Я — династия

Вернувшись, я нос к носу столкнулся с Линали, которая как раз отправлялась на миссию. И на этот раз на ней было глухое черное платье с юбкой в пол, тщательно застегнутое до самой шеи. — Оу, — удивленно выдал я, вытаращив глаза. — О, Лави, привет, — поздоровалась со мной Линали, добродушно улыбнувшись. — Привет, — отозвался я, усилием воли заставив себя не пялиться. — А это… у тебя новая форма? — Да нет, — рассмеялась экзорцистка и жестом фокусника приподняла полы юбки. Оказалось, что юбка была разрезана до самого пояса, хотя так разрез был совершенно незаметен. Под юбкой обнаружились неизменные чулки-сапоги и коротенькая форменная юбка. — Я прислушалась к твоим словам, — пояснила Линали. — Сама я давно перестала задумываться о таких вещах. Но, пожалуй, мой внешний вид и правда может создать лишние неприятности. Конечно, в длинной юбке все равно будет неудобно, но сейчас я уже достаточно хороший боец, чтобы не погибнуть из-за такой ерунды. Спасибо, Лави. — А… да не за что… — растерянно отозвался я, почесав пятерней в затылке. Линали снова улыбнулась мне. Она все еще улыбалась с закрытыми глазами. Остаток вечера я скорбел о потере обнаженных ножек Линали. Как я мог?! Своими руками все разрушил, идиот. Правду говорил Панда-дед: даже одно неосторожное слово может изменить ход истории. В общем, период выдался богатым на разочарования. Панда-дед стал чаще отправлять меня на миссии одного, отмазываясь какими-то своими делами. Я ворчал, говорил, что ему просто лень и вообще всячески его поносил. Но на самом деле я понимал: старик потихоньку передает мне все дела. Я не просто книгочей, которого он решил выучить. Я книгочей, который должен будет его заменить. И пока что я был совершенно не готов к такому повороту событий. Глядя на толстенные фолианты, заполненные нашими с Книгочеем записями, я думал о том, что никогда не буду готов. Старик видел в своей работе ценность и смысл. Я же ее презирал. Вот только… кем я еще могу быть, если не книгочеем? Рабом Черного ордена? Я обладал чистой силой. Как и Кроули, просто так меня никто не отпустит. Хотя, надо признать, условия рабства тут все равно были потрясающими. Дай бог каждому. Основной проблемой совместных с Кроули миссий была даже не его инфантильность. И не то, что истории, которые он мог рассказать, закончились в первый же день, а дальше начались повторы. Самое страшное, что с ним я не мог самозабвенно дурачиться и развлекаться. Ведь я остался единственным взрослым в команде. Уверен, Панда-дед ехидно хихикал и злорадствовал. Может, это он подговорил Комуи? На мое предположение старикан заявил, что Комуи просто подобрал мне достойную компанию. Подобное к подобному, так сказать. Я был уязвлен до глубины души. Благо, душа у меня не слишком глубокая, и оправился я довольно быстро. Вообще я искренне восхищался Комуи. С самого прибытия в европейское подразделение Черного ордена я заметил, что это место совсем не похоже на типичную военную организацию. Дружественная комфортная атмосфера, идеальное снабжение, неформальная обстановка, но при этом довольно крепкий порядок. Устроить организацию таким образом совсем не просто. Еще я заметил, что детям здесь все же облегчали условия труда. Да, потенциальных экзорцистов забирали в орден независимо от возраста, желания, семейного положения и состояния здоровья. Они были сверх ценным ресурсом — единственным способом борьбы с демонами. Но при этом я заметил, что старшие и более опытные экзорцисты в штаб практически не возвращались. С одной миссии они тут же отправлялись на другую раз за разом. Где-то половину европейского штата экзорцистов я за все время пребывания здесь так ни разу и не увидел. В то же время младшие экзорцисты, в том числе и я, практически после каждой миссии возвращались в штаб и отдыхали здесь пару дней, прежде чем отправиться в путь снова. Даже дерзкий самоуверенный Канда Юу, который рвался на миссии при каждом удобном случае, вынужден был отсиживать свои выходные между заданиями в тепле и безопасности. Почему-то я был уверен, что в остальных подразделениях дела обстоят радикально иначе. И заслугу за местные благодатные условия без сомнений и колебаний приписал Комуи Ли. Человек, который за три года сумел добиться звания главы научного отдела засекреченной организации только для того, чтобы повидаться с младшей сестренкой, вполне способен был превратить военный лагерь в курорт. Он вообще был способен на все. Кстати, его успехи в области научных разработок тоже впечатляли. Тут было принято посмеиваться над его роботами-помощниками. Они все время выходили из строя и делали совсем не то, что нужно. Но! Комуи Ли сконструировал автономных подвижных программируемых роботов! В конце девятнадцатого века! Да для многих телефон все еще казался чудом техники. До встречи с Комуи я даже не знал, что значит слово “программировать”! В общем, Комуи Ли был человеком великим и гениальным. И я лично готов был засветить в глаз любому, кто скажет, что это не так. А в дополнение ко всему выше сказанному, Комуи совершенно не стеснялся дурачиться и не боялся выглядеть глупо. Мое уважение к этому человеку было безгранично. Что не мешало мне, разумеется, периодически пререкаться с ним по мелочам. И дуться на него за то, что меня в очередной раз назначили нянькой Кроули. — Юу! — жалостливо ныл я, развалившись на столе перед мечником. — Юу, пожалуйста, возьми меня с собой! Я не могу больше! Его реально приходится водить за руку! Юу жевал собу и стоически делал вид, что меня не существует. За время нашего знакомства он успел ко мне привыкнуть и даже стал проявлять дружелюбие. В том смысле, что он уже не пытался зарубить меня мечом и запрещал называть его по имени не чаще пары раз в сутки. Впечатляющий прогресс, как по мне. Проявляя снисходительность к его молчаливой натуре, я не оставлял окон для ответных реплик при общении с Юу и говорил за двоих. Чаще всего он был не против. Изредка почти вежливо просил меня заткнуться. Сегодня он еще ни разу не выразил словами протеста против нашего общения, так что я уже минут пятнадцать жаловался ему на свою несчастную судьбу, сделавшую меня вампирьей нянькой. — Ты сам от него недалеко ушел, — мрачно прокомментировал Юу, когда я умолк, чтобы перевести дух. — Вот именно! — с новыми силами принялся причитать я. — Это я должен быть легкомысленным идиотом! Но из-за Кроули у меня нет ни малейшей возможности страдать фигней. Потому что стоит мне отвлечься хоть на секунду, и с ним что-то случается! В прошлый раз он дважды потерялся! Перед этим пожертвовал все наши командировочные цыганке. Я еле сумел ее догнать, и еще двадцать минут матерился на романи чтобы вернуть наши деньги! Разумеется, две трети суммы бесследно исчезли в процессе. Вот как я могу беззаботно дурачиться в таких условиях?! Юу сочувственно фыркнул. Впрочем, его лицо обладало не слишком широким эмоциональным диапазоном. Так что фырканье могло с равным успехом оказаться презрительным, радостным или безразличным. Но я предпочитал думать, что оно сочувственное. Самому Юу наверняка без разницы, а мне приятно. — Если меня снова отправят с ним, он наверняка опять потеряется прямо на вокзале, — продолжил жаловаться я, поощренный его поддержкой. — Мне придется его искать. Потом успокаивать, потому что он наверняка разревется, потом убеждать его в его значимости, иначе он станет совершенно неработоспособен, потом… — Не ищи, — коротко сказал Юу. Я едва не пропустил его реплику в собственном монологе и сбился с мысли. — А? — растерянно переспросил я. — Не ищи, — твердо повторил Юу. — Зачем тебе его искать, если он тебя бесит? Раз он потерялся, то это его проблемы. Просто выполни задание и возвращайся. Юу как всегда был жестоко практичен и рассудителен. На самом деле он был наиболее рассудительным представителем младшего поколения экзорцистов европейского подразделения. Всегда очень четко и рационально расставлял приоритеты, не отвлекался, разумно оценивал риски, оптимально распределял ресурсы и потери в соответствие с интересами организации, а не с личными интересами и морально-этическими воззрениями. Сперва я думал, что Канда Юу просто обиженный подросток в чьих руках по трагической случайности оказалась огромная сила. Но на самом деле из нас всех он, пожалуй, единственный мыслил и действовал как настоящий военный. Да, иногда он вел себя излишне агрессивно. Но с учетом возраста, едва ли у него был иной способ завоевывать авторитет. А авторитет Канде Юу был очень нужен, даже несмотря на то, что сам Юу к нему не особенно стремился. Ведь зачастую Юу оказывался единственным голосом разума в команде. И ему приходилось прилагать массу усилий, чтобы быть услышанным. Признаюсь честно, мне тоже обычно не хотелось к нему прислушиваться, каким бы разумным Юу ни был. Наверное потому, что я всей душой не любил военных и их образ мысли. Вот и сейчас я никак не мог согласиться с абсолютно здравыми и логичными рассуждениями Юу. Да, у нас с Кроули был равный статус. Да, у нас с ним равный уровень ответственности. Да, я не обязан нянчиться с ним. Но не могу же я просто взять и бросить тридцатилетнего ребенка, совершенно не способного о себе позаботиться, на произвол судьбы! Это жестоко. — Раз не можешь, то и не ной, — отрезал Юу. — Только едва ли он сможет сражаться сам, если водить его за руку. С этим я поспорить тоже не мог. Но от мысли, что Кроули когда-нибудь отправят на миссию вместе с Юу, отчего-то стало страшно. Наверняка для вампирчика эта миссия станет последней. — Эх, — тоскливо вздохнул я. — Лучше бы экзорцистом оказалась Илиада. Вот ее я с удовольствием поводил бы за руку. Да хоть на руках бы носил. Юу скривился так, будто съел дохлую мышь. Он даже свою собу жевать перестал. — Что? — тут же возмутился я. — Она, вообще-то была красоткой. Нельзя быть таким ханжой, Юу. — Отвратительно, — прокомментировал Юу и отодвинул недоеденную порцию собы, будто бы у него резко пропал аппетит. — Отвратительно — это вытирать сопли тридцатилетнему мужику, рыдающему взахлеб по поводу и без, — обиженно возразил я. — А в восхищении женской красотой нет ничего отвратительного. — Ты жаждешь чужую женщину и вообще всех женщин, которых видишь, — заявил Юу, окатив меня такой волной презрения, что меня чуть со стола не смыло. — Ты отвратителен. — А, это. Ну да, есть немного, — не стал отпираться я. В конце концов, я умел воспринимать конструктивную критику и ценил искренность Юу. А то, что искренним он был обычно в презрении… ну тут уже ничего не поделаешь. Посверлив меня немного гневным взглядом, Юу подвинул к себе обратно собу и продолжил есть. Как я и ожидал, он был слишком практичен, чтобы позволить эмоциям помешать трапезе. — Я на самом деле ни на что не претендую, — попытался оправдаться я. — Просто если вижу красивую женщину, стараюсь ей об этом сообщать. Что тут такого? Тебе самому разве никогда никто не нравился? Или ты считаешь благородным сидеть и молчать в тряпочку, чтоб никто никогда не догадался о твоих симпатиях? — Не твое дело, — исчерпывающе ответил Юу. — Так и знал, что ты стесняшка, — усмехнулся я. — Няшка-стесняшка Юу! Я очарован. — Заткнись, — он добавил чуть больше угрозы в голос. Наверное, устал от коммуникации. Юу вообще был непривычен к разговорам. Я решил сжалиться над ним и не принуждать в этот раз к общению. Хотя очень хотелось подразнить его немного. Разумеется, Юу не взял меня с собой на миссию, и я снова отправился в путь вместе с Кроули. Интересно, Панда-дед так же со мной мучился? Надеюсь, что да. Мне тоже хотелось над ним позлорадствовать. А еще меня грела мысль, что я лучше него. В отличие от старикана, я никому не выказывал неприязни. Не вел себя как мудак, не строил из себя мудреца и никого не оскорблял. Даже когда зубы скрипели от злости, я старался улыбаться и проявлять человечность и дружелюбие. В конце концов, не так уж часто у меня была возможность их проявлять. Надо пользоваться случаем. В этот раз нас отправили в помощь отряду искателей, обосновавшемуся на окраинах Польши. Те били тревогу, сообщая об участившихся появлениях демонов, хотя признаков чистой силы в окрестностях не наблюдалось. Не так давно Ален и Линали накрыли больницу, буквально поставившую производство демонов на поток, так что Комуи отнесся к сообщениям искателей крайне внимательно и настороженно. И отправил нас с Кроули разобраться. Я превзошел сам себя. Я достиг просветления и как многорукий Шива успевал и проследить за нашими деньгами, и не дать Кроули потеряться, и послать лесом приставучего мальчишку, который канючил, чтоб мы дали ему почистить наши ботинки за пару монет. Я благополучно довел нас до гостиницы, снял номер, один на двоих, чтоб не оставлять Кроули ночью без присмотра, заказал обед и с чувством триумфа отправился звонить старикану, чтоб отчитаться о прибытии на место. Комуи лишних звонков не любил, а вот Панда-дед требовал от меня регулярной отчетности. — В общем, справляюсь я блестяще, — без предисловий заявил я, как только на том конце сняли трубку. — Кроули ни разу не успел… — Закрой рот и слушай, — бесцеремонно перебил меня старикан. — Происходит что-то странное. И масштабное. Так что бросай всю ту ерунду, которой ты там занимаешься, и разузнай, в чем дело. — А? — растерялся я. — В смысле? — Демоны повсюду, — пояснил старик, явно раздраженный тем, что я не сумел прочесть его мысли. — Больше, чем когда-либо раньше. И они все пришли в движение. По всей Европе. Возможно, по всему миру. — Чего? — опешил я. — А от меня-то ты чего хочешь?! Я в Бяла-Подляске. Ты вообще слышал про такой населенный пункт? Нет? Так вот сообщаю, он посреди гребаного нигде! Как я тебе отсюда узнаю что-то о перемещениях демонов по всему миру?! Или ты на полном серьезе считаешь, что самые значимые события этой войны случатся в Польше?! — Включи мозги! — сердито рявкнул старик и бросил трубку. Причем с такой яростью, что я услышал стук, прежде чем раздались гудки. Вот черт. Похоже, я конкретно встрял… — Ну что, с чего начнем наше расследование? — радостно пропел Кроули, подскочив ко мне. Я прикрыл глаза и мысленно досчитал до пяти, чтобы не выплеснуть случайно свое раздражение на ни в чем не повинного тридцатилетнего ребенка… прошу прощения, вампира. Когда я обернулся к Кроули, моя улыбка была безукоризненно-сияющей. — Вот ты мне и скажи, — бодро предложил я. — Ты ведь уже довольно опытный экзорцист и запросто справишься с таким плевым делом в одиночку. А мне надо будет выполнить одно небольшое задание от Книгочея, так что… Я осекся, заметив как губы Кроули опасно подрагивают, а в уголках глаз скапливается влага. О нет, только не это… Но вампир опроверг мои трусливые ожидания. Вместо того, чтобы обидеться на меня за то, что я бросаю его одного, он кинулся мне на шею со словами “ты доверяешь мне расследовать все самому! Наконец-то!” Но слез и соплей радости мне избежать все-таки не удалось. Я мысленно извинился перед Кроули за свое подлое предательство, но порой Юу оказывался тошнотворно прав: оставить вампира самого по себе было единственным выходом. С другой стороны, при всей своей неприспособленности к жизни, в бою Кроули был довольно хорош. Так что вряд ли ему грозит что-то действительно страшное. Защитить свою жизнь вампир как-нибудь сумеет. Успешно избавившись от инфантильного тридцатилетнего вампира, я схватился за голову. Задача, поставленная передо мной, казалась невыполнимой. Узнать, что происходит по всему миру — разве такое вообще возможно? Я даже не знал, откуда начать! Где могли располагаться ключевые пункты? Как отследить перемещения демонов? Я сидел в городке на окраинах Польши, даже не в столице! Из медленно подступающего отчаяния меня вырвал телефонный звонок. И когда администратор гостиницы поднял трубку, чтобы ответить, я уже знал, что нужно делать. Идея моя была простой и гениальной. Книгочею ведь нужны только сведения? Ну что ж, будут ему сведения! Самые актуальные и достоверные сведения со всего мира! Позабыв о заказанном обеде, я побежал со всех ног на местную телефонную станцию. Немного обаяния, хитрости и значительная часть наших с Кроули командировочных дали мне полный доступ к оборудованию. Меньше, чем за три часа мне, при помощи наших с Кроули связных големов, удалось подключиться к внутренним линиям связи Черного ордена. Не стану грузить вас техническими подробностями. Сам процесс довольно скучный, но не слишком трудоемкий. Требует лишь немного сноровки, усидчивости, ну и знаний, конечно. Благо, старикан в свое время обучил меня этому фокусу. Вроде как, в разработке големов связи участвовал какой-то его знакомый из Китая, так что Панда-дед неплохо разбирался в их устройстве. Когда все было готово, я приступил к самой сложной части: обложился со всех сторон динамиками и стал слушать. Я не иронизирую, кстати. Это действительно самая сложная часть. Со всех сторон на меня хлынули тысячи голосов. Тысячи искателей и экзорцистов обменивались сведениями на всех известных языках мира. Крики, шум помех и голоса, голоса, голоса… Все это сливалось в безумный пульсирующий шум в моей голове. Обработать такой объем информации разом физически невозможно, даже будь ты трижды гением, и имей размер мозга как у слона. Весь фокус в том, чтобы не пытаться. Не стараться вычленить отдельные слова и голоса, не улавливать смысл, не анализировать. Нужно было полностью отключить сознание и позволить себе просто слышать. Впустить весь этот звук в свою голову. Не отсечь его, как фоновый шум, а погрузиться в звук полностью. Все остальное мозг сделает за меня. В конце концов, не зря я развил абсолютную память. Как, я не говорил? Да, у меня абсолютная память, аплодисменты в студию. Но об этом как-нибудь потом. Сейчас я прилагал все усилия, чтобы рассредоточить свое внимание и не концентрироваться ни на одной конкретной линии, иначе она немедленно заглушит собой все остальные. Стоит лишь на миг сосредоточиться, и огромный пласт информации будет безвозвратно утерян. А так все услышанные сообщения останутся в моей память, и при должном усилии я смогу их оттуда выковырять. Разумеется, на расшифровку уйдет уйма времени, но это ничего. Несколько дней — ничто в масштабах истории. Несколько безвозвратно утраченных дней моей жизни, да… Не знаю, сколько я так сидел и слушал. Может быть, несколько часов, а может — несколько дней. Отвлекаться на то, чтобы узнать время, было совершенно недопустимо. Но со временем поток сообщений иссяк. Крики стихли. Буря закончилась. Я понял это как-то интуитивно, ведь в смысл сообщений я не вслушивался. Но отчего-то я точно знал: все уже произошло. Теперь нужно было запастись бумагой и вытряхнуть на нее все то, что я таким варварским методом впихнул в свою голову. Сначала я хотел вернуться в гостиницу, но так обессилел от голода и усталости, что попросту не сумел разобрать баррикады, которые заблаговременно соорудил у двери, чтобы меня не отвлекали. Благо, несколько стопок бумаги и чернила нашлись прямо здесь. Сколько времени у меня заняла расшифровка сообщений, я тоже не знаю. Но в какой-то момент меня спас из заточения Кроули. Оказалось, Бяла-Подляска тоже подверглась нападению демонов. Телефонная станция была частично разрушена, но кто-то из персонала сообщил сгорающему от беспокойства вампиру, что я остался внутри. Когда Кроули разобрал завалы, мне едва удалось убедить его, что сохранение горы исписанных бумажек — это стратегически важная задача, а не бред сумасшедшего. Должно быть, видок у меня был тот еще. До гостиницы Кроули тащил меня на закорках, как мешок с картошкой, а мои бесценные записи нес перед собой, как святыню. Удивительно, но Панда-дед остался доволен. Вот этого я, честно признаться, совсем не ожидал. Хоть немного осмыслить произошедшее я сумел только после того, как поел и проспал часов пятнадцать к ряду. А произошло следующее: Демоны по всему миру приблизительно в одно время приняли боевую форму и сгруппировались в отряды. Некоторые такие отряды насчитывали до сотни единиц живой техники. Далее они атаковали столицы и крупные населенные пункты. Особо яростным нападениям подверглись те районы, где присутствовали экзорцисты и большие скопления искателей. Массированные атаки продолжались в течение суток. Все обнаруженные демоны первого уровня были уничтожены. Часть демонов второго уровня отступила и скрылась. Военные укрепления и гражданская застройка во всех локациях боевых действий подверглась серьезным разрушениям. Европейское подразделение потеряло в этом бою шестерых экзорцистов и сто сорок два искателя. Потери среди мирного населения на данный момент не поддавались подсчету. Судя по тому, как были убиты некоторые из экзорцистов, среди нападавших были не только демоны, но и члены семьи Ной. Тут же вспомнилось, что от их рук пострадал и один из генералов совсем недавно. Видимо, это и было объявлением войны. А я, растяпа, все пропустил. Помните, я говорил, что эта война как будто не настоящая? Я ошибался. Просто на тот момент война еще не началась. И все же, эта война по-прежнему казалась мне не такой жуткой, как все прочие. Нет, не потому, что в штабе меня ждал шикарный обед, и даже не потому, что противники не были людьми. Просто эта война… была чистой. Люди, раненые демонами, не оставались лежать на улицах, завывая от боли. Не лежали в полевых госпиталях, разлагаясь заживо, не оставались калеками. Но и не выживали. Независимо от того, насколько серьезным было ранение, яд демонов за считанные минуты превращал любое живое существо в пыль. Я не видел крови и кишок, когда Кроули тащил меня на спине через разрушенные улицы. Не видел трупов. Только горки пыли, которые стремительно уносил ветер. Кстати, надо отдать Кроули должное. Как я понял, отряд демонов, напавший на Бяла-Подляску, был не очень большим. Но, так или иначе, пока я впитывал в свой мозг сообщения со всех концов света, вампирчик успешно отразил их атаку. А перед этим так перепугал всех местных своей паникой, что они заблаговременно попрятались. Конечно, совсем избежать жертв ему не удалось, но большая часть гражданский уцелела, и все трое местных искателей остались живы. Оставшись без присмотра, Кроули вполне успешно справился с обязанностями экзорциста. Ненавижу, когда Юу оказывается прав. Впрочем, стоило нам встретиться с Линали и Аленом, как Кроули наверстал упущенное и потерялся. Но я забегаю немного вперед. Сначала мы направились в Болгарию, чтобы встретить наших товарищей. Времена резко стали неспокойными, а Алену и Линали поручили разыскать генерала Кросса. Комуи счел разумным, чтобы мы объединились в группу побольше. Панда-дед тоже выехал к нам, но с ним решено было встретиться дальше к востоку. А пока мы с Кроули остановились в небольшом городке, где как раз на днях народ устраивал фестиваль роз. Да… они, похоже, постигли ту же великую мудрость, что и Хризантема, и умели находить время для праздников даже тогда, когда весь мир был объят пламенем войны. А впрочем, демоны тоже понесли значительные потери. Едва ли они сумеют быстро восстановить свою численность. Самое время немного передохнуть. Я бескомпромиссно лишил Алена и Линали права на скорбь, затащив их на праздник под предлогом того, что демоны могут атаковать большое скопление народа. Разумеется, никакого нападения так и не случилось. Нет, случилось, но уже после праздника и лично на нас. Мирные жители не пострадали. А во время фестиваля мы веселились. Лично я даже искренне. Городская площадь со статуей ангела вся была алой от роз. В воздухе стоял такой густой запах цветов, что казалось, его можно было потрогать руками. Горожане веселились. Пели, пили, танцевали… как в последний раз. Я упорно гнал из головы дурные ассоциации. Благо, этот навык я давным давно успел отточить до полного автоматизма. Больше всего события последних дней явно ударили по Линали. Она искренне воспринимала всех членов ордена как свою семью. Даже тех, с кем не была лично знакома. Я, как человек, который точно знал, что ежедневно по всему миру умирают сотни людей, включая женщин и детей, слабо представлял себе, как можно печалиться о смерти человека, которого ты никогда не знал и даже не видел. Но Линали, похоже, это умела. Так что на праздник я тащил ее буквально за руку. После горестных известий на ней совсем не было лица. Благо, я умел веселиться за двоих. Сперва фестиваль представлял из себя что-то вроде ярмарки. Садовники со всех окрестных городов с гордостью демонстрировали свои цветы и продавали все, что хоть как-то могли связать с розами. Первым духом веселья проникся Кроули и принялся с восторгом уплетать розовое варенье. Я им почти гордился. Ален и Линали все еще ходили кислые и даже по сторонам толком не смотрели. Но когда запустили фейерверки, лицо Алена немножко просветлело. Я тоже самозабвенно залип на яркие цветные вспышки в небе. Мне они всегда ужасно нравились. Почти так же, как северное сияние. После фейерверков, праздник стал набирать обороты. Садовники свернули торговлю и присоединились к шумной подвыпившей толпе. Танцоры тоже спустились с импровизированной сцены в массы. Но музыка не стихла. И я тут же утащил Линали танцевать. Сперва она упиралась немного, но быстро сдалась. Местная музыка была простой и ритмичной, но Линали, умевшая танцевать только вальс, никак не могла попасть в такт. Она оттоптала мне все ноги. Но я решил, что это не такая уж большая жертва, и все кружил ее по площади, пока она не перестала извиняться за то, что сбилась в очередной раз, и не начала смеяться. Ее волосы и оборки черного платья сплошь были в розовых лепестках. Здесь вообще повсюду были розовые лепестки. Смех Линали стоил оттоптанных ног. Потом у меня ее украл молодой курчавый парень, а мне в партнерши досталась симпатичная девчушка с короткими русыми волосами, от которой едва уловимо пахло плодовым вином. Я не стал отказываться от подарка судьбы, а потом и от вина. Совсем немного, чисто для поддержания настроения. По крайней мере, в гостиницу я той ночью возвращался на своих ногах и даже не шатался. Клянусь. И только в гостинице я понял, что просчитался. Нет, не с количеством вина. Вина было ровно столько, сколько нужно. А вот Ален лежал в своей постели без сна и таращился в темный потолок. Похоже, его придавило ничуть не меньше, чем Линали. — Эй, — окликнул я его. — Здорово, да? Что демоны так и не напали. Я ляпнул первое, что в голову пришло, просто чтоб отвлечь его внимание от явно невеселых мыслей. — А… ну… да… — смазано отозвался он. Не, так дело не пойдет. — Душновато здесь, не думаешь? — заявил я, выбираясь из-под одеяла. — Пошли на балкон выберемся. Ален посомневался немного, но все-таки встал. Мы все спали одетыми. На всякий случай, сами понимаете. Впрочем, для меня это было куда привычнее, чем раздеваться на ночь или тем более наряжаться в пижаму. Но хоть я и был одет, выбравшись на балкон все равно ощутимо вздрогнул. Свежий ночной воздух махом выветрил остатки хмеля из головы. Вокруг все еще пахло розами, как будто весь город пропитался их сладким запахом. Говорить Ален начал минут через пять. Он рассказывал о тех, кого пытался спасти и о тех, кого спасти не сумел. О том, что должен был стараться лучше. О том, что был недостаточно силен. Вообще, мне не особенно нравились такие разговоры. Все они вели к одному и тому же. И все не имели смысла. За сорок восемь войн я наслушался их вдоволь. Но Ален, похоже, совсем расклеился, так что я терпеливо слушал. И только под конец спросил: — А ты не много на себя берешь? Ален уставился на меня растерянно, явно не понимая, упрек это или нет. — Ты правда считаешь, что можешь спасти всех один? — пояснил я. — Во всем мире? Каждая смерть — твоя личная вина? Он замялся, не понимая как реагировать, а я продолжил, пока он не успел придумать новые аргументы, чтобы себя закопать. — Не важно, насколько ты силен, ты физически не смог бы спасти всех. Никто бы не смог. Но именно поэтому ты сражаешься не один. Мы все делаем все, что в наших силах. Да, их не всегда достаточно. Но делая из себя жертву, ты никому не поможешь. Ален смутился и стушевался, а я улыбнулся. Ободряюще, как я надеялся. — Всем в голову приходят такие мысли, — поделился я. — Вон, глянь на Линали. Наверняка она тоже хотела бы всех спасти. Вот если бы погиб ты, ты бы хотел, чтоб она себя в этом винила? Линали, как раз вышедшая на соседний балкон, со скорбью вспоминала искателей, совершенно беззащитных в отличие от экзорцистов. Скорей всего, Ален ответил бы “нет”. Но душещипательный разговор был прерван появлением демона. Стыдно признаться, но я вздохнул с облегчением. Честное слово, мне больше нравилось говорить о том, как Кроули изо дня в день поливал растения и протирал от пыли дедушкину коллекцию редкостей. А ведь Алену еще повезло. Он убивал демонов и свято верил, что избавляет их души от страданий. Боюсь представить, каково бы ему пришлось в обычной войне, где люди убивали людей.