У меня для тебя есть секретные метки

Мари помахала кучке фанатов, по обычаю поджидающих экстрасенсов каждый вторник у готического зала. Выдавила искреннюю с виду улыбку. «Не забывай улыбаться» — напомнил ей пару минут назад Ян, подвезя девушку. Сегодня она прибыла последней. Лиза и Максим уже были при полном параде, мирно ожидали начала съёмок. Артём сидел перед зеркалом, над его лицом колдовал визажист. Дежурно обменявшись со всеми приветствиями, Мари села перед вторым зеркалом. Артём подождал, пока та объяснит стилисту какая причёска лучше подойдёт к сегодняшнему наряду. А когда она освободилась и стала наблюдать за движением чужих рук над волосами, Краснов так и не нашёл с чего начать разговор. Он уже видел это выражение лица и достаточно быстро понял, что при таком настроении её лучше лишний раз не беспокоить. И кто мог испортить настроение с самого утра? Но сегодня она выглядела по-вампирски больше, чем он сам. Кружевная блузка, причём абсолютно кружевная, от рукавов до рюшей на груди, придавали винтажный стиль. А длинная юбка-карандаш — строгость и настоящую женственность. Тёмный неброский макияж выделял голубые глаза. Ему польстило, что от неё исходит аромат подаренного им парфюма. Однажды он взял парфюмерный талант человека и иногда пользовался парфюмерной интуицией, когда не знал, как что мешать. Когда возникла мысль создать для Мари особую композицию, он как раз таки включил эту интуицию, поскольку даже не мог представить, каким должен быть аромат. И в тот вечер, словно в трансовом состоянии, размешивал различные ингредиенты, смутно помня, какие именно, и аромат получился неповторимый, слегка непонятный, неоднозначный. Неброский? Нет, он сразу заявлял о себе, но не цеплялся за всё вокруг. Кому-то поначалу мог показаться лёгкой сладостью, перерастающую в холодный металл и опоясывающий тяжестью, несгибаемостью и величием. Кто-то, наоборот, вкусил агрессивный аромат, под которым плавала ваниль. И лишь самые внимательные ощущали опасность, верность себе, ледовитую решимость, но пленились мягкой красотой ванильной сладости. Аромат заставлял бояться, но неумолимо тянул к себе. Так её видел Артем. И кулон с чёрным камнем, изящно сочетающийся с кружевным настроением, тоже был подарен им. Совершенно спонтанно, когда они вместе гуляли по новому ювелирному магазину. Тогда он, хотя показать какую-то смешную безделушку, заметил, как она разглядывала сквозь стекло этот кулон. Безделушка сразу потеряла внимание, и он уже просил продавца показать этот кулон, дать ей пощупать его. — Мне не нужны твои подарки. — Ответила Мари, увидев, как он маняще улыбается, пока продавец достаёт кулон. — Подари тогда сама себе. Просто за мой счёт. — Если так, то я подарю себе ещё то кольцо. Артём улыбнулся, кивнув. Её наглость порой забавляла. Парень стал расспрашивать о камне в кулоне, хотя Мари, мягко говоря, не слушала их. Зато Краснов понял, что этот камень определённо её. Морион. Само название твердит, что должен принадлежать Морри. Непрозрачный кварц редкого смолянисто-чёрного цвета издревле считался талисманом сильных духом людей, а также ведунов и магов. Помимо всего прочего этот камень развивает тёмное ясновидение, но медиумы, как правило, используют его как помощника в общении с духами. Он оберегает своего владельца от негативной энергии и злых чар, уничтожая злость и зависть. Но сегодня Мари, видимо, это свойство камня не помогло. — Знаешь, что с латинского «morrosus» — это «хмурый», «мрачный»? — Обратился к ней Артём. — Прямо как ты сейчас. Девушка молча взглянула на него через зеркало, и тот понял, что день будет сложным.   Она волнуется перед финалом? Или как зрители оценят прохождение последнего испытания? Мари не понимала странное ощущение, стоя в предпоследний раз в этом зале, в этом сезоне. Будет она ещё тут в будущем? Может, получит уже в этот раз, чего хочет, и больше не вернётся? Испытание финалистов проходило возле Новосибирска. Их везли в гостиницу, когда Максим, глядя в окно, неожиданно произнёс: — Ух ты, водопад. Берег бушующей сибирской реки оказался идеальным местом для ночной подготовки. Экстрасенсов поставили в ряд, чтобы каждый произнёс что-то на камеру. — Прекрасное место, я бы позабирал здешние энергии отсюда. — Начал Артём, улыбаясь. — Сколько смогу взять силы, столько и возьму. И на испытание, и на навредить соперникам. Левин, кратко говоря, закатил глаза. Лиза улыбчиво наблюдала за его изречениями, а Мари думала о том, как опередить и «съесть» больше него. — Настраиваемся. — Произнесла Елизавета. — Что вам для этого нужно? — Уточнила помощница. — Мне полотенце. — Вставил Левин, остальные лишь глянули на него, кто-то даже не сдержал смешок, но тот лишь указал в сторону реки. — Вот сила Воды. Я туда. Никто не воспринял его слова всерьёз, и экстрасенсы разбрелись кто куда. Только Артём осторожно подошёл к Мари: — Что будешь делать? — «Поговорю» с водой. Её нежное хладнокровие поможет. Артём стал проводить ритуал восполнения внутренних ресурсов природой. Лиза встала на краю берега, молясь, прося ангела-хранителя помочь разобраться с завтрашней ситуацией испытания. Мари направилась к берегу. Ночная прохлада покрывала мурашками тело, изо рта клубился пар. Но это не помешало ей снять обувь, носки, и босыми ногами ощутить холодную землю. Гулкую, принимающую и отдающую. Ей потребовалось несколько минут, чтобы постоять с закрытыми глазами и забыть о снующих камерах и нахождению других практиков рядом. Затем, медленно открыв глаза, оглядела волны и, подняв подол чёрной длинной юбки, шагнула вперёд. Берег, к счастью, в её месте был нескользким, и она смогла ступить в холодную воду, покрывшись уже большими колкими мурашками. Речная пена обтиралась о ноги, как ручной питомец. Никто и не заметил, как в воде оказался Левин, уплывая по волнам. Они опасно несли его дальше от берега, потому что были большими и мало контролируемыми. Елизавета, переживая, глядела с берега за ним. Мари и Артём не отвлекались от своих занятий. Вскоре Максим, полный возбуждения, вернулся на берег, целый и невредимый. Морри и Краснов закончили почти одновременно, поэтому парень подошёл к ней, подал руку, чтобы безопасно оказаться на берегу. — Продрогла. — Прошептал он, накидывая на неё свою куртку. — Не чувствую.   На следующее утро экстрасенсов ждали в деревне Кудельный ключ. Самое ответственное испытание «Битвы» проходило в этом месте под Новосибирском. На первый взгляд здесь царила настоящая идиллия. Каждый житель занимался своими делами, разносился лай собак, вдалеке слышался пашущий трактор, а у кого-то кричал петух. Вокруг бескрайние леса. Несмотря на всё это, люди здесь жили в постоянном страхе. Причиной всему были необъяснимые на их взгляд пожары. Каждый боялся лишиться в один миг своего хозяйства и своей жизни. Последние пять лет один за другим дома вспыхивали как спички, проглатывая и живущих в нём. Ни проблем с проводкой, ни утечки газа в сгоревших домах не было. Было ясно только одно: дома горели только на одной конкретной улице. Вера Сотникова вместе с героями терпеливо ждала появление первого экстрасенса. Перед его появлением было решено сделать проверку: каждого героя попросили принести какую-то вещь из их дома. Вещи были самыми разными, от кружки и игрушки до иконы и ключей. — Будем просить экстрасенса выбрать одну вещь. — Поясняла Вера. — И найти дом, из которого эта вещь была принесена. Этим ранним и светлым утром первой проходила испытание православная ясновидящая Елизавета Петрова. Из вещей она выбрала одинокий ключик. Прошла, как финалист, достойно, хоть и запуталась в какой-то момент. За те данные пятнадцать минут на поиск, Лиза успела отыскать нужный дом, в самую последнюю минуту. Виной пожаров, по её словам, служило проклятие. Следующим был Максим Левин. Его выбор пал на... — А я не хочу выбирать вещь. — Отрезал он. — У нас правило такое. — Пояснила Вера, обескураженная его поведением. Путём споров, всё равно сделал по-своему. Выбрал вместо вещей двух женщин и принялся искать их дом, утверждая, что их вещь ему не нужна. В конце концов, определил владельца каждой вещи. Безошибочно. Правда, дальше не обошлось без вновь возникшего спора, а с причиной возгорания даже не спешил делиться. «Фитиль под землёй.» — ответил он, обосновав, что какой-то недовольный дух виновен. Следом пришёл Артём Краснов. Он ориентировался на выбранной вещи, и шёл куда тянуло, куда вела сама вещь. Дом нашёл верно, да и нашёл единственную хозяйку лишь по одной уцелевшей вещи после пожара. Впечатление он оставил огромное. И с этим бороться придётся вновь Мари. Ей не нравилось идти на испытания после него, потому что тот всегда оставлял неизгладимый трепет у героев. Уже достаточно стемнело, когда пришла очередь Морри. В деревне стоял самый настоящий мрак, нарушаемый лишь редкими фонарями и прожекторами камер. По крайней мере, время было вполне удачным. Тёмным, насыщенным и прохладным. — Мари, перед вами лежат вещи этих людей. Вам нужно выбрать одну и найти за пятнадцать минут дом, из которого эта вещь была принесена. Я даю Вам время сосредоточиться, но как только берёте вещь — с этого момента начинается отсчёт. Девушка понятливо кивнула Вере, оглядывая каждый предмет перед ней. И, присев перед скамеечкой, на которой они лежали, ощупала каждую. Её рука остановилась на кружке: — Хозяйке около сорока, а она принаряжается и хочет выглядеть моложе. Это нормально. И муж солидный. Всё у неё есть... — Проговорила Мари и переместила руку на соседний предмет. — А Вы можете сказать, кому принадлежит кружка? — Решила уточнить Вера. — Ей. — Не глядя указала пальцем девушка, и между героями прошёл шепоток удивления. Верно. — А эти ключи? — Этой женщине. — Может... Вы сможете указать хозяина каждой вещи? — Если нужно. И герои стояли чуть ли не с раскрытыми от удивления ртами. Даже Вера проморгалась, узнав, что каждое её слово оказалось верным. Да, ранее Левин также верно указал на хозяев вещей, но так кратко, дерзко и не водянисто сделала только Мари. — В конечном итоге, какую вещь выбираете? Мари взяла в руки икону, и её время началось. 15 минут. Ей не нравились испытания с ограниченным временем. Ей в целом не нравилось любое ограничение. Но таковы правила этого шоу, этой игры. Она вдохнула холодный воздух и также глубоко выдохнула, будто обновляя всю внутренность. Затем принюхалась к иконе. Пахло гарью. Да и от всей деревни пахло огнём. Жадным, голодным огнём. А ещё пахло жжёными волосами и гнилой капустой. Неприятные запахи, обозначающие смерть людей в огне. Это Мари поняла почти сразу. 14 минут. Почему рука потянулась к иконе? Ей стоило только глянуть на вещи, как взгляд моментально зацепился за неё, за потёртую, пережившую ни одни руки иконку. 13 минут. Девушка вскинула голову вверх, словно оттуда кто-то шептал путь. Вере показалось, что глаза её стали выглядеть как кукольные. Стеклянные, поблёклые и почти не моргающие. 12 минут. Герои пытались вслушаться в шептания экстрасенса. Какие-то шепотки были понятными, какие-то на незнакомом или слышимым ранее где-то языке. Только Мари знала, что говорит: — Покажи, курсэт, расскажи, кем эшли, кто делает, кем нишли. Да через тебя говорю, силу открываю. Яшермичэсөйлэ, мөһимён сөйлэ. Твоя или моя... Нигэ алар? Алым бар. Курсэт. — И протянула последнее слово совсем шёпотом, как настоящая змея: — Курс-сэ-эт-т... 11 минут. Морри двинулась по тропе на основную дорогу. Шла по улице, на которой неоднократно происходили необъяснимые возгорания. Все эти возгорания она видела, словно проходила мимо пылающих домов, хотя на деле они молча стояли. Видела, какие и когда горели. Мертвецы стояли у своих погоревших домов, и сами выглядели погоревшими, как люди без кожи. Из пустых глазниц сверкали огоньки в непроглядной тьме. 10 минут. — Мари, куда мы идём? — Решила уточнить Вера, будто сама позабыла, какое задание дала. Мари поначалу раздражало, как ведущие влезали в хрупкое состояние, пытались отобрать контроль, а потом научилась отвечать им невзначай, как бы, между делом, чтобы они понятливо отстали. Ясное дело, что они все хотели знать, что происходит, но куда легче было объяснить это после, а не во время процесса. — Откуда икона была сегодня вынесена. 7 минут. — Нет, погодите. Мари остановилась на дороге. Шедшие за ней люди также резко вросли в землю. Экстрасенс развернулась вокруг своей оси, оглядываясь, а затем повернула обратно, поговаривая: — Откуда была вынесена, а не где лежала только сегодня. 6 минут. Герои стали перешёптываться. До Мари их разговоры не долетали, даже ни капельки. Вера уточняла их слова. — То есть икона сегодня лежала у вас, хотя хозяин другой человек? — Она взглянула на вторую женщину, разговаривая с первой. — Вот Ваша? Значит, она и это почувствовала, поэтому запуталась... 5 минут. — Мари, у Вас осталось пять минут. — Да. Да... — Морри шла вперёд, ни на миг не останавливаясь, словно её вели за руку к нужному дому. — Близко. 4 минуты. Она остановилась между зелёным и жёлтым домами. Где-то здесь. Оно указывало, что где-то здесь. Мари прижала икону к груди: — Покажи. Точно укажи. Ашатам. — Простите, что за последнее слово? Ей хотелось треснуть этой иконой по Вере, но она тихо ответила: — «Накормлю». — Кого? Вера так и осталась с удивлённым лицом, пока не поняла, что дальнейшие вопросы останутся без ответов. Ей ранее думалось, что чёртовым был Череватый, но жуткость Мари переплюнуло и его. 3 минуты. Ведущая хотела указать на заканчивающееся время, но Мари резко указала на жёлтый дом. — Отсюда. — А затем повернулась к героям, глядя прямо в глаза одной из них. — Ваш дом. 2 минуты. — Ну, Мари... Вы, конечно, всё ещё можете удивлять. Что Максим правильно указал на всех хозяев вещей, что Лиза также в последнюю минуту указала верно. Но Вы... — Так значит, я справилась? — Мари уже вернула контроль и включила своё обычное прилюдное состояние. — Конечно! — Всплеснула Вера, всё ещё поражённая результатами. — Скажите, вот Вы говорили что-то... Это на каком языке было? — На татарском. Больше особых вопросов никто не задавал. Лишь некоторые герои, решившие спросить о личном. Вскоре все четверо экстрасенсов собрались для консилиума. — Я увидел, что буквально вдоль этой улицы, фактически, находится «фитиль». — Начал пояснять свои видения Максим Левин. — Которое тянется на кладбище. — Я увидел сущность. — Поделился Артём Краснов. —  Гуляет вдоль по улице и «бьёт» дома. И они горят. Причину, природу этой сущности пока не разгадал, потому что она покоится где-то на кладбище. Мари и Лиза незаметно промолчали, лишь согласившись поехать все вместе на кладбище. Поездка протекала мирно. Ладонь Артёма покоилась на руке Мари. Их холодные руки пробивали дрожь для обоих. «Как же это паршиво выглядит.» — думала Мари. И думала о том, почему согласилась на эту авантюру. Может, она отлично справилась бы и без Артёма? Ян бы наверняка нашёл способ поднять аудиторию. Её порой тошнило от этой игры в «любовь». — Как это мы пропустили поворот к кладбищу? Все десять местных, то ли под влиянием потустороннего, то ли под впечатлением от экстрасенсов, не заметили, как проехали дальше, чем нужно. Кто-то сразу списал это на сверхъестественное. Мари лишь закатила глаза. Всему виной была неосмотрительность местных, никто не указал на правильную дорогу водителю, который явно был впервые в этих краях, ещё и ночью. С горем пополам они прошли какое-то расстояние до кладбища пешком. Правда, это оказалось не то кладбище. Вернее, то, к которому они ехали, но никто не почувствовал здесь того, что искал. На улице совсем рассвело, когда они прибыли к другому кладбищу. Нужному. — Так в чём или ком причина пожаров? — Переспросила Вера, пока экстрасенсы оглядывали памятники. — Я покажу. — Внезапно вставила Мари, поднимаясь с корточек. До этого она тихо разглядывала чью-то мраморную плитку. Она провела всех по извилистой тропе и остановилась. — Юрий Иванович. — Указала Морри. — Он поджигает, ходит по улице. — Это же Ваш муж... — Проговорил Артём Любе, одной из героинь, вглядевшись в фотографию. — Который на пороге лежал. Задохнулся... Это он и есть тот горящий человек, только он сейчас сам себя не помнит. — Он застрял между мирами мёртвых и живых. — Добавила Мари. — Он всего лишь хотел вернуться домой... Это был один из тех консилиумов, где каждый добавил деталь, когда версия сошлась, нашлась та самая причина, когда встреча нескольких экстрасенсов оказалась действительно полезна для всех. Молчала только Лиза, несогласная с остальными, а затем уверяла в проклятии. Но утро было благодатным, никто не развивал конфликтов дальше. — Мари, проведём совместный ритуал, чтобы избавить от этого? — Предложил ей Артем. Десятка пар глаз уставилось на девушку. — Нет. Артём коротко кивнул, потому что заранее уже знал этот ответ. Пока он проводил свою работу, Вера подкралась к Мари: — А почему? Девушка сразу поняла, о чём вопрос: — У нас разные... Способы решения. Не представляю, как он хотел их объединить. — Может, стоило попробовать? — Не когда на кону целая улица.   Мари пожалела, что выбрала для второго наряда корсет. Всё ещё жаркая погода теперь давила и в рёбрах, заставляя чувствовать неприятную липкость, но корсет так хорошо подходил к этому брючному костюму, что она не могла не надеть его. — Мари, а сегодня Ваш наряд для нашего вампира? — Оглядев её чёрный костюм с бордовыми рисунками, решил вставить Марат Башаров. — В каком смысле?  — Ну, рисунок с сердцами почти в натуральную величину... И кресты, кажется? Ещё и в красных тонах для Краснова. Мари уставилась на Марата, не понимая логическую цепь его мыслей. Порой в его голове творилось невесть что. — Даже если эти сердца не для меня... — Начал Артём, скрыв застывший взгляд на открытую ложбинку девушки. — Мне неважно как она выглядит, ей замечательно даже без... — Так. — Прервала его поток слов Мари. — Мы собрались обсуждать испытание или мою одежду? Она надеялась, что эта чушь не войдёт в эфир.   — Голосование за победителя двадцать четвёртой «Битвы» уже в самом разгаре, и прямо сейчас, в это самое мгновение, телезрители решают, кому из вас четверых отдать свой голос. Но я, Марат Башаров, даю вам последнюю возможность повлиять на ход голосования и  обратиться к нашим главным и самым строгим судьям. Тем самым людям, что болели за вас и переживали весь сезон. Это ваш единственный шанс склонить кого-то на вашу сторону. Не упустите его. Говорите от всего сердца и вас обязательно услышат. — Это был невероятно сложный путь для меня. — Начала Елизавета. — Но благодаря этому пути огромное количество людей пришли к вере. Вспомнили, что есть любовь, что есть добро, впервые переступили порог храма. Я пришла сюда показать тем, кому тяжело, кому трудно, что есть Бог. Зная, что в минуты отчаяния, в тяжёлые минуты, можно с лёгкостью переступить эту черту и открыть не ту дверь. Каждый из нас показал в «Битве экстрасенсов» свой дар, инструменты, которыми пользуется и тех, кому он служит. Мои дорогие зрители, голосуйте своим сердцем за тот путь, который выбираете в жизни для себя и своих детей. Поскольку огромное количество подростков смотрит эту передачу. Экстрасенсы — это люди, которые дают надежду и помощь. Вопрос: у кого они просят эту надежду? К кому обращаются за помощью? К Богу или  к Дьяволу? И давайте будем помнить о том, что случается с людьми, народами, и целыми странами, которые служат тёмным силам. Ну и как сказал Александр Суворов: «Мы русские, с нами Бог». Артём был единственный, кто не смог сдержать усмешку. — Прошу прощения. — Тихо произнёс он. — Артём, а что Вам не понравилось? — Сразу зацепился ведущий. — Нет, просто... Фраза «Мы русские, с нами Бог» — это же мемы. — Это не мемы. — Произнесла Лиза. — Это слова Александра Суворова, великого полководца. — Я знаю, просто мемы вспомнил. — Ну, я не знаю про мем, я знаю историю. — Давайте не будем цепляться за восприятие фраз. — Вставила Мари, останавливая надвигающую перепалку Лизы и Артёма. — У каждого оно может быть разным. — Спасибо, Елизавета. — Поддержал Марат. — Максим, Вам слово. — Я не служу ни Богу, ни чёрту, ни Дьяволу. — Объявил Левин. — А только лишь когда приводится случай людям, человеку свободному, человеку не желающему стоять на коленях. Потому что колдовство существует вне рамок и отрицает любую возможность поклоняться, кому бы то ни было. Я хотел это показать внутри этой «Битвы» для людей, желающих развиваться, идти вперёд, добиваться своих целей и жить свободно. Я бы очень хотел, чтобы вы верили в свой разум, в свои семьи, в своих детей. Вас окружает прекрасная природа, прекрасная Земля, русская земля, русский дух и величие тысячелетних родов. Делайте свой выбор разумом и разумным сердцем. Всё. Черёд перешёл к Артёму: — Я не хочу вас агитировать, призывать. Лучше я потрачу это время на вас. Вы видели, как я работаю, мои практики у многих вызывали отторжение, испуг, негодование, насмешку, непонимание. Но с течением времени я думаю, вы увидели, на что я способен, видели, как я забирал боль у героев испытаний и сейчас я хочу забрать вашу боль. Просто смотрите мне в глаза и думайте о том, чтобы вы хотели отпустить из своей жизни. — Он всматривался в камеру, во всех людей, кто посмотрит в его глаза, вытягивал их боли. — Неважно, где вы находитесь. Не имеет значения, в какое время вы смотрите сейчас на меня, за кого проголосовали или будете голосовать. Вы можете возвращаться к этому моменту столько раз, сколько вам понадобится. И я хочу искренне пожелать вам никогда не болеть. Как только он закончил, Марат произнёс: — Я впервые вижу, чтобы на моих глазах Вы через объектив воздействовали на людей. — Техники вампиризма можно использовать вне времени и пространства. Как, по сути, и любые магические техники. — Пояснил Краснов. — Лиза, а Вам что-то не понравилась? — Метнув взгляд на неё, спросил Марат. — С чего Вы взяли? Я просто вспомнила Чумака и Кашпировского. — Вы считаете, это запрещённый приём? — Нет, почему? Это приём Артема. — Просто Вы так отвели глаза... — Я молилась. — Может быть... Вы молились, чтобы Господь вразумил Артёма? — Нет, не за это. — Что ж, у нас осталась Мари. — У каждого из нас свои практики. Какие-то могут казаться непонятными, странными, может, местами ужасающими... — Стала излагать Морри. — Но все они направлены на одно: помочь людям. Во всяком случае, отвечаю за себя. Я не буду молвить много, поскольку вы и так всё знаете, понимаете. Вы всё чувствуете, поэтому доверьтесь себе и сделайте выбор без задней мысли. Так, как сразу пришло в голову, как желает сердце. Этот путь преподнёс мне некий опыт во многих направлениях. И это важно для меня. И эта победа важна для каждого из нас, поэтому надеюсь, что за это время вы разглядели нас и проголосуете не «правильно», а «правдиво». Мин уз ягымдагыларны яклыйм. — Кстати, что насчёт того человека, кому Вы бросили вызов? — Внезапно вспомнил Марат. — Что-то ответил на это? — Мне не нужны его ответы. — Ну, хотя бы объявился? — Нет, конечно.   — Но я пытался! — Всплеснул Александр. Он сразу понял, что та фраза о соперничестве предназначалась ему. Но Шепс не хотел соперничать с ней. Он хотел любить.