Catching your breath

Было тяжело отследить, в какой именно момент это произошло. Господи, он мог поклясться, что не знал. Наверное, ещё с того времени, как Майк начал встречаться с Оди. Момент, когда его лучший друг начал окончательно отдаляться. Нет, Уилл очень любил Оди. Она стала его сестрой, хоть это и было условно. Они действительно хорошо общались, когда переехали. Особенно, когда переехали. Оди была потрясающей. — Байерс, мать твою. Лукас оживлённо крутил перед лицом Уилла новым изданием их любимого комикса. Точно. В нынешней ситуации, после всего, что с ними случилось, эта по-детски наивная увлеченность чем-то простым казалась странной. — Ага, и она как обычно всех переубивала в последний момент? Взгляд Уилла наконец-то снова сфокусировался на лице друга, на котором он моментально увидел тень подозрения. — Что с тобой? — А что должно быть не так? Это было глупо. Глупо, глупо, глупо. К чему он вообще задал этот вопрос? Как он относился к теме? Как он вообще связан с тем, что говорил Лукас? Руки начали мелко дрожать. Снова. Это отвратительно. Уилл медленно смахнул с лица не существующие пылинки. Потянул ремень сумки-почтальонки, стараясь унять нарастающую тревогу, подбирающуюся к нему со спины. Освещение в магазине показалось слишком ярким, слишком резким. Уилл опять на заметил, как полностью погрузился в свои мысли, оторвавшись от реальности. — Лукас, всё в порядке. Уилл даже не дал ему вставить хоть слово, увидев, как тот почти захлебнулся волной недоумения, сразу же перебив. —— Он начал уходить в себя ещё тогда, когда впервые услышал от Дастина, что Майк и Оди теперь вместе. И без того хрупкий мир Уилла в тот момент начал трескаться. А потом они уехали. И Майк почти не звонил ему, не писал. Даже не пытался. Год он провёл в подвешенном состоянии, не контактируя с кем-то посторонним лишний раз. Отдалился и Джонатан. Джойс погрузилась в работу с головой. Уилл остался наедине с самим собой и это было самым ужасающим периодом в его жизни. Хуже Изнанки. Когда они вернулись, Уилл надеялся, что всё как-нибудь само встанет на круги своя. Стало хуже. Он окончательно замкнулся, изредка разговаривая лишь с Оди. В школе всё тоже было отвратительно. Надежда и правда умерла последней именно в тот миг, когда Майк отгородился от него в аэропорту. По новостной волне на старом радиоприёмнике серьёзным тоном пытались донести до граждан Хоукинса что-то про то, что, хоть опасность от разлома миновала, стоило сохранять меры предосторожности. Совсем отдалённо, из комнаты Джонатана, улавливались отрывки «Upside Down». Запоминающийся мотив, если честно. — Милый, ты помнишь, что сегодня мы ужинаем с Карен? Голос матери вырвал его из активных раскопок внутри омлета. Это был словно удар по голове. Конечно, мать его, как такое можно забыть. — О. Да, я помню, мам. Отодвинув тарелку с остывшими остатками от внимательного исследования, он постарался вдохнуть глубже. Не выходило. В горле словно образовался мерзкий, склизкий ком из старых эмоций и воспоминаний. Они скреблись где-то глубоко внутри, в груди, намереваясь прорваться наружу. Какой же кошмар. Уилл медленно встал, стараясь выглядеть хотя-бы как адекватный человек, а не как тот, кто может в любой момент забиться в угол комнаты от давящей тревоги. Он знал, что всё будет не в порядке. Весь день прослонявшись по дому, словно загнанный в клетку зверь, стараясь хоть немного привести себя в чувства, Уилл понемногу сходил с ума. Он судорожно выводил в блокноте острые и мягкие линии, которые всегда складывались в одну картину. Майк. Это всегда был он. Даже когда ему не стоило быть нигде. Призрак прошлого должен был оказаться на пороге его дома через пять минут. Кажется, это самые странные минуты в его жизни. Уилл задыхался от нахлынувшего чувства страха и предвкушения, слышал стук собственного сердца в ушах. Боялся, что оно стучит настолько громко, что услышат и остальные. Он правда старался взять себя в руки. Даже в тот момент, когда увидел очертания кудрявой макушки мисс Уиллер. Сердце остановилось. Майк зашёл следом за ней. Выглядел так, словно пришёл не навестить старых знакомых и бывшего лучшего друга, а как на каторгу. Бывшего лучшего друга. Уилл фыркнул про себя. Да, они больше не друзья. Стараясь даже не смотреть в его сторону, Уилл медленно прошёл сразу к столу, усаживаясь за самый дальний, по его предположениям, стул. Стоило ли молиться всем возможным Богам, что Майк за сегодняшний вечер даже не посмотрит в его сторону? Если Боги всё ещё существовали. Мисс Уиллер что-то оживленно рассказывала Джойс, её всегда идеальная красная помада выглядела слишком яркой. К горлу подступил ком тошноты. Уилл украдкой бросил взгляд в то место, где, скорее всего, стоит Майк. Не прогадал. Майк тоже смотрел на него, очень пристально. Когда он понял, что Уилл заметил это, судорожно перевёл взгляд на кружку с чаем перед собой. На секунду в его глазах промелькнула отстранённость в вперемешку с паникой. Вот как. Он даже смотреть в его глаза не хочет. — Вы, мальчики, посидите тут одни пару минут? Мисс Уиллер осторожно провела раскрытой ладонью по волосам, неловко улыбаясь. По-моему она даже не должна была спрашивать. Какая вообще разница. — А, да. Конечно. Уилл выдавил из себя эти несчастные пару слов с таким усилием, что захотелось приложится лбом об стол. Стыдно. И страшно. Майк же ничего не ответил, лишь кивнул, копаясь вилкой у себя в тарелке, разделяя горошек на группы. Когда в комнате остались только они с Майком, стало совсем тошно. Захотелось как можно быстрее выйти. У Уилла вспотели ладони, в глазах проступила влага. Господи, ну почему всё именно так. Он не мог находиться рядом с Майком, это было слишком мучительно. — Привет. — Ага. Уилл решил первым прервать молчание, не отрываясь от своей тарелки. Он не мог посмотреть на него снова. А Майк даже не удосужился нормально ответить. "Ага". Серьёзно? — Как твои дела? Набравшись сил, Уилл осторожно поднял голову, врезаясь в безразличное лицо призрака своих прошлых чувств. Как же больно. Невыносимо. — Всё как обычно. Майк больше ничего не сказал, словно эта попытка нормального диалога вызывала у него лишь отвращение. Лишь почти незаметно кивнул, скорее сам себе. Это было контрольной точкой. Уилл окончательно понял, что даже крупицы их старого общения он вернуть не сможет. Кажется, он слишком быстро опустил голову, пытаясь скрыть уже явные слёзы. Больше они ничего не говорили. Джойс с Карен действительно вернулись через пару минут, как и обещали. Но атмосфера в воздухе уже была испорчена, пропитавшись старыми обидами и невысказанным. Они обе сразу это почувствовали. Это было провалом. — Ужин был чудесным, Джойс. Карен была очень доброй. Иногда даже слишком. Она без тени подозрения, проходя мимо Майка, потрепала его по непослушным кудрям, сразу же одёрнув руку. Майк молча поднялся, тоже поблагодарив Джойс. Уилл знал, что тот сделал это только ради приличия. Женщины прошли чуть вперёд, уже выходя на улицу, направляясь к машине Уиллеров. Уилл чувствовал, что находится на грани. Как же это всё было ужасно. Ужасно, ужасно, ужасно. — Уилл. — Да? Он даже не сразу понял, что обращаются к нему. Потребовалась долгая секунда, чтобы осознание полностью пришло. Майк заговорил первым. Уилл нервозно засунул руки в карманы джинс, сразу же сжав их так сильно, как только мог, стараясь сделать вдох полной грудью. — А у тебя как дела? В груди что-то щёлкнуло. Как же паршиво. Майк и это спросил только ради приличия? — А тебе правда интересно? Возможно это прозвучало слишком резко или даже грубо, но становилось совершенно всё равно. Закатное солнце легло на лицо Майка с такой идеальной точностью, что стало физически больно. Он такой потрясающе красивый. Эти его тёмные непослушные кудри словно жили своей жизнью, расползаясь в разные стороны. Линия челюсти острая, губы сухие, уже успевшие потрескаться, с маленькими ранками. Уилл знал каждый изгиб его лица. Слишком часто рассматривал. Слишком часто рисовал. — О. Типа, да? — Как обычно, Майк. Майк действительно сейчас смотрел прямо на него? Уилл слышал краем уха, что Карен уже звала его садиться в машину. Что им пора домой. Но Майк будто был не здесь. Дыхание стало таким поверхностным, что казалось, будто Уилл совсем не дышит. Мир сузился только до Майка, во взгляде которого не было ни одного намёка на отстранённость. — Круто. — Да, круто. Уилл сглотнул ком в горле и с огромным усилием отвернулся, делая вид, что дерево около их дома, которое он видел каждый день на протяжение шестнадцати лет было очень интересным пейзажем. Капля надежды высохла окончательно. Нет, Майку точно не могло быть интересно, как у него дела. Абсурд. — Ну, до встречи? — До встречи? Майк намекал на то, что они ещё увидятся в какой-то неформальной обстановке? Стало смешно. О какой следующей встрече вообще шла речь. Уилл вытащил правую руку из кармана, начав нервозно теребить край старого синего свитера, когда Майк всё же пошёл к машине, не оборачиваясь, не ища повода. Терпеть эту невыносимую ноющую боль в груди стало невозможно. Слеза сама по себе скатилась по щеке. Уилл закусил губу. Дерьмо.