Исследования засекречены

      Больше месяца Торин не приходит в сон. Яна объект по-прежнему принимает во сне, но может выбросить в любой момент. Яну снова трудно дышать за пределами капсулы и не хочется есть.       Зашумел передатчик. Ян нажал кнопку приема и услышал бодрый голос.       — Докладываю — командир зверствует. Вчера объявил о масштабной уборке станции, а сегодня весь день не выходит из комнаты. Никто так и не понял — будет уборка или нет. Обеды в комнату приносит лично шеф повар, никого другого видеть не желает.       — Когда намечен следующий выход команды на объект? — спросил Ян.       — Через два дня, если командир не передумает. Дальнейшие указания?       — Проникни в команду. Следи за каждым действием командира.       — Да е-мае, — послышался недовольный шепот.       — Следите за речью, — строго сказал Ян. — Отключайтесь.       В передатчике стало тихо, и Ян отключил связь.       Ян сдался и признал — без Торина объект 1NGC увядал, исследования буксовали, а отчитываться перед руководством все равно придется. Пришло время увидеть командира Касаткина в реальности.       Ян поджал бледные губы, он волновался. Янис Аскар не тот, к кому привык Торин. Он боялся быть отвергнутым. Ведь Ян, как и Торин, снимал свою маску во сне.

***

      — Командир Касаткин, вас вызывают в главный штаб, — сообщил связной с монитора компьютера.       — Когда надо прибыть? — спросил Торин.       — Вылет завтра.       Торин кивнул и по внутренней связи набрал заместителя.       — Сержант Ярый, меня вызывают в главный штаб, остаешься за командира. Напомню протокол. Без меня к объекту не приближаться. В случае чрезвычайной ситуации незамедлительно сообщить для получения дальнейших указаний. К моему возвращению закончить уборку, я оставлю детальный план.       Рядовые Серый и Волков сами попросились в команду к Торину. Не считая нескольких нарушений, в целом ребята хорошо проявили себя в прошлом полете. Многие сослуживцы на станции отметили, что парни сдружились.       Корабль набрал максимальную скорость. Торин смотрел на удаляющуюся точку планеты и очень надеялся, что понадобился не Янису Аскару. Прошедший месяц он сдерживался, чтобы не прийти к Яну в сон, не упасть к ногам, не попросить прощения, хоть сам и не виноват. Трудно совладать с новыми чувствами привязанности, симпатии и невыразимой тоски.       Его тянуло к Яну магнитом. Торин старался держать внутренний стержень, хоть он и поскрипывал. Он не мог размякнуть, ведь он командир на сложном участке и от его решений зависит благополучие сотен людей и возможно всей планеты.

***

      Торин с неохотой надел парадную форму, гладко побрился, тщательно протер очки. Корабль отправили на заправку топливом и технический осмотр. Уставшие и улыбчивые рядовые отбыли в комнаты отдыха.       Торин доложил о прибытии, и через час его сопроводили в кабинет. Он обреченно вздохнул, рассматривая фигуру у окна. По прямой спине, белым волосам, чуть торчащим из-под фуражки и напряжению он узнал Яна.       — Командир Касаткин, давно не виделись, — обратился Ян.       Торин молчал, сжал болезненно кулаки. Он проделал мучительно долгий путь, чтобы видеть перед собой идеального Яна и не иметь возможности дотронуться до него. Торин злился на себя за чувства к Яну, и на Яна за его холодность.       — Как работа на станции? Все устраивает или хочешь перевестись? — спросил Ян, наблюдая в окне за плотными облаками.       — На станции все по-прежнему. Работа меня устраивает, — ответил Торин.       Ян отошёл от окна, обошел Торина со спины. Его холодные руки в белых перчатках коснулись шеи командира, зарылись в волосы. Пальцы неспешно и нежно массировали кожу. Удивительно, но прикосновения холодных рук приятно прокалывали, успокаивали.       — Тебе стоит отдохнуть. Поживи в главном штабе. Лечебные процедуры и массаж пойдут на пользу.       — Благодарю, нет нужды, я в отличной форме, — ответил Торин спокойно и это стоило ему усилий. — Перейдем к делу. Зачем вызвали?       Ян перестал массировать его голову и скривился, будто стойкость командира причиняла боль.       — Отпуск предлагаю, а ты о работе думаешь.       — Серьезно, зачем вызвал? — Торин тяжело выдохнул.       — Ты не приходишь ко мне.       — Ян… или как там вас… Янис, хватит. Что вам, действительно, нужно? — Не выдержал Торин и повысил голос, его стена терпения дала трещину.       — Ты, мне нужен ты. Я соскучился, — прошептал Ян командиру на ухо.       Томный голос Яна разнес в щепки стойкость командира Касаткина. У Торина вспотели ладони и непривычно потеплело в животе. Как же сильно он сам изголодался по Яну. Этот Ян живой, осязаемый.       Во сне их секс был наполнен эмоциями, затрагивал весь спектр ощущений, но реальность наверняка во много раз острее и слаще.       — Признай, что скучал по мне, — прошептал Ян и провел мокрым языком по уху Торина.       Командир Касаткин ещё вчера твердо решил прекратить зависимость от Яна, но как прекратить, если Ян умело и нагло провоцирует.       — Ты ведь не забыл, как нам было хорошо вместе.       Торин тяжело дышал, он стиснул зубы и сильнее сжал кулаки. Ян подошел к столу, прислонился. Он снял перчатки и коснулся своих губ, облизал тонкие пальцы.       — Хочешь меня? За дверью полно военных, вдруг я понадоблюсь кому-нибудь. Кто-то постучит в кабинет, дернет за ручку, а мы на столе… — Он лукаво посмотрел на Торина и одним широким движением сбросил документы на пол.       Безупречная форма сидела на Яне восхитительно. Черный цвет и белая кожа усиливали цвета друг друга, делая Яна выразительней, ярче.       Ян словно голодной собаке давал кость. Давал Торину свое тело. Верное решение — уйти от Яна. Оставить, забыть. Но вопреки здравому смыслу Торину не хотелось бежать, а хотелось быть как можно ближе.       Командир Касаткин не мог больше сопротивляться желанию обладать Яном. Он выдохнул напряжение и злость и подошел к столу. Возможно, он совершает ошибку и пожалеет о выборе. Страдать он будет после, а сейчас возьмёт от ситуации самое лучшее. Торин наклонился над Яном и прошептал:       — Как к вам обращаться? Янис?       — Капитан Янис Аскар, — перебил Ян, хитро улыбнулся и добавил: — Но ты обращайся, как привык.       — Капитан, прошу простить, если буду груб. Это от нетерпения и от отсутствия опыта, — предупредил Торин и расстегнул пуговицу на пиджаке старшего по званию.       — Оставь верх, долго возиться, — приказал Янис. — Штаны сними.       Торин быстро расправился с пряжкой на ремне — тут в их форме отличий не было. Он стянул штаны вместе с бельем.       — Увлажни как следует, — Ян развернулся спиной и уперся руками о стол.       — Будет исполнено, капитан. Ещё пожелания? — спросил Торин, опускаясь на колени.       — Будь нежен. — Ян мягко улыбнулся.       Торин растерялся, ведь нацелился отодрать наглого капитана Яниса Аскара, но последняя фраза его смягчила. Ян из снов таким же мягким тоном и улыбкой мог успокоить взволнованного Торина.       Все же перед ним возлюбленный Ян. А капитан Янис должен держать лицо. Просто в реальности он вот такой колючий и холодный.       Торин снял очки и с наслаждением сжал мягкие ягодицы Яна, развел в стороны, провел языком. Кожа Яна белая абсолютно везде. Эта белизна дразнила Торина, подталкивала на безумные действия. Он желал испачкать белую кожу, оставить следы сильных пальцев, укусы зубов.       Касаясь Яна, Торин ощущал холод. Холод проникал в его руки и стремительно распространялся по телу. Торин слегка дрожал. Но эта дрожь не была похожа на недавнюю лихорадку. Это была мучительно сладкая дрожь от наслаждения осязаемым, реальным Яном.       — Достаточно, быстрей, — прошептал Ян, животом и грудью лег на стол.       Торин потянул вверх его форму, оголяя спину. Он вошёл плавно и легко, заполняя грубого Яна, любимого Яна, неоднозначного Яна. Он наслаждался его узостью и тихими стонами. Он весь наполнился Яном. Мысли и чувства Торина только о нем.       Ян проник в каждую частицу Торина, завладел им. Он не планировал вязнуть в нем. Но именно это и происходит. Яну бы выбраться, уколоть, оттолкнуть командира, но вместо нападения, он растворялся в ласковых прикосновениях и поцелуях.       С каждым следующим движением, тело Яна становилось холодней, хотя темп Торин взял высокий. Торин покрылся испариной и каждой порой излучал тепло.       По спине Яна прошла чуть заметная дрожь. По позвоночнику под белой кожей проявился свет. Он то вспыхивал яркими всполохами, то затухал, то разливался от линии позвоночника по спине.       Иногда с Яном происходило подобное в пространстве сна, но Торин воспринимал это как особенности сновидения.       Сейчас он наблюдал в реальности переливы света под кожей. Хоть наслаждение спутало все в голове, мысли Торина на мгновение прояснились.       — Ты не человек. — Потрясенный, он отстранился.       — Это проблема? — Ян растерянно улыбнулся.       Торин молчал. Он любит Яна и не сможет вычеркнуть его из жизни лишь потому, что он другой. Все это время перед Торином был представитель расы куретов. Слухи о них, в моменте, ввели Торина в оцепенение.       — Боишься, что взорвусь, когда достигну пика удовольствия? — спросил Ян и хмыкнул. — Торин, ты уже взрослый и к тому же военный, чтобы верить в подобное. Да, моя раса острее воспринимает удовольствие. Но нелепые слухи о взрыве во время оргазма распространяют сами же куреты, для безопасности других рас. Когда я не хочу контакта, моя кожа выделяет яд. Ты сам недавно пережил лихорадку после прикосновения ко мне. Тогда я был вынужден тебя оттолкнуть. Но сейчас хочу быть с тобой. Прошу, продолжай, — попросил он и ласково погладил Торина по щеке. — Ты доставляешь мне удовольствие, как и я тебе.       Торин сглотнул, после нежного прикосновения его замешательство в миг растворилось. Первый раз за встречу он потянулся к Яну за поцелуем. Тот ответил незамедлительно, обласкав его губы и язык.       Ян запрыгнул на стол и снова принял Торина, наполнился им, впустил в каждую часть своего тела его силу и тепло. Ян чувствовал возбуждение, удовольствие, сладкую истому ярче других представителей человекоподобных рас.       От человека обычного его отличало не только это. Ещё белая, холодная и ядовитая кожа, не поддающаяся солнечным лучам. И собственный свет внутри, который вот как сейчас, при мощном выбросе в кровь гормонов наслаждения, разливался, плескался под кожей.       — Ян, Ян, ты необыкновенный, — пробормотал Торин. — Я заставил тебя ждать, извини за грубость, за все извини…       — Ты не при чем, иногда я веду себя … высокомерно.       Торин улыбнулся — высокомерно это ещё мягко сказано. Он прижался к Янису. Ему хотелось вернуться в то состояние, когда Ян был в простой красной пижаме, немного сонный и добродушный. Янис Аскар другой — с ним будет сложнее. Торин облегченно улыбнулся, каким бы разным не был Ян, это один и тот же Ян. Его Ян.       — Давай заканчивать, ещё пять минут и все, — приказал Ян и Торин подчинился.       Он снова и снова двигался в нем, целуя тонкие, чуть злые губы, лицо, шею и плечи. Торин справился за две минуты: вжавшись в Яна, он сделал несколько быстрых толчков и шумно задышал в шею любимого.       Ещё за две минуты языком и губами довел Яна до оргазма и наблюдал содрогание его тела, приоткрытый рот в немом стоне, словно из него и вправду уходили жизненные силы.       Ян сидел на столе бледный и растрепанный.       — Штаны подай, — попросил он. — Насчёт отпуска я не шутил. Останься в штабе на неделю.       — Ты живешь в главном штабе? — спросил Торин, застегивая ремень.       — Да, и организую комнату для тебя. Жить вместе будет неуместно. — Тон Яниса снова стал холодным.       Торин обнял колючего капитан и согласился на комнату рядом.

***

      — Исследования покажешь? — спросил Торин. После секса они лежали расслабленно в кровати Яна.       — Неоднократно повторял — исследования засекречены, я рискую, пригласив тебя.       — Но я тоже работаю с объектом 1NGC. Что ты исследуешь, чего не знаю я? — спросил Торин грубо, ему ещё во сне осточертела фраза — «исследования засекречены».       — Много чего, — резко ответил Ян. — Не будем об этом.       Торин пристально смотрел на Яна. Они же достигли значительной близости — Ян может рассказать хоть что-нибудь. Ему интересно узнать новое об объекте, но знать, что Ян доверяет — важнее.       — Не доверяешь? — Торин решил не сдаваться.       — Дело не в доверии, а в исследованиях. Ладно, расскажу о возникновении объекта, — сдался он.       Воодушевленный Торин сел на кровать, надел очки и настроился слушать.       — На этом участке безжизненной Земли, — начал монотонно Ян, — произошел взрыв. Выдвигались разные предположения взрыва, но ни одно не было подкреплено фактами. Спутники не зафиксировали вторжение в атмосферу планеты какого-либо космического тела. Геологи утверждали, что в момент взрыва земля даже не дрогнула.       — Это все знают, — разочарованно ответил Торин. — Может чуть-чуть засекреченного? — спросил он хитро.       — До сих пор неизвестно, что вызвало зарождение объекта 1NGC тридцать лет назад, — продолжил спокойно Ян, давая понять, что даже чуть-чуть засекреченного не будет.       — Интересно, объект мой ровесник, — Торин задумался. — Кстати, сколько тебе лет, если в человеческом исчислении?       — Двадцать девять, — ответил Ян.       — Выглядишь намного моложе. — Торин взглянул с сомнением.       — Особенность расы куретов, — быстро пояснил Ян, встал с кровати, накинул халат и направился к компьютеру. — Мне надо поработать, если хочешь останься, но не мешай, — попросил он.       Торин кивнул и быстро забрался под одеяло. Он останется на ночь и не упустит возможность спать с Яном в одной постели. Голова коснулась мягкой подушки, и командир крепко уснул.       Ян открыл файл о Торине Касаткине. Информация была зашифрована на языке расы куретов, капитан Аскар не опасался любопытного командира.       После упоминания Торина о возрасте, Ян решил сопоставить две даты. День взрыва, после которого образовался объект и день, когда сформировался эмбрион Торина. Даты совпали. Торин Касаткин и объект 1NGC зародились в один день.       Ян откинулся на стул и потрясенно посмотрел на цифры. В его открытии все ещё чего-то не хватало. В этот день сформировалось множество эмбрионов — в лабораторных условиях и естественным путем. Почему же объект выбрал именно Торина Касаткина.       Ян потер виски, голова гудела — мозг работал на пределе. Стоит выключить компьютер и присоединиться к спящему Торину, но казалось он вот-вот нащупает верный ответ.       Ян вспомнил все, что знал об искусственном оплодотворении. Многие человекоподобные расы выбирали именно этот способ зачатия. Разрешалось внести незначительные изменения в генокод, касающиеся лишь цвета волос или глаз, а также улучшить слух или зрение. В эмбрион Торина также были внесены изменения.       Сердце Яна зашлось в быстром беге, мозг будто пульсировал, накачиваясь дополнительными нейронами. Странно, но он подумал о себе. Именно его, Яниса Аскара, выбрали для исследования объекта, хоть военную академию закончили не менее способные ученики его расы. А может потому, что объект снился именно ему. Но Ян был зачат на год позже образования объекта естественным путем.       «Может родители не сказали правду.» — Будто кто-то другой в пульсирующей голове выдал подозрительную догадку.       Он решительно открыл засекреченную базу данных. Его пароля-доступа оказалось достаточно для подключения. Ян нашел файл на собственное имя и спешно просмотрел информацию. Его руки дрожали, он откинулся на спинку стула, мельком посмотрел на Торина, тот спал и не подозревал о волнениях любимого.       Согласно данным, родители изменили в геноме Яна значительную деталь — чуть удлинили пальцы и подкорректировали слух. Видимо надеялись, что сын станет музыкантом.       Ян же родился на год позже взрыва. Планета Земля в то время была необитаема и Торин родился на Луне — достаточно близко к центру взрыва.       Длинные пальцы Яна стремительно набрали данные для расчета — сколько времени электромагнитные волны долетят от Земли до его родной планеты Лиры. Ян почувствовал, как от волнения под кожей закипает кровь, трансформируется в свет. Он вот-вот поймет что-то невероятное о себе.       Расчеты показали, что импульс от любого взрыва на Земле достигнет его родной планеты через один земной год. Ян потрясенно смотрел на цифры.       Он был сформирован в пробирке, как и Торин, в момент зарождения объекта 1NGC. Это казалось невероятным, но будто в момент образования объекта, частицы взрыва разлетелись по вселенной и встроились в геномы откорректированных эмбрионов. Ян знал двоих счастливчиков — Торина Касаткина и себя.       Янис устало потер глаза, полученная информация забрала силы, опустошила. Для выводов лучше иметь свежий взгляд, отдохнувшие тело и мозг. Не осталось сил даже надеть красную пижаму, и Ян лег в халате. Он быстро углубился в сон без сновидений, к большой удаче у него выходной.       Торин спал полностью расслабившись, а проснулся в прекрасном настроении, обнаружив рядом тихо посапывающего Яна. Он не стал будить любимого — тот явно лег поздно.       Торин накинул рубашку, умылся, надел очки, сделал чай, нашел пачку сухарей и сел за рабочий стол Яна.       Он и не думал смотреть, но легкое прикосновение к клавиатуре запустило работу компьютера и Торин с удивлением обнаружил беспечно оставленный Яном открытый файл.       Торин не знал языка куретов. На экране знакомые буквы даже складывались в слова, но смысл написанного уловить было невозможно. Он потянулся выключить монитор, но взглядом зацепился за два слова — Торин Касаткин.       Торин пробежал глазами текст и встретил упоминание имени еще несколько раз. Может, Ян пишет дневник или письмо кому-нибудь из родственников или друзей. Упоминание его имени, в данном случае было бы уместно. Но, зная должность Яна, дневник и письмо — полная чушь.       Торин отошел от компьютера, неспешно сделал ещё чаю, съел консервы — овсяная каша с молоком и медом. Еда немного успокоила гнусное чувство разочарования в себе и Яне.       Ян зашёл на кухню, поставил чайник, достал пачку сухарей. Он видел, что забыл выключить компьютер. Ян молчал, давая Торину возможность задать вопросы.       — Ян, зачем я тебе? — Торин растерянно смотрел на Яна.       — Сложно объяснить, сам не до конца понимаю, — признался Ян.       — Объясни, что понимаешь, — попросил Торин, смягчившись.       — Я изучаю не только объект 1NGC. С тех пор как ты появился на станции, я изучаю и тебя.       Торин поднял в удивлении бровь. Он искренне не понимал, зачем его изучать.       — Доверься мне. Я поделюсь догадками, но сначала отправлюсь на объект вместе с тобой не во сне, а наяву.       — Это безумие. Мы не знаем, как он отреагирует на представителя другой расы. Не хочу тобой рисковать.       Торин растерялся. Он хотел знать правду, но не экспериментируя на Яне.       — Утром получил приказ вышестоящего руководства — подлежит исполнению немедленно. Сегодня подготовимся к полету и …       — Я только вчера прилетел, — громко возмутился Торин. — Можно без меня?       — Без тебя мне там делать нечего. Лишь с тобой. В этом суть исследования.       Торин снял очки, потер глаза.       — Давно хотел спросить, зачем носишь очки, ведь у тебя отличное зрение, — заметил Ян.       — Чтобы попробовать, как бы я себя чувствовал, как справлялся, если бы не внесли изменения в мой геном. Поначалу было интересно, а со временем просто привык.       Ян посмотрел на длинные пальцы музыканта. Если бы он знал об изменениях в геноме, стал бы он музыкантом? Или все равно поступил бы в военную академию?       — Злишься? — спросил Ян настороженно.       Торин отрицательно покачал головой. Может вместе с Яном получится наконец-то узнать, что же такое объект 1NGC.       — Отлично, сегодня у нас выходной. Вылет завтра на моем корабле. Пополним запасы еды, остальное к полету готово.       — А мой корабль?       — Рядовые доставят.       — Полетим вдвоем? — Торин всё ещё не верил, что так скоро вернется на станцию.       — Да, что-то не устраивает? — хитро прищурился Янис.       — Все устраивает! Но прошу доставить на корабль пару мешков какао. — Торин встал, выпрямился. — Командир Торин Касаткин к полету готов! — выкрикнул он, готовый довериться Яну. — А теперь разрешите вернуться в кровать и доставить друг другу удовольствие!       — Разрешаю! — скомандовал Ян и впервые за утро добро улыбнулся.

***

      Волков и Серый переглянулись. Их довольные лица говорили за себя — они ничуть не расстроены и готовы лететь на станцию без командира.       Торин и Янис включили автопилот на корабле и на месяц забыли об объекте, о станции, о главном штабе. Они занимались любовью, глядя на черноту космоса. Они курили до тумана в голове и в центре управления. Они пили не только какао с молоком, но и виски со льдом. Хотя Торин утверждал — ему достаточно и холодного Яна.       Месяц полета прошел без мыслей о будущем, без планов и Уставов. Единственные приказы, которые исполнял Торин, исходили от Яна, когда тот превращался в надменного капитана и напоминал, кто старший по званию.       Сержант Ярый встретил командира Касаткина у корабля.       — Командир, за время вашего отсутствия происшествий зафиксировано не было. Но с генеральной уборкой не успели.       — Молодцы, а с уборкой потом разберемся, — махнул Торин. — Рядовые прилетели?       — Рядовые Серый и Волков не покидали главного штаба. Вы четких указаний не оставили. Они не знали, когда следует вернуться.       — Почему два бездельника не связались со мной на корабле? — строго спросил Торин.       — Пытались они и мы, но связь каждый раз обрывалась, — доложил сержант. — Возможно, поломка на корабле.       — Устранить! — приказал Торин и отвернулся, скрывая улыбку. — И приготовьте комнату капитану Аскару.       Сержант поклонился Янису и пошел отдавать распоряжения.       — Поломка связи твоих рук дело? — прошептал Торин.       Ян чуть заметно нахмурился.       — Есть хочу, пошли в столовую, а после покажешь станцию, — предложил он.

***

      Выход на объект назначили через пару дней. Торин возмущался, что не успел основательно подготовить Яна. Но Ян не хотел ждать.       По Уставу в команде исследователей должно быть не менее трех человек. Янис, как старший по званию, распорядился — в этот раз исследователей будет двое — он и Торин.       В неудобных костюмах Торин и Ян переступили невидимую границу и в недоумении переглянулись. Перед ними лежал белый песок, над головой чернота, а впереди знакомая капсула.       — Я сниму шлем, — нарушил тишину Торин.       Что-то внутри его требовало попробовать тягучий воздух. Молекулы воздуха наполнили легкие, проникли в кровь, распространились по клеткам и соединились с подобными частицами, тридцать лет назад встроенными в генокод Торина.       Ян ощутил тепло. Оно шло от Торина волной, больше и больше распространяясь вокруг. Внутри Яна что-то щелкнуло и невидимый механизм поднял его сознание на новый уровень.       «Банка!» — вспыхнуло у Яна в голове и он ухмыльнулся. Он наконец-то понял, что же такое объект 1NGC.       Ян снял шлем и направился к капсуле. Невидимые глазу частицы встроились в его кровь, встретились с себе подобными, объединились, закружились и связали его и пространство вокруг. Он улыбался и радостно напевал что-то себе под нос.       — Ты понял, где мы? — спросил он Торина.       — Во сне. Но как это может быть?       Дверь капсулы поплыла вверх, впуская внутрь.       — Объект 1NGC — чей-то сон, — пояснил Ян и довольно хмыкнул. Он был явно горд собой.       Торин удивлённо рассматривал знакомую мебель.       — Помнишь банку, которую вы передали в главный штаб? — спросил Ян.       — Конечно, в том полете я познакомился с тобой.       — Незадолго до твоего появления в моем сне, эта банка лежала здесь. — Ян открыл дверь шкафа. — Банка снилась мне, а потом вы нашли ее в действительности. Она больше не была образом в моей голове, а стала настоящей банкой из жести. Из этого я сделал вывод, что объект — это чей-то сон, проявленный в реальность.       — Допустим, но раньше при исследовании объекта я не видел этой капсулы. Земля была не белая и небо не такое темное, — рассуждал Торин.       — Капсула и белый песок были частью моего сна об объекте, в реальности все видели объект, как безжизненное пространство. — Ян провел рукой по белому покрывалу на кровати. Те же ощущения мягкой ткани, как и во сне. — Это кажется невероятным, но при погружении в сон, мы перемещались в это реальное пространство, хотя физически были далеко. Поэтому мы ощущали прикосновения, запахи, вкус как наяву.       — Кажется, я понял. Объект — одновременно реальность и сон. Если смотреть через сон, то увидишь одно, если в реальности, то увидишь другое.       Ян утвердительно кивнул.       — Когда ты попал в сон, то запустил объединение в нечто среднее. Сейчас я пришел в реальность и процесс завершился. Мы во сне, проявленном в реальность. Чей это сон, почему и как это произошло — я не знаю.       — Поэтому ты исследовал меня. Я, как и ты, причина объединения.       — Почему именно мы, постараюсь объяснить позже, а пока предлагаю осмотреться. Вдруг поймем что-нибудь ещё. — Ян чуть светился от возбуждения.       Защитные костюмы были не нужны. Они осмотрели капсулу, прошлись по белому песку, пытались поймать разноцветные нити и разглядеть хоть что-то в темном небе.       Пространство встретило их как части себя. Объединив два элемента — Торина и Яна, объект 1NGC проявился, закрепился в реальности и обрел жизнь.