Вопросы Бретонского Наследия или Холмоцентрический материализм.

К заходу солнца в трактире, что был расположен в трех днях пути к северу от Эвермора, на одной из «военных дорог», ведущих в Сиродил, стало излишне многолюдно. Война в Сиродиле, то тлеющая, как уголь, выброшенный из печи, то пылающая, как пламя, когда-то поставившее Чернотопье под власть Второй Империи, была выгодна торговцам, кабатчикам и мелким ремесленникам и потому не было ничего удивительного, что под сводами грубо сработанного дома, выложенного из камня, плохо обтесанных досок и смеси навоза, грязи и соломы, служившей «цементом» и заглушкой для больших щелей, расположился небольшой рыночный квартал. Смердело тут, правда, куда хуже: кислым пивом, мочой, дерьмом и гарью. Завывали торговцы, предлагающие купить у них амулеты на удачу, ткани, одежду, ремонтные наборы, выпивку, шлюх и припарки; сомнительные алхимики украдкой продавали под видом зелий опасные настойки и наркотические сыворотки; трактирщик и пара его помощников носились по залу, подавая на столы скромную снедь и паршивую выпивку, прося за неё так, словно это был не дорожный трактир, а гостинная зала одного из древнейших заведений Крамлорна. Гостям, впрочем, было все равно. Большинство из них были пехотными и конными старшинами и сержантами расположившихся снаружи на бивуак рот Ковенантской армии; было и несколько амиров из Хаммерфелла, а так же расположившиеся за отдельным столом, в западной части таверны, огородившись ширмами, два десятка рыцарей, судя по гербам на их сине-зеленых одеждах, из Алькаира. В восточной же части, у самого выхода, но скрывшись за пустыми ящиками расположилась местная «белая ворона»: разодетый в красно-синие одежды алинорского кроя альтмер с зачесанными и частично убранными в пучок на затылке волосами цвета саммерсетского песка и аккуратно остриженными бородкой, усами и баками. Его лицо было кислым, как и пиво, которое он пил из кружки, а глаза бегали по присутствующим с явной брезгливостью к происходящему, прикрываясь полумраком места, где он находился. Уж что-что, а инстинкт самосохранения у него был развит хорошо. Одная пьяная бретонка даже приняла его за шлюху и пыталась снять за двадцать золотых, а когда получила грубый отказ, то лишь её неспособность удержать равновесие при резких движениях спасла альтмера от удара в лицо рукой в кольчужной рукавице. Впрочем, это было самое «теплое» отношение со стороны солдатни: остальные жестами угрожали перерезать альтмеру глотку, отрезать уши или же плевали в его сторону. И хорошо ещё, что тут были командиры - толпа простых солдат, чаще всего набранных из крестьян, могла запросто растерзать его и прикопать в ближайшем овраге или вовсе оставить останки птицам на прокорм. Попытавшись отвлечься от гвалта голосов и взглядов со стороны, он достал книгу с листами бумаги в плотном кожанном переплете с металлическими уголками и набор перьев, повесив на грудь колбу с чернилами. Описание небольшого недийского комплекса, который он посетил за день до прибытия сюда, относящегося к эпохе до появления в Хай Роке Диренни требовало доработки и переноса зарисовок со стен на страницы «журнала наблюдений». — Эй! Ножеухий! - Раздался басистый голос. Подняв взгляд, альтмер уставился на бородатое лицо, что нависало перед ним. Неухоженная черная борода, с заметными подтеками от пива, широкий лоб с залысиной, убранные в хвост сальные волосы и острый запах лука и ладана выдавал в нависшем бретонце рыцаря. «На две головы ниже.» - прикинул альтмер, - «Но шире в плечах». Действительно, альтмер хоть и был высок, но не отличался атлетическим сложением, хоть и нельзя было сказать, что он слишком тонок. — Тебе тут не рады, ножеухий. - За спиной бретонца послышались одобрительные хмыканья. — Мне пересесть? - Спросил альтмер, похлопав глазами. Лучшая тактика - это прикинуться дураком. Была только одна проблема - вопрос он задал в манере вызова и каким бы неотесанным с виду не казался бретонец, будучи из высокого сословия, он не мог стерпеть оскорбление тоном. Не при прихлебателях. Рука легла на рукоять длинного меча. — Если хочешь жить - целуй рукоять меча, ублюдочная поросль. - Рыкнул бретонец, с грохотом укладывая богато украшенный меч на стол. В иной ситуации альтмер бы так и поступил. В разумных пределах он был гибок в отношении своей чести и своего достоинства. Но не сейчас. За спиной бретонца раздался хруст. Затем огромная рука легла на его голову и три раза впечатала в столешницу. Двое его прихлебателней уже валялись на полу, стеная и держась за разбитые носы, из которых обильно текла кровь. Лишенный двух передних зубов бретонский рыцарь с окровавленной бородой рухнул под стол, тихо пискнув. Ни один из сержантов и старшин не бросился на помощь. В тайне они, скорее всего, наслаждались процессом избиения высокородных. Альтмер достал белый платок, стряхнул осколки зубов со стола и вытер капли крови. — Я ТОЛЬКО ОТОШЕЛ КРУЖКУ ПОЙЛА НАЛИТЬ! - Взревел его спаситель грохочущим, раскатистым голосом, заставляя хлипкие перекрытия под потолком задрожать, усаживаясь за стол, после чего обратился уже к восьмилетней босой девице, дочери трактирщика, предельно вежливо и почтительно, словно обращался к бретонской знатной даме на турнире, — Спасибо, милая. - И забрал три кружки из её рук, оставив заместо них десяток дрейков, — Валендрилл, вот че ты им сделал? Опять чихнул в их сторону? Орк, усевшийся перед ним, был громадным: рослый, широкоплечий, с огромными ручищами, которые едва не рвали рукава дорогого камзола черного цвета данмерского кроя на нем. Волосы орка были темно-русого цвета, трехдневная щетина обрамляла подбородок, челюсть и проходила над верхней губой, а зеленые глаза ярко сверкали, выделяясь даже на фоне кожи цвета орихалка. — Я ничего не делал! — Ага, тем и привлек их внимание! Ничего не делающий альтмер - явно шпион! Особенно богато одетый и что-то карябающий в книжке! Верно я говорю? - Орк пнул лежащего под его ногами бретонца. Тот застонал. — А тож. Грыз всегда прав! Опрокинув кружку так лихо, что только альтмер успел заметить, что больше половины выпивки Грыз вылил на бретонца, орк обернулся, зыркнув на ближайший к ним стол, где сержанты играли в кости: — Э, слышь, солдатня. Тут благородные изволили вдрызг нажраться. Будет нехорошо, если ночью они испачкают себе штаны, а? Давайте ка вы их утащите к кроватям. А? Почему кровь? Попытка поставить засос полу, так и скажите остальным! Гы-гы-гы! Неоднократная, как видите! Под общий гогот бретонцы, щедро понукаемые как монетой, так и шутками Грыза, утащили стонущие тела к спальным местам. — Нас тут вообще быть не должно... - Буркнул мер, смотря за тем, как рыцарей укладывают на постель. Его брови поползли вверх, а рот немного скривился, — Бесстыдство. — Да ладно, все зарабатывают, как умеют. Тем более ей двух детей кормить надо. - Фыркнул Грыз, проследив за взглядом Валендрилла. На одной из кроватей, раздетая до кричащей наготы, белокурая старшая дочка трактирщика занималась любовью с каким-то сержантом. Впрочем, она была не одна: несколько шлюх обоих полов, кто открыто, кто за ширмами из холщевой ткани занимались тем же самым. — Так вот, если бы кое-кто не задержался в тех руинах, то мы успели бы сойти с этой дороги на более... Спокойную. — То есть виноват я?! — Да. — Я вообще-то тебе плачу! — Да. — Кто виноват?! — Камень в сапоге. — Что? — Недостаточно платишь. - Рассмеялся орк, после чего хлопнул мера по плечу. Тот, на удивление, не улетел в стену, — Да шучу я. Втяни глаза обратно, выпадут. В общем то, вряд ли кто-либо из тех, кто работал с Валендриллом, жаловался на оплату. Мер был баснословно богат. Настолько богат, что, при желании, мог бы скупить весь Хай-Рок со всеми этими корольками, их замками и армиями и на оставшеесе бы выкупил и отстроил бы Орсиниум ещё раз двадцать. Он разбрасывался деньгами направо и налево, переплачивал и совершенно не заботился о том, что его часто обводят вокруг пальца в мелких сделках. Владелец более чем сотни торговых и промышленных компаний и домов по всему Тамриэлю, за свою сознательную жизнь Валендрилл Орволемар, сын канонрива одного из районов Шиммеринского владения, управляющего тремя малыми городами и способного собрать под свой стяг тридцать четыре линейных корабля вассалов, успел побывать непутевым сыном, дезертиром с флота, главой торговых фирм, многократным банкротом, беглецом, исследователем и, наконец, гордостью рода, обросшего связями, как древний Хист корнями и ветвями. Впрочем, он до сих пор судится с семьей из-за поместья в отместку за отправку себя на флот «для перевоспитания», тратя на это суммы, которые иным показались бы безумными. Но чего не сделаешь ради мести? Но истинная страсть Валендрилла лежала в исследованиях самых различных культур Нирна. От древних аргониан до недов, от айлейдов до каймеров-велоти и двемеров. Он часто говорил, что истинная слава и бессмертие добывается не в войнах и не в делах государственных, а за писчим столом. Правда, чаще всего мер публиковался под десятками псевдонимов, что вызывало путаницу и не способствовало его «славе и бессмертию», но спасало от излишнего внимания и известности вне дворов сильных мира сего. Но едва ли он придавал значение таким мелочи. Если что, он мог выкупить все тиражи своих работ и собственноручно изменить псевдонимы на свое имя, а известность и внимание он мог с легкостью приобрести, издав свой знаменитый визг, призванный оповестить всю округу об опасности и оглушить нападающего. Противоречивый, крайне гибкий, но всегда достигающий целей, Валендрилл был одним из тех, вокруг кого вращался мир. Если успевал. — Да и вообще, радуйся! Ты оказался в самой яркой компании из возможных, друг! - Орк откинулся на спинку стула. Грыз выглядел беззаботным. Как и его имя, это было обманом. Гронд Железнорукий был предельно внимательным и его зеленые глаза, которые, казалось, скользили за юбками каждой шлюхи, за бедрами каждой бретонской или редгардской девицы в таверне, выискивали угрозы меру или ему. Среди солдатни всякое может скрываться, а Валендрилл был из тех, кто заводит врагов быстрее, чем данмер выпивает баночку скумы. — Согласен, тут гораздо лучше, чем на приеме у барона Фастена. - Без всякого сарказма произнес Валендрилл, по-новому оглядывая бретонскую солдатню, торговцев и шлюх, — Но, честно говоря, стулья тут неудобные. — Надо было забрать кресло у барона? — О да... Кстати, надо будет запомнить идею! — И кто будет носит его? — Кто-нибудь. — Самоуверено. — Введем должность переносчика кресла в лист следующей экспедиции в руины. У Гильдии Магов полно невостребованных учеников, которые достаточно сильны, чтобы таскать книги. Чем кресло хуже? — Креслом? — Два носильщика. — Это все ещё кресло. — Четыре. Орк прыснул со смеху. — О да, Валендрилл, тебе пойдет... Ещё аргонианские одежды, перьевая шапка и всякие золотые и каменные украшения. За идола, которого мы шесть месяцев назад по топи тянули, сойдешь. — Это же неплохо. — Ты помнишь, что с ним случилось? — Из него вырвался скелет в слизи, бр-р-р. — Вот-вот. — Или это была слизь в скелете? Я, кстати, ту работу так и не дописал... Надо будет вернуться в Гидео... — Встаем и выходим. — Что? — Встаем и выходим, говорю. — Но мне только начало тут нравится! Да и на улице холодно! Гронд приобнял Валендрилла и, расхохотавшись, заорал: — Ха, пьянь ушастая! Пойдем, нечего при честном народе блевать! — Я чуть не огл... — Замолчи и идем. У нас тут слишком ретивый работник ножа и кинжала показался. - Прошептал орк сквозь зубы, подмахнув кружкой какой-то редгардке, послав воздушный поцелуй в никуда и  не прекращая хохотать и причитать, вывел Валендрилла на улицу. У трактира стоял запах лошадиного пота и навоза: примерно семь десятков лошадей паслось на свободном выгуле, на лугах, прилегающих к зданию. Туда-сюда слонялись посетители и солдатня, чей постой был расположен у дороги, обозначенной широкой колеёй из под осадных поездов - огромных повозок для перевозки осадных орудий. Особенно мног народу было у трех колодцев - кто-то мылся, кто-то отпивался, кто-то стирал вещи. Мало кто обратил внимание на спотыкающегося в грязи альтмера и орка, что придерживал мера под локоть. — Плаща и кинжала, Гронд. Правильно говорить... — Хватит умничать, это нам все равно не поможет. Ну да, оговорился. Они завернули за густой кустарник, на опушке небольшой рощицы. — Сделый вид, что блюешь. — А? — Буэ. Альтмер набрал воздуха в грудь и... Начал перигрывать. Он, скорее, издавал звук не того, кто очищает свой желудок, но самой мерзкой голосистой птицы, что охрипла от брачных песен. Впрочем, этого хватило, чтобы за кустами промелькнула тень и низкорослая фигура в солдатской одежде коричневого цвета, в кирасе из полосок плотной кожи, бросилась на склонившегося альтмера. Гронд среагировал мгновенно, ориентируясь на шум расходящихся кустов и хлюпанье мокрой земли под ведущей ногой нападавшего - в бытность данмерским рабом, взращенным для бойцовых ям-арен, он умел драться, ориентируясь на слух и потому финт с уходом вправо от прямой линии не стал для него неожиданностью: деревянная кружка с грохотом врезалась в лицо нападавшего, опрокинув того на спину. К чести врага, он быстро вскочил на ноги, но пошатывался. С пояса был снят ещё один клинок: короткий меч в пару к кинжалу. — Да ладно... - Буркнул Гронд, вставая в стойку для кулачного боя, — Посылать настолько профессионального убийцу за двумя торгвцами средней руки? Чем мы так насолили твоему нанимателю, а, с’вит? — Он не понял. — Не бурчи под руку, друг. Займись лучше вторым. Ещё один убийца, ростом повыше и сложением покрепче, вышел из-за кустов, по широкой дуге огибая Гронда и его оппонента, возжигая в руке пламя. Валендрилл встал в позу поединщика, исполнив перед этим традиционную кату высшей формы приветствия в альтмерской магической дуэли. Правую руку он отвел за спину, левую выставил перед собой полусогнутую, ноги держал прямыми, отведя правую чуть назад. У него было всего несколько ударов сердца, чтобы предугадать, что использует его соперник. Огненный шар сорвался с ладони и понесся к альтмеру, опаляя начавшие желтеть лепестки на ближайших кустах. — Примитивно. - Мер волнистым движением левой руки развеял заклинание о возникший мерцающий щит, — Ещё раз! Гронд, тем временем, бросился в атаку. Ударом кружки он отвел колющий удар меча и левой рукой ударил по запястью руки, что сжимала кинжал, отведя удар от своего живота. Его тело, с виду тяжелое и грузное, было обманкой, скрывая ловкость достаточную, чтобы заставить каджитских воров усомниться в себе, а высокий рост и вес не оставляли шансов тому врагу, кто был хоть на голову ниже Гронда: врезавшись в лицо плечом, он сразу же обрушил удар ноги на руку убийцы, что сжимала кинжал - самое опасное оружие в клинче, - и с хрустом сломал её в предплечье. Раздался женский визг. Следующий удар был нанесен кружкой в лицо. И ещё один. До тех пор, пока короткий меч не выпал из пальцев. — Да ни клыка ты не профессиональный убийца! - Рычал орк, грубо срывая капюшон с головы лежащего и вглядываясь в лицо, — Клыки Малаката, да я тя знаю! — Не убивайте! - Хныча залепетала девица, чье лицо посинело от ударов, опухло в районе переносицы, лба и правой щеки. — Слышь, Валендрилл! Помнишь, нас знакомили с «очень представительной парой» на приеме у барона? Гронд обернулся. Эльф выглядел КРАЙНЕ разочарованным. Его враг бился в конвульсиях: в теле торчало по меньшей мере тринадцать крупных фрагментов магических кристаллов. — Что? Он не соблюдал дуэльный этикет альтмеров. Тем более сегодня Башня и Атронах, так что он и приветствие выполнил неправильно... — Клык, он норд. Откуда нордам знать про этикет дуэли альтмеров?! — Ну, мы заложили основу магичеких дисциплин, как таковых, ещё тогда, когда приплыли с Альдме... — Так, все, хватит. Помолчи. Узнаешь? - Орк тряхнул девицу, приподнимая её. — Нет. — Представь её лицо без синяков и опухания. — А. А-а-а-а! Леди Коарин. А этот несчастный, стало быть, сэр Альфред. Признаться, вы выглядите не так привлекательно, как в день нашей встречи. И это нападение... Варварство! Если я чем-то вам насолил - могли бы мне высказать это в лицо и бросить дуэльный вызов! Что за... Ребячество? Ах, Вторая Эра такая дикая... Вот почти шесть столетий назад, когда мой прадед... — Валендрилл. — А? — Заткнись. — Умолкаю. И снова говорю! Зачем? Спрашиваю, да... Девушка захныкала. — Мы... Мы убили барона и его слуг! Заняли их место! Две недели назад! Его брат нанял нас и с помощью вас и ваших денег он хотел поправить свои финансы, но вы... Вы отказали! И он послал нас! Гронд и Валендрилл переглянулись тяжелыми взглядами и тяжело вздохнули: — Хай-Рок... - Произнесли они одновременно. — Собственно говоря, это не наше дело. - Бросил Валендрилл и осекся, — Точно... — Да. — А вдруг... — Надо будет убедиться. Цокнув языком, Валендрилл закатил глаза: за день до того, как они с Грондом покинули руины, он  отправил в, как ему казалось, гостеприимный дом барона Фастена нанятых им работников Гильдии Бойцов и Гильдии Магов. Свою работу они сделали и их присутствие у руин больше не требовалось. Встретиться они условились как раз в замке барона. — И вы заявились сюда, когда узнали, что мы едем только вдвоем? - Гронд тряхнул девицу за кирасу. — Д...Да! — А остальные? — Не знаю! М-м-может отпустили! А м-м-может... И нет. Гильдейцы считались «неприкасаемыми», но от того любой разбойник был рад, когда они попадали в его руки: Гильдии не скупились на выкуп, а озлобленные культисты и предельцы с удовольствием заплатят вдвое больше ради кровавой мести или мрачного ритуала. Большинство тех, кто пользовался услугами Гильдий, оказавшись в подобной ситуации, не отправились бы спасать гильдейцев. Но Валендрилл был хорошим работодателем. Дело было не в совести, а в репутации и издержках. Валендрилл вообще был из тех, кто, не обладая совестью, совершал поступки, которые можно было бы назвать добрые, исходя из чистого прагматизма - спасение наемных работников вело не только к скидкам, но и готовности отправляться во все более опасные места! — В общем... Поспим в дороге? - Спросил Гронд. — Да. И это... Ну ты знаешь. Девушка даже не успела пискнуть - руки орка сломали её шею одним движением. Трупы были спрятаны в роще, - на радость местному зверью - а Валендрилл и Гронд вернулись в таверну. Их снаряжение находилось под пристальным надзором мальчишки-прислуги и тот был рад избавиться от бремени наблюдения, хоть и получил за него немыслимую сумму - тридцать дрейков. — Мы опять ввязываемся в авантюру. Может ты заплатишь этим ребятам и они возьмут для нас замок? - Гронд затягивал ремни на нагруднике. — Я альтмер. — Точно. — Может ты наймешь от моего имени? — Я орк. — А вы разве не в... — Вот потому и нет. — Сплошные предрассудки. — Не в Морровинде - и на том спасибо. —Данмерские клубы... — Они самые. Валендрил опоясался мечом и поправил кольчужную юбку. Двемерский посох опирался на его левое плечо. Свои длинные волосы он прятал под капюшон, зажимами-заколками фиксируя локоны за ушами. — Подзатяни пояс. — Да вроде бы... — Меч висит. — А, точно. Под завистливые взгляды вояк альтмер и орк, сверкая дорогими латами, покинули заведение и оседлали своих коней - породистых вайтранских першеронов. Не камлорнский дестриэ, конечно, но и не кляча безродная из стойл крестьян. — Какой у нас план? - Спросил Гронд, вскакивая в седло. В отличие от мера, он держался в нем ужасно. — Как обычно. — Без плана?! — Как. Обычно. — То есть «По ситуации»? — Мы взрослые и умные меры. Что-нибудь придумаем. — Дай угадаю... В случае чего - едем писать жалобу в Эвермор и нанимаем там небольшую армию через твои связи. — Именно! — А сразу так сделать нельзя? — Можно! Но это долго и как нам потом трясти с Гильдий различные дивиденды? — Я напоминаю, что жизнь у нас одна. — И прожить её надо с чувством собственного достоинства! — Ты три дня назад визжал из-за летучих мышей. — Я... С ними говорил. Чем громче, тем лучше они понимают. — Ага. Врожденная иноходь лошадей придавала им особой стати в седле, хотя наметанный взгляд мог заметить, что альтмер в седле спит, а его лошадь поводьями была приторочена к седлу орка. До замка барона были целая ночь и утро пути...