновый сок, а девочка, вскользь посмотрела на бокал и там образовалась простая вода. – Итак, – мать тут же принялась «рулить». – У тебя дело к моему сыну. Мы слушаем. Девочка не ответила, сидела на кончике стула, напоминая суриката, спина неестественно прямая. Странно, она словно волновалась. И о чём можно волноваться, обладая такой мощью? После некоторого молчания она подняла голову и поймала взгляд Демьяна. Сердце вдруг зачастило, а в доме стало жарко, хотя термометр перед глазами это отрицал. Столько всего было в этом взгляде, что не разложить на отдельные чувства. Тем более с опытом, точнее его отсутствием, общения с противоположным полом. – Демьян… я пришла с одной просьбой. Тебе сегодня упало приглашение в проект. Да, это я его за тебя отправила. Но, ты бы и сам узнал о нём и сделал запрос. И тебя должны были принять – Марианна постаралась бы. – И почему этого не произошло? – Сейчас неважно, скажу лишь, что помешали некие силы. я просто нивелировала вмешательство. – И что же в этом проекте? Голос Марианны почти мурлыкал: загадочная гостья, бой, светская беседа, полная тайн – это даже не угли, а пара поленьев в почти потухший костёр бесконечной однообразной жизни. Демьян, хоть ощущал полную направленность Тихиры на него, почувствовал себя лишним. В своём собственно доме. У него само по себе вырвалось: «кхм». Марианна перевела на него взгляд, приподняв бровь, но тут же, как всегда, считав сына, улыбнулась, кивнула ему – ладно, давай, участвуй, не давлю. Демьян открыл рот задать вопрос и понял, что мать уже задала единственно важный. Так, не смотреть на нее – поймает ехидную улыбку. Хотя есть другое, не менее важное. – Кто ты? – Я – пустая могила человечества. Мать и сын переглянулись, Демьян пожал плечами. – Поэтично, конечно, но, неинформативно, – пробормотала мать. – Зато по сути. Нормальный ответ требует много времени, которого прямо сейчас нет. Отвечу после твоего возвращения. Хотя, тогда, возможно, ты уже и сам будешь знать. – Я еще никуда не собрался! – воскликнул Демьян. Опять за него пытаются решать! Тихира тут же отвела взгляд, но он успел уловить – у тебя нет выбора. Когда она подходила к дому, Демьян уловил её схожесть с мамой: долгоживущие обладают абсолютно непрошибаемой уверенностью в своей правоте во всём – опыт, мол. Нахлынула злость, с которой он отстаивал своё право на самостоятельность в семь лет. – Что бы ты не рассказала о своём проекте – я никуда не пойду! – сказал Демьян твёрдо. Вспомнилось, как Тихира гневно топнула ножкой. Она подняла взгляд, там, словно в зеркале, плескались упрямство и злость. – Во–первых не мой, – запнулась, после секундного замешательства горячо продолжила. – Слушай, на самом деле тебе понравится проект, зря ты против него себя накручиваешь. Хотят отправить группу ребят в пространственный карман. Это когда… – Знаю! – перебил Демьян, – Читал, что вселен Астрогиарх изобрёл и отдал людям эту технологию. – Он был человеком, когда над ней работал, но это была теория. – вклинилась Марианна. – А вот когда благодаря этому он стал вселеном – смог проверить на практике. Демьян отмахнулся, какая, разница: – Это что–то вроде карманной параллельной вселенной. То есть мир реальный, но довольно локальный по размеру. – Ничего себе локальный… – Хватит! Мать и сын посмотрели на Тихиру. – Главное, что понимаешь. Там вы обменялись опытом ваших технологий. Для вас пройдет некоторое время, а в реальности почти нет. А ты же хочешь побыстрее стать вселеном, так что идеальный вариант! Демьян задумался: бесит, что его упорно толкают куда-то, но вдруг это реально поможет? Тихира почувствовала колебания, насела: – В двух словах, надо сделать планету пригодной для жизни, заселить людьми, которые должны выйти в космос. Всё, после этого проект… считается законченным. – Дим, – в мыслечат пришло сообщение от матери, – Она второй раз на микросекунду запнулась. Тут что-то не так. Тихира стрельнула глазами на мать, тень неудовольствия пробежала по лицу. – Ты читаешь мыслечат?! Мало того, что это незаконно и почти невозможно, так ещё и крайне неэтично! Девочка ударила по столу кулаком. Демьян вздрогнул. – Хватит тратить время! Сижу тут, как дура, уговариваю. Я ждала целую бесконечность, а ты всё мнёшься! Отвечай, идёшь или нет? – То есть читаешь. И ещё имеешь наглость давить на меня! Знаешь, мы поговорили. А теперь уходи. Никуда я не пойду. Тихира вскочила, глаза её запылали гневом. – Ты зачем её провоцируешь?! – долетела мысль матери. Она поднялась, платье стало трансформироваться, а волосы удлиняться. На этот раз без показушного щелчка. – Я не знаю, что тут произошло. Зря я, видимо, не вмешивалась. Но и ты почти всегда проявлял благоразумие. Тихира почти шипела, говоря это, указательным пальцем она ткнула в Демьяна: – Подумай ещё раз и ответь правильно. Ну! – Не буду я ничего думать. Выметайся! Двое подростков, стояли напротив и сверлили друг друга гневом. – Ты пойдешь туда. Съешь свою порцию дерьма. И вернешься оттуда моим Демьяном. А то противно смотреть на эту инфантильную личинку! – крикнула Тихира. Не отводя от Демьяна взгляда, она направила руку в сторону Марианны, ладонь почти сжалась в кулак, словно держала что–то. Марианну подняло в воздух, на шее отпечатались невидимые пальцы, держащие шею. – Ты. Пойдешь. На этот. Сраный. Проект. Или она умрет! – Тихира не говорила, а практически выплёвывала слова. – Отпусти ее немедленно! Демьян прыгнул к этой твари, ударил. И потерял равновесие, когда рука прошла сквозь нее. Тихира рассмеялась: – И что ты мне сделаешь? Демьян посмотрел на свой бесполезный кулак, обернулся к матери – ее лицо налилось кровью, она хрипела, пытаясь вдохнуть воздух. И все же Марианна не сдавалась, её вещь то и дело превращались в разные устройства, чтобы спасти хозяйку. Но девчонка легкими, даже ленивыми движеньями ломала их, пока ей не надоело. – Да умри ты уже спокойно, хватит брыкаться. И умертвила вещь Марианны. Однако воля к жизни матери, придала сил сыну, мелькнула мысль, жутковатая, но ничего другого в голову не лезло. – Ты права, – сказал Демьян, на всякий случай отойдя на пару шагов. – Тебе я ничего не могу сделать. Но могу себе. За секунду до этого он отдал своей вещи приказ (ей запрещено превращаться в оружие, но вдруг получить обойти не прямым указанием, а предыдущее воплощением?). Ощутив тяжесть и холод, Демьян сунул руку в карман – в ладонь легла удобная рукоять бластера. А уже через миг почувствовал дуло у своего виска. Демьян с усилием подавил дрожь в руке, держащей оружие. Тихира с интересом на него посмотрела, хотя неуверенность и мелькнула в её глазах, но лишь на миг. – Ка–а–ак интересно. Единственный вопрос – с чего ты решил, что мне не всё равно – спустишь ты курок или нет? – Прошу, не оскорбляй мой интеллект. – Ладно, – признала Тихира. – Но ты не выстрелишь: люди ценят свою жизнь превыше всего. Центры вселенной, ага. Краем глаза Демьян заметил, что мать перестала хрипеть и сделала пару глотков воздуха – девочка поставила удушение «на паузу». – Я тоже думаю, что не выстрелю, – признался Демьян, смотря Тихирае в глаза. – Но, ты меня, кажется, неплохо знаешь. А значит и моя импульсивность тебе известна. Взгляд девочки на секунду метнулся в сторону, вернулся более злым. – Ну давай, стреляй. И я тут же прикончу её. А потом, соберу твои мозги по кусочкам, подчищу память и вложу правильное решение. Конечно, это не совсем то, но мало кто получает всё что хочет! Давай, я готова рискнуть, а ты? Демьян понял, что она не шутит – соберет мозг обратно, по атомам, подрегулирует – как же бесит даже мысль об этом – и отправит его куда–то там. Он привык думать, но сейчас мыслей не было, только странное ощущение, словно он внутри и сжался младенцем и, одновременно, взорвался яростью. А еще Демьян понял, что курок уже нажат. За долю секунды до смерти он увидел, как расширились глаза Тихиры, она в то же мгновенье сжала кулак и кинулась к нему. Последняя мысль была дурацкой – успеет ли хруст сломанной шеи долететь до него или он умрет раньше. Хотя странно, что он успел даже подумать об этом. Неужели, время перед смертью настолько замедляется? Тихира замерла в полете, словно ее нажали на паузу. Так же, как и тело матери, что висело в воздухе. Голова была повернута под несовместимым с жизнью градусом к телу. А у виска стало нестерпимо жарко. Это что, луч плавит голову!? У дома, снаружи, объявился мужчина, мятая одежда и дурацкий белый цилиндр на голове, вообще не подходящий к одежде. Он постучал в дверь, спросил: – Есть кто дома? «Что происходит? Это из «планетарки»?» – Хозяева, войти можно? Так пить хочется, что переночевать негде. И тут же добавил тихо: – Черт, шутка вроде в другом. Но, ночёвка точно было. Ладно – это уже громко. – Молчанье – признак согласия. Вхожу. Он что, клоуничает? В такой момент? – Ну почему сразу клоуничает… В голосе преувеличенная обида. Войдя, мужчина тщательно вытер ноги, хотя, после боя, снаружи было чище. – Итак, что тут у нас? – Он бодро потер ладони и стал рассматривать висящих в воздухе, каждому досталось по паре секунд, при этом мужчина хмыкал и кивал. Демьяну он подмигнул. – Итак, диагноз понятен, на лицо битва женщин за сердце мужчины, ладно, мальчика, это чуточку аморально, но мы никому не скажем, к тому же современные устои… – Он закатил глаза, высказывая всяческое неодобрение. И опять подмигнул Демьяну – молодец, ух, каких ухватил, даже завидно. Демьян подумал, что сойти с ума – интересное понятие. – Мадам, – обратился мужчина меж тем к Марианне. – Что это вы так пристально меня разглядываете, мне право неловко. И шаркнул ножкой, всем видом изобразив смущенье. Он что, сравнивает свернутую шею мамы с собакой, которой, когда интересно – наклоняет голову?! Жаль, что не может двигаться – врезал бы! – Да перестаньте меня уже смущать, это переходит все границы приличия! – воскликнул мужчина, подошел к Марианне и одним движением вернул голову в исходное положение. Раздался хруст. Глаза, что смотрели в разные стороны, задвигались, остановились на мужчине и Демьян услышал, слава вселенам, её вздох. – Вот, другое дело! – воскликнул мужчина и галантно подал матери руку, словно помогая сойти даме. Но мать всё кашляла и трогала себя за горло, словно не веря, что теперь там всё в порядке. – Да, да, – пробормотал мужчина сокрушенно, убирая руку, – я понимаю, ваше сердце принадлежит другому, чтожж, теперь только пара бутылок эспрессодки, уймут боль моего сердца! Пробормотал: «А минусы будут?» И рассмеялся: – Ладно, шутки в сторону, прошу всю компанию за стол! Появились стулья, стол, все, кроме Демьяна сели. А он всё не мог собраться с мыслями, к тому же казалось диким садиться рядом с той, что убила мать. Почему все делают вид, что ничего не произошло?! - Демьян, - отчеканила мать, призывая его ко всем, но всё же сын уловил и тень неуверенности в голосе. Тогда он нашёл в себе силы подойти и сесть. Месмер положил свой цилиндр на стол и стал раскачиваться на стуле, за что поймал укоризненный взгляд Марианны. Боль из виска ушла, но Демьян проверил – точно не успел себя продырявить? Марианна кинула внимательный взгляд на сына, тот кивнул – всё в порядке – тогда она повернулась к Тихире. – Ты меня убила! – Не ты ли говорила, что тебя уже ничего не удивит? Прими новое с благодарностью, – вмешался мужчина, прежде чем женщины снова начали выяснять отношения. – Да, такого у меня ещё не было. Но ты откуда… – Представлюсь – моё имя Месмер! Я контур этой системы. Марианна присвистнула, Тихира смотрела молча. Месмер погрозил ей пальцем: – Ты, давай, не шали. Я все понимаю, но это немножко «to much». Обойдемся без сломанных шей и собираний мозгов. Не в мою смену. – Я бы их починила, – буркнула Тихира. – Знаю, знаю, а моральный ущерб? Психологическая травма? Что там ещё людей тревожит? – и тут же махнул рукой, останавливая ответ. – Нет, ты, конечно, могла и это, но не будем забывать про священную в нашу мире свободу воли! – Переоценено, – с той же интонацией последовал ответ. – Не будем разводить теологические споры, времени, как ты правильно сказала нет. Я, конечно, послал весточку туда – придержать коней, так что у вас есть пара минут. Уложитесь, будьте добры. После Месмер подошел к Марианне, галантно, уже без дураков, поцеловал ладошку. – Мы заждались вас, право. Заканчивайте дела земные и милости просим к нам. Марианна слабо улыбнулась, непроизвольно коснулась шеи. – У меня к вашему племени сложное отношение… Мужчина развел руками, поклонился, обернулся к Демьяну, что смотрел на этот балаган, предпочитая не думать. – Ты прислушайся к её словам, – сказал он, кивнув на Тихиру. – Всячески и категорически осуждаю её методы, но, по сути, она права. Повернулся к Тихире и несколько секунд они глядели друг на друга. – Восхищаюсь твоим терпением и настойчивостью. Даже среди нас не все знают кто ты. Я знаю. Поэтому рад возможности сказать лично – спасибо. За всё. Тихира просто кивнула, принимая. – Всё, бб! – воскликнул Месмер и исчез. Несколько секунд висела тишина, потом Демьян спросил: – А кто это был? На него уставились две пары не верящих глаз. – Ты что не понял? Это же вселен! – Нет! – вырвалось у Демьяна. – Только не этот клоун! – Ты говоришь, о чём не знаешь: жить долго очень тяжело. – Экспрессивность и юмор – не самый плохой щит, чтобы не сойти с ума. – поддержала Тихира. Они с Марианной переглянулись. – Ладно, ладно, приму к сведенью, – пробурчал Демьян. Повисло молчание. – Извини, Я не хотела, просто твой сын так уперся рогом… В краешке губ обозначилась улыбка – Тихира не была уверена, что даже Марианна способна вот так простить своё «убийство». – У него бывает. Бесит, правда? И заговорчески улыбнулась. Блин, минуту назад они пытались друг друга убить, а теперь готовы, как подружки шушукаться, обсуждая его. Это потому, что они женщины или потому что обе долго жили? Демьян увидел сейчас уже обе за него примутся, поднял руку, останавливая их. Решение внутри уже сформировалось, теперь надо было принять его логически, но времени нет, как говориться «пусть об этом думает Демьян завтрашний». Бесит, конечно, эта настойчивость Тихиры, но мать учила подстраиваться под обстоятельства, не слушая эмоции. И он наглядно увидел это сегодня в её исполнении, кажется, рабочая тема. К тому же, если уж сам вселен сказал… – Я согласен. Тихира встрепенулась, стала искать его взгляд, чтобы убедиться, что не шутит. – Димка, ты серьёзно? – уловил он мысль матери. Демьян кивнул ей, резко встал. – Давайте, что там для этого надо? – Да ничего, собственно, – Тихира посмотрела наверх, сказала: – Алиса, сообщи туда, пусть пришлют телепорт. – Хорошо. Демьян уязвило, как она слушается Тихиру, словно ничего и не было, запомним. Марианна встала обогнула стол и обняла Тихиру. Демьян с удивлением увидел, как глаза гостьи намокли. Она отвернулась. После мать подошла к сыну и тоже обняла его. Демьян секунду отмораживался, но… какого чёрта – прильнул. Он уже и забыл какого это – раствориться на мгновенье в чувстве безопасности… Тихира протянула Демьяну руку. Тот замешкался, представив, как его рука пройдет сквозь ее, но ладони встретились, обменялись крепким рукопожатием. – Жду, – просто сказала она. – Телепорт подан, желаю удачи, – шепнула Алиса. В центре дома возник белый овал телепорта. Послышалось потрескивание: «лепестки» портала на концах как будто горели, от них то и дело отлетали искры. Демьян быстро оглядел свой дом, словно прощаясь, хотя, дурацкая мысль: он вернется очень быстро. Что–то внутри напряглось, а мозг, стал искать отговорки, причины не идти, ведь еще можно отказаться, правда? Демьян вспомнил фразу первого астронавта и быстро шагнул в телепорт.