Маотцучи

      Этот мир был безумен.       Суровый факт, который Маомао пришлось принять как данность. Общество Душ, как оно называлось, слишком отличалось от рассказов о загробном мире, которая девушка слышала. Самым близким было представление о горе Тайшань, но та даже не виднелась на горизонте. Впрочем, здесь находилось кое-что напоминающее гору: белый город Сейрейтей, находящийся в центре Общества Душ и возвышашвийся над остальным миром. Место, изолированное от бедности и проблем за пределами своих стен. Город для местных Богов Смерти, прозванных синигами, чья работа заключалась в защите душ от монстров и от самих себя, ведь разбойники и бандиты водились даже в посмертии.       Можно сказать, Общество Душ было продолжением первой жизни, если исключить тот факт, что многие жильцы не помнят прошлого до своей смерти, да и другие странные мелочи, которые до сих пор не покидали голову Маомао. Например, так называемые «слабые» души крайне редко испытывали голод или болели, также старели намного медленнее (стоило видеть лицо Маомао, когда ей повстречался ребенок, которому почти сто лет), да и в целом по всем признакам больше напоминали гуй или цзянши. С другой стороны, внутри них находились самые обыкновенные органы: легкие, желудок, сердце, по их венам и артериям все еще текла кровь, им все также требовался сон и они в целом продолжали вести себя как обыкновенные люди. Все они словно застряли между смертью и жизнью и Маомао теперь была одной из них.       Но это являлось самой ненормальной частью. Нет, ими являлись монстры, периодически появляющиеся в Обществе Душ с одной единственной целью — поглотить как можно больше Душ. Собственно именно от них и должны защищать синигами, но по опыту Маомао, те явно не справлялись со своей обязанностью: либо полностью игнорировали Пустого, а именно так называли местных монстров, месяцами игнорируя угрозу или же, когда те наконец придут разбираться с тварью, то и вовсе проиграют ей и будут сожраны. Маомао была свидетелем подобного дважды и оба раза ей чудом повезло уйти незамеченной.       Наконец, последняя вещь, которая крайне беспокоила Маомао об этом мире: повсеместная жестокость и отношение остальных душ к ней, так будто это была самая нормальная вещь и просто часть быта. Что там, ее первая встреча с людьми началась с того, что ее попытались ограбить и прирезать прямо посреди улицы. Чтобы почти сразу оказаться убитыми другим бродягой. Более того, её «спаситель» сам был покрыт свежими порезами. Боясь, что следующей на очереди окажется уже сама Маомао, она с испугу ляпнула про то, что является лекарем и может обработать раны. О том, чтобы попытаться убежать, даже думать нечего: с её комплекцией и выносливостью удрать от мужика, что выше ее ростом раза в два и способным разрубить человека надвое топором…       Нет, девушка свои возможности знала и шансов у неё не было никаких. К её удаче, здоровяка подобное заинтересовала и от не церкмонясь закинул её на плечо и направился куда-то вглубь деревни. Самым странным было то, что за всей этой произошедшей ситуацией наблюдали другие души и никто не шевельеулся ни помочь, ни вмешаться как-то еще: многие просто шли по своим делам, другие наблюдали со стороны, третьи наоборот, словно незаметно старались подобраться поближе, ожидая пока здоровяк уйдет, дабы забрать вещи недавно убитых бандитов первыми.       Подобное отношение к жестокости было абсолютно диким в глазах девушки, но в тоже время в некоторой степени объяснимым. Все же Руконгай это буквально трущобы и души были готовы ухватиться за любую возможность улучшить свое положение, даже если жто означало убить или ограбить кого-нибудь. В конце концов, в отдаленных районах не существовало никакого рода стражи, которая могла их остановить, если не считать местные банды за таковую. Как ни странно, группировки старались держать подобие порядка на своей территории, пускай и толкование этого слова разнилось от группы к группе.       Маомао «повезло» оказаться в рядах одной из банд и повидать, что бывает с нарушителями местных правил, как и осознать то, что такой вещи как «права человека» здесь не существует и в помине. Кто сильнее, тот и прав, вот и вся истина. К счастью самой девушки, ей не пришлось выяснять это на своей шкуре: было ли дело в том, что её лично опекал тот здоровяк, что по совместительству являлся и главой одной из банд или же тот факт, что она единственная, кто умел делать больше, чем просто перевязать порез грязной тканью.       Так или иначе, прожитой ею год в новом мире прошел относительно спокойно, насколько это вообще применить к этому миру. Ну если не считать уже упомянутых встречах с Пустыми. Особенно вторая, после которой весь район в котором она жила по сути был уничтожен монстром, а выжившие, что не успели убежать, оказались добиты комбинацией яда твари и пришедшего «на помощь» синигами. Если бы не это, Маомао наверное так и осталась там жить, по крайней мере ближайшие несколько лет: до районов хоть с каким-то подобием цивилизационного общества идти пешком несколько месяцев и дорога пролегает через такие же трущобы, в которых она уже находилась и для этого требовалось тщательно подготовиться.       Впрочем, у судьбы оказались иные планы и Маомао оказалась в Сейрейтее намного раньше, чем она ожидала. Однако, это совершенно не значило, что девушка была теперь находилась в безопасности. Скорее наоборот: Куротцучи Маюри, Капитан Двенадцатого Отряда по сути держал жизнь Маомао в своих руках. Захоти синигами и никто не сможет остановить его от препарирования девушки без обезбаливающих. К несчастью, она смогла повидать, как Маюри эксперементировал, а на деле пытал человека, некого Квинси. Хуже того, Маомао лично приготовила яд, который Куроцучи использовал на невинной душе. Искореженное от боли и застывшее в немом крике лицо жертвы порой до сих пор снились девушке в кошмарах.       Маомао устала вздохнула и откинулась на стуле. Ее собственная комната-лаборатория, по какой-то причине отданная в пользование капитаном позволяла хоть как-то мириться с собственным положением. Почему Маюри сделал это, она не понимала: опять-таки, тот просто мог держать девушку на цепи (буквально) и эксперементировать сколько ему душе угодно. — Вижу ты сегодня в хорошем настроении, — Маомао скривилась. Объект ее мыслей зашел в лабораторию с интересом разглядывая некогда пустые стеллажи, что сейчас доверху были забиты ингредиентами. Многие были ему знакомы, но некоторые же он к своему удивлению видел впервые. Впрочем, основной интерес у него вызвали стоящие на столе две склянки с фиолетовой и зеленой жидкостью, — Не просветишь ли меня, какая блестящая идея посетила твою голову в этот раз? — Ничего особенного, просто пара неудавшихся экспериментов по модифированию заброшенных формул, — как можно спокойнее ответила девушка. Помимо страха за свою жизнь, в ней бушевала еще одна эмоция, которая подобно огню каждый раз вспыхивала, стоило ей увидеть перед собой капитана, а именно: презрение. Человек перед ней не был скован моралью и нормами и никогда не задавался вопросом «стоит ли», вместо этого спрашивая «как и когда», — Фиолетовая это измененный бустер восприятия. Я просто выделила из формулы основные элементы, которые дают желаемый результат и нашла более эффективную замену. Правда эффект оказался сильнее ожидаемого и совершенно не подходит для использования по назначению.       Маомао невольно вспомнила момент, когда она опробовала получившуюся смесь на себе. Изначальная формула просто переводила организм в состояние, схожее с «бей или беги», заставляя мозг воспринимать гораздо больше информации и повышая количество адреналина в крови в несколько раз. Увы, побочные эффекты по сути ставили крест на эффективном использовании бустера: снижение критического мышления и короткая длительной действия. Скорее всего именно поэтому бустер оказался заброшен и помещен на дальние полки склада.       Маомао же, заменив несколько ингридентов смогла избавиться от побочных эффектов, а также во многом усилить эффект улучшения восприятия. В теории, бустер должен быть повысить работспособность мозга в три раза. Увы, на практике одна секунда реального времени растянулась почти на три часа. И это при условии, что Маомао разбавила усилитель водой и приняла малую дозу. Не говоря уже о том, что любые чужеродные элементы воздействовали на нее гораздо слабее по сравнению с другими душами и выводились из организма намного быстрее. Какой же эффект формула окажет на обычную душу? Маомао поежилась. — Насколько сильнее? — Маюри подобные размышления похоже не беспокоили и тот поднял фиолетовую склянку, верно определив, что именно в ней покоится усиленный бустер. — Вся информация находится здесь, — раскопав в стопке бумаг на столе нужную папку, Маомао подвинула ее поближе к капитану. Тот лишь кивнул и подошедшая из ниоткуда Нему, взяла в свои руки документы. — А вторая склянка? — Маюри убрал фиолетовую склянку в рукав своего Хаори. Он подробнее изучит ее позже. — Это… мне будет проще показать, — Маомао до сих пор не могла понять как и по какой причине у нее получился такой результат. Изначально пытаясь создать яд, который бы действовал подобно желудочному соку, а именно растворяя организм изнутри, она получила совершенно иное. Наклонившись под стол, она достала стеклянный контейнер, в котором покоилась темно-зеленая жижа. На вопросительный взгляд Маюри, девушка объяснила, — «Это» все еще живое и когда-то было крысой.       В подтверждение своих слов, Маомао открыла крышку контейнера и словно почувствовав свежий воздух, жидкость попыталась подняться по стенкам наверх. Девушка вернула крышку на место, дабы предотвратить побег и последующую головную боль в виде попыток поймать объект. Вообще, после предыдущего эксперимента с бустером, Маомао все же решила на всякий случай опробовать созданный ею яд на подопытной крысе. Видя сейчас результат, она в очередной раз убедилась в безумии этого мира, а также поклялась более не испытывать ничего на себе в первую очередь. Ей совершенно не хотелось повторить судьбу крысы, ведь никакая стойкость не смогла бы защитить ее от подобной судьбы. Наверное. Проверять Маомао точно не хотела. — Судя по тому, как оно рвалось к свободе, крыса скорее всего не утратила свой разум. Как интересно, — на лице Маюри появился оскал, — Как и всегда с тобой, ассистент Маомао. Полагаю, формула также записана? — Конечно, господин Куроцучи, — девушка устало кивнула и нашла один единственный листок. На нем буквально находилась одна лишь формула и короткая запись об эффекте. Впрочем, в данном случае и этого было более чем достаточно, — Однако, если на этом все, я хочу попросить вас предоставить мне время на отдых.       В котором девушка не сильно то и нуждалась, несмотря на то, что синяки под глазами говорили об обратном. Просто ей более не хотелось находиться в компании безумного ученого. Каждый раз при взгляде на лице Куроцучи, Маомао тайно надеялась, что тот просто напросто переоценит свои силы и очередной эксперимент на собственном теле пойдет не так. Даже если это будет означать, что ей придется вновь искать место где жить. — О, конечно. Отдых это тоже важная часть работы, — усмехнувшись проговорил Маюри, — В конце концов, мне бы явно не хотелось потерять столь интересную персону из-за столь скучной и банальной вещи как переутомление. Нему, пошли.       Стоило Маюри покинуть лабораторию Маомао, как улыбка исчезла с лица Куроцучи и выражение лица сменилось на странно задумчивое. Еще с момента их первой встречи Маюри кое-что беспокоило во взгляде девушки, а сейчас, теперь же видя на что та была способна он невольно задавался вопросом: какого монстра он приютил? Та формула «наркотика сверхчеловека» — Маюри и не раз и не два пытался усовершенствовать, каждый раз терпя крах. Он пытался превратить ее в оружие, но эффективность едва ли стоило потраченных сил. Маомао же, сделала это буквально в первые дни своего пребывания здесь. Да и тот яд, превращающий жертву в аморфную жидкость, что возможно сохраняет разум также представляла непомерный интерес.       Если девушка смогла создать столь удивительные вещи едва начав работу, что же она сможет сделать через десяток другой лет? Что будет, если же она всерьез решит взяться за создание какого-нибудь оружия массового поражения? — Ужасает. Поистине ужасает, — пробормотал капитан, — Что еще хуже, ее глаза, один в один как у него. Она словно препарирует тебя живьем, подобно лягушке на операционном столе.       От этой мысли, Маюри невольно скривился. Возможно, он совершил самую большую ошибку в своей жизни.