Покажи мне свою статистику!

Эйра появился, когда Яну только вступил на дорогу, ведущую к Науламу. Он преградил дракону путь, верхом на коне, который шумно выпускал горячий пар из ноздрей. Эйра был закутан в плотную одежду с головы до ног, что выглядело немного комично. Глядя на него, Яну невольно предавался мрачным фантазиям о том, как он срывает с него все эти тряпки, бросает на снег и заставляет дрожать от холода, пока он сам будет медленно его «смаковать». — …Яну. Эйра, натянувший капюшон до самых глаз так, что были видны лишь пряди серебряных волос и серые глаза, невозмутимо произнес его имя. Ветер трепал полы его робы и волосы, придавая ему какой-то отрешенный, чистый вид. — Да, Эйра. Что привело тебя сюда в такую холодную ночь? Почему ты не спишь в теплом замке? — ласково спросил Яну, притворяясь дурачком. Взгляд Эйры скользнул за плечо Яну. В часе пути за этим перевалом лежал Наулам. Для дракона это расстояние было делом десяти минут. — Решил пригласить тебя на свидание. Эйра говорил спокойно, но его лицо совсем не походило на лицо человека, собравшегося на романтическую прогулку. — Мне кажется, для свидания уже слишком поздно. Яну гадал, когда и как Эйра прознал про его планы, но всё же решил попробовать его урезонить. — Я схожу с тобой на свидание позже, а сейчас возвращайся, Эйра. Я ведь обещал не трогать твой город, пока не пройдет месяц. — Эта деревня — тоже часть моих владений. «Хотя и крошечная». Яну почувствовал легкий укол совести, но поворачивать назад не собирался и лишь пожал плечами. Эйра, кажется, и не ожидал, что тот его послушается. — Что ж, может, тебе и повезет найти свою пару в этой деревне. Но явно не сегодня. С этими словами Эйра спешился. Яну с любопытством наблюдал, как он достает что-то из подпространства. Это был длинный стержень непонятного назначения. В руках Эйры он внезапно вспыхнул, и с оглушительным свистом в небо взмыл бирюзовый снаряд. Пи-и-и-инг… Снаряд разорвался высоко в ночном небе яркой вспышкой. Сигнал для кого-то. Яну понял, что его пытаются остановить, но не разозлился. Ему было искренне интересно, как Эйра собирается справиться с ним с помощью таких трюков. Полюбовавшись фейерверком, Яну снова сорвался на бег. Эйра поспешно успокоил испуганную лошадь, вскочил в седло и бросился вдогонку. Яну гадал, как Эйра отреагирует на его резню. Его любовник, выросший в Лабиринте, обладал крепкими нервами. Когда Яну одним ударом смел стаю Окампаний или прикончил Миссио, Эйра не испугался, а вел себя на удивление спокойно. «Может, он немного рассердится. А может, впадет в ярость». В любом случае, Яну не мог представить, что Эйра в ужасе убежит. Он представлял, как будет усмирять разгневанного Эйру: как разорвет в клочья его одежду и возьмет его силой, наслаждаясь его бессильной злобой. От этих мыслей он облизнул губы. Наконец достигнув Наулама, Яну удивленно вскинул брови. Деревня, хоть и маленькая, была слишком тихой. И дело было не в том, что люди спали. Дома были пусты — не слышно было ни дыхания, ни скрипа кроватей. Цокнув языком, Яну обернулся. В этот момент Эйра как раз въезжал в деревню. — Как ты это сделал? Успел эвакуировать всех жителей за такое короткое время? — С того момента, как я узнал, что ты дракон, я всегда готовился к подобному, — буднично ответил Эйра, оглядывая пустые улицы. Яну снова цокнул языком — он проделал такой путь зря. Ситуация становилась раздражающей. — Ладно. Раз здесь никого нет, я пойду в другое место. Ему не принципиально было начинать именно с Наулама. Это была лишь одна из многих деревень, которые предстояло растоптать… Но Яну не ушел, потому что Эйра слез с коня. Его вид был настолько решительным, что в драконе проснулся азарт. — Заключим пари? — Пари? Яну любил азартные игры, а учитывая, кто был его противником, предвкушение только росло. Эйра спокойно вытащил из подпространства золотую сферу на тонкой цепочке, внутри которой постоянно вращались сложные механизмы, издавая ритмичное «тик-так». — Если я одолею тебя в бою, ты прекратишь убивать людей в моих владениях ради поиска своей пары. — Ха-ха… Яну рассмеялся, поразившись его наивности. Он на мгновение задумался, скольким людям хватало духу бросить вызов дракону, зная его истинную суть. Большинство людей, узнав правду, либо в ужасе бежали, либо льстиво заискивали, надеясь оказаться той самой «парой». Лишь считанные единицы, обладавшие выдающейся силой, пытались отрубить ему голову. Их можно было пересчитать по пальцам одной руки. Кроме того, у Яну был богатый опыт сражений с людьми в бытность его наемником. Но среди них точно не было магов Лабиринта. Насколько они сильны? Как долго Эйра сможет продержаться против него? Яну с готовностью принял вызов. — Идет. Я согласен. А если проиграешь ты? — Если я проиграю, я покину Солу, как ты и предлагал. Уеду в Соблэтс, Болни или вернусь в Лабиринт. Яну получил желаемый ответ, но в душе шевельнулось какое-то странное недовольство. Соблэтс и Болни еще куда ни шли, но Лабиринт был слишком далеко. Такие интересные люди попадались редко, и ему хотелось бы, чтобы Эйра оставался где-то поблизости от Солы. Внезапно Яну нахмурился. «Лабиринт… Интересно, забирался ли туда кто-то из моих сородичей?» Он перебрал память предков, но не нашел ни одного воспоминания даже о входе в Лабиринт, не говоря уже о посещении самого места. Пока он раздумывал, раздался щелчок — лязг металлических деталей. Это звук издала сфера в руках Эйры. Цепочка, будто живая, начала обвиваться вокруг его тонких пальцев и поползла вверх под рукав, обхватывая запястье. В следующий миг снег вокруг них взорвался, взметнувшись в воздух подобно гейзеру. Снежный покров, лежавший на земле и крышах Наулама, закружился в бешеном вихре, создавая густую пелену. Последнее, что успел увидеть Яну, — это решительное лицо Эйры, сжимающего в губах красный цветок. «Та же стратегия, что он использовал в замке?» Дракон лениво огляделся. Из-за метели невозможно было разобрать очертания предметов. В таких условиях приходилось полагаться только на слух. Где-то раздался треск. Яну медленно сделал шаг вперед, и в ту же секунду сквозь снежную мглу со свистом что-то пронеслось. Яну не стал уворачиваться, а просто поднял руку, блокируя удар. Мощный толчок, будто в него врезался огромный валун. Кости хрустнули, и резкая боль прошила руку — рука была сломана. Следом посыпались удары: бревна и камни летели в него один за другим. Каждый раз Яну подставлял сломанную руку, принимая удары на себя. Его предплечье превратилось в кровавое месиво, но он даже не моргнул. Такие примитивные атаки были для него лишь скукой. Он тяжело вздохнул. — Эйра, позволь мне показать тебе, почему драконов так трудно убить. Сказав это, Яну перестал защищаться и широко развел руки. Со звучным хрустом острое бревно пробило ему живот и, пройдя насквозь через спину, вонзилось в землю. Нападавший, видимо, был шокирован — град атак на мгновение прекратился. Яну попытался что-то сказать, но вместо слов из его рта вместе со свистом воздуха хлынула кровь. Легкое было пробито. Яну хмыкнул, хотя из его горла вырвались лишь странные хрипы. Убедившись, что Эйра вдоволь налюбовался его «ранами», дракон завел руки за спину. Вместо того чтобы вытащить бревно, он с силой надавил на него, упирая в землю, и начал выпрямляться. С мерзким хлюпаньем его тело соскользнуло с древесины. В этот момент он услышал нерешительный шаг. Несмотря на то, что его тело было распорото от груди до низа живота, Яну не упустил шанс и бросился на звук. С каждым его шагом земля содрогалась, поднимая маленькие снежные вихри. Кончики его пальцев коснулись края робы. Он резко рванул ее на себя, но ткань просто растаяла в его руках, как снежинка. Пока он стоял, притворяясь озадаченным, раздался треск и хруст — кости его руки встали на место и срослись. Кровь, хлеставшая из ран, остановилась, а дыра в животе начала затягиваться новой плотью. Боль была для него привычной, а холодный воздух, попадавший в разорванное легкое, казался даже освежающим. — Значит, иллюзия. Пробормотав это, Яну выхватил меч. Он поднял высоко над головой старый, заржавевший клинок с зазубринами, за которым почти не ухаживали. А затем меч с невероятной скоростью обрушился вниз. Раздался резкий звук, и бешеная метель, будто занавес, разошлась в стороны. На мгновение обзор прояснился, и Яну заметил Эйру, прячущегося за одним из зданий. Дракон с ухмылкой хотел броситься к нему, но тело внезапно отказалось подчиняться. Яну нелепо рухнул лицом в снег. Когда он пытался пошевелить правой ногой, у него дергалась левая рука, а когда хотел поднять руку — моргали глаза. Уткнувшись головой в сугроб, Яну рассмеялся. Холодный снег набился ему в рот. — А э-то… до-ста-точно… ин-те-рес-но… За свою долгую жизнь он никогда не испытывал ничего подобного. Не только руки и ноги — даже мышцы языка работали невпопад. Однако он быстро начал адаптироваться. Он принялся быстро двигать разными частями тела, сравнивая и проверяя перепутанные ощущения. Его движения были настолько стремительными, что со стороны казалось, будто всё его тело бьется в конвульсиях. Вскоре Яну, пошатываясь, поднялся. Он вихлял, как пьяный, пару раз упал, но в итоге мертвой хваткой вцепился в каменную стену здания. Каменная крошка посыпалась из-под его пальцев. Ощущения продолжали меняться каждое мгновение, и Яну принял решение. Раз он не может нормально идти или бежать, он будет «бросать» свое тело. На руке, державшейся за стену, вздулись вены, и он с силой оттолкнулся от нее, посылая себя вперед. С грохотом Яну врезался в угол соседнего здания. Из разбитого лба потекла кровь. Он оскалился, слизывая кровь, окрасившую его белые зубы в алый цвет. Он мог бы легко избежать травм от столкновения с каменными стенами, если бы захотел, но иногда ему просто нравилось крушить собственное тело. Всё равно он был почти бессмертен, так что Яну не щадил себя. Это дарило ему чувство какого-то странного облегчения.