Я — династия

Отбившись от местных демонов, мы покинули Болгарию и двинулись дальше на восток. По дороге мы еще пару раз нарвались на демонов и встретили совершенно очаровательную женщину по имени Лулу Бэлл. К сожалению, на меня красотка Бэлл не обратила ни малейшего внимания. Но узнав, что она из семьи Ной, я перестал расстраиваться. А потом Кроули, как я уже упоминал, потерялся. Это случилось в турецком городе Измит. Мы как раз заселялись в гостиницу, чтоб немного передохнуть, когда обнаружили, что вампира с нами нет. А его голем все еще был у меня после того, как я использовал его, чтобы подключиться к линиям связи ордена. Должен признать, из меня вышла очень плохая нянька. Вообще Кроули немного оправдывает тот факт, что коварный противник обманул его. Копия Линали, которая увела за собой вампира, выглядела точь в точь, как настоящая. Но если бы этот балбес шел за нами и все время держал меня за руку!.. Ладно, чего уж теперь. Не будем об этом. Сам виноват, что оставил ребенка без присмотра. В общем, да. Оно (уж не знаю, чем оно было), приняло облик Линали. И на глаз ни один из нас не смог отличить подделку от настоящего экзорциста. Я хотел было попросить Линали активировать ее сапоги, чтоб понять, кто где. Но меня отвлекли довольно крупные демоны: один похожий на гигантского паука, а второй — на скорпиона. Да, поддельная Линали привела нас всех прямиком в засаду. А потом эти хитрые твари (демоны, в смысле) схватили обеих Линали и разбежались в разные стороны. Нам ничего не оставалось, кроме как разделиться. Так как я к тому времени уже задолбался присматривать за Кроули, я отправил вампира следом за Аленом преследовать паукообразного демона, рванувшего к горам. А сам отправился за демоном-скорпионом. Справиться-то я с ним, конечно, справился. Но вот Линали оказалась без сознания. В процессе похищения демон-скорпион обвил ее своим хвостом и хорошенько протащил по песку. На самом деле форма экзорцистов довольно неплохо защищала от режущих и колющих ударов, смягчала падение и даже защищала от огня. Однако при сдавливании она была совершенно бесполезна. Беглый поверхностный осмотр выявил у Линали перелом двух ребер и множественные гематомы. Я подозревал, что внутренние органы тоже могли быть повреждены. Старик-Книгочей починил бы Линали в два счета. Но я в медицине силен не был и умел только кровь останавливать да шины накладывать. Я оказался совершенно бесполезен. Даже не помню, когда в последний раз я чувствовал себя настолько беспомощным. Но, по крайней мере, сомнений в том, что моя Линали настоящая, не было никаких. Стоило ей прийти в себя, как она тут же спросила все ли в порядке с Аленом и Кроули. Ох уж эти сердобольные экзорцисты… Мне пришлось снова стать тем самым стремным жестоким взрослым и волевым решением запретить Линали нестись на помощь друзьям. Еще не хватало, чтоб она сдохла по дороге. Ах, Юу, где ты, когда ты так нужен? Почему я должен быть мудаком, когда у нас есть ты? Мне эта роль совершенно не нравилась. Я хотел валять дурака и слушать истории об уходе за плотоядными растениями, а не запрещать девчонке, загибающейся от травм, спасать дорогих ей людей. Чертовы войны! Конечно же, первым делом я добрался до телефона и связался с Книгочеем. Старик полностью согласился со мной в расстановке приоритетов, попенял на то, что я недостаточно уделял внимания медицине и пообещал двинуться нам навстречу. Мы договорились встретиться на восточной границе Ирана. Сам старик уже успел добраться до Китая, так что теперь ему пришлось ехать в обратную сторону. А мне — срочно везти Линали к нему. Местные врачи не вызывали у меня доверия. Особенно с учетом того, что враг наш мог принять любой облик. Связаться с Аленом у меня не получилось. Голем выдавал сплошные помехи. Я вообще заметил, что големы здесь очень плохо ловили связь. Наверное, дело было в гористой местности. Ален и Кроули как раз направлялись в сторону гор. Горы… они все портили. Разумеется, я планировал довезти Линали до места встречи на поезде. Но не тут-то было! Через горный перевал рельс попросту не было. Не было вообще ничего! Нам пришлось тащиться через ущелье на своих двоих. Надо ли говорить, что Линали была не в том состоянии, чтобы наслаждаться пешими прогулками? А еще по дороге к нам привязалась назойливая девчонка. Девчонку звали Мими. И выглядела она мягко говоря странно. Беловолосая и светлокожая, в длинном черном платье горничной с белым передником. Хотя… с прислугой всегда так было. Можно было встретить чернокожих слуг на севере Европы, азиатов в южной америке, рыжих ирландцев в Индии… куда только не забрасывала людей судьба на правах рабочей силы. Зачастую бесплатной, если вы понимаете, о чем я. В общем, Мими. Уж не знаю, было ли это полным именем, или сокращением от какой-нибудь Марии. Мне как-то было не до расспросов. Девчонка сказала, что хозяйка отправила ее через горы по какому-то поручению и слезно просила ее проводить. Я остро начал понимать Юу, который слал всех, кто отвлекал его от миссии, в пешее эротическое путешествие. Ах Юу, если бы ты был здесь… Но нам с этой девчонкой вроде как было по дороге, и причин отказываться как будто бы не было. К тому же Мими клятвенно заверяла, что будет помогать нам со всеми хлопотами в пути. Лучше бы она даже не пыталась… девчонка оказалась на редкость неуклюжей. Я даже начал подозревать, что хозяйка отправила ее в горы, чтобы избавиться от недотепы. Эта козявка умудрялась облажаться во всем. Падала на ровном месте, роняла еду, лезла под обвалы. Подозреваю, одна бы она точно не добралась. А на второй день пути я заподозрил страшную вещь: похоже, Мими на меня запала. Потому что половину своих косяков она явно делала лишь для того, чтобы я ее спасал. Даже Кроули не умел лажать так случайно. Пожалуй, в любой другой ситуации меня бы это порадовало. Да и наличие собеседника для меня всегда было кстати. Я бы послушал какие-нибудь увлекательные истории из ее жизни и, возможно, даже поцеловал бы на память. Но сейчас мне было вот вообще ни разу не до этого. Линали с каждым шагом становилась все слабее и уже едва переставляла ноги. А еще у нее начался жар. Видимо ослабленный травмами организм подхватил какую-то инфекцию. Ничего удивительного, если так подумать. Мало того, что Линали была не в лучшей форме, так нас еще и занесло в совсем чужой регион. Это у меня успел выработаться иммунитет почти ко всему. А Линали большую часть жизни провела в Европе. В общем, внимание Мими было совершенно некстати. А еще она была не в моем вкусе. Плоская, мелкая и явно малолетняя. Уж простите, но мне всегда нравились женщины постарше. Желательно, постарше, чем я сам. Ладно, не важно. Сейчас вообще не об этом. Я уже собирался провести с Мими серьезную беседу на тему “мы не можем быть вместе”, но она опровергла мою догадку самым радикальным образом. Мими оказалась демоном. Второго уровня. И липла она ко мне исключительно для того, чтобы стащить мой молот. Мне даже стало немного обидно. Впрочем, обижаться тоже было некогда. Мы едва отбились от проклятой девчонки. Если бы Линали не активировала свою чистую силу, лежать бы нам обоим под завалами в этом долбаном ущелье. Остаток пути я нес в конец обессилившую Линали на спине, поминутно заверяя ее, что мне совсем не тяжело, и тащить ее легче, чем Панду-деда. Разумеется, я врал. Старикан был легче килограмм на семь. Но одно я мог сказать наверняка: тащить на себе Линали было гораздо приятнее, чем брюзжащего старика. Давненько я не был так рад видеть сморщенную морду Книгочея. Но когда мы, наконец, встретились, я испытал такое облегчение, которого, казалось, не испытывал никогда. Иррациональная уверенность в том, что вот теперь-то мы в полной безопасности, затопила меня с головой. Больше не нужно было ни о чем беспокоиться, ни о чем думать, ничего решать. Старик-Панда все исправит, починит и всех спасет. Господи, храни старика и его черные круги под глазами! Я чуть не расплакался. Впрочем, пьянящее ощущение безответственности очень быстро сошло на нет. И как только Панда-дед закончил колдовать над Линали, я подобрался к нему для важного разговора. С самой массированной атаки демонов мне не давала покоя одна мысль: количество фрагментов чистой силы в мире ограничено. А количество потенциальных демонов — нет. Собственно, что я имею в виду: Вы же, наверное, уже в курсе этой истории? Могучая древняя цивилизация, о которой мы нихрена не знаем, оставила нам оружие для борьбы с демонами. Чистую силу. Существовала эта сила в виде кристаллов. Только не думайте, что это минерал, который можно просто добыть. Каждый такой кристалл — это осколок целого. И всего их в мире разбросано сто девять. Ни больше ни меньше. Их нельзя раздробить на более мелкие фрагменты, нельзя скопировать, нельзя создать искусственно. Ровно сто девять кристаллов на весь мир, и все. Один такой осколок может синхронизироваться лишь с одним подходящим человеком и стать его оружие. В целом, я не исключаю возможности того, что носителей одного и того же осколка чистой силы может быть несколько. В конце концов, на замену павшим бойцам в следующих поколениях порой находили новых. Но суть вообще не в этом. Сто девять осколков. Сто девять бойцов. И это максимум. При условии, что для каждого осколка найдут носителя, а это случается не так уж часто, как могло бы показаться. Помните, я все время говорил о дефиците экзорцистов? После атаки демонов их стало еще меньше. Европейский штаб потерял шестерых из одиннадцати. А новых нашел всего двоих, не считая меня и деда. Даже если в остальных подразделениях потери были меньше, едва ли у них на службе состояло больше десятка экзорцистов на каждый континент. А теперь осознайте, что уничтожать демонов способны только они одни. Потому что, кроме чистой силы, никакое другое оружие не причиняет демонам ни малейшего вреда. И вот мы плавно подобрались к сути моего разговора с Пандой-дедом. Книгочеев было около двадцати. И почти все они обладали чистой силой, насколько я знал. С учетом всех обстоятельств, мы могли бы стать неплохим подспорьем в борьбе за выживание человечества. Ведь пока что к экзорцистам примкнули только мы с дедом. Книгочей выслушал меня со всей серьезностью, периодически косясь на крепко спящую Линали, а потом молча подошел ко мне и ткнул всеми пятью пальцами мне в грудь. Я поперхнулся воздухом и замер, в ужасе расширив глаза. Его стальные когти легко пробили ткань форменной куртки и болезненно впились в кожу. — Расскажешь о нас хоть кому-нибудь, и я вырву твое сердце, — негромко, но очень грозно произнес Книгочей, глядя прямо мне в глаза. Возразить я не осмелился. Никогда прежде я не видел старика таким. Прорехи на куртке, оставленные стальными когтями, я стыдливо спрятал изрядно потрепанным оранжевым шарфом. Я даже не могу сказать, что испугался. Я просто… не смог не подчиниться. Как будто сработал какой-то безусловный животный рефлекс. Мне было, что возразить, черт возьми! Но я не смог заставить себя даже рот открыть. В тот момент я точно знал: что бы я ни думал по этому поводу, против воли Книгочея я пойти не смогу. И никогда больше не заговорю об этом. Впрочем, старик заговорил со мной сам, прямо на следующий день. Сказать, что я был удивлен, значило ничего не сказать. Он отвел меня в сторону, убедился, что нас никто не услышит, отключил големов и велел мне сесть. Даже не велел, попросил. Я был так обескуражен его поведением, что даже не стал его подкалывать. Книгочей помолчал немного, собираясь с мыслями. Я терпеливо ждал. — Книгочеи — это независимые историки, — наконец, заговорил он, тщательно подбирая слова. Старик говорил спокойно и размеренно. Не сердился, не поучал. Наверное, поэтому я ни разу не захотел его перебить. — Мы можем присоединиться к одной из сторон в обмен на сведения или на что-то еще. Но она не становится нашей стороной. Я ведь был и по другую сторону. Ты читал мои записи, как думаешь, откуда в них столько информации о семье Ной? Я молчал. Открытие не стало шоком для меня, хотя я не очень понимал, зачем поддерживать тех, кто стремится истребить все человечество. Но… дед, похоже, не просто не причислял себя ни к одной из сторон. Он вообще себя к людям не причислял. Нас всех не причислял. — Превыше всего для книгочеев сохранение истории в ее первозданном неискаженном виде, — пытался объяснить он. — Не важно, кто победит в войне. Ты видел это много раз. И то, что сейчас мы примкнули к одной из сторон, ничего не меняет. Мы можем примкнуть к ним, но мы никогда не должны подчиниться им. Ведь вместе с нами подчинится и вся история. Книгочеи должны остаться независимыми. Никому и никогда не раскрывай нас. Иначе ты нас уничтожишь. Я знаю, сейчас тебе сложно согласиться с этим, но однажды ты поймешь. А пока просто прими это как данность. Прошу. Договорив, он посмотрел на меня с непонятным выражением на старом морщинистом лице, потом качнул головой и ушел по своим делам. А я так и остался сидеть в полнейшем смятении и таращиться в пустоту перед собой. Я не знал, что и думать. Я мог бы сказать, что эта война не такая, как другие. Что демоны угрожают всему человечеству. Что противостояние им — это задача каждого из нас. Но… действительно ли это так? Или я так думаю потому, что погрузился слишком сильно? Почувствовал себя экзорцистом? Стал воспринимать их сторону, как свою? Я наблюдал сорок восемь войн. И ни одна из них не была особенной. Войны никогда не велись для того, чтобы что-то уничтожить. Только чтобы что-то получить. Земли, власть, деньги, ресурсы… не важно. Так с чего же я взял, что эта война какая-то другая? Только потому, что наши противники больше не были людьми? Откуда вообще взялось это “мы”, “наши”? Я точно знал, что любой человек с оружием в руках всегда точно знал, что он прав. Для него это было вполне очевидно. Сейчас я считал, что всех демонов надо уничтожить. Что это правильно. Но что если я всего лишь был тем самым человеком с оружием? Что, если я подошел к войне так близко, что перестал видеть картину в целом? Если честно, мне было плевать. На чистоту и неприкосновенность исторического процесса, на беспристрастность хроник, на миссию книгочеев. До всего этого мне не было никакого дела. Я был книгочеем не потому, что верил в наше правое дело. Я им просто был. А кем же еще мне быть? Но… если я разоблачу книгочеев, я обреку их всех на борьбу в этой войне. И выберу для них сторону. Действительно ли я готов на это ради уничтожения демонов? Я считаю это… настолько правильным? Перед глазами как наяву возник образ Хризантемы. С мелкими косичками и разрисованным лицом. Смуглой кожей и немного раскосыми глазами. С мягкой грудью и твердым кулаком. Готов ли я принудить ее стать экзорцистом только потому, что мне кажется истребление демонов правильным? Короче, пока Линали приходила в себя, мне было о чем подумать. Панда-дед все это время следил за мной краем глаза. Наверное, волновался, как бы я глупостей не наделал. Но идея отдать остальных книгочеев в руки Черного ордена больше не казалось мне такой уж хорошей. Пока я хандрил, погруженный в сомнения, к нам присоединились Кроули и Ален. Точнее, Кроули притащил Алена на спине. По дороге через горы, их накрыла лавина. Кроули прямо-таки рос на глазах. Я им гордился. Когда все встали на ноги, мы двинулись дальше. Судя по показаниям Тим-Кампи — голема Алена, генерал Кросс был еще дальше на востоке. Панда-дед отправился с нами. Я чуть не вспылил, решив, что его паранойя заела. Но потом подумал немного, и понял, что паранойя заела меня. Панда-дед уже не раз говорил, что встреча с Кроссом важна для хроник. А еще он упоминал, что его интересует Ален. Загадочная Хевласка напророчила, что он разрушитель времени. Ничего удивительного, что дед подорвался разыскивать Кросса вместе с Аленом. А я напридумывал себе невесть чего. Но мне все равно было не по себе. Настроения не было вообще ни на что. А еще путешествие наше было умопомрачительно медленным и скучным. Конечный пункт был нам неизвестен, так что воспользоваться транспортом дальнего следования мы не могли, и буквально шли пешком, используя Тим-Кампи вместо компаса. Я будто бы вернулся к своим прежним именам: я все время хотел пить, жрать и спать, ноги гудели, все тело ныло, а конца и края этому видно не было. И ничего, достойного внимания, не происходило. Мне даже поговорить было не с кем, кроме членов нашего отряда, которые любую попытку коммуникации непременно сводили к подсчету потерь, скорби по погибшим или травмирующим событиям собственного прошлого. Сначала я хотел их расшевелить. Но все мои усилия были тщетны. Ребята даже стали поглядывать на меня с осуждением. Будто бы я должен был извиниться за то, что остался жив. Меня это уже начинало подбешивать. Не то, что меня упрекали. Такая ерунда меня не особенно задевала. Больше всего бесило то, что они продолжали страдать. День за днем они все страдали и ныли. Когда я вел чуть живую Линали через ущелье, она тоже страдала, и это тоже меня отнюдь не радовало. Но тогда ей было больно физически. Вполне уважительная причина. Да и я твердо знал, что стоит доставить Линали к Книгочею, и ее страдания закончатся. А сейчас, что бы я не делал, ничего не работало. Они будто бы хотели увязнуть еще глубже в своей печали. Утонуть в ней, захлебнуться и раствориться. И вот это попросту выводило меня из себя. Вы, черт возьми, остались живы! Вы выжили там, где полегла куча ваших товарищей, прорвались, справились и могли бороться дальше! Вам этого мало? Радуйтесь, мать вашу! Короче, пытаться их взбодрить и вообще вести диалоги я перестал довольно быстро. И вскоре я стал желать лишь того, чтобы хоть один день провести без скорбных мин. Но это тоже продлилось не долго. Не прошло и недели, как я уже мог мечтать только о нормальном сытном обеде и достаточном количестве воды. Да… солнце жварило так, будто бы пыталось спалить нас заживо, и вода быстро стала дефицитным ресурсом. Когда мы вступили на территорию Китая, даже образ сытного обеда померк перед новым желанием. Теперь я страстно хотел лишь одного: чтобы это путешествие наконец закончилось. Поэтому, когда мы добрались до города, в котором мистическим образом месяц назад исчезли все источники воды, я не пришел в восторг от идеи разобраться, что же тут произошло. Я отчаянно скучал по Юу, который не преминул бы напомнить всем присутствующим, что мы не волонтеры. Что у нас есть вполне конкретная задача, а времени отвлекаться на благотворительность нет. Но Юу здесь не было. А я… я подумал, что мне до поисков генерала вообще не должно быть никакого дела. И еще я подумал, что ребятам, Линали, Алену, Кроули, что им всем жизненно необходимо спасти хоть кого-то. Иначе эти сердобольные дети просто не дотянут до конца путешествия. А мне очень хотелось снова увидеть радость на их лицах. Подумаешь, задержимся немного. Оно ведь того стоит. Панда-дед вон, вроде, тоже не возражал. Да и с чего бы ему возражать? Дисциплинарные нарушения среди экзорцистов были не его заботой. Его забота — все подробно записать. Так или иначе, мы приступили к расследованию дела об исчезновении воды. Прикрываясь тем, что любое загадочное событие может быть проявлением чистой силы, а ее поиски для экзорцистов всегда приоритетны. Раньше местные брали воду из реки. Река брала начало в озере, находившемся в горах за городом. От этой реки расходилась сеть каналов. И, как я уже говорил, месяц назад река настолько обмелела, что воды в ней почти не осталось. Каналы пересохли, и город остался без воды. Местные выкручивались, как могли. Копали колодцы, собирали дождевую воду. Самые отчаянные поднимались к озеру и таскали воду оттуда. Но много так не наберешь. Для начала мы решили сходить к озеру и посмотреть, что там с ним. Выяснение подробностей у местных мы доверили Линали. Она и сама была родом из Китая, так что вызывала у городских больше доверия. Ален остался сопровождать ее. А мне по традиции в напарники достался Кроули. Панда-дед проявлял умеренное любопытство. Сам он особо ничего не делал, но периодически отпускал ценные комментарии, поддерживая статус мудреца. Добравшись до озера, мы обнаружили, что оно не просто обмелело. Вода продолжала уходить. Вот только непонятно, как и куда. Стоило бы нырнуть и проверить. Но купание пришлось отложить. По берегам засела толпа мужиков, явно из местных. Каждый из них был вооружен дубиной или садовым инвентарем. Пока что никто из них не нападал, но следили они за нами с крайне напряженным видом. Что-то мне подсказывало, что купание в единственном оставшемся источнике питьевой воды они не одобрят. Так что было принято решение дождаться темноты, чтобы не нервировать местных. До заката оставалось еще несколько часов. Заняться было особо нечем. Так что я безо всяких зазрений совести развалился на траве, раскинув руки. Здесь, рядом с озером, жара ощущалась не так сильно. Небо было ясным, солнце ярким, трава сочной и ароматной — красота. А вечером искупаюсь еще! Вот это жизнь. Наконец-то хоть что-то приятное. — А мы не должны вернуться и помочь Линали и Алену? — неуверенно уточнил Кроули. — В чем? В болтовне? — отозвался я сквозь зажатую в губах травинку. — Не-а. Уверен, они и без нас справятся. А пока можно расслабиться. Глянь, какая красота вокруг! — А… ну… ладно… — промямлил вампир и присел рядом, старательно расстелив на земле свой плащ. Вид у него был совершенно потерянный. Сел, коленочки обнял. Нет, ну он серьезно?! — Ты все делаешь неправильно, — сердито процедил я. — А?! — Кроули испуганно икнул и отшатнулся. Я удрученно вздохнул. — Где мы сейчас? — требовательно спросил я. — На… на берегу озера?.. — ответил Кроули, заикнувшись. — Нет. Мы сейчас на войне. А на войне нужно использовать любую возможность для отдыха, потому что другой может не представиться. Ты должен научиться расслабляться при каждом удобном случае. Повторяй за мной: ляг поудобнее, вдохни поглубже. Можешь немного вздремнуть, я покараулю. Ну? Чего глазами хлопаешь? Приступай, солдат. Мы с кайфом провалялись в траве до самого вечера. А когда стемнело, отошли подальше, чтоб местные стражи воды нас не заметили, разулись и зашли в озеро. Водичка оказалась чудо как хороша! Свежая, прохладная. Просто восхитительно! И такая прозрачная, что я даже в темноте видел сквозь нее дно. Знали бы вы, с каким удовольствием я окунулся! Вот ради такого и стоит жить. Когда мы нырнули поглубже, я ощутил течение. Даже не течение. Это была воронка. Будто бы в дне озера просверлили дырку, и теперь вода стремительно уходила через отверстие. Стоило немалых усилий подобраться поближе так, чтобы нас не затянуло. Но когда нам это удалось, я различил в центре воронки свет. Да, это был самый натуральный свет! Будто бы дыра на дне вела в солнечный полдень. Но такое, разумеется, невозможно. Что вообще может светиться на дне озера, да еще в центре водоворота? Что бы это ни было, наверняка в исчезновении воды виновато именно оно. Мы отплыли подальше от воронки и вынырнули. Но тут же нырнули обратно. Над водой собралась целая толпа демонов. Видать, все те мужики, охранявшие озеро, людьми не были. И один из них, покрупнее и поболтливее, плевался огнем. Замешкайся я хоть на минулу, и эта тварь подпалила бы мне макушку. Грянул залп, и толщу воды прошили демонические пули. Мы оказались в ловушке. Стоило нам высунуться из воды, как нас начинали поливать огнем. Грохот выстрелов не смолкал ни на миг. Долго нам так не продержаться. Зато картина начинала складываться. Толпа демонов, аномальное явление, свет из-под воды. Без чистой силы тут явно не обошлось. Но подобраться к ней я не смог бы при всем желании. Назад из водоворота я уже не выплыву. Проклятье, если я ничего сейчас не сделаю, я и так не выплыву. Легкие уже горели от недостатка воздуха. К счастью, на моем бедре все еще висело универсальное решение всех проблем. Я подозвал жестом Кроули и увеличил свой молот в размерах. Мы взмыли на его рукояти в небо так быстро, что огонь едва успел подсушить нам одежду. И прежде, чем демоны успели сориентироваться, мы с Кроули напали сверху. Вампир спикировал на демонов как хищная птица и принялся пить их кровь, перепрыгивая с одного на другого. Для демонов первого уровня хватало и одного укуса, чтобы выйти из строя. Я же снова уменьшил свой молот и тоже приземлился на ближайшего противника. Стрелять в нас им теперь стало сложнее. Попасть, не зацепив союзников, не представлялось возможным. Но демонов это не особенно останавливало. Первоуровневые вообще были довольно примитивны и едва ли понимали, что стрелять по своим — не самая лучшая идея. Они просто стреляли — выполняли свою функцию до самого конца. Конец, кстати, настал довольно быстро. Не прошло и четверти часа, как толпа демонов обратилась в груду металлических обломков. Только тот, что огнем плевался, остался. Видать, этот уже успел эволюционировать до второго уровня. Впрочем, я так сразу и подумал. Не испытывая особых морально-этических проблем, этот демон ухватил за свисавшие провода одного из своих собратьев и замахнулся им на Кроули как моргенштерном. Я тут же метнулся наперерез и прикрыл вампира увеличенным молотом. Металл заскрежетал о металл. Нас отбросило на несколько метров, но мы оба остались целы. А когда выбрались из-под обломков демона, к нашему огнедышащему другу подоспел еще один. Длинный, извивающийся, он походил на китайского дракона и летел над озером вопреки всем законам физики. И в его стальных лапах билось и кричало что-то живое. — Это что, девочка? — опешил я. — Зачем демону ребенок? Второуровневые демоны конечно были похитрее, но я ни разу не слышал о том, чтобы они брали пленных или заложников. У них просто не вписывалось в картину мира то, что кто-то может ценить чужую жизнь. Однако в лапах этого демона определенно была девочка лет десяти. И он кружил с ней над озером. — Куда это ты уставился? — осведомился скрипучий металлический голос у меня над головой. А, точно. Мы же еще не добили огнедышащего. Надо поскорее с ним заканчивать. Пока мы с Кроули доламывали огнедышащего, над озером началась какая-то жесть. “Дракон” разжал когти, и ребенок с воплями полетел в воду. И тут озеро вспыхнуло. Ослепительный свет хлынул во все стороны, слепя глаза. А следом за ним хлынул ветер. Я едва удержался на ногах, крепко уцепившись молотом за дерево. Только успел заметить зеленый росчерк света от сапог Линали. Видать, она пришла сюда следом за “драконом” и теперь полетела спасать ребенка. Не знаю, как ей удавалось держать траекторию на таком ветру. Меня буквально уносило. Обоих оставшихся демонов опрокинуло воздушными потоками и швырнуло на скалы. А потом из озера поднялась сфера. Без сомнения, это она светилась, хотя теперь свет был не таким ярким и не слепил глаза. А еще она втягивала в себя воду. Водные потоки поднимались из озера и устремлялись к ней со всех сторон. Похоже было на фонтан наоборот. Никогда раньше не видел ничего подобного. Когда ветер стих, мы поспешили отыскать Линали. Хоть нас уже и не сдувало, сфера продолжала стремительно поглощать воду. Нужно было как-то это остановить. И желательно согласовав действия. Когда мы с Кроули добрались до Линали, Ален тоже был там. И ребенок. Девочка лет десяти сидела у Линали на руках и билась в истерике. — Нет! Нет! Ни за что! — завывала она, обхватив голову рукам. — Я больше никогда не возьму этот шар в руки! Я простая городская гадалка! За что мне все это?! Пазл сложился в моей голове. Щелк! — и все встало на места. Ну конечно. Зачем еще демону может понадобиться ребенок? — Что это с ней? — удивился Кроули. — Она в порядке? — Она в истерике, — ворчливо указал я на очевидное. Линали тщетно пыталась успокоить вопящего ребенка, но та все продолжала всхлипывать и бормотать что-то о страшных видениях и хрустальном шаре. — Что это значит? — недоуменно спросил Кроули. Кажется, он был искренне обеспокоен. — Думаю, она увидела свое будущее, — пояснил Ален. — И что же она такого страшного там увидела? — Кроули недоуменно таращился на плачущего ребенка. — Работу экзорциста она увидела, — нехотя пояснил я. Мне уже было все очевидно. Та хрень в воде — явно чистая сила. Заключенная в гадальный шар, судя по воплям девочки. И раз девочка могла с ним эффективно взаимодействовать, значит, она избранная. Совместима с этим осколком чистой силы. А теперь, когда мы ее нашли, она будущий экзорцист. Никакой тебе больше нормальной жизни, родителей, платьев, благодарных соседей, ништяков за гадания, кукол, подружек. Только каменная комната в штабе экзорцистов, кровь, смерть и полчища демонов. Я бы, пожалуй, на ее месте тоже устроил истерику. Линали отошла вместе с девочкой в сторону, видимо решив, что в такой толпе посторонних людей успокоить ее не получится. А потом я вдруг понял, что нигде их обеих не вижу. Я конечно не думал, что их вот так вот втихую демоны утащат. Но рисковать совершенно не хотелось. Чистая сила все еще бесновалась над озером. И никаких гарантий того, что к демонам сейчас не подоспеет подкрепление. О чем Линали вообще думала, отделяясь от отряда с ребенком?! Об интимности момента?! Поплачет и успокоится. Лишь бы живая осталась! Впрочем, демоны их все-таки не утащили. Я нашел Линали и девчонку шагах в тридцати от того места, где мы стояли, и хотел уже поинтересоваться, какого хрена Линали творит, но вдруг замер. Я еще издалека услышал приглушенный голос Линали, но не особо вслушивался в слова, думая, что она просто пытается прекратить девчачью истерику. Но теперь, подойдя ближе, я вдруг понял, зачем Линали ушла так далеко. — …Забудь о будущем и о чистой силе, — говорила она, мягко улыбаясь. — Просто возвращайся к дедушке и никогда больше не вспоминай об этом. Я застыл на месте, то ли пытаясь не выдать собственного присутствия, то ли просто растерявшись. Мне не хотелось верить своим ушам. Но Линали все продолжала говорить, положив свои ладони на хрупкие детские плечи. — То, что ты увидела в своем предсказании, это лишь малая часть. И возможно даже не самая худшая. Путь экзорциста полон ужаса и опасности. Поэтому просто возвращайся домой и живи так, будто бы этого шара никогда не было. Линали, да что же ты творишь, мать твою?! Экзорцисты — сверхценный ресурс, а ты решила просто взять и отпустить ее? Да в любой армии, будь ты хоть трижды богом в жопу поцелованный, за такое отдают под трибунал. Не для того я тебя через горы на своем горбу тащил, чтоб тебя потом свои закопали! Дурища сердобольная. Хоть бы о брате своем подумала! Я уже готов был выступить вперед и прервать ее попытку совершить должностное преступление, но маленькая потенциальная экзорцистка сделала это за меня. Уж не знаю, кто и как воспитал в десятилетнем ребенке такое чувство ответственности, но девчонка уверенно заявила, что должна решить проблему с гадальным шаром, иссушившим озеро, сама. Должна вернуть городу воду и где-то между делом принять свою судьбу, в которой ей надлежало стать экзорцистом. Прятаться за дедушкой она не собиралась. Наверное, из таких ответственных девочек и вырастают крутые шефы вроде Комуи, способные за три года стать руководителями научного отдела… Впрочем, сейчас это все не важно. Я решил вступить в беседу, пока Линали не удалось переубедить решительного ребенка своими объективными суровыми аргументами. — Эй, вы куда пропали? — окликнул я, нарочито громко зашуршав сапогами по траве. — У нас там все еще чистая сила беснуется, если вы не в курсе. Линали вздрогнула и воровато оглянулась, но я не стал ловить ее взгляд и сделал вид, что ничего не понял. — Да, идем, — немного посомневавшись, кивнула она и распрямилась. Совместными усилиями нам удалось довольно быстро усмирить разбушевавшуюся чистую силу. Точнее самой силой занялись Линали с девчонкой (ее звали Мэй Лин, как я узнал позже), а мы с ребятами пока добили очухавшихся демонов. И как только чистая сила вернулась к своей хозяйке, в озеро вернулась вода. Это было чертовски красиво, на самом деле. Сначала над высохшим озером зажглись золотые искры. Как тысячи светлячков они мерцали в ночном небе. А потом в них будто бы открылись сияющие врата, и оттуда полилась вода. Когда мы возвращались в город, горная река уже весело журчала по камням, становясь все глубже и полноводнее с каждой минутой. По дороге Ален рассказал нам, как они узнали о местной гадалке, прекратившей предсказывать будущее аккурат перед тем, как вода пропала. А Мэй Лин призналась, что ужасно испугалась видений о будущем в рядах экзорцистов, и они с дедушкой в тайне выбросили ее гадательный шар в озеро. Дальше в целом и без рассказов все было ясно. Несмотря на осуществление столь напугавшей ее судьбы, Мэй Лин держалась очень бодро и как будто бы даже весело. А вот Линали напротив выглядела рассеянной и подавленной. Хотя я наверняка выглядел не лучше. Отвечал невпопад, постоянно упускал нить диалога. Меня все не отпускали мысли о подслушанном разговоре между Линали и Мэй Лин. Слова Линали так и звучали в ушах. Прочитать устав я так и не удосужился, и потому сейчас с ужасом перебирал разнообразные варианты того, что могло грозить Линали за подобное предательство. В этот раз ей не удалось спрятать потенциального экзорциста от загребущих лап Черного ордена. Но кто сказал, что она не поступит так снова? Наивно думать, что орден не узнает… К вечеру я так извелся, что попросту не смог уснуть. Мы остановились на ночь в доме дедушки Мэй Лин. Звали его Чжансю Лин. Их семья владела довольно внушительным поместьем, окруженным белыми стенами. Мэй Лин оказалась не первой гадалкой в роду. Городские явно давно уже уважали род Лин за точные подробные предсказания. Где были родители Мэй Лин, оставалось загадкой. Нет, я бы конечно выяснил это, если бы мои мысли не занимала Линали, но сейчас я был совершенно не в том настроении, чтобы выспрашивать истории. Так или иначе, Мэй Лин и ее дедушка жили в этом поместье совсем одни. И с радостью предоставили каждому из нас по целой отдельной комнате. Чжансю Лин принял новость о том, что его внучка вступает в ряды экзорцистов, со стоическим спокойствием. Видать, даже он понимал, что выступать против воли ордена себе дороже. Странно только, что Линали этого не понимала. В общем, пометавщись из угла в угол по предоставленной мне комнате, я вышел и отправился к Линали. Нам надо было поговорить. Мне надо было. Комнату Линали я нашел без труда. Я вообще легко и мгновенно запоминал все, что видел или слышал хотя бы раз. Свет в комнате не горел. Но, толкнув тихонько дверь, я увидел, что Линали еще не спит. Она сидела у окна, ссутулив плечи, и смотрела в темное ночное небо. Когда дверь отворилась, Линали вздрогнула и резко обернулась, но тут же выдохнула с облегчением. — Лави? Ох, ты напугал меня. Я ее облегчения совершенно не разделял. — Там, у озера. Ты ведь хотела отпустить эту девочку? — проговорил я, остановившись в дверях. — Хотела, чтобы она не становилась экзорцистом? Линали замерла и вся подобралась, как перед атакой. Глаза ее испуганно расширились, а взгляд остекленел. — Нет, что ты, — с механической улыбкой возразила она. — Просто пыталась подбодрить ее, объяснить, как важно бороться с демонами. Ну да, конечно. Я так и понял. — Я никому не скажу, — со вздохом заверил я, пока она не сделала какую-нибудь глупость, и прислонился спиной к косяку. — Это было очень глупо. Ты правда думаешь, что никто не узнал бы? Или считаешь, что в ордене просто пожмут плечами и закроют глаза на то, что один из экзорцистов идет против интересов ордена? Она глянула на меня сердито и вскинула подбородок с независимым видом. — Она совсем ребенок! Ты хоть представляешь, каково это — стать экзорцистом в таком возрасте? Оказаться вдали от дома, от семьи. Сражаться, в конце концов! Весь город за нее переживает… — Лучше подумай о тех, кто переживает за тебя, — сердито перебил я. — Приказ о взыскании будет подписывать твой брат. И вряд ли ему позволят смягчить наказание. Не думала, каково будет ему? Линали вздрогнула, отвела взгляд и закусила губу детским жестом. Проклятье… ну как с ней вообще можно разговаривать серьезно? Дуреха. — Эй, — окликнул я, улыбнувшись. Наверняка улыбка получилась натянутой и совсем не натуральной. Но, может, в темноте будет не так заметно. — Не грузись ты так. Я перегнул немного, прости. Просто постарайся не попасть под трибунал, ладно? Линали кивнула и тоже заставила себя улыбнуться. — Да, — тихо сказала она. — Прости, что заставила волноваться. И спасибо, что беспокоишься обо мне. — Да ладно, — легкомысленно отмахнулся я. Но рука дрогнула, и жест получился смазанным. Хотя Линали, вроде, ничего не заметила. Ничего я не беспокоюсь. С какой стати мне беспокоиться? Я книгочей, меня это вообще не касается! Лишь бы старик не узнал… От Линали я выскочил взвинченным, сам толком не понимая, почему. Легче от разговора мне совершенно не стало. Разумеется, старик вырос прямо из темноты, когда я несся в свою комнату нервным широким шагом. — О чем разговаривали? — поинтересовался он, сверля меня нечитаемым взглядом. Черные круги вокруг его глаз казались провалами в безграничную тьму. — Спокойной ночи пожелать зашел, — сердито огрызнулся я. — Тебе-то какое дело, Панда? Или решил свечку подержать, раз самому с женщинами уже разговаривать не о чем? Старик хотел что-то сказать, но, видать, растерял все слова от моей вопиющей наглости. А я, пользуясь его замешательством, прошел мимо и скрылся в своей комнате. Сердце бешено колотилось в груди. Адреналин бежал по венам. Вот же черт… да что же это со мной творится?.. Утром азиатский штаб ордена сообщил, что отправил отряд искателей, чтобы сопроводить юную Мэй Лин к месту будущей службы. Но демоны напали на нее еще до того, как девчонка покинула город. Так что нами было принято решение отправиться с ней. Искатели перед лицом демонов были совершенно беспомощны, а Мэй Лин пока не способна была защитить даже себя. Однако ее способность здорово помогала нам уже сейчас. Все атаки демонов она предсказывала с невероятной точностью. Горожане снарядили для Мэй Лин самую настоящую карету, запряженную двумя лошадьми. Поразительная щедрость. Видимо, девочку здесь и правда любили. Но, к сожалению, наличие транспорта не особенно облегчило нам путь. Атаки демонов посыпались как из рога изобилия. Мы гнали во весь опор. Со всех сторон свистели выстрелы. Казалось, все окрестные демоны собрались здесь, чтобы помешать нам доставить в орден нового экзорциста. Ничего удивительного, впрочем. Точное видение будущего — страшная сила. Даже сейчас, будучи беспомощной и неопытной, Мэй Лин обеспечивала нам серьезное стратегическое преимущество. Хотя помогло это не сильно. Демоны попросту задавили нас числом. И хотя мы знали обо всех их атаках заранее, справиться все равно не смогли. Наша карета была разбита, лошади разбежались. И пока мы сдерживали натиск демонов, появилась баба из семьи Ной и уничтожила хрустальный шар Мэй Лин. Я узнал ее сразу. Красотка Лулу Бэлл… Ну что за разочарование? Не везет мне на женщин, ох не авезет. И почему они все оказываются на стороне врага? То, что мы в итоге разгромили демонов, ничего не изменило. Чистая сила была утрачена. Мэй Лин больше не суждено было стать экзорцистом. Линали совершенно ненатурально заверяла всех, что ужасно расстроена этим фактом, но я буквально всей кожей чувствовал ее облегчение и… радовался. Меня затопила глупая бестолковая радость от того, что желание Линали исполнилось, и ей не грозила за это ответственность. Как же я был рад. Какой же я идиот. Панда-дед поглядывал на меня своим нечитаемым тяжелым взглядом, но ничего не говорил. Даже не устроил мне взбучку за недавнюю дерзость. Ну и пусть себе молчит. Он же у нас дохрена беспристрастный наблюдатель, вот пусть и наблюдает. Даже не знаю, откуда во мне взялось это странное злорадство. Но я поймал себя на мысли, что реально злился на старикана. Хотя совершенно не понимал, почему.