Фриедтад

Арнкелл стоял на улице, лениво перекатывался с пятки на носок, что-то напевал себе под нос и покачивал кувшин с вином в такт песни. Стефано на мгновение замер, любуясь, а потом приобнял Арнкелла за талию и не спеша повел в сторону ближайшего переулка, ведущего к центральным улицам. Мимо них проходили подвыпившие матросы и рабочие. Некоторых сопровождали общие девушки. Несколько человек грузили тюки на корабль. Из «Лысого петуха» с громким хохотом вывалились, едва стоя на ногах, трое матросов, а из зала через приоткрытую дверь донесся многоголосый гомон. Если в городе в этот час жизнь постепенно засыпала, то в порту – только просыпалась. Вывески всех таверн призывно переливались разноцветными огнями. Постоянно хлопала то одна, то другая дверь. Только к Жаку почему-то никто не спешил заходить. Свернув в тихий пустой переулок, Стефано отпустил Арнкелла. Теперь они просто шли рядом, едва соприкасаясь плечами. – Объяснишь, что происходит? – спросил Арнкелл, оглянувшись и убедившись, что они здесь действительно одни. – Тебе эта таверна не показалась подозрительной? – Мне весь порт кажется подозрительным и самым неприятным местом в городе. – Соглашусь. Но почти пустая таверна с отличной едой и чистыми комнатами вызывает у меня куда больше беспокойства, чем весь остальной порт вместе взятый. Арнкелл пожал плечами. – Там дорого. У нас многие ходят туда на выступления менестрелей и потом жалуются, что спустили всю стипендию за один вечер. – Ты не ходишь? – Не. У меня есть дела поинтереснее. А почему мы свернули сюда? К тебе – в другую сторону, в университет – прямо. – Потому что мы идем в морг. Потом я провожу тебя до общежития. Нахмурившись, Арнкелл замер на полушаге и прокричал в спину: – Могу я оспорить последний пункт нашего назначения? – Нет. – Стефано продолжил идти, только чуть повысил голос, чтобы его точно услышали. – А если очень сильно попрошу? – Нет. Арнкелл обогнал его, замер, вынудив Стефано остановиться, заглянул ему в глаза и обворожительно улыбнулся: – А если очень-очень сильно и на коленях? Стефано усмехнулся, покачал головой и, приобняв за талию, вывел из переулка прямо к одноэтажному зданию с резным фасадом. Имя мастера потерялось где-то в истории, но его творение уже не одно столетие вызывало восхищение. В каждом камне на фасаде было вырезано животное или цветок. Ни одного повторения. Еще в детстве Стефано часами стоял у этого дома, изучая каждое изображение, даже не подозревая, что именно располагалось внутри. И даже спросив у матери, почему многие местные – да и приезжие – избегали этого места, все равно не испугался, продолжив приходить. Мертвые его никогда не пугали. Потому что и их тоже поднимали живые. – Нет, Арнкелл. Даже если очень-очень-очень сильно обнаженным и на кровати. – Стефано открыл тяжелую дверь и приглашающе махнул рукой. – Прошу. – Благодарю, – заторможенно ответил Арнкелл, удивленно уставившись на Стефано и не сдвинувшись с места. – Заходи, – мягко улыбнувшись, Стефано подтолкнул его в спину. Арнкелл неуверенно перешагнул порог. Внутри царил полумрак. Длинный коридор освещался неяркими светильниками, зажженными через один. – Ты меня сюда специально привел? Чтобы я испугался и сбежал в свою безопасную комнатку в общежитии? Стефано никогда не высмеивал чужие страхи, имея массу своих. Но сейчас с трудом сдержался. Для дракона, что мертвые, что живые – развеет, моргнуть не успеешь. Поэтому показалось, что Арнкелл скорее придуривался, чем всерьез опасался идти дальше. – А тебя так легко испугать? – поинтересовался Стефано, подталкивая его вперед. Каждый шаг отдавался гулким эхом. Создавалось впечатление, что они здесь одни. Арнкелл прижался к боку Стефано, нервно сжимал кулаки, но больше не останавливался. – А чтобы быть с тобой обязательно любить морги? – Бояться точно не стоит. – Ну, возможно, если бы здесь был кто-нибудь еще. – Живой или мертвый? – Стефано. – Ошеломленно выдохнул Арнкелл, обернувшись к нему. Стефано чуть сильнее сжал пальцы на его талии, успокаивая, и поборол порыв поцеловать в висок. Они еще были не в тех отношениях, когда можно проявлять чувства, находясь на службе. За закрытой дверью, без свидетелей – да, сколько угодно, но не сейчас и не здесь. Стефано толкнул одну из дверей, прошел в темный кабинет и прокричал: – Доктор Макензи! Вы здесь? – Нет здесь никого, – прошептал Арнкелл, прижавшись грудью к спине Стефано. Как будто опровергая произнесенные слова, внезапно зажегся яркий свет. Выругавшись, Арнкелл зажмурился. У Стефано были не такие чувствительные глаза, поэтому он лишь сощурился, да пару раз моргнул, привыкая. С противоположной стороны кабинета распахнулась дверь, и появился доктор Макензи. – Что случилось? – спросил он, огибая большой металлический стол и подходя ближе. – Нужно это проверить, – Стефано забрал у Арнкелла кувшин и поставил его вместе с корзиной на стол. Доктор Макензи заглянул в нее, откинув в сторону салфетку, затем наклонился к кувшину и понюхал вино, а после спокойно произнес: – На первый взгляд, ничего необычного. – На первый взгляд, идеальная еда. На второй – ни один амулет не сработал. А на третий – это и смущает, – Стефано прислонился к краю стола и скрестил руки на груди. – Таверна в порту с блюдами, достойными лучших заведений столицы. И вино из личных запасов хозяина. Исходя из того, что уже произошло в городе, это все вызывает некие опасения и подозрения. Арнкелл сосредоточенно смотрел на него, без намека на игривость или желание. На этот раз в глубине серых глаз тлело нечто такое, что пробирало до самых костей, словно он туда и пытался пробраться, забраться под кожу, да там и остаться. – В порту? – Доктор Макензи изогнул бровь, вновь заглянул в корзину, провел пальцами над каждой тарелкой и задумчиво хмыкнул. – Это уже интереснее. – Он посмотрел на Арнкелла. – А вы, юноша, что думаете об этой еде? – Да ничего, – Арнкелл пожал плечами, – еда как еда. Я бы с удовольствием поужинал. – Так, может, попробуете? – насмешливо предложил Макензи, отойдя на пару шагов. – Вам вряд ли что-то грозит. Вы же дракон? – Дракон, – ответил за Арнкелла Стефано, хотя Макензи был прав. Драконам не страшны ни яды, ни афродизиаки, ни любые другие отравляющие зелья. – Но я бы не советовал. Мы не знаем, как убили девушку. Мы не знаем, как обошли защиту города. Мы не знаем, как еще они способны навредить, не оставив следов. – Вот почему я люблю с тобой работать, – Макензи накинул салфетку на корзину. – Каждый раз подкидываешь сложные задачи. – И сейчас подкину еще одну, но лично для себя, – чуть заметно улыбнулся Стефано. – Где у вас хранится одежда убитой? Хочу еще раз посмотреть на нее. – Сейчас принесу. Было видно, что Макензи заинтригован, но без лишних вопросов удалился в соседнюю комнату и вскоре вернулся с ящиком. Поставив его на пустой стол, Макензи отошел к соседнему и приступил к исследованию еды, так больше ничего не спросив. Стефано снял крышку с ящика. Внутри лежала аккуратно сложенная одежда погибшей, а сверху – та самая шляпка. Достав ее, Стефано внимательно изучил все швы и, в конце концов, нашел точно такую же волну, как на корсете подавальщицы. И, как и там изъян располагался в незаметном месте: на нижней части тульи, а сверху закрывался шелковой лентой. Значит, Стефано не ошибся. И корсет, и шляпка дело рук одной мастерицы. Проще всего было бы прямо сейчас вернуться в таверну и допросить подавальщицу. Но внутреннее чутье, которое не раз помогало раскрывать дела, советовало обождать. Пока не давить и не показывать, что относительно нее – да и не только нее в этой таверне – есть некие подозрения. Стефано провел пальцем по «волне», отложил шляпку в сторону и достал платье. Только сейчас он отметил яркость ткани, а когда прикоснулся – ее мягкость. Даже если предположить, что девушка сама себе сшила этот наряд, где она взяла средства на такой качественный материал? Такая ткань очень дорого стоила. Не каждый смог бы позволить себе подобные траты. Но, если девушка из обеспеченной семьи, то почему ее до сих пор не искали? Девушку нашли ранним утром. Высокоблагородные, за исключением студентов, предпочитали вставать после полудня. Следовательно она должна была покинуть дом накануне и не прийти ночевать. В таком случае ее уже должны были разыскивать. А если бы появилось хоть одно заявление о пропаже, Стефано сразу же сообщили бы. Неважно, какого возраста, пола, расы и уровня магических способностей пропавший – всем королевским коронерами без промедления присылали описание и, по возможности, портрет. В этом деле одно никак не желало совпадать с другим. Стефано как будто стоял перед разрезанной на множество кусков картиной, и у него никак не получалось собрать целое изображение. – Арнкелл, будь добр, помоги, – он оглянулся через плечо. Стоя неподалеку, Арнкелл вновь с интересом наблюдал за ним. – Чем? – он подошел к столу. – Посмотри на шляпке искривленный шов, скрытый лентой, и ищи на верхней части платья такой же. Я займусь подолом. Арнкелл замер, взглянул так, словно хотел о чем-то спросить, но просто кивнул и взял шляпку. Осторожно чуть сдвинул ленту, внимательно осмотрел шов и, отложив шляпку в сторону, приступил к поиску «волны» на платье. Стефано пришлось зажечь дополнительный светильник, поскольку нитка сливалась с тканью. Тона были подобраны идеально. Очень искусная работа. И чем дальше, тем больше деталей подтверждало это. За спиной Стефано чем-то гремел, что-то бубнил себе под нос и немного ворчал доктор Макензи. Этот шум давно стал для Стефано привычным, даже каким-то успокаивающим. А вот Арнкелл то и дело раздраженно щурился, слегка качал головой и очевидно боролся с собой, сдерживая резкие слова. Но если бы произнес хоть одно, высказав недовольство, Макензи выставил бы его из своей, пусть и временной, вотчины. Может, Арнкелл это чувствовал, поэтому молчал. Может, не хотел выставить себя в плохом свете перед Стефано. Может, просто сказывалось воспитание. – Стефано, – тихо позвал Арнкелл, а когда тот посмотрел на него, продолжил, – кажется, нашел. Вот здесь, – он указал на место под мышкой. Стефано поднес платье к светильнику и увидел «волну», подтвердившую его предположение. Но кто мог это сшить? Подобными умениями отличались драконы, но это точно не их рук дело. Во-первых, во всем королевстве не было ни одного портного и ни одной швеи из драконов. Во-вторых, работу своего народа Арнкелл бы опознал сразу. Эльфы тоже шили довольно необычные наряды, но, во-первых, более воздушные и в других цветах. А, во-вторых, из людей их мало кто мог себе позволить. Оставались маги, которые запросили бы за такое платье, да еще и в паре со шляпкой, целое состояние. Корсет обошелся бы чуть дешевле, но его все равно никто не стал бы дарить подавальщице. А сама она на него и за всю жизнь не заработала бы. Что-то здесь было не так. Что-то постоянно ускользало от Стефано. Что-то такое на первый взгляд не особо важное. Но именно оно привело бы к раскрытию этого дела. Оставалось только понять, что это. – Молодец. – Отстраненно произнес Стефано, аккуратно складывая платье под внимательным взглядом Арнкелла.