Total destruction

Терри Сильвер сидел в полутёмной гостиной своего особняка в Беверли-Хиллз, единственный свет — от камина и тусклой настольной лампы над барной стойкой. Бутылка Macallan 25 уже наполовину пуста, стакан в руке дрожал едва заметно — не от холода, а от того, что внутри всё ещё бушевала ярость вперемешку с пустотой. Кобра Кай снова проиграла. Нет, он проиграл. Он избавился от Криза, от последней "слабости"... Нет, он просто потерял все. ЛаРуссо и Чоузен снова оказались правы. А он — он остался один, как всегда в итоге. Телефон лежал на стеклянном столике рядом с пустыми бокалами. Он почти не смотрел на него последние часы, но вибрация заставила поднять взгляд. Неизвестный номер. Сообщение. Он открыл чат одним движением большого пальца. «Я не писала полгода — да, так вышло. Нашла номер. Если ещё хочешь, я приеду. Хочу войти в тебя. И не только в голову. И не только в сердце.» И фотография. Терри замер. Глаза сузились, глядя на экран. Короткие светлые волосы, уверенный взгляд сквозь тонкие оправы очков, мощные татуированные плечи, чёрный топ с дерзкими вырезами, обнажающий пресс и часть груди. Она выглядела как человек, который никогда не спрашивает разрешения дважды. (Внутренний голос: Это ошибка. Кто-то перепутал номер. Удали и забудь.) Но он не удалил. Он смотрел на фото дольше, чем хотел бы признать. Что-то в этой женщине — в её прямолинейности, в силе, в отсутствии просьб или извинений — резонировало с тем, что сейчас происходило внутри него. Он устал быть тем, кто всегда держит нож за рукоятку. Устал быть Терри Сильвером. (Внутренний голос: Ты пьян. Ты слаб сейчас. Это опасно.) Он усмехнулся — тихо, горько, сам себе. Пальцы сами собой начали печатать. Он написал коротко. Без игр. Без своих обычных изысканных манипуляций. «Дверь открыта. Приезжай.» Отпустил телефон на стол, откинулся в кресле, закрыл глаза. Сердце стучало чуть быстрее обычного. Не от страха. От предвкушения чего-то, чего он сам ещё не мог назвать. Он не знал, кто она. Она не знала, кто он. Но в эту ночь ему было всё равно. Он налил себе ещё виски, не вставая, и уставился в огонь камина. (Внутренний голос: Ты позволяешь чужому человеку войти в свой дом. В свою жизнь. Может быть... в себя? Ты действительно дошёл до этого?) Терри медленно улыбнулся — улыбкой, в которой не было ни капли тепла. «Да, — подумал он. — Дошёл. Как будто, ещё есть, что терять» Он ждал.