И нет конца этому пути.

      – Вот скажи мне, Идзичи, – начал было спокойным и размеренным тоном Годзё, который вернулся из командировки так скоро как мог, едва услышав новости, – ты это сейчас серьёзно?       Беловолосый колдун сел на каталку, опираясь локтями о колени, и пристально наблюдал за тем, как на лице помощника градом начал скатываться холодный пот. Ему очень сильно не хотелось верить в происходящее, но его глаза не врали. Они никогда не лгут. Ещё один мальчик с хорошим потенциалом, который был потрачен впустую из-за недалёких стариков.       – Ч-что вы имеете в в-виду? – не смотря тому в глаза и переминаясь с ноги на ногу выдавил из себя черноволосый мужчина. Ему хотелось быть где угодно, но не здесь и не перед этим человеком. Особенно, когда ситуация вышла из-под контроля, а потом ещё успела свернуть не туда, куда надо в виде последующей амнезии и смерти сосу… эм, ученика великого учителя Годзё.       – Мало того, что ты взял первогодок на миссию, где был подтверждён особый класс, но не было подтверждено, что те пятеро человек, которых нужно было вывести живы…       – К-когда план-нировалась миссия…       – … ты ещё и смог пропустить выход Итадори Юдзи, а потом ещё и умудрился отшибить себе память! Ладно, дети! А ты!?       – Н-не я соглашался! – мужчина в костюме не знал почему, но был точно уверен, что в этом не было его вины.       – Ах да, мой воспитанник чуть не лишился голоса в придачу! Спасибо, что Сёко достаточно искусна, чтобы смочь залечить его горло!       При этом женщина утверждала, что порез был скрупулёзно точным и аккуратным.       «Настолько точный, что не было ничего повреждено особо важного, – пробормотала она, скидывая пепел с сигареты, – он уже даже начал потихоньку восстанавливаться, потому что он мог более-менее говорить. С трудом, но мог. У него есть потенциал освоить обратную проклятую технику.»       Сам же мальчик с задумчивым видом утверждал, что по какой-то причине не переживал о потере голоса, а почему не помнит. Молодой маг больше нервничал от самого взаимодействия с Королём Проклятий.       «Я не помню, что он мне сказал и что делал после того, как мы покинули исправительную колонию, но… но я бы не хотел с ним снова говорить один на один», – прорычал он сквозь стиснутые зубы уперев свой взгляд в колени.       Что бы ни сказал Итадори, а это точно было что-то бередящее чужой разум и душу. В конце концов, Годзё и сам стал жертвой таких разговоров, едва колдун решал с тем поговорить. Чтобы потом обнаружить, что он находится не в доминирующей позиции. Словно Итадори точно видел и знал, что его гложет. И хотя первым чувством был страх, дальнейшее обдумывание этой ситуации приводило к выводу – его взбудоражило. В хорошем смысле. Словно наконец-то появился кто-то, кто точно смог бы его понять. И наконец-то увидеть его, а не того кем в итоге пришлось стать.       Плюсы от всего этого бардака определённо есть! Мегуми, например, неосознанно начал обретать навык «обратной проклятой техники» из-за неожиданной и стрессовой ситуации. Уже за это можно было поставить хорошую отметку этому парню в семестре. Однако за создание этой ситуации стоит «поблагодарить» Итадори. Но тот этого не дождётся! Обломится!       Так, что-то он отвлёкся от своей игрушки-антисресс…       – А ещё, попрошу напомнить! Парень, ради которого я очень тщательно тянул за ниточки, чтобы отсрочить его казнь, был убит этим самым особым классом. Потому что эти ретрограды из начальства воспользовались моим отсутствием! А если бы погибли ещё и двое других первогодок, это стало бы вишенкой на торте!? Я ничего не забыл, Идзичи?       – Не было и слова сказано об особом классе…       – Иными словами вместо того чтобы искать виноватого может, мне просто… - он сделал небольшую драматическую паузу, прежде чем отпустить себя, – завалить всё начальство!?       Руки уже чесались! Слишком долго он потакал и рано отвернул голову, уповав на их дряхлый ум и хорошо закончившуюся историю с Оккоцу Ютой. Ох, как ему очень сильно хочется ощутить ломающиеся под его руками трухлявые кости, но пока ему пришлось довольствоваться лишь писком трусливого кузнечика под боком. Только это уже давно не приносило хоть какое-то удовольствие, скорее это уже было привычкой. Дружеским ритуалом и милостью со стороны его – Сильнейшего.       Размеренный стук каблуков и раздавшийся в морге женский голос возвестил о прибытии его старой школьной подруги, прервав его размышления:       – Нечасто можно увидеть, как ты выходишь из себя. А ты и впрямь к нему привязался, не так ли?       Покручивая от скуки свою прядь волос, Йери Сёко направилась прямиком к каталке, на которой лежало прикрытое белой тканью тело подростка.       – Разумеется! Ведь я тот самый славный парень, который заботится о благе своих учеников, – как можно более серьёзным тоном ответил ей Сатору.       – Перестань цепляться к Идзичи. Он зажат между нами и начальством, словно между молотом и наковальней.       – Плевать я хотел на его проблемы, – щёлкнул колдун пальцами абсолютно не чувствуя вину за свои слова. Он не видел смысла жалеть того, кто особо и не пострадал, кроме как образно испачкал штаны от страха.       – Так это и есть сосуд Итадори? – смахнула Йери белую ткань, открыв тело юноши с пробитой грудиной и отсутствующим сердцем. – Я могу его вскрывать на своё усмотрение?       – Лучше бы тебе это сделать так, чтобы оно того стоило.       – Постараюсь. За кого ты меня держишь?  

***

                             

      – Ты чего там расселся, аки-Король!? А ну спускайся сюда! Мне надоело смотреть на тебя снизу вверх! – прокричал Сукуна, наблюдая за слишком молчаливым проклятием, которое восседало на груде костей рогатого скота. Итадори выглядел в точности как он. Словно он был его близнецом, но черты лица проклятия были чуть мягче и менее угрожающими. Его тело покрывали чёрные линии татуировок, а волосы торчали во все стороны, словно такие вещи как «расчёска» или «гель для волос» для этого существа было пустым звуком. А может, так и было на самом деле. И одет он был по моде прошедшей давно эпохи. И погодите… Это женское кимоно или ему просто показалось?       Рёмен не особо понял, как оказался в непонятном ему пространстве, но оно выглядело так, словно они с Итадори находились внутри человеческого тела, так как если посмотреть вверх, можно было увидеть чей-то позвоночник. Розоволосый подросток хотел верить, что это не его позвоночник. Очень сильно хотелось в это верить, понятно!?       – Хм, а что не так? – тупо спросило проклятие, сделав глупое лицо, и по-совиному наклонило голову, словно действительно не понимало, что не так.       – Ты издеваешься!? – взорвался подросток, хватая первую попавшуюся под руку черепушку и с огромной силой кидая её, целясь прямиком в голову этому идиоту! Но череп не смог достичь своей цели, так как Юдзи ловко повернул голову в другую сторону. Тупо моргнув и подставив к своим губам палец, будто был всё ещё в раздумьях.       – Сукуна, ты злишься, – сделал очевидный вывод Итадори и продолжил, – ты злишься. Я понимаю, понимаю.       – Да нихрена ты не понимаешь, чучело! – схватил Рёмен следующий череп, кидая его следом, но и тот пролетает мимо, устремляясь куда-то в пустоту. – Я мёртв, чёрт возьми! Мёртв!       – И чья же в том вина? – недоумённо уточнил Юдзи. – Я ведь предлагал тебе помощь. Ты сам от неё отказался.       С самым не впечатлённым выражением лица, Рёмен подхватил следующий метательный предмет. Подкинув его пару раз в руке, прежде чем нацелиться на Итадори, молодой юноша со всей своей силы метнул его под ноги своего оппонента.       – Я сказал – слезай!       Раздался треск ломающихся костей и заливистый хохот Короля Проклятий, который в очередной раз с лёгкостью увернулся, уходя в сторону от удара.       Пофиг, что Сукуна не попал. Главное эта долбанная мумия встала со своего насеста и начала двигаться. Однако он не успел насладиться своей маленькой победой. В следующее мгновение Итадори Юдзи оказался прямо перед носом у подростка с раздражающей на лице ухмылочкой, которую хотелось засунуть тому в жопу.       Не желая терпеть бывшего колдуна в своём личном пространстве, Рёмен тут же замахнулся кулаком тому в челюсть, но мужчина перед ним успел сделать подсечку, и удар прошёл мимо лица под очередной задорный смех, а Рёмен полетел вперёд, ожидая удара об пол, которого не последовало. Юдзи успел схватить подростка за запястье, потянув его на себя поймав того в свои объятья после чего всё так же смеясь закружил Сукуну в подобии вальса.         – Отпусти! – взревел розоволосый в яростной попытке вырваться из чужих рук.       – Как скажешь, – тут же выполнив требование, ответил Юдзи, дав Сукуне вырваться и неуклюже упасть перед ним на колени. – Ты ещё не устал? Теперь-то ты меня выслушаешь?       – Пизди, пока я не отдышался. Как только встану тут же наваляю твоей наглой морде! – переводя дыхание ответил Сукуна, глядя на своё отражение в полу и не поднимая взгляда.       – Отлично! Первое – мы не в загробном мире, а на моей территории. Или же можешь называть это «внутренним миром». Я надеюсь, ты знаешь, что это такое?       – Припоминаю, что нечто подобное от тебя прозвучало в исправительной колонии, – медленно вставая и отряхивая колени ответил Сукуна.       – В общем-то, это значит, что мы ещё не мертвы.       – А второе?       – Если ты примешь мои условия, то я готов вернуть твоё сердце обратно и вернуть тебя к жизни. Будешь и дальше своим видом пугать магов!       – А-а-а, всё-таки и ты умирать не желаешь, не так ли? А какого важного из себя строил! Но стоило тебе поговорить с той… Ну, чем бы оно ни было так сразу передумал?       – Обстоятельства приняли весьма интересный оборот. Хочу посмотреть и понаблюдать за происходящим, – задумчиво и весьма спокойно ответил на очевидную провокацию со стороны ребёнка. – Поэтому всего лишь два условия, и ты вновь будешь жить.       – …       Итадори дал немного времени на обдумывание, прежде чем продолжить аргументацию, чтобы убедить подростка дать ему согласие на «пакт». Разумеется, всегда был вариант того, что ребёнок заупрямится и не согласится. Но он так же знал и понимал, как примерно работал их мир и что не зависимо от ответа «цикл» продолжится, и если он был возвращён сейчас, то пройдёт какое-то время и в эту эпоху появится новый сосуд для него. Кензяку своего не упустит, не после того как предположительно заимел хорошую для его замыслов технику.       – Разве не ты говорил, что хочешь выжить и засунуть этот факт им, цитирую: «в задницы по самую глотку»?       Юдзи видел его колебания. Как всё его существо дрожало от несправедливости, стоило ему влезть в кроличью нору ради помощи кому-то. Лицо проклятия стало ещё более серьёзным, словно он был вовсе не чужим, а самым близким существом этому ребёнку. Или даже не отдельным сознанием в его теле, а его внутренним голосом. Чем-то неотделимым от Сукуны – его частью.       – Не ты ли обещал им устроить свой собственный ад? – продолжил мужчина, кружа вокруг подростка, словно тигр перед жертвой, не отводя взгляда и не моргая. – Разве ты не в ярости и обиде на то, как с тобой поступили?       – З-заткнись!       – Ты всего лишь исполнял волю своего умершего старика, а на тебя повесили тяжесть целого мира! Тебя просто обычного парня, который любит жить и брать от жизни всё, – не прекращал давить Итадори, понимая как его слова ловко, словно стрелы, попадали в цель, заставляя губы Сукуны подрагивать, а руки сжимать в кулаки до хруста и выступающих вен, – в рамках разумного, конечно.       – Прекрати! – выкрикнул он, сделав замах кулаком в очередной раз промахиваясь.       – Они так просто с тобой разделались, а ты им всё вот так простишь и отправишься на тот свет? Я ведь вижу, что на самом-то деле ты жаждешь жить. Жаждешь так, как никто другой, разве нет?       – Ты ничуть не лучше! Если не хуже! – ещё замах и удар был перенаправлен в сторону, а бывший человек скользнул за спину. – Кто тебе поверит с учётом того, как ты со мной поступил только что!?       – А когда я утверждал обратное? – резонно заметил Итадори Юдзи. –  Когда я вообще тебе хоть раз лгал или намеренно вводил в заблуждение? Всё что я делал – это тихо сидел, вылезая лишь от скуки посмотреть, что происходит вокруг. Но вот, что тебе стоит понимать, – поднял Итадори палец, чтобы сделать акцент на его слова. – Я предлагаю «что-то» не просто на словах, а то, что в нашем мире называется «пакт». Это то, чего нарушить нельзя. Если я не подчинюсь нашим договорённостям, то буду наказан я, а не ты, и наоборот соответственно. В этом случае ты ничего не теряешь. Тем более что ты уже имел опыт такого «пакта».       – Когда?       – Из-за Годзё Сатору. В тот раз был заключён пакт между ним и тобой.       – …       – Всего лишь два условия, – уголки губ проклятия чуть дёрнулись в лёгкой улыбке, – и мы им покажем чего стоим. Ты и я. Что скажешь?       – Нет никаких «мы», – прорычал Рёмен.       – Думай быстрее, а то мы можем стать интересным материалом для чужих исследований.       – Пф-ф, – фыркнул пятнадцатилетний юноша. – Так, чего ты хочешь?       Улыбка на лице Короля Проклятий расширилась, а глаза приняли форму полумесяца, сверкнув янтарём.  

***

      Прежде чем Йери Сёко начала заниматься мёртвым телом мальчишки, женщина обратила внимание на двух мужчин, чьи выражения лиц выражали глубокий шок и неверие.       – Какого хрена я голый!? – раздался раздражённый юношеский голос. – Ты ещё кто такая?       Врач повернула голову, чтобы встретиться с двумя винными радужками, которые подрагивали от переизбытка чувств.       – Какая жалость, – невольно вырвалось из её уст.       – Уберись от меня! – прошипел подросток, словно вздыбивший шерсть кот, готовящийся к атаке.       Дабы разрядить обстановку и не дать голому и только что проснувшемуся Рёмену Сукуне сделать что-то неразумное, Годзё Сатору – лучший друг и учитель – дабы перевести всё внимание на себя воскликнул:       – Су-ку-на!       – Ты… – рыбка заглотила наживку.       – С возвращением в наш бренный мир, мой мальчик!