Обнажённая натура

Виктор сам не понял, в какой момент согласился поехать с ними. Теперь он сидел на переднем сиденье и смотрел на заснеженную дорогу. За рулём был мужчина, которого Вай называла Вандером, а сама она устроилась сзади, вместе с Кейтлин. — Куда мы едем? — наконец, поинтересовался он. — В Заун. Бар «Последняя капля», — пояснила Вай. — Эээ… А зачем? — Сегодня бар закрыт для посетителей. Украшаем к Генезису, — ответил Вандер. — Собираемся своей небольшой компанией. — Ааа. Ну да. И чем же я могу помочь, интересно? — хмыкнул Виктор. — Залезть на стремянку и развесить гирлянду? Достать коробку с игрушками с чердака? А может, срубить ель? Как раз на этот случай у меня в трости припрятан топор… Кстати, где она? — Ви, никто тебя не заставляет помогать, — Вай усмехнулась. — Просто посиди с нами пару часов. Вид у тебя сейчас такой, будто тебя грузовик переехал. А трость твоя в багажнике, не волнуйся. — И до какого часа продлится это мероприятие? — спросил Виктор. — Завтра, между прочим, учёба с восьми утра. — Виктор, у меня тоже занятия, — отозвалась Кейтлин. — Я вечером уеду на такси, поедешь со мной, не переживай. — Кстати, ты когда последний раз был в Зауне, парень? — спросил Вандер. — Хоть увидишь родные улицы. Виктор и правда не был в Зауне с тех пор, как поступил в Академию. Как-то не находилось повода туда возвращаться. Город действительно изменился за эти три года, став немного чище и чуть светлее. Смог, который раньше висел над улицами плотной пеленой, поредел. Фасады домов по-прежнему выглядели ветхими, но больше не были покрыты толстым слоем сажи. Люди всё так же носили штопанные куртки, но прохожие уже не выглядели настолько измождёнными, как раньше. Над входом в аптеку мерцали пять неоновых кристаллов, символизирующих первородные руны: Точность, Доминирование, Колдовство, Храбрость и Вдохновение. К Генезису их развешивали по всему городу в память о пяти рунах, которые, согласно старым легендам, столкнулись в момент рождения Рунтерры. Такие же висели над пекарней напротив и над дверью старой мастерской, отчаянно пытаясь не погаснуть из-за повреждённых контактов. Виктор смотрел в окно, разглядывая праздничный Заун. Жители постарались, развесив между домами разномастные гирлянды из подручных материалов. Виктор не помнил, чтобы в детстве нижний город так украшали к празднику. Даже в Пилтовере многие продолжали воспринимать эту историю буквально. Некоторые всерьёз считали, что именно столкновение пяти рун породило Вселенную. Виктор всегда поражался тому, как люди категорически отвергают науку. Впрочем, находились и те, кто пытались усидеть на двух стульях одновременно и объявляли Большой Взрыв следствием столкновения рун. Вандер заметил, как Виктор внимательно смотрит в окно, и усмехнулся: — Пришлось попотеть, чтобы Пилтовер перестал сливать токсичные отходы в наши водопроводы, — сказал он, не отрывая взгляда от дороги. — Но когда Силко вернулся в дело, стало проще. Машина остановилась. Вай вышла первой, открыла дверь Виктору и подала ему трость. Он выбрался из салона и бросил взгляд на Вандера. Так вот он какой — человек, который держит Заун в своих руках. Всё это время Виктор старательно держался в стороне от политики и не имел ни малейшего понятия, как выглядит глава города. На его лице была слегка кривая, но тёплая улыбка, и морщинки у его глаз расходились лучиками. — Да, с тех пор как Силко перестал вести себя как обиженный мудак, — хмыкнула Вай, — жизнь стала почти нормальной. Даже с транспортом всё наладилось. Теперь такси спокойно гоняет через мост в любое время дня и ночи. Виктор только молча кивнул. Сколько всего произошло без него. Пока он корпел над книгами, пытаясь доказать, что достоин места в Академии, его город медленно оживал. В баре «Последняя капля» не было посетителей, но помещение наполняли голоса и заливистый смех. Кто-то развешивал гирлянды, кто-то таскал коробки, несколько человек спорили из-за ёлки в углу. Всё это больше напоминало большую семейную встречу, чем вечер в баре. — Виктор! — Экко подошёл с коробкой стеклянных игрушек в виде маленьких мипов с колокольчиками. Среди золотистых духов затесались пингвинчики в крошечных шапках и шарфиках. — Какими судьбами? Виктор только открыл рот, чтобы поздороваться, как на него с разбегу налетела Паудер. Она уже успела обнять сестру, Кейтлин и Вандера, который по-отечески чмокнул её в макушку, а теперь набросилась и на него. Увернуться Виктор не успел. — Значит, «Вай нот» снова в сборе! — радостно воскликнула Паудер, отпуская его и тут же уносясь к Экко, чтобы помочь нарядить ёлку. — Только не трогай стекло! — воскликнул Майло, возникший словно из ниоткуда. — Паудер, возьми ватных Поро, пожалуйста… «Дзынь» — послышался характерный звук, за которым последовали виноватое «Ой…» и громкий, страдальческий стон Майло. — Виктор! — окликнул кто-то сзади. Он обернулся и неожиданно увидел Скай. Она стояла с чашкой того самого традиционного какао Барда, от которого вкусно пахло шоколадом, апельсином и хвоей. Девушка смотрела на него с лёгким удивлением. — Ты же говорил, что собираешься навестить Джейса. Она выглядела слегка растерянной и даже расстроенной. — Я… Я уже был у него! — поспешно ответил он, чувствуя себя тем самым провинившимся ребёнком, которому Бард не принесёт подарков. — Просто не думал, что окажусь здесь. Зачем он вообще начал оправдываться? Он действительно был у Джейса, но отчитываться за это никому не должен. И всё же, когда Скай кивнула и снова улыбнулась, Виктор почувствовал облегчение. — А меня Паудер позвала, — сказала она. — Сказала, что это мероприятие для друзей! — И что вы все налетели на парня? Из толпы вышел худощавый темноволосый мужчина с резкими чертами лица и крючковатым носом. Он подошёл ближе, окинул Виктора быстрым взглядом и улыбнулся. — Виктор, да? Добро пожаловать в «Последнюю каплю». Проходи, хватит стоять на пороге! Он со старомодной галантностью помог Виктору снять пальто и жестом пригласил к столу. — Силко, — представился он. — Совладелец сего скромного заведения и голос разума среди всей этой вакханалии. А ты тот самый заунит, который испортил самооценку всем отличникам Пилтовера? — Эй, голос разума! — выкрикнул Вандер из-за барной стойки. — Может, сначала накормишь гостя? — Сию же секунду! — Силко манерно поклонился и скрылся за дверью. Виктор только собрался перевести дух, как на стул перед ним опустился массивный седовласый мужчина. Его лицо было знакомым — да это же тот самый механик с рисунков Экко! — А я тебя знаю! — сходу выпалил он, ткнув пальцем Виктору в лицо. — Это же ты воровал у меня детали! Виктор замер, пытаясь понять, шутит этот человек или говорит серьёзно. А потом вспомнил! «Чёрт. Чёрт возьми». Ему было лет десять, а может, меньше, когда он пытался выбраться из мастерской с футболкой, набитой шестерёнками, винтиками и гайками. Нога уже тогда давала о себе знать, поэтому двигался он медленно, но думал, что выглядит совершенно незаметно. Видимо, в тот момент ему просто позволили уйти. Виктор не был вором! Просто… у него совсем не было денег, а тяга к изобретениям не давала покоя. Из запчастей со свалки хорошие игрушки не получались. Они ломались, искрили и рассыпались. Виктор смотрел на этого человека и не мог сказать ни слова. Кажется, он больше никогда не сможет появиться в этом баре. Он уже взял трость и поднялся со стула, но мужчина вдруг громко от души расхохотался с совершенно неподдельным весельем: — А потом ты стал первым заунитом в Академии Пилтовера! Вот так поворот, а? Буду ждать от тебя великих дел, чтобы потом всем рассказывать, что сам спонсировал гениального учёного! От смеха плечи механика ходили ходуном. Виктор застыл, а потом плюхнулся обратно на стул. Мужчина хлопнул его по плечу с такой силой, что Виктор едва не разбил нос о столешницу. — Полегче, Бензо! — рядом возник Экко. — Ты же видишь, наш учёный уже готов сбежать через окно. Он уселся рядом и кивнул Виктору: — Не бери в голову. Те самые детали Вай сначала стащила в Пилтовере. Помню, ей лет четырнадцать было, пришла довольная и заявила, что ограбила каких-то Кираманнов… — Прости, что?! — Кейтлин резко выпрямила спину и уставилась на Вай так, что та невольно сделала шаг назад. — Это всё ложь и провокация! — выкрикнула Вай, глядя на Экко так, словно мысленно выбирала между убийством и тяжкими телесными повреждениями. Судя по выражению его лица, он уже осознал масштаб своей ошибки. — Так вот кто обокрал мастерскую отца! — Кейтлин резко встала, уперев руки в бока. — Энфорсеры тогда перерыли весь Пилтовер в поисках вора. — Эээ… это была гуманитарная помощь, — пробормотала Вай, отступая ещё на шаг. — Малоимущим районам Зауна! Из-за стойки материализовался Силко с подносом. — Ох, Кейтлин, — произнёс он с ленивой ухмылкой, — ну не знала же она тогда, что грабит свою будущую любовь. Зато теперь у тебя безлимитные коктейли в «Последней капле» и шикарная девушка, не так ли? — Он подал ей бокал с сиреневой жидкостью, в котором поблёскивали кусочки льда. Кейтлин вздохнула, приняла напиток и после короткой паузы даже позволила Вай обнять себя за плечи. Вай прижалась к ней, словно нашкодивший котёнок, который радуется, что его простили. Силко повернулся к Виктору и торжественно водрузил перед ним поднос. На нём возвышался внушительных размеров бургер, щедрая порция золотистого картофеля, соусница с кетчупом и высокий стакан с коктейлем, пахнущим анисом. — Котлета по фирменному рецепту Вандера, — пояснил Силко, указывая на гиганта, который в этот момент развешивал над барной стойкой серебристые фигурки крылатой Анивии. — А булочки испёк наш дорогой Клаггор. Лично. Тут он поднял голову и крикнул: — Эй, Вандер! Поправь Анивию, нельзя, чтобы символ перерождения болтался вверх ногами. Силко совершенно не походил на человека, который всерьёз верит в подобные приметы. Но как только аромат свежеиспеченной булочки достиг носа Виктора, он тут же забыл, о чём думал. Он вдруг осознал, что не ел с самого утра, потому что в водовороте всех этих событий о еде просто не помнилось. Теперь живот заурчал так громко, что Вай обернулась на этот звук. Первый укус заставил его зажмуриться от удовольствия. Теплый хлеб хрустел на зубах, нежнейшая котлета буквально таяла во рту. Какой-то необычный пикантно-сладковатый соус идеально дополнял блюдо, не перебивая остальные вкусы. Виктор не успел моргнуть глазом, как от бургера остались только смятая салфетка да жирные пятна на футболке. Картошка оказалась такой же восхитительной: хрустящей снаружи, мягкой внутри, приправленной крупной солью и какими-то травами. Она исчезла с тарелки почти мгновенно, и Виктор едва удержался от того, чтобы облизать пальцы. Силко, облокотившись на барную стойку, наблюдал за уничтожением ужина с явным удовольствием. — Ну конечно! — он усмехнулся. — Классический случай голодного студента. Эй, Клаггор! Ты там не занят? Собери-ка ещё один поднос, у нас тут пациент в критическом состоянии. Виктор взял в руки стаканчик с напитком, повертел его в руках. — Не переживай, алкоголя там нет, — хмыкнул Силко. — Хотя… — Он внимательно посмотрел на Виктора. — Нет, тебе определённо полагается что-нибудь покрепче. — О чём вы? — Виктор с трудом подавил желание отвести взгляд, ощутив внезапный прилив жара к лицу. — Да брось… — Силко наклонился ближе, понизив голос. — Вай выглядела точно так же, когда поняла, что по уши втрескалась в свою пилтоверскую принцессу. — Затем он кивнул в сторону Экко. Тот как раз подошёл к столу с закусками, но вместо еды смотрел только на Паудер. Девушка стояла на стремянке и пыталась обмотать гирляндой верхние ветви ёлки. — И этот такой же… Виктор судорожно сделал глоток. Терпкий анисовый вкус оказался неожиданно резким, но, кажется, ему действительно не мешает плеснуть в напиток шот бренди. В этот момент по залу вдруг разнёсся громкий вопль Вай: — Паудер! Осторожно! Виктор резко обернулся. Стремянка, на которой стояла Паудер, начала медленно, но неумолимо заваливаться набок. Девушка в панике размахивала руками, пытаясь хоть за что-нибудь ухватиться, но от этого лестница кренилась только сильнее. И тут случилось нечто невероятное — Экко, который секунду назад находился у противоположной стены, преодолел это расстояние так быстро, словно телепортировался. Он очутился рядом как раз в тот момент, когда Паудер полетела вниз, и в следующий миг оказалась у него на руках. На несколько мгновений в баре стало абсолютно тихо. Через пару секунд раздалось недовольное бурчание Майло: — Кто вообще пустил её вешать гирлянды?.. Экко не решался разжать руки. Паудер вцепилась в его футболку, уткнулась лицом в плечо и мелко дрожала. — Ну же, парень, — пробормотал Силко. — Не тупи… Вандер, опершийся о стойку, был белее известки. Он вцепился пальцами в дерево так, что оно заскрипело. — Дыши, старина, — Силко похлопал его по плечу. — С ней всё будет в порядке. Пока… — он кивнул в сторону Экко, — пока этот парень рядом. Наконец Экко осторожно поставил Паудер на ноги. Молча накинул на её плечи пальто и двинулся к выходу. Эй, вы! — окликнул их Силко и метнул через весь зал бутыль с виски. Экко ловко поймал её, благодарно кивнул, и они вышли на улицу. Напряжение постепенно всех отпустило. Кейтлин смогла вновь развеселить Вай, которая была в полном ужасе от случившегося. Вандер осушил стакан, который ему подал Силко, и вернулся к украшению зала. Клаггор возился на кухне — он готовил закуски, насвистывая себе под нос. Майло же пытался починить старые заводные игрушки. Когда всё обошлось, Виктор был даже рад, что Силко отвлёкся — теперь тот увлечённо беседовал с Вандером и больше не обращал на него внимания. Потому что… какое он вообще имеет право делать такие выводы спустя пятнадцать минут знакомства? Виктор вздохнул и отпил коктейль, предложенный Клаггором — на этот раз алкогольный, что было весьма кстати. Из размышлений его вырвал крик Майло: — Чёрт возьми! — рявкнул он, когда вместо мелодии из музыкальной шкатулки раздался скрежет, похожий на кошачьи вопли. Игрушечная балерина дернулась и застыла в неестественной позе. Майло сжал кулаки. Казалось, ещё секунда, и шкатулка полетит в стену. Виктор, поднялся и подошел ближе, прихватив стакан: — Дай-ка я посмотрю. Майло исподлобья посмотрел на него, но, поколебавшись, всё же протянул её. Виктор сел рядом и повертел механизм в руках. Нажал на скрытую защёлку, и задняя панель отскочила. Это было слишком просто. — Все дело в пружине, она слетела с крючка, — сказал он и пинцетом поставил её обратно. Затем вернул панель на место и повернул ключ, зазвучала переливчатая мелодия, а балерина закружилась в изящном танце. Майло взял её в руки и принялся удивлённо осматривать. — Всего-то… — пробормотал он. Затем снова поднял взгляд на Виктора: — Кстати, угадай, у кого она в последний раз была в руках? — Паудер? — предположил Виктор. — Пффф, кто же ещё! — Майло язвительно усмехнулся. — Буквально всё, к чему она прикасается, разваливается на части. Это проклятие какое-то. — Прекрати, — резко сказал Виктор. — Что? — Я говорю, ты к ней несправедлив. — Слушай, — Майло вновь начал закипать. — Ты бы понял, о чём я, если бы общался с ней почаще! Ты её вообще толком не знаешь. — А ты не знаешь, что такое предвзятость подтверждения. — Чего? — Майло скривил лицо. — Предвзятость подтверждения, — спокойно повторил Виктор. — Это когнитивное искажение, при котором человек замечает и запоминает в основном то, что подтверждает его убеждения, а всё остальное просто игнорирует. — А? Виктор едва слышно вздохнул. — Вот смотри. Однажды Паудер что-то сломала, потом ещё раз. И ты решил, что она всегда всё ломает. Теперь каждый такой случай только укрепляет тебя в этой мысли, но ты не замечаешь всего остального. Например, что именно она принесла команде несколько очков. Или что помогла Экко разработать нейротормоз. — Угу, — буркнул Майло. — Я в жизни не стану пользоваться самокатом, зная, что она его проектировала. — Знаешь что, — терпение Виктора, наконец, лопнуло. — Паудер не виновата в твоих проблемах с головой. — Чего?.. — Майло вскочил. — Такое чувство, что тебя раздражают не её ошибки, а то, что она талантливее, чем тебе хотелось бы. Майло сжал кулаки и стиснул зубы. Но тут заметил, что на него внимательно смотрит Вандер, а с другого конца зала — Вай. — Да пошёл ты! — он пнул стул и исчез в подсобке, хлопнув дверью так, что с полки слетела парочка украшений. — Опять он за своё, — Вай закатила глаза. — Виктор, умоляю, не суди по нему всю нашу компанию. Он на самом деле нормальный, просто… Слегка нервный. Я потом с ним поговорю. Виктор молча наблюдал, как балерина в шкатулке продолжает свой танец. Обычно он предпочитал не вмешиваться в чужие отношения, но сегодня почему-то не смог промолчать. Наконец, зал был полностью украшен. Огромная ель до потолка сияла разноцветными игрушками, а потёртости на них лишь придавали шарма. Под потолком мерцала гирлянда, свет отражался в крыльях серебряных Анивий, которых Вандер развесил по периметру барной стойки. Виктор оглядел всё это и вдруг понял, что хоть он и пришёл сюда случайно, вечер оказался куда приятнее, чем можно было ожидать. Может, дело было в самбуке от Клаггора, а может, в этой шумной компании, где люди без конца спорили, подкалывали друг друга, роняли ёлочные игрушки, ругались и через минуту снова смеялись вместе. Даже инцидент с Майло не выбил из колеи. Может быть, принять приглашение Кейтлин на новогоднюю вечеринку — не такая уж и плохая идея? — Виктор, — она как раз подошла к нему, — уже поздно, я вызываю такси. Поедешь со мной? Виктор моргнул. Он и не заметил, как пролетело время. — Поеду, — ответил он, поднимаясь со стула. — И этих двоих, Экко с Паудер, с собой возьмите! — громко крикнула Вай. — Где они там? Виктор на секунду растерялся. Он совсем забыл, что Паудер и Экко ночевали в общаге, чтобы утром было проще добраться до Академии. — А я помещусь? — спросила Скай. Она болтала с Клаггором, крутя в руках бокал с каким-то приготовленным им напитком. — Нас пятеро, но думаю, договоримся, — улыбнулась Кейтлин. На прощание Вандер и Силко сказали, что в «Последней капле» Виктору всегда будут рады. К собственному удивлению, ему стало немного жаль уезжать. Вместе с Кейт они вышли на улицу и нашли Экко с Паудер на заднем дворе бара. Паудер нежно обнимала его, Экко счастливо улыбался, а бутылка виски опустела наполовину. — Поехали, ребят, — позвала их Кейтлин, бросив взгляд на часы. Они двинулись к машине. Проходя мимо Вай, которая вышла их проводить, Виктор заметил, как она слегка коснулась плеча Экко и негромко, почти шёпотом, сказала: — Береги её, ладно? Остальные обитатели бара тоже вышли на улицу попрощаться. Экко поддерживал Паудер за талию: после виски ноги её не держали. Бензо пожал Экко руку. — Мы ещё увидимся до Генезиса? — спросил Клаггор. — Возможно, — Экко пожал плечами. — Может, на выходных заглянем… Экко уже сделал шаг к машине, когда Клаггор вдруг окликнул его: — И… эм… Он быстро покосился в сторону Скай, которая разговаривала с Вай и Кейтлин. — Друзей тоже приводите. *** Кейтлин сунула водителю хрустящую купюру, и его хмурый взгляд, которым он окинул компанию из пятерых, тут же сменился на вполне довольную улыбку. Виктора усадили на переднее сиденье, отодвинув кресло, чтобы он мог нормально вытянуть ногу. Скай и Кейтлин разместились сзади слева, а Экко и Паудер втиснулись справа. Паудер, кажется, слегка перебрала. Она ворочалась, хихикала и пыталась устроиться поудобнее. — Пау, пожалуйста, — взмолилась, наконец, Кейт. — Сядь нормально! Мне ключи в бедро впиваются. — Ой, прости-прости! — затараторила Паудер, — Сейчас места будет больше… Через секунду раздался вздох облегчения. Виктор не выдержал любопытства и обернулся. Паудер устроилась на коленях Экко, который выглядел слегка смущённым, но невозможно счастливым. Поймав взгляд Виктора, Паудер вдруг широко улыбнулась. — Ах да! — объявила она всем присутствующим. — Он теперь мой парень! И поцеловала его. *** Виктор захлопнул дверь общежития и рухнул на кровать лицом в подушку. Пришлось признать, что он действительно хорошо провёл время. Свежие воспоминания: смех Вай и Кейтлин, напитки Клаггора, неожиданная забота Вандера и Силко, и даже нежность между Экко и Паудер, почему-то грели его изнутри. Правда, такие социальные взаимодействия высасывали из него все силы. И не только они. Стоило подумать о Джейсе, и весь здравый смысл куда-то исчезал. Да сколько можно врать себе, что это просто усталость и стресс? «Ты мне нужен, потому что без тебя проект не движется» — Очень удобно в это верить. «Просто напарник» — ха-ха. Сто раз. Разговор с Силко стал последней каплей. Виктор сгрёб одеяло, свернулся в комок и, прижав колени к груди, тихо застонал. Он влюбился в Джейса Талиса.