Совершенное Прошедшее

В зеркале, в котором я вижу разочарования,

В коконе, в котором я заперта слышится: “Я рядом”. Но пока я не могу нащупать ни свои сомнения, ни свои желания. 

Twilight Light

Вечером я посмотрела записанный в Аркленде спектакль. Включила его без ожиданий пока сметывала лисью шкуру: так включают для фона музыку, чтобы не было так тихо. Декорации были простыми, почти условными: свет, тени, несколько линий, намечающих пространство.  И в этом пространстве появилась Кусанаги-тян - она играла принцессу по имени Сердце. Ее голос был мягким и глубоким, как бархат, который меняет оттенок в зависимости от света; иногда она напоминала лен - простой, почти грубый на вид, но удивительно честный; иногда - полупрозрачную органзу; иногда - музыку Канадэ, где простая мелодия вдруг распадается на множество голосов.  Когда запись закончилась, а экран потемнел, облегчение не пришло. Я отодвинула ноутбук и долго смотрела на собственные руки.  Пришло время созваниваться с подругами в Nightcord, но Канадэ и Мафую написали, что задерживаются: им нужно было еще хотя бы 15 минут чтобы обсудить сведенную песню прежде, чем дать ее нам.  - Встретимся в секае? - предложила Эна.  - Да. Можно. Слушай, тут такое дело… Как думаешь, будет не очень не вовремя, если я немного продолбаюсь по срокам с новым видео? Эна заметно напряглась.  - А что такое? Ты в порядке? Ну да, естественно. Девочки обещали не ходить вокруг меня на цыпочках из-за моего пола, но вот мои суицидальные и депрессивные наклонности их все еще напрягают. Да в порядке я!  - Ребята из библиотечного клуба попросили помочь со спектаклем. - В библиотечном вроде Тойя-кун? - Ага. И Кусанаги-сан. Еще им Руи помогает… Помнишь Руи? - А… Да. Уф. Ну да, не страшно. С видео я тебя прикрою если что. Повисло молчание. Обычно если такое происходило, я немедленно пыталась как-то его занять: шуткой или разговором. Но сейчас в голове все еще струился шелк, бились шипы и, едва уловимо, мелькала рыжая шкура, в которую я вгоняла иглу.  - Кусанаги-сан и Камиширо-сан такие милые, да? - заговорила Эна, которая тоже по всей видимости не могла вынести тишины, - Ну, то есть вместе. Хах, бывают же у людей проблемы.  - О чем это ты? - А. Ой. Мне Оотори-сан проболталась, когда мы… То есть… Ты же вроде давно дружишь с Камиширо-саном, я думала, ты знаешь? Мы с ним как-то говорили про тебя, и у меня сложилось впечатление что вы прямо близкие друзья, а про друзей обычно знаешь такие вещи…  - Какие? Эна выдохнула.  - Сплетни это не мое, ок да?  - Да-да, может я знаю, о чем ты, просто не понимаю. О каких именно проблемах речь? То есть у Руи их целая куча, и я по ним настоящий эксперт! Могу их каталогизировать и энциклопедировать, потому что я в курсе всех и каждой и вообще настоящий эксперт руивед…  Тишина. Эна раздумывает над ответом. Но в конечном итоге держать что-то в себе не ее фишка и она начинает рассказывать: - Ну, как я поняла, они с Кусанаги-сан вроде как влюблены друг в друга лет с шести. Ого. - И примерно с того же времени не могут друг другу в этом признаться. Оотори с Тэнмой уже ставки делают, когда они все же друг другу скажут и случится ли это до выпускного. И это вроде как… очень мило? Так больно, что аж в ушах зашумело.  - А про выпускной это видимо потому, что они в своей труппе очень серьезно к планам на будущее относятся. И вроде бы все мечтают быть актерами или надеются на другую работу связанную с театром и индустрией развлечений. Но Камиширо-сан хочет быть режиссером театрально-развлекательных программ, а Кусанаги-сан - актрисой музыкального театра. А это немного разные профили, и быть режиссером мюзиклов Камиширо-сан…  А. Точно не просто шум в ушах. Это шум моря. Это мое море отхлынуло от меня.  Подключились Мафую и Канаде, несколько часов мы разговаривали о песне, созвон закончился. Я свернула Nightcord и оказалась лицом к лицу с окошком, за которым разворачивался спектакль Wonderlands×Showtime.  Может я и правда похожа на Розу? Может я и правда похожа на Розу так же, как Тойя похож на Авиатора: Руи же сказал, что непрофессиональный актер должен чем-то походить на своего персонажа, чтобы все получилось.  Спряталась под стеклянным колпаком. Не пускаю к себе ни бабочек, ни людей. Оттолкнула от себя единственного человека, который меня терпел. Убежала от тех, кто хотел быть моими друзьями.  А может, так он мне мстит? Руи. Заставляет смотреть на себя его глазами. Смешно. Еще год назад я думала, что это он меня бросил. Расстраивалась, что после перехода в старшую школу он ни разу мне не написал. Мне казалось, что мы вполне могли бы просто продолжать быть друзьями после всего, что случилось. Мне казалось, что я просто очертила границы стеклянного колпака, границы своей одежды, своих чувствительных рецепторов, и пока я в них, все просто может быть как раньше.  Но с другой стороны, с чего бы ему на меня обижаться? Оказывается, все это время он был влюблен в кого-то еще? Сидел на крыше, почитывал постмодернистов, рассказывал какой он одинокий, в тот самый момент, когда на самом деле все это время внизу у него был человек, который его ждал!  Я закрыла ноутбук и в одежде упала на кровать.  Ах, Кусанаги-сан, вот бы у тебя нашлось обезболивающее, которое помогло бы мне справится с этим чувством! Капля в моей ладони. Я закрыла глаза и вернула себя в кабинет кройки и шитья. Почему я хочу быть здесь? Я хочу обладать тем, чем не обладает Руи - ему на зло? Я хочу отобрать у него это? Я хочу занять его место, и таким образом символически слиться с ним, сделать его своим? Уф, последнее конечно тот еще загон. Но с Мафую пообщаешься, и не такого наберешься. Поэзия, угу. А может быть дело уже не в нем? Или не только в нем? Ведь в тот вечер я о нем вообще не думала. Я думала о мерной ленте, о прикосновениях, о платье. А о чем я думаю сейчас? Кусанаги-сан в этом навсегда запечатленном в моем воображении кабинете тоже в какой-то мере актриса, правда ее роль я играю сама. И я могу написать любой сценарий: никто меня не осудит, потому что никто и никогда об этом не узнает.  - Нене-тян, - говорю я, - я хочу измерить тебя и сравнить наши мерки. - А я - хочу измерить тебя, - отвечает она и руки ее тянутся к моей рубашке, растягивают ее пуговица за пуговицей... Нет. Нет! Нет, это плохая фантазия. Так нельзя. Я не могу. Я даже фантазировать о том, что кто-то увидит мое тело не могу.  - Тогда не нужно. Смотри на меня! Эй, не отвечай моему внутреннему монологу!  Кусанаги-сан смеется, берется за подол платья и стягивает его через голову, так же, как сняла свитер. Наверное, на самом деле она не носит такого белья: все это кружево и рюши, и чулки жутко неудобно в повседневной носке: я пыталась, знаю о чем говорю. Но вообразить, что она наденет все, что мне нравится, я вполне могу - чулки, подвязки, лифчик с перекрещивающимися на груди лямками…  - Если бы я была твоей девушкой, то действительно могла бы носить что-то похожее.  - Да с чего бы? - Для тебя. Даже если в повседневной жизни я предпочитаю спортивный лифчик и хлопковые трусы с Кучипачи, радовать друг друга в отношениях - это нормально. Но и для себя тоже, ты не подумай что мой мир бы только вокруг тебя вращался! Мне нравится быть красивой. Я просто смущаюсь.  - Настоящая Кусанаги-сан никогда не сказала бы ничего подобного.  - Ну, это же даже лучше? Если я не похожа на настоящую, ты можешь не испытывать чувства вины за то, что случится дальше.  Она расстегнула лифчик. Я почувствовала, что неудобно лежу и открыла глаза: неудобство вызывал конечно же мой член. Как и всегда, впрочем. Как и всегда. То есть, обычно проблемы связаны с самим фактом его существования, а не с… А как давно я вообще?.. Ой. Ого. Ладно. Плевать. Будь что будет.  Я достала телефон из кармана юбки и написала Руи, что не против присоединиться к касту.