Начнём сначала

🤩#начнемсначала 🤩часть 23 Драко просыпается от того, что звонит телефон. Он смотрит в окно, понимая, что ещё ночь, стонет и шарит по тумбе, в поисках гаджета. — Алло, — сонно бормочет он, даже не глядя на экран. — Джинни, ты должна забрать меня, — слышится голос Гермионы, перекрикиваюший музыку. — Кажется, я слишком пьяна. Алло? Джинн, ты меня слышишь? — Гермиона... — Меня тащит танцевать какой-то красивый парень. Кажется он один из танцоров, — девушка хихикает в трубку, и Драко сжимает кулаки изо всех сил. — Бар "Львинное сердце". Джинн, мне точно нужна твоя помощь... Звонок обрывается, а Малфой рычит от негодования. Эта умалишённая идиотка снова куда-то влипла. Он бы и не должен ей помогать но... Но он не может. У него какая-то идиотская потребность в том, чтобы спасать эту кудрявую дурочку. *** Малфой входит в клуб, не обращая внимания на непонимающие взгляды. Соизволил ли он переодеться? Нет. Явился ли в клуб в домашних штанах и футболке? Да! Ищё раз, да! Охране насрать во что ты одет, если платишь им достаточно денег. Он осматривается и сжимает челюсть, видя Грейнджер, которая танцует на барной стойке. Естественно, одетая в свои очередные коротенькие шорты, прикрывающие...почти ничего. Он подходит ближе, тянет к ней руки и почти рычит, когда какой-то вылизанный придурок подходит к ней. Он хватает парня за руку и скидывает со стойки, не заботясь о том, что будет с парнем. — Ещё раз попробуешь прикоснуться к ней и я сломаю тебе челюсть, — шипит Малфой, когда идиот пытается подняться с пола. Он хватает Грейнджер под колени и закидывает себе на плечо. Она что-то бурчит, стуча его по спине, но Драко слишком зол, чтобы слушать её. Он выходит на улицу, бесцеремонно сажает пьяную Гермиону в свой Макларен, обходит машину, садится за руль и резко трогается с места. — Какого хрена ты делаешь, Малфой? — пьяно возмущается Гермиона. — Забираю тебя, как ты и просила, — отвечает он, не поворачивая головы, просто, чтобы не начать орать на девушку. Они же прощались у барной стойки пару часов назад и она сказала, что пойдёт домой. Какого хрена случилось? Почему она не читает дома какую-нибудь заумную книжку? — Я тебя не просила, — возражает Гермиона. — Смотри внимательнее, кому звонишь, Грейнджер. Она достает из сумочки телефон, что-то тычет на экране и тяжело вздыхает. — Я хотела позвонить Джинни, но позвонила тебе. Чëрт, ваши имена на одну букву, — бормочет Гермиона. — Ты записала меня как "Драко"? — Да, — невозмутимо отвечает Грейнджер. — Разве это не твоё имя? — Оно самое. Они едут молча минут пять. Драко отчётливо ощущает на себе взгляд карих глаз, но не смотрит в ответ. Он слишком зол. — Бесишься? — тихо спрашивает Гермиона. — Ты даже не представляешь как сильно. — Почему? Драко бьёт по тормозам. Машина останавливается посреди дороги. Он тяжело дышит, затем очень медленно поворачивается к Гермионе. — Помимо того, что я уже высказывал своё мнение о выборе твоей одежды? Помимо того, что ты хер знает где и с кем танцуешь пьяная на барной стойке? — его голос переходит на угрожающий рык. — Помимо этого, — едва дыша, отвечает Гермиона. Драко молчит, медленно выдыхает, а затем хватает её за затылок, тянет на себя и врезается своими губами в её губы. Понимает, что напрашивается на пощёчину, злой взгляд и крики, но просто отказывается снова сдерживать себя. Каждый раз, когда она бесит его, он хочет сделать именно это — заткнуть её рот поцелуем. И он устал отказывать себе в этом. Пусть заст пощёчину, врежет по яйцам, накричит. Плевать. Но не происходит ничего из того, на что он рассчитывает. Гермиона обхватывает его шею руками и отвечает на поцелуй с такой страстью, что Драко готов взорваться миллионом фейерверков. Грейнджер тёплая, поддавливая и отзывчивая. Такая сладкая. Он знает, что она просто пьяна. Понимает, что это ничего не значит. Но как же хочется, чтобы он занимал в её мыслях столько же места, сколько она занимает в его, вот уже несколько недель. Её тёплые губы с привкусом текилы сводят Драко с ума. Он сам идиот, что не сдержался, ведь не сможет забыть этот момент больше никогда. Придурок. Вот, чт нужно было делать в школе — целовать её. Грейнджер — чёртов ураган, землетрясение в девять баллов и цунами. Она прикусывает его губу и Драко не может сдержать стон. Это отрезвляет. Что он делает? — Поехали, — бормочет Гермиона ему в губы, первая разрывая поцелуй. Вжимается в сидение и смотрит в окно, заставляя Драко тяжело выдохнуть. В пульс грохочет в ушах, заглушая остальные звуки. Сердце барабанит по рёбрам с неистовой скоростью. Член стоит колом, потому что иначе и быть не может, после такого поцелуя. Малфой сжимает руль двумя руками и делает несколько глубоких вдохов. — Хорошо, — тихо говорит он и заводит мотор, продолжая движение. Будто ничего и не произошло.

***

Гермиона открывает глаза, но тут же закрывает снова, чувствуя ужасную боль где-то в области висков. Она тихо стонет, смутно вспоминая прошлую ночь. — Блять, — бормочет она, переворачиваясь на бок. — Рад знать, что ты жива, — голос Малфоя звучит как гром среди ясного неба. Гермиона открывает один глаз, замечая парня, сидящего в кресле у окна. Не у её окна, определëнно. В голове всплывают воспоминания. Его появление в клубе, его злость, его машина. И поцелуй. Тот самый, на который она ответила. Хочется провалился сквозь землю. — Не уверена, что я жива, — почти шëпотом отвечает Гермиона. — Ты же не спал в кресле? — Нет, — хмыкает Малфой. — Я спал рядом с тобой. И даже не возмущайся, Гермиона, у меня одна кровать. — Ты же не лапал меня? — Я не конченый козёл, чтобы пользоваться твоим состоянием, — он поднимается на ноги и кивает в сторону. — Аспирин и вода для тебя на тумбочке. Завтрак? Кофе? Гермиона закусывает губу, чувствуя себя полной дурой. То ли от того, что спросила про то лапал ли он её, то ли от разочарования, что Малфой оказался слишком порядочным, чтобы сделать это. Драко будто видит её насквозь. Каждую грязную мыслишку, что проскальзывает в её голове. Он фыркает и качает головой. — Если хочешь, чтобы я прикоснулся к тебе... просто попроси, Гермиона. — Ой, да иди ты... — она закатывает глаза и отворачивается. — Мой шкаф в твоём распоряжении. Бери, что хочешь, если нужно. Полотенца в ванной, — улыбается Малфой. — Так что приготовить? — Кофе будет достаточно, — сдавленно отвечает Гермиона. — Отлично. Как будешь готова, приходи на кухню. Ты тут не заблудишься, — он подмигивает и покидает комнату. *** Гермиона выходит из душа, обернувшись полотенцем, и планирует надеть на себя свою одежду, но любопытство берёт верх и она медленно бредëт к шкафу. Открывает двери и минуту просто разглядывает. На плечиках висит куча одежды. Рубашки и пиджаки, поло, джемпера, толстовки, разномастные футболки. Последние выглядят как полная противоположность отглаженным скучным рубашкам. Гермиона проводит рукой по ряду цветных тканей и останавливается на одной из чёрных футболок. Достаёт её и рассматривает с улыбкой. Эмблема группы "Металлика" ей нравится, потому она, скинув полотенце, натягивает её на себя. Футболка снова прикрывает больше, чем её вчерашние шорты и топ, и становится ясно почему Малфой предложил ей свою одежду. Она медленно бредёт в кухню через гостиную. Вдоль стены стоят полки, забитые книгами, и Гермиона не может пройти мимо — останавливается и изучает корешки. Тут куча книг об искусстве. Биографии художников и скульпторов. Это странно, потому что Гермиона не помнит, чтобы Драко этим увлекался. Хотя, она его никогда и не знала настолько, чтобы уверенно говорить, какие у него были хобби. Ну, кроме футбола. Кстати, о последнем — на одной из полок находится школьный кубок и награда лучшего игрока того сезона. И больше ничего. Странно для человека, который был звездой футбола в школе. Гермиона была уверена, что он играл и в колледже, но сейчас в этом есть большие сомнения. Она осматривает остальную комнату. Телевизор, большие колонки по сторонам от него, маленький диван, стол у окна с кучей каких-то блокнотов. На столе огромный стакан с целым букетом простых карандашей. В углу на подставке стоит чёрная гитара. — Если захочешь поиграть, знай, что её надо настраивать, — Малфой появляется в двери, ведущей на кухню, и опирается на косяк плечом. — А ты умеешь играть? — Сложно сказать умею ли, но пару мелодий сыграть могу. В колледже я общался с парнями, у которых была своя группа, они учили меня, но, кажется, это не мой инструмент, — хмыкает он. — А какой твой? — Гермиона всё же подходит к гитаре и проводит пальцем по странам. — Фортепиано. Тут я виртуоз. Играл с пяти лет, — брови Гермионы ползут вверх от удивления, а парень закатывает глаза. — Аристократы. Это просто часть воспитания. Мать хотела, чтобы я играл на скрипке, но, видимо, это тоже не моё.

***

Небольшая кухня оказывается светлой и опрятной, наверное стремление к порядку это тоже часть воспитания. Или просто его натура. Гермионе хочется выть от внезапного озарения — она не знает о Малфое почти ничего. Какие-то крупицы, которые и то могут быть лишь игрой. — Как голова? — он ставит перед Гермионой кружку с кофе. Улыбка расплывается на её лице, когда она видит рисунок дракончика на кружке и надпись "милашка" рядом. — Даже не вздумай смеяться — это моя любимая кружка. — Я и не собиралась, — Гермиона проводит пальцем по рисунку и поднимает взгляд на Драко. — Голова в порядке, спасибо. И извини. — За что? — невозмутимо спрашивает блондин. — За то что вытащила тебя из дома среди ночи и тебе пришлось тащиться черт знает куда, — её щёки начинают гореть, и она опускает взгляд. — Я не собиралась звонить тебе. — Правда? То есть ты не знала, что Уизли сегодня ночью работает? — Знала. И я правда хотела позвонить ей, но возможно, хотела позвонить и тебе. Я смутно помню, о чём вообще думала, — бормочет Гермиона. Малфой вздыхает, протягивает руку и приподнимает её лицо, касаясь подбородка. Движение до мурашек мягкое и осторожное. — Посмотри на меня, — она послушно встречается с ним взглядом. — Что случилось с твоим "я поеду домой" вчера вечером? Насколько я понимаю, ты не любитель напиваться, особенно так, чтобы танцевать на барной стойке с каким-то неизвестным мужиком. Пару секунд она хочет соврать, перевести всё в шутку, но вдруг понимает, что не хочет ему врать. После того разговора с Джинни на крыше ей хочется узнать Малфоя и позволить ему узнать себя. — Вчера был день рождения моей мамы. Был бы. Я позвонила отцу вечером, а он был на работе. Он даже не вспомнил о том, какой это день. Я не виню его, просто... Мне стало так грустно, что такое забывается, будто человека и не было, — она отводит взгляд. — В следующий раз, когда тебе захочется погрустить, не напивайся, пожалуйста. Или позови кого-то с собой, — говорит Драко и проводит костяшками пальцев по её щеке. — Например, тебя? — хмыкает Гермиона. — Например меня. Или можешь позвонить мне и наорать. Высказать какой я мудак, как сильно меня ненавидишь — что угодно, только не пьяные танцы на барной стойке, — улыбается Драко. — Я не думаю, что ты мудак. И я не ненавижу тебя. — С каких пор? Она пожимает плечами и хмурится. А правда, с каких пор? Последние недели полторы они общаются совершенно нормально. Обмениваются шуточками на работе, Драко пишет ей смс о том как движется дело с машиной. Гермиона ловит себя на мысли, что с Малфоем ей легко общаться. И, что самое странное, ей нравится с ним общаться. В памяти всплывает их поцелуй в машине. Кажется, и это с ним делать ей тоже нравится. — Я...не знаю, — она хмыкает и смотрит в серые глаза, которые словно видят её насквозь. — И кстати, насчёт мудачества, не смей больше целовать меня без разрешения. Драко пару секунд держит серьёзное лицо, а потом начинает смеяться, а Гермиона широко улыбается, качая головой. — Не заметил, чтобы ты сопротивлялась, — он берёт кружку с кофе и делает глоток. — Я даже уверен, что тебе понравилось. — Допустим, что мне понравилось, но это не значит, что ты можешь делать это, когда вздумается. — А что это значит? — он вопросительно поднимает бровь. — Это значит только то, что целоваться ты, очевидно умеешь. А я...ну, я просто хотела узнать тебя получше. Я бы, конечно, приберегла исследование твоих умений целоваться на попозже, но раз уж ты решил это продемонстрировать, — она усмехается. — Кто я такая, чтобы отказываться? Драко качает головой, не переставая улыбаться, намазывает джем на тост кладёт его в тарелку Гермионы. Это выглядит мило и заботливо. Так по-домашнему. — Если ты так хочешь узнать меня получше, просто сделай это, Гермиона. Есть вопросы — спрашивай. — Вот так просто? — Проще не бывает. — Ладно, — она делает глоток кофе, глядя на Драко с озорным блеском в глазах. — Откуда у тебя эта кружка с милашкой дракончиком? — Вот, что тебя интересует? — он фыркает, закатывая глаза. — Её мне подарила Пэнси, когда я уезжал в колледж. — Я помню, что вы встречались в школе, а как сейчас? — выпаливает Гермиона, даже не подумав. Драко смотрит ей в глаза пару секунд, будто может увидеть все её идиотские мысли и эту глупую ревность. — Мы никогда не встречались, на самом деле. — Но... — Мне любят напоминать, что все девчонки школы бегали за мной. Так вот, просто делать вид, что у меня есть девушка, гораздо проще, чем отшивать толпы поклонниц. — Отшивать? А тебе не нравилось их внимание? — Не особо, если честно. Ну, точнее не так, оно мне льстило, конечно, но правда в том, что им было наплевать, кто я. Их интересовали мои деньги, популярность и фамилия. Но не я. Гермиона хмурится, вспоминая Драко в школе. Как ни старается, не может вспомнить как именно он смотрел на всех девушек вокруг. Помнит только его извечное высокомерие. — Я думала все в футбольной команде любили цеплять девчонок, а потом хвастаться своими "победами", — она смотрит на Драко исподлобья, следя за его реакцией. — Ну, кто-то цеплял девчонок, кто-то просто рассказывал об этом, хотя ничего и не было. По какой-то причине, когда парням семнадцать, у них выключается мозг и думают они только членом. И перетрахать половину школы кажется большим достижением, даже если просто на словах. — Но не тебе? — Но не мне. Про мои "достижения" говорили все вокруг, но не я сам, — Драко пожимает плечами. — Я думал о колледже, о том как сильно хочу свалить от родителей. Мне вообще не до девчонок было. И, раз уж тебя так интересует моя половая жизнь, раскрою тебе тайну — я был девственником, когда выпускался из школы. — Нет, — Гермиона качает головой, прикрыв рукой рот. — Самый желанный парень школы ни с кем не спал? — Представь себе, — фыркает Малфой, и Гермиона хочет задать логичный вопрос, но не успевает. — Это снова вопрос воспитания. Аристократы и их причуды. Будто это круто, когда муж и жена в первую брачную ночь толком не знают что куда пихать, чтобы получить хотя бы каплю удовольствия. Гермиона начинает хохотать, явственно представляя себе эту картину. Нет, что-то красивое есть в традиции не заниматься сексом до брака, но с другой стороны, это странно. — Тебе смешно, да? — Прости, но это... — Идиотизм, я знаю, — он улыбается, но как-то грустно. — А потом я сбежал из родительского дома и... — Забил на традиции? — спрашивает Гермиона. — Я забил на них, когда сказал отцу, что не хочу в Оксфорд, как все мужчины семьи Малфой до меня. А дальше забивал на традиции всё больше и больше, — отвечает Драко так спокойно, будто это ничего не значит, но Гермиона замечает в его глазах боль. — И твоя бунтарская натура не хотела действительно переспать со всеми, с кем мог? Просто назло правилам? — Нет, я был занят другим. В конце концов, я всё наверстал в колледже. — Так значит всё же Оксфорд? — Я не учился в Оксфорде. Тут у меня всё же вышло побунтовать, — он подмигивает Гермионе. — И где же ты учился, если это не секрет? — Лондонский королевский колледж искусств, — отвечает Драко и косится на ошарашенную Гермиону. — Я мечтал о нём лет с четырнадцати. 🤩#начнемсначала 🤩часть 26.2 В её голове начинает складываться пазл. Книги об искусстве, стопки блокнотов на столе, стакан с карандашами, колледж искусств, краска на пальцах... — Ты рисуешь, да? — она хватает его за предплечье и смотрит в серые глаза. — Бинго! — отвечает Драко, улыбаясь. — С детства любил рисовать, но мой отец не считал это профессией. В детстве он просто высказывал недовольство, когда я стал старше, ругал за занятие ерундой и наказывал за то, что вместо "нужных занятий" я трачу время на мазню. — Он...бил тебя? — Гермиона говорит это шёпотом, будто Люциус Малфой может стоять за дверью и подслушивать. — Бывало, — Драко обхватывает кружку двумя руками и смотрит в окно, словно мысленно возвращаясь в те времена. — Я никогда не был свободен, Гермиона. Никогда не мог решать сам. Моя жизнь была расписана по чёткому плану. Школа, футбольная команда, колледж, будущая жена. Моё мнение не являлось важным, мои мечты и желания не имели значения. У неё перехватывает дыхание. Раненый зверь кусает сильнее. Джинни была права. Она знала. — Боже, Драко, мне так жаль... — Тебе не стоит меня жалеть. Не после того, что я устраивал тебе в школе, — он тяжело вздыхает, но улыбается. — Ты назвала меня по имени? — То, что ты был козлом, вовсе не причина не сочувствовать тебе, — она не комментирует его последнюю фразу. — Ты вёл себя мерзко и ни что это не оправдывает, но...мне правда жаль, что тебе пришлось бороться за то, что ты любишь. — Ты слишком добра. Она закатывает глаза и замечает, что их руки лежат слишком близко на кухонном столе. И ей не хочется отдëрнуть свою, как это было раньше. Она поднимает мизинец и легонько касается мизинца Драко. Он переводит на неё взгляд, мягкий, но пристальный. — Покажешь мне свои рисунки? Он опускает голову и тихо посмеивается. — Я удовлетворю твоë любопытство только если ты споëшь мне, — отвечает Малфой. — Шантаж? Как это по-малфоевски, — усмехается Гермиона. — Это не шантаж, а честный обмен. У меня и инструмент для тебя есть, — в серых глазах читается вызов и веселье. — Согласна? 🌟#начнемсначала 🌟часть 27 Драко наблюдает за тем как Гермиона настраивает гитару. Она касается каждой струны, что-то крутит. Её сосредоточенный вид вызывает у него улыбку. — Ты давно играешь? — С семи лет, — бурчит она. — Помолчи, Малфой, ты мне мешаешь. — А как же "Драко"? Грейнджер поднимает на него укоризненный взгляд, карамельные глаза светятся раздражением, но Драко это нравится. Его всегда заводило, когда она психовала и злилась. Сейчас — особенно. — Не отвлекай меня, Драко. Он хмыкает и замолкает. Наблюдает как Гермиона удобнее садиться на пуфике посреди гостиной и начинает играть. В ней есть что-то магическое. Её голос завораживает, погружая в состояние какой-то эйфории. И эта девушка невероятно красива. Её красота не броская, не вульгарная. Это что-то такое, что идёт изнутри. Драко заворожëнно слушает музыку и слова песни. Это искренне, красиво и чувственно. Её бы должен был слушать целый мир, скупать её альбомы и приходить на её концерты. Но эта маленькая, кудрявая, талантливая девчонка торчит в этом городе и работает официанткой. Глупо до безумия. Малфой достаёт смартфон и украдкой делает фото, желая запечатлеть этот момент. *** — С ума сойти, — Гермиона крутится на месте, разглядывая небольшое помещение, заполненное холстами, мольбертами и красками. Это настоящая мастерская художника. Неопрятная, но всё равно уютная. На одном из мольбертов стоит недописанная картина. — Раз уж я пела тебе, то ты должен показать мне как ты пишешь картины, — говорит Гермиона. — Сейчас? — удивляется Драко. Она кивает и садится на стул, заляпанный краской, как и всё вокруг. — Ну...ладно, — отвечает он, проводит рукой по волосам и садится перед холстом. Он медленно выдыхает, берëт со столика палитру и улыбается, обернувшись к девушке. Она мышкой сидит в уголке и её любопытство почти осязаемо. Оно словно витает в воздухе. — Так и будешь сидеть без дела? — она поднимает бровь и кивает на холст. Малфой качает головой, отворачиваясь, на пару мгновений закрывает глаза. В голове звучит её песня, в памяти вспыхивает тот единственный поцелуй в машине и улыбка Гермионы. Пожалуй, он впервые в жизни понимает творческих мужчин, которые называют женщин музами. Грейнджер не дышит, наблюдая за движениями рук Драко. Она никогда не видела вживую работу художников. Он сосредоточен, но на губах играет лëгкая улыбка. Мазки выглядят хаотично, но Малфой явно понимает, где должен быть каждый из них. В груди рождается трепет и тепло. Этот парень умудряется очаровывать её, ничего особо для этого не делая. Просто разговоры, взгляды, взмахи кистью. Гермиона поднимает телефон и открывает камеру, делая снимок. Пожалуй, это одна из лучших фотографий что есть в памяти её телефона.