Непослушный любимец

В древнем Китае весной сакура цвела прекрасными цветами. Солнце светило на прекрасное поместье Каэдехары, больше сделанного из дерева, чем из камня. Скарамучча сидел на камне, солнце слепило его глаза. Его растрёпанное серое ханьфу обжигало тело под ним. Скарамучча — наложник, муж Каэдехары. Его клан был вынужден продать его, чтобы спастись от гибели. Почему же отдали внебрачного и единственного наследника? На это было две причины. Во-первых, Кадзухе не понравился Сара, во-вторых, он внебрачный, неравный, пятно позора на чистой истории Райден. Теперь Скарамучча служит в доме Кадзухи. Молодой господин Каэдехара Кадзуха — официальный наследник и представитель престижного самурайского клана Каэдехара. Он с юных лет отличался идеальным мастерством владения мечом. Особенные техники боя привели к тому, что уже в четырнадцать лет он убил во время войны более семиста человек и придумал собственную мазурку. Вместе с отцом он сверг с престола целый клан Райден, который держал в страхе всю Инадзуму, а его единственного наследника сделал своим наложником. Кадзуха вышел во двор, где был Скарамучча. Господин был одет в обычное кимоно красно-белого цвета и, как и подобает самураю, его спина ровная, шея поднята. — Мой господин, — Скарамучча встал с камня и поклонился Каэдехаре, закрыл глаза с почтением. — Доброе утро. Скарамучча не знает, что он чувствует к Кадзухе. Когда он видит его, в сердце становится как-то теплее. Хочется поклонится ему в ноги, получить благословение, слышать его голос. Скара не знает, почему появилось это чувство: то ли оттого, что он спас его от семьи, то ли это чувство появилось после первой встречи с Кадзухой. — Доброе утро. Солнце наконец-то появилось после целого месяца отсутствия и решило порадовать нас своими лучами, — Кадзуха любуется окружающей природой. — Да, господин, — Скаре нечего ответить, его господин как всегда говорил виртуозно и поэтически. — Ближе к обеду пойдём на рынок, — Кадзуха говорит спокойным голосом. Он чуть вытягивает руку вперёд, чтобы наложник её поцеловал. — Как прикажете, господин, — Скарамучча послушно выполняет. Унижение ради Кадзухи его возбуждает, где-то внутри его тёмная сущность ликует. — Пойдем завтракать, — Кадзуха разворачивается и идёт в поместье. Скарамучча коротко кивает и идёт за своим господином. Если посмотреть со стороны, то может показаться, что Скарамучча - господин, а наложник - Кадзуха. Скара высокий, с красивыми чертами лица, так ещё и в лёгком халате. А Кадзуха низкий, худой, его взгляд не говорит о силе, которая заложена в нём. Они входят в поместье и идут по коридорам. Кадзуха открывает дверь в свои покои, где служанка кланяется перед ними и кладёт каждому из них еду. Скарамучче подали рис с плиткой водоросли, а Каэдехаре - более изысканное, с рыбой и хлебом. Кадзуха делает прелюдию, благодаря кого-то за что-то, а Скарамучча игнорирует эти прелюдии и сразу ест свою пищу, за что он всегда получает от господина какую-то пощёчину. Этот день тоже не стал исключением. — Убожество невоспитанное, — Кадзуха дал ему кулаком по голове. Скарамучче было больно, но он улыбался. — Господин, я тут, чтобы вы меня научили манерам, — Скара, с улыбкой и смеясь, говорил эту прелюдию. — Какое же ты ничтожество, — говорит Кадзуха со вздохом, когда Скарамучча заканчивает молитву. Оба начинают трапезу. Скарамучча никогда не понимал, как рис можно есть палочками, но в доме у Каэдехары было принято: если палочками нельзя, то рукой. А рис ещё неудобнее есть рукой! — У меня сейчас тренировка. И нет, со мной нельзя потренироваться, — Кадзуха видит вопрос во взгляде Скарамуччи, и поэтому сразу говорит. — Поэтому скоротай себе как-то время. — Совсем нельзя? Даже потаскать тяжести? — надежда умирает последней. — Нет, нельзя. И с заточкой меча мне тоже не нужна помощь, — Кадзуха выучил уже все схемы Скары попасть на тренировку. — Ах. скоротать время, так скоротать время, — Скарамучча тяжело вздыхает, он понимает, что чувство жалости у Каэдехары могут вызвать только коты. Кадзуха уходит, а Скарамучча, так как не может по правилам этикета быть в личных покоях господина без самого господина, уходит опять во двор, где растёт сакура.