Глава 4
30 декабря 2025 г., 16:51
КИНГ
- Кинг, - задыхаясь, прошептал Джио, пытаясь сделать следующий вдох. - Блядь, - выдохнул я, когда понял, что происходит. Я был свидетелем достаточного количества панических атак Джио, чтобы понять, что это такое. Черт возьми, когда его вернули нам, у него их было так много, что я даже прошел курс сердечно-легочной реанимации, потому что боялся, что однажды наступит момент, когда он действительно не сможет дышать. В глубине души я понимал, что это всего лишь психосоматическая реакция на стресс и травму, но, черт возьми, это было похоже на правду. Тогда и сейчас. - Эй, эй, - сказал я, автоматически поднимаясь на ноги и обходя огромного пса, чтобы сесть рядом с Джио на маленький диванчик. Его глаза были расширены от страха, пока он пытался втянуть в себя воздух. У меня самого перехватило дыхание при виде паники на лице Джио. - Я держу тебя, - сказал я, обнимая Джио за плечи. Я притянул его к себе и развернул так, чтобы мы оказались лицом друг к другу на диване. Я сжал его холодные, липкие пальцы в своих. - Милый, мне нужно, чтобы ты задержал дыхание, хорошо? Джио машинально покачал головой. Это была непроизвольная реакция. Его разум отчаянно пытался дышать, и задержка дыхания противоречила всем природным инстинктам. - Доверься мне, Джио, - тихо сказал я, взяв его за подбородок и мягко заставив смотреть мне в глаза. Я сделал глубокий вдох и задержал дыхание. Джио поколебался несколько мгновений, затем сделал то же самое. Сердце словно раскололось надвое, когда по его щекам беззвучно потекли слезы. - Еще немного, малыш, - прошептал я. Я наклонился вперед и на секунду прижался губами к виску Джио, прежде чем сказать: - Хорошо, выдохни медленно. Следи за счетом, хорошо? Я стал медленно считать, когда Джио выдохнул. Все его тело содрогнулось. На лбу выступил пот, а кожа стала еще бледнее, чем была от природы. - Хорошо, еще один вдох. Медленно, - приказал я и снова стал считать. С каждым выдохом Джио слегка задыхался, что свидетельствовало, что он все еще был на грани потери контроля. Феттучини, со своей стороны, положил большую голову на колени Джио. Я задался вопросом, было ли это первым случаем, когда животное почувствовало приступ паники у Джио, или они продолжались у подростка все те годы, что я его не видел. - И выдохни, - пробормотал я, считая. Мне пришлось повторить эти действия добрую дюжину раз, прежде чем напряжение немного спало с тела Джио. Только когда он опустил голову мне на грудь и просто держал ее так, я понял, что ему стало лучше. Прежде чем смог остановить себя, я накрыл его шею сзади рукой. - Прости, - прошептал я, целуя его в макушку. Джио вздрогнул, а затем еще сильнее прижался ко мне. Обрадованный тем, что худшее позади, я сказал: - Я принесу тебе воды. Когда я попытался встать, Джио закричал: - Нет, Кинг, пожалуйста, не сейчас. Страх и отчаяние в его голосе заставили меня остаться на месте, несмотря на то, что каждый звоночек в теле предупреждал, что нужно двигаться. Прежде чем смог осознать, что делаю, я обнял Джио и откинулся на спинку дивана, увлекая его за собой. В конце концов, он прижался к моей груди. Его руки обвились вокруг меня, и он прижался щекой к груди. Хватка была крепкой, что доказывало, что он все еще расстроен. Черт, моя хватка была такой же крепкой, как и его, если не сильнее. Доказательство моего отчаяния. Боже, о чем я только думал? Какая реакция должна была быть у парня, когда ему напомнили, как близко он был к тому, чтобы подвергнуться насилию в собственном коридоре? - Не говори папе, ладно? - Услышал я слова Джио через несколько минут. Я вздохнул, потому что понял, о чем он спрашивает. - Не буду. Прошло несколько долгих секунд молчания, прежде чем Джио прошептал: - Я видел его. Первой мыслью было, что он говорит о Луке, но это не имело смысла. Затем я вспомнил реакцию Джио, когда Тэд впервые прикоснулся к нему. С моего наблюдательного пункта в коридоре Джио был виден не лучшим образом, но мне показалось, что он застыл на месте. Я предположил, что он замер при мысли о том, что его поцелует парень, но, когда обдумал слова Джио, до меня дошла правда. Он имел ввиду не Тэда. Тот, о ком он говорил, должно быть, был тем уебком, что так долго причинял ему боль. Курт. Я мечтал о сотнях способов разорвать извращенца на части, но трус выбрал самый простой способ, когда почувствовал, что петля правосудия затягивается вокруг него все туже. Все, что я мог сделать, это сохранить нейтральный тон, когда спросил: - Итак, ты начал вспоминать больше? После того, как Джио вернули семье, он уже не был тем маленьким мальчиком, которого у нас забрали. Подросток, которого мы вернули, был озлобленным, отстраненным и жестоким. Он также ничего не помнил о том, кем он был. Или кем были мы. Даже Лука, его собственный отец, был забыт. Похититель стер воспоминания Джио, и их место заняли новые. Вернувшись домой, Джио заявил, что его зовут Ник и что он не был освобожден от своего похитителя. Нет, он искренне верил, что мужчина, с которым он жил, был его мужем и что у них были любовные отношения. Его преданность Курту, своему похитителю, была настолько сильна, что, когда Курт покончил с собой, вместо того чтобы предстать перед судом, Джио попытался сделать то же самое. Сказать, что мы все были потрясены, узнав, что Джио пытался покончить с собой не один раз, а дважды, после того как его спасли, было бы в высшей степени преуменьшением. Джио потребовались недели, чтобы, наконец, вспомнить Луку и принять его тем, кем он был. И хотя это был хороший первый шаг, память Джио была, в лучшем случае, отрывочной. О своем пленении он помнил только отрывки, и какими бы ни были эти воспоминания, он не делился ими ни с кем, кроме своего психотерапевта. Врач заверил нас, что для человека в таком состоянии, как у Джио, такие провалы в памяти - это нормально… это был своего рода механизм преодоления. Хотя он не мог с уверенностью сказать, произойдет ли и когда именно, настанет день, когда стена, которую Джио воздвиг в своем сознании, чтобы отгородиться от жестокости, с которой ему пришлось столкнуться, может рухнуть. Джио долго не отвечал, и я не давил на него. Я был просто рад чувствовать, что он нормально дышит в моих объятиях, а его кожа больше не кажется холодной. - Не совсем, - пробормотал Джио. - Просто несколько случайных образов или обрывков разговора. - Значит, когда Тэд дотронулся до тебя... - Начал я, но вынужден был остановиться, потому что при одной мысли о том, что Тэд пытался сделать с Джио, захотелось найти этого дерьмового золотого мальчика, чтобы задать ему еще одну трепку. - Нет, - перебил Джио. - Это началось раньше. Он, эм, на самом деле помог избавиться от воспоминаний, произнеся мое имя. Но потом он положил на меня руки, и я просто... - Ты просто что? - Мягко спросил я. - Застыл, - прошептал Джио. - Папа и дядя Вон учили меня кое-каким приемам самообороны, но когда Тэд... когда он дотронулся до меня, я... я не мог пошевелиться. По его голосу я понял, что Джио был сбит с толку и измучен. Будучи свидетелем многих его приступов паники, я знал, что его организм не выдерживает, когда адреналин покидает его. Я почувствовал, как он глубоко вздохнул, а затем еще больше расслабился, прижимаясь ко мне. Мне нравилось ощущать его вес на себе. Он был не слишком тяжелым, но и не слишком легким. В самый раз. Правда, Кинг? Кто ты, Златовласка? Мне удалось заглушить проклятия, которые я адресовал занозистому внутреннему голосу, и вместо этого сосредоточился на Джио. Его хватка немного ослабла, а дыхание выровнялось. Я знал, что это значит. И я понял, что мне нужно сделать. - Джио, милый… Блядь, нужно прекратить это делать. Я не мог припомнить, чтобы когда-либо обращался с нежностью к кому-либо из бесчисленных мужчин, с которыми трахался все эти годы, так какого черта я делаю это сейчас? Я дважды назвал его «милым» и был уверен, что еще называл его «малышом». Вслух. Черт. - Джио, давай уложим тебя в постель, хорошо? - Я не устал, - сонно пробормотал Джио. Я усмехнулся и слегка выпрямился, но продолжал обнимать его. - Тебе следует делать это почаще, - пробормотал Джио, уткнувшись мне в грудь. Все тело напряглось от желания, когда его рот скользнул по ткани рубашки. Я практически видел, как его красивые розовые губы скользят по моей коже. Я был так поглощен своей реакцией на прикосновение губ Джио, что не обратил внимания на его слова, пока он не сказал: - Мне нравится. - Что, например? - Спросил я, оглядывая комнату. Его квартира не была особенно роскошной. На самом деле, с точки зрения обстановки, она выглядела как жилище любого другого студента колледжа. Я бы не удивился, узнав, что диван и другие предметы мебели были приобретены вместе с квартирой. Но, в отличие от других парней, учащихся в колледже, Джио, казалось, содержал свою квартиру в чистоте. Вокруг не валялось ни бутылок, ни банок из-под пива, а вместо постеров с автомобилями или женщинами с пышными бюстами на стенах висело несколько семейных фотографий в рамках, и все. - Когда ты смеешься. Я как раз собирался встать с намерением забрать Джио с собой, когда услышал эти тихо произнесенные слова. - Что? - Спросил я удивленно, уверенный, что ослышался. Ему понравилось, как я смеялся? Я недоверчиво покачала головой. В Джио было много такого, что имело для меня смысл, но было и столько же того, чего я не понимал. Его комментарий о моем смехе определенно относился ко второй категории. - Может, я устал, - прошептал Джио, напоминая о конечной цели. Я поднялся на ноги, потянув Джио за собой, но он уже был в полусонном состоянии и бился рядом со мной, как в воде рыба. Решение было простым. Я положил одну руку ему под колени и приподнял его. Джио сказал что-то, чего я не смог понять, а затем обнял за шею и прижался губами к тому месту, где плечо переходит в ключицу. К голому месту, где сходятся плечо и ключица. Вот вам и простое решение - отнести молодого человека в спальню. Не было ничего простого в том, чтобы буквально заполучить в охапку великолепного парня вместе с необходимым стояком, вдохновленным этим парнем, и быть не в состоянии ничего с этим поделать. К счастью, до спальни Джио было рукой подать. Я распахнул дверь плечом и направился к его кровати. Феттучини, стоявший прямо за мной, автоматически запрыгнул на кровать и свернулся калачиком в изножье еще до того, как я уложил Джио. Пришлось повозиться, но мне удалось откинуть одеяло, прежде чем уложить Джио на простыни. Я почувствовал странную опустошенность, когда он вывернулся из объятий и повернулся ко мне спиной. Возьми себя в руки, придурок. Я опустился на колени рядом с кроватью, чтобы снять с Джио ботинки, а затем укрыл его одеялом. Я спохватился, уже собираясь наклониться и поцеловать его в висок. Я повернулся, чтобы уйти, но в тот момент, когда длинные пальцы сомкнулись на моих, замер. Я повернулся к Джио и был очарован, насколько наши руки разные. У него была безупречная бледная кожа и тонкие длинные пальцы. Мои, напротив, были загорелыми, мозолистыми и покрытыми татуировками. Они должны были бы неправильно смотреться вместе… наши руки. Но я не мог отделаться от мысли, что, возможно, в том, как они подходят друг другу, было что-то такое, что просто… работало. Также было невозможно игнорировать тот факт, что по моей руке пробегал электрический ток. Что само по себе должно было заставить немедленно отпустить пальцы Джио. Но этого не произошло. Во всяком случае, я чуть крепче сжал его руку, а затем присел на корточки рядом с кроватью Джио. Его глаза были закрыты, так что мне не пришлось бороться с искушением затеряться в его тусклом взгляде. Мне не так повезло, когда дело дошло до его рта. Его губы были слегка приоткрыты, ровно настолько, чтобы подразнить мужчину. Блядь, Кинг, соберись. - Спи, Джио, - тихо сказал я. Я начал двигаться, но его пальцы тут же снова сжали мои. - Спасибо, - пробормотал он. Его глаза все еще были закрыты, но, произнеся эти два коротких слова, он сжал губы. Член дернулся в ответ. Все тело содрогнулось от желания, когда рот Джио снова приоткрылся, и его губы теперь блестели от влаги. - Засыпай, милый, - удалось мне сказать, несмотря на желание, охватившее все тело. Свободной рукой я убрал волосы с его лба. - Не хотел... - Джио вздохнул. - Чего не хотел? - Спросил я после недолгого молчания. - Это все, что у меня осталось. Я не мог позволить ему забрать это. - Ты говоришь о Тэде? Джио кивнул, но глаза оставались закрытыми. - Что ты не мог позволить ему забрать? - Я совершил ошибку, задав этот вопрос, потому что его ответ ошеломил меня. - Мой первый поцелуй.
