Звонок тьмы

Клетка для экстрасенсов Диму разбудил не крик, а тихий смешок — влажный, липкий, будто из подвала. Он метнулся на голос, но кожа запястий вспыхнула огненной болью от холодного железного ошейника, прикованного цепью к сырой каменной стене. Во сне Влад тёплой ладонью прикрывал его глаза от солнца. Здесь же свет был тусклым, мерцающим, исходил от странных биолюминесцентных грибов, плетущихся по потолку подвала. «Очнулся, ясновидец?» — голос принадлежал существу, которое лишь отдалённо напоминало человека. Его кожа шелушилась, как старая штукатурка, а пальцы были слишком длинными, костлявыми. За его спиной маячили ещё три фигуры — его братья по плоти, «нечести», как прошептал внутренний голос Димы. Они стояли, наблюдая, как в углах шевелилась тень. В соседних каменных нишах, тоже прикованные, были остальные. Олег, обычно едкий и острый, молчал, вглядываясь в пустоту с неестественным сосредоточением. Из его носа струйкой стекала алая нитка. Марьяна, психометристка, сжалась в комок, её тело дёргалось в такт невидимым ударам — она ощущала всю боль, когда-либо впитанную этими стенами. Артём, телекинетик, истерично дёргал головой, пытаясь силой мысли сорвать оковы, но металл лишь глубже впивался в плоть. «Вы — батарейки, — прошипел главный нечесть, проводя ледяным ногтем по щеке Димы. — Ваш страх, ваша боль, ваша тоска по тому, чего нет… это нектар». Существо наклонилось, и Дима увидел в его пустых глазницах отражение своего сна — Влад, улыбающийся, солнечный луч в его волосах. И тут же картинку сменило видение их всех, бьющихся в конвульсиях, пока вокруг танцуют эти тени, высасывая из них эмоции, как сок из перезрелых плодов. «Начнём с твоего светлого сна, — прошептало существо, и его дыхание пахло гниющим мёдом. — Мы его испортим». Его костлявая рука потянулась к виску Димы, обещая не боль, а нечто худшее — осквернение самого святого воспоминания. Рядом Марьяна застонала, её бедро обнажилось при движении, а взгляд одного из стражей медленно пополз по её телу, изучающе, с голодным любопытством.