Неожиданный переполох в Большом зале, или приключения Слизеринской четвёрки

      На второй день своего пребывания в будущем Гарри Джеймс Поттер, ученик пятого курса и староста Слизерина, нарвался, скажем так, на проблемы. По крайней мере, он так думал.

***

      Северус Снейп, профессор Зельеварения и декан Слизерина, размашистым шагом шёл в свой кабинет. У него сейчас был первый урок с Гриффиндором, объединённый со Слизерином. Он уже был с самого утра раздражён. Из-за похмелья. Он вчера слишком переборщил с алкоголем, а всё из-за чёртового переполоха в Большом зале. И из-за Поттера, конечно. Тот, кажется, во всех альтернативах будет таким же беспечным, вечно лезущим не в свои дела идиотом, как и его папаша.       Разговоры детей затихли, когда он вошёл в класс. Он встал около своего стола и обвёл всех тяжёлым раздражённым взглядом. Дети, в частности гриффиндорцы, сжимались и молили Мерлина, чтобы урок прошёл хорошо (в большинстве случаев это не срабатывало).       И тут взгляд Северуса уткнулся на две черноволосые мохнатые головы. Снейп щипнул себя незаметно за руку и сглотнул.       Перед ним, на третьей парте, сидели два Поттера. Один в гриффиндорской мантии, а другой в слизеринской. Они смотрели на него своими большими зелёными глазами и хлопали ресницами. Северус сглотнул. Этот... Урок будет тяжело вести. Если Поттер из другого времени окажется таким же недалёким, как и этот, то Северус не сможет удержаться и свернёт себе шею. И даже Дамблдор не сможет его остановить.       Снейп, тихо прокашлявшись, снова надел маску серьёзного профессора.       — Сегодня мы будем готовить Амортенцию, — начал он монотонным и холодным голосом. Поттер-гриффиндорец сглотнул, пытаясь вспомнить, что это за зелье такое, в то время как его слизеринский двойник стал улыбаться, потирая ручки: — Все ингредиенты вы найдёте в кладовке, рецепт есть в учебнике. За работу!

***

      Гарри-гриффиндорец с ужасом рассматривал ингредиенты для зелья. Он медленно повернул голову к своему двойнику, который наливал в котёл чистую родниковую воду. Слизеринец включил слабый огонь и принялся пока измельчать корень асфоделя.       — Ты... Хорошо разбираешься в зельях? — спросил Гарри у него. Другой Гарри, не отвлекаясь от работы, кивнул.       — Я один из лучших в зельях. Наш декан, профессор Слизнорт, говорит, что у меня есть все задатки мастера зелий, — слизеринец принялся теперь к любовному корню. Он мелко стал его нарезать, иногда поглядывая на котёл.       А тем временем Снейп ходил между рядами. Лонгботтом слишком крупно нарезал корень, а его сосед Финниган зачем-то добавил преждевременно волчьи ягоды.       — Лонгботтом, как нужно нарезать любовный корень? — не выдержал Снейп, изогнув свою тонкую изящную бровь. Ученик сглотнул и поднял испуганные глаза на профессора.       — Т-тонко...       — А вы как нарезаете?       — Толсто, — сглотнув, ответил Лонгботтом, понурив голову.       — Переделывайте свою работу и попросите бабушку купить вам очки, — язвительно фыркнул Снейп и пошёл дальше.       Гарри-слизеринец наклонился к гриффиндорской версии и, улыбнувшись ехидно, спросил:       — Он у вас всегда такой?       — Да. Не обращай внимания, — Поттер, в отличие от своего двойника, только измельчил корень асфоделя, в то время как слизеринец уже помешивал зелье, держа в другой руке флакон с лунной росой.       — Минус пять очков с Гриффиндора за разговоры на уроке, — раздался голос позади них. Поттеры взвизгнули, подскочив от неожиданности на месте, — и минус два очка со Слизерина. За разговоры тоже.       Воцарилась тишина. Драко Малфой с недоумением уставился на профессора, и из его рук выпала мешалка. Рон Уизли, поперхнувшись, чуть не упал со стула, но Гермиона вовремя поймала его за рукав и потянула на себя.       — Профессор что, с дуба рухнул? — спросила шёпотом Панси Паркинсон у Драко.       — Я... Я не знаю, Панси. Я сам в шоке, — ответил он.       Гарри из Гриффиндора тоже был удивлён. Снейп снял баллы с собственного факультета. Такое могло произойти разве что только в мечтах.       Гарри-слизеринец прикусил язык и добавил одну каплю лунной росы в котёл. Что ж, он намёк понял, больше он рыпаться не будет.       Снейп с довольной миной (выкуси, Джеймс!) пошёл дальше. У Драко было, как всегда, хорошее зелье, вот у Грейнджер, чей ум и поднятие руки на каждом уроке раздражало (выскочка мирового масштаба), зелье постепенно становилось более перламутровым и блестящим.       "Поставлю как всегда "неудовлетворительно"", — решил он про себя, и тут его нос уловил еле различимый запах ромашки. Он остановился посреди класса и стал вдыхать этот дивный аромат. Ромашки... Он и Лили частенько играли среди этих цветов летом.       Северус оглянулся, пытаясь понять, откуда исходит этот аромат. Он долго искал среди слизеринцев, но так и не смог определить источник. Ни Драко, ни Блейз, ни Панси — никто из них пока не был готов. Однако, когда он приблизился к парте, за которой сидели Поттеры, он остановился. Он с удовольствием вдыхал этот сладковатый аромат ромашки, смешанный со свежей выпечкой и с нотками старых книг. Он навис над Поттерами и стал внимательно разглядывать зелья.       У гриффиндорца оно было каким-то мутно-синим с розовым отблеском. "Полный провал", — Снейп усмехнулся и перевёл взгляд на другого Поттера.       У этого человека оно было идеальным. Во всех смыслах этого слова. Перламутровый цвет, как и положено, и три любимых запаха. Снейп отпрянул в изумлении.       — Профессор... Что-то случилось? — решил спросить слизеринец. Гарри внимательно изучал лицо своего декана. В глазах последнего мелькали самые разные эмоции, но чаще всего он испытывал тоску и счастье — мимолетное, но такое яркое и незабываемое.       — Пятьдесят... — Снейп на мгновенье закрыл глаза, поджав плотно губы. — Хотя... Нет, сто очков Слизерину, — пробормотал Снейп и отвернулся, закрыв глаза. Он так замотался своей работой и поручениями Альбуса, что забыл о Лили. О своей дорогой и любимой Лили. Хотя напоминание о ней сидело прямо перед ним — в очках, с взлохмаченными волосами. А теперь, когда это воспоминание раздвоилось... Плечи Снейпа вздрогнули, когда он подавил огромный комок в горле.       Урок закончился (к облегчению гриффиндорцев и самого Снейпа). Ученики выходили как можно скорее из душного кабинета. Флакончики с зельями стояли на подставке на учительском столе.       Том ждал Гарри около выхода из класса. Орион и Абраксас пошли занимать им места на Трансфигурации. Не сказать, что ему понравился урок, но и восхвалять декана он не хотел. Слишком профессор Снейп был... Жёстким. Да ещё и к Гарри придирался.       Когда его Гарри подошёл к нему, то Реддл поправил ему галстук, который каким-то неведомым образом всегда развязывался.       — Ты отлично справился, Гарри, — Реддл улыбнулся ему уголками губ и схватил его щёчки пухлые (Гарри каким-то образом умудрился набрать немного веса за эти пять лет учёбы в Хогвартсе. Тому, к сожалению, пока это не удалось). — Не слушай остальных, чтобы они ни говорили.       Щёки Гарри вспыхнули румянцем, и он отвёл взгляд смущённый.       — Даже... Тебя? — спросил Гарри тихо.       — Ну, возможно, — усмехнулся Реддл и переместил руку с щеки на его талию. — Идём, нас ребята уже ждут.       Поттер, улыбаясь, последовал за Томом. Они не заметили, что Снейп, сидя на своём месте, внимательно наблюдал за ними. Когда все вышли из класса, он закрыл лицо руками, не зная, как реагировать на увиденное: он увидел, как Поттер смущался, в объятиях будущего Тёмного Лорда.       «Ну, по крайней мере, ни один котёл не взорвался», — с облегчением заметил он, но, вспомнив о Поттерах, ударился головой об стол.       "А ещё мне кажется, что я скоро перестану отнимать у Гриффиндора очки из-за этих проклятых зелёных глаз, тьфу ты".