Дожить до рассвета

В лесу всегда было темно. Лишь костёр добавлял хоть какое-то подобие света и уюта, но он почти не грел — словно был всего лишь жалкой декорацией. Лора сидела рядом с Фенг Мин, и та терпеливо помогала ей вспоминать прошлое: — Так, ещё раз. Попробуй выстроить связи. Ты уже вспомнила свою семью, детство, это по сути самые главные воспоминания. Теперь осталось вспомнить, что было перед тем, как ты оказалась здесь, — азиатка говорила тихо, так, чтобы слова предназначались только новой знакомой. Лора задумчиво уставилась в темноту леса. Она пыталась ухватиться за хоть какую-нибудь деталь, за крохотный обрывок памяти, который объяснил бы, почему она здесь. Но сколько бы усилий она ни прилагала — всё было бесполезно. В голове зияла пустота. Сдавшись, Лора предложила сделать перекур и вернуться к воспоминаниям позже. Фенг одобрительно кивнула, достала пачку сигарет и протянула одну Лоре. Они стояли молча, выпуская в холодный воздух табачный дым. Обычно никто из выживших не стремился к общению. Близость в этом проклятом месте слишком часто выходила боком, поэтому каждый старался держать дистанцию. Но, несмотря на все опасения, за короткое время девушки успели сдружиться. Между ними возникла странная связь — будто общее горе сплело их незримой нитью. Каждая хотела помочь другой тем, чем могла. Лора опустила голову и в отчаянии вцепилась пальцами в волосы. Желание выдрать их с корнем было почти нестерпимым — хотелось забыться в боли, исчезнуть, раствориться в небытии. Или она уже в нём? Ей казалось, что она никогда не вспомнит тот самый решающий день. Мысль об этом сводила с ума. Этот ответ был нужен ей больше всего на свете — словно знание могло стать ключом к побегу отсюда. Пусть даже домой, не в самое счастливое место, но лишь бы не этот чужой ей мир. Неизвестность её пугала куда больше, чем знакомые кошмары. Из мыслей Лору вырвала резкая, мучительная боль. Глухой стон сорвался с её губ. Отвратительное ощущение расползалось по телу, отдаваясь в голове, и с каждой секундой этой боли, туман вокруг становился гуще. Фенг посмотрела на неё — по её лицу было ясно, что она испытывает то же самое. Почти шёпотом она сказала: — Сейчас будет страшно. Но у тебя всё получится, я помогу, чем смогу, прислушивайся к ощущениям, если почувствуешь опасность — прячься или беги. Хорошо? От этих слов глаза Лоры расширились от ужаса. Она не понимала, что происходит. Никто не объяснял ей правил этих странных игрищ Сущности. Почему именно она? Этот вопрос гулом отдавался в голове, заглушая всё остальное. А мир перед ней потихоньку исчезал из под ног… *** Фрэнк сидел, опершись спиной о кирпичную стену магазина. Рядом с ним была Джули — мирно спящая у него на плече. Картинка вокруг не менялась: всё тот же магазин, туман и лес. Моррисон внимательно анализировал этот мир, стараясь зафиксировать любые, даже самые незначительные изменения. Он уже давно подметил, что здесь отсутствует ощущение усталости и голода, будто само время застыло. Сон, еда и прочие человеческие потребности не имели значения. Из этого он делал простой вывод: либо блондинка на его плече притворяется спящей, либо просто пытается так убить время. В любом случае ему было плевать. Сейчас её присутствие раздражало сильнее, чем когда-либо. Голова Фрэнка буквально трещала от агрессии — впервые за всю его жизнь её было так много, что она казалась избыточной. Да, он никогда не был добрым, но и безумным психом с неконтролируемой яростью он себя не считал. Желание спихнуть девичью голову со своего плеча было почти нестерпимым. Не раздумывая долго, Фрэнк уже собирался подняться и уйти от Джули, как вдруг, как и в прошлый раз, из ниоткуда появилось существо, с которым они познакомились вчера. Моррисон сразу понял: если оно здесь, значит их что-то ждет: какое-нибудь задание или новые наставления касательного этого мира. Некий приблизился к Фрэнку, и тот встал, чтобы поравняться с тёмной силой, тем самым потревожив Джули. Голова девушки ударилась о кирпичную стену, и та рефлекторно схватилась за ушиб. Осмотревшись, она заметила Некого — в груди тут же сжался страх. Голубые глаза расширились, став похожими на круглые монеты. Существо внушало ей первобытный ужас, и сейчас Джули напоминала больше подбитого кролика, заметившего хищника, нежели участницу опасной группировки. — Джули, оставь нас с Фрэнком наедине, — прогремел могильный голос, от которого по телу побежали мурашки. Не смея ослушаться, Джули в последний раз бросила взгляд на своего парня и поспешно ушла к остальным членам Легиона. — Что от меня требуется? — холодно спросил Фрэнк, скрестив руки на груди. В нём не было страха. Он уже понял: это «нечто» помогает. Оно даёт указания, объясняет, направляет — но не убивает. — Ты очень смышлёный. Нравишься мне куда больше, чем твои друзья, — басистый, нечеловеческий голос попытался рассмеяться, но получилось скорее жутко, чем дружелюбно. — Не думал действовать в одиночку, без них? — вопрос не заключал в себе смысла в ответе, и Некий продолжил, — Ты отправишься на свой первый «матч». Задача простая: никто не должен сбежать, но и сразу умирать никому нельзя. Принеси Ей эмоции. Остальное поймешь сам по ходу дела. Некий смотрел на Фрэнка, оценивая, всё ли тот понял. — И куда мне идти? — спросил Моррисон без лишних эмоций. Он никогда не задавал лишних вопросов — это было не в его стиле. Он действовал так же, как и всю жизнь: быстро вникал в происходящее и выживал. Словно уличный кот, он доверял лишь инстинктам. Его главные задачи были просты — остаться сытым и дышать, а всё остальное решалось по ситуации. И пусть ему не нравилось выполнять чужие приказы, сейчас он находился в уязвимом положении, так что, пока ему позволяли жить, он был готов делать то, что скажут. — Идти никуда не нужно. Не сопротивляйся. После этих слов туман начал стремительно сгущаться. Острая боль пронзила сознание Фрэнка, а глаза накрыла мутная пелена. Не сопротивляясь происходящему, Моррисон поддался — и мир вокруг исчез. *** Открыв глаза, Фрэнк оказался в непривычной ему местности. Поправив на лице маску, он опустил ладонь ниже на пояс, проверяя наличие ножа. Убедившись, что оружие на месте, парень принялся разглядывать местность: заброшенная свалка, горы металлолома, старые шины и ржавые машины — всё, что когда-то имело ценность, теперь превратилось в хлам. Людей здесь будет легко найти. Всё как на ладони. По периметру Фрэнк заметил крюки, на которых, судя по всему, следовало подвешивать выживших, чтобы они не умирали сразу. Его мысли прервал звук взрыва, и Моррисон рефлекторно бросился в сторону источника, желания расправиться с задачей как можно скорее. Сжимая нож, он рванул так, будто был олимпийским спринтером. Холодный воздух колол кожу, дыхание сбивалось, но ярость и безумие полностью поглотили разум. Он ощущал себя машиной для убийств, и когда заметил первую жертву, это чувство лишь усилилось. Фрэнк увидел парня, тот, заметив убийцу начал инстинктивно убегать, моментами оглядываясь и проверяя, насколько сильно он разорвал расстояние. Но попытки убежать были тщетны, меньше чем за минуту, Убийца догнал его и жертва уже лежала на холодной сырой земле. Над парнем возвышался Фрэнк, под маской которого растягивалась безумная улыбка. Без труда Моррисон закинул выжившего на плечо и понес к ближайшему крюку, обессиленное и измученное тело всячески пыталось вырваться, но это было бесполезно, и закинув пойманного на крюк, смазливое лицо жертвы тут же превратилось в страшную гримасу от боли и ужаса. Повесив первую добычу, Фрэнка тут же охватила безумная мотивация и упорство — ему понравилось. Он никогда не чувствовал свою власть настолько сильно, всё тело наполнила внутренняя сила и желание большего. И уже с новой силой и рвением маньяк ринулся по генераторам, проверять и причинять боль любому, кто попытается уйти от неизбежного. Жертва за жертвой, на крюк за крюком. Выжившие смогли починить лишь один генератор, Фрэнк смеялся, наслаждаясь своим преимуществом, наверное, увидев его таким, весь Легион решили бы что он сошел с ума. Ну и что? — думал Фрэнк. Пускай думают что хотят. Может он и сошёл с ума, может ему это нравится? Он силён, его боятся, его признали. У него наконец-то есть своё место. Настоящая власть. И тут для этих людей он король и бог, которого боятся. Он может заставить их делать все что угодно, их жизнь в его руках. Это ли не счастье для забитого жизнью парня, который так отчаянно пытался найти свое место?

***

Лора шла рядом с Фенг — убийца её ещё ни разу не обнаружил, в отличие от азиатки, которая уже успела повисеть на крюке целых два раза, спасая других. Девушка действовала по принципу прятаться, а не бежать. Единственное что, она старательно помогала подруге чинить генераторы. Фенг, в свою очередь, всячески оберегала Лору, не позволяя ей подходить к крюкам, беря опасность на себя. Опытная и уверенная, она знала, как действовать в этих смертельных состязаниях за жизнь. Вскоре удалось починить второй генератор, и победа стала ощутимо ближе. Но кто-то снова висел на крюке и Фенг повернулась к Лоре: — Квентин начал чинить генератор, так что спасать пойду я, спрячься в кустах, — она указала на заросли рядом с поломанной красной машиной. — Я сниму Дэвида и вернусь к тебе как можно скорее, хорошо? Лазурные глаза наполнились страхом, но брюнетка кивнула. Сердце сжималось от собственной беспомощности. Ей не хотелось помогать и вносить вклад, хотелось быть просто зрителем, но страх смерти заставлял чинить непослушную технику и слушаться указаний подруги. Оставаясь в привычной тактике, она тихо, словно прячущаяся от кошки мышь, уселась в кустах и ждала. Минуты тянулись как часы. Вдруг сердце Лоры забилось так сильно, что казалось, вот-вот выскочит из груди. И неожиданно кто-то схватил её. Хрупкое плечо ощутило тяжесть ладони — явно не лёгкой руки подруги. Сердце забилось ещё сильнее — Прячешься? Бедненькая — басистый, тяжёлый голос, глумясь разрезал туман, заставляя сердце Лоры ёкнуть. Она дернулась и подняла взгляд. Перед ней стоял убийца, скрывающий лицо — маска потрепана, с царапинами и трещинами, будто пережила не один кошмар. Но что-то в этой маске заставило её замереть. Внутри что-то щёлкнуло: не страх, а нечто большее, непостижимое. Силуэт был ей знаком. Она знала этого парня. Тело предательски подкашивалось, и Лора упала на спину. Локти спасли от полного падения, но земля холодила спину, сжимая каждую мышцу. Маньяк стоял над ней, разглядывая словно добычу. Она в свою очередь изучала его. Время растянулось, и туман вокруг словно стал ещё гуще, почти осязаемым. Фрэнк рассматривал её черты: бледную кожу, острый подбородок, выразительные скулы, растрёпанные чёрные волосы, небесные глаза за очками. Он знал её, но где — не мог вспомнить. И, судя по взгляду девушки, она знала его тоже. Это чувство связи с прошлым удерживало его, не позволяя поступить с Лорой, как с другими жертвами. Где-то в подсознании она была недостающей деталью чего-то важного. И вот, он только радовался, что нашёл своё место в этом мире, но ударившее в голову знакомое лицо, вернуло его к суровой реальности, напомнило о том, что он всё ещё в ловушке Сущности. Ему не важно было, что она лежит перед ним на земле и он может в один миг её растоптать, это ничего не стоит для него, но хочется ли ему этого? Нет, однозначно. Почему? Просто он её узнал — и это значило, что выход из этого кошмара не так далёк, как казалось. Надежда слегка проясняла затуманенный разум. Фрэнк снял маску. Присел на корточки, приблизившись к ней, чтобы сократить дистанцию. Лишая любых попыток неповиновения, он грубо схватил волосы, заставляя Лору поднять чистые, голубые глаза на его тёмные, злые. Его лицо — бледное, с резкими чертами, по-юношески привлекательное, но всё равно с каждой секундой внушающее страх, черные волосы падали на нахмуренный и напряжённый лоб. Он не отрывал от неё взгляда. С щеки Лоры предательски скатилась слеза — прозрачная, как крошечное стеклышко, но лицо не дрогнуло. Она не хотела показывать страх, показаться слабой. — Не хнычь. Прячься и ничего не чини, — голос резал, заставляя зубы сжиматься. — Порешаю с твоими дружками и вернусь. Что это значит? Она молчала. Предать команду — не вариант. Как бы ей не было все равно на других людей, становиться крысой не хотелось, это слишком. Моррисон заметил молчание и сильнее сжал волосы, заставляя согласиться. Лора знала: это только видимость. Настоящей подчинённости нет. Она кивнула, но обещание было иллюзией. Как только он растворился в тумане, девушка медленно поднялась и отряхнула грязь. Сердце всё ещё стучало бешено, а дыхание резало грудь. Тень ушла, но ужас не покинул её. Она шла искать Фенг, надеясь, что команда грамотно воспользовалась отсутствием её и маньяка. В сердце закрался страх: почему Мин не вернулась? Где она? Осторожно пробираясь по свалке, Лора всё‑таки нашла подругу. Фенг посмотрела на неё и вопросительно выгнула бровь: — Я видела издалека как вы разговаривали. Что это было? Тон звучал почти обиженно — с примесью подозрения. По телу Лоры прошёл неприятный холод. Одна лишь мысль о том, что её могли заподозрить в предательстве, вызывала тошноту. Не заметив сама, как сорвалась, она ответила резче, чем хотела: — Ты меня в чём-то подозреваешь? Голубые глаза блеснули злым огоньком, сузились, как у хищника. Такого Фенг о ней мнения? А может, правда стоило забиться в угол с такой командой и радоваться милости безумного маньяка, который решил её пощадить? Мысли были мерзкими, но навязчивыми. — Агх… я не это имела в виду, — поспешно сказала Фенг. — Боже, сейчас не время. Пойдём чинить генератор. Осталось всего два. Квентин почти дочинил один из них, надо найти его и помочь. По ней было видно: ей стыдно. Неважно, что произошло между Лорой и убийцей — главное, что подруга жива. Долго блуждая, найти парня не удалось, в отличии от его генератора. Они сели за починку, и всё шло спокойно ровно до тех пор, пока свалку не прорезал крик Квентина. Его третий повес. Он умер. Лора посмотрела на Фенг, но та лишь взглядом велела продолжать. — Он умер только здесь, — тихо сказала Мин. — В реальности он всё ещё жив. Не зацикливайся. Лора кивнула, хотя внутри всё сжималось. Генератор был почти готов, когда раздался ещё один крик. Теперь они остались вдвоём. — Я переживаю — выдохнула Лора. — А если мы не сможем? Голубые глаза заблестели, и она вдруг поймала себя на мысли, что в этом мире стала другой: слишком эмоциональной, слишком уязвимой, пугающе живой. Раньше она такой не была. Здесь же чувства переливались через край. — Сможем, — уверенно ответила Фенг. — Сейчас главное найти последний генератор. Но лучше идти разными путями. Так больше шансов. Лора кивнула, и они разошлись. Генератор нашёлся быстро. Сердце колотилось, но девушка все равно села за починку, не оглядываясь и не думая ни о чём, кроме одного — успеть. Пальцы соединяли провода, техника послушно оживала. Сердце вдруг сорвалось в бешеный ритм. Она не успела обернуться — её грубо содрали с места. — Отпусти меня! — закричала Лора, колотя Фрэнка кулаками и ногами, отчаянно пытаясь вырваться. — Я тебе чётко сказал: не чини ничего и прячься, — его голос был холодным, раздражённым. — Может, если повисишь, одумаешься. Что скажешь? Заодно и подружку твою добью. Лора замерла. Страх сковал тело. Где-то глубоко она понимала: виновата сама. Нужно было довериться ощущениям, не лезть в горячую зону. Но Фенг… Фенг ни в чём не виновата. Она обязательно придёт спасать. И поплатиться за это жизнью. Из-за неё. И тогда они умрут обе. Взгляд упал на крюк. Сердце болезненно сжалось, Лора проглотила слюну, которая комом прошлась по горлу, тело стало словно деревянным, готовясь к боли. Когда остриё вошло в плоть, разрезая её, крик проглотил туман, заполонив всё вокруг — дикий, надрывный, нечеловеческий. Услышав, что подруга в беде, Фенг, не раздумывая, сорвалась с места, бросив починку. Она знала как это больно, поэтому ни секунды не мешкалась, желая спасти союзницу. Им нужно выбраться. Победа была так близко. Сорвав Лору с крюка, Мин тут же взглянула на неё: та держалась за изувеченный живот, кровь не останавливалась. Фенг уже потянулась, чтобы перевязать рану, но услышала всего одно слово: — Беги. Голубые глаза Лоры наполненные слезами, посмотрели на Мин снизу вверх, фигура была сгорбленной от боли, а трясущиеся бледные руки продолжали придерживать ранение. Не теряя ни секунды, азиатка рванула прочь, уворачиваясь от монстра. А Лора, несмотря на боль, развернулась в сторону последнего проклятого генератора. Кашляя кровью и зажимая глубокую рану, она шла, молясь лишь об одном — чтобы Фенг смогла продержаться в погоне как можно дольше. Но она не успела дойти, как крик подруги эхом прокатился по свалке, разрывая воздух. В голове стало пусто. Только звон в ушах напоминал, что она ещё жива. А Фенг Мин — нет. Они проиграли. Не смогли. Теперь он придёт за ней. Лора застыла, словно вросла в землю, наблюдая, как высокая мужская фигура медленно приближается — он весь в крови, в крови её команды. С каждым шагом дыхание сбивалось, сердце проваливалось куда-то вниз, в пятки. Когда между ними остались считаные сантиметры, он неожиданно заговорил: — Откуда ты меня знаешь? Голос был пугающе спокойным. Обыденным. Будто он не убил её подругу пару минут назад. Будто не отобрал последний шанс на спасение. — Я не понимаю, о чём т.. — Она не успела договорить. Грубые пальцы сомкнулись на бледном горле, приподнимая её над землёй. — Если хочешь жить, я спрашиваю ещё раз, — голос сорвался в животный рык. — Откуда ты меня знаешь? Я тебя видел. Я тебя знаю. Знаю тебя! Кто ты?! Он выглядел ополоумевшим, повторяя вопрос снова и снова. Это поведение больше напоминало напуганного мальчика, который не понимает что ему делать и что происходит, нежели убийцу пришедшего её убить, а дешёвая пластиковая маска, залитая кровью, делала эту картину еще более пугающей и безумной. Лора не дёргалась. Не кричала. Внутри она вернулась в знакомое, давно забытое состояние — холодное, пустое, безэмоциональное. Она и так умрёт. Бояться больше нечего. Хриплым, сдавленным от удушья голосом она начала говорить. Фрэнк осознал, что всё ещё сжимает её хрупкую шею, и отпустил. Затем снял маску, открывая бледное, красивое и одновременно пугающее лицо. — Я не помню, откуда знаю тебя, — выдохнула Лора откашлявшись. — Ты показался мне знакомым. Когда я оказалась здесь, я потеряла часть памяти. Мне нечем тебе помочь. Она рефлекторно зажмурилась, ожидая последнего — добивающего удара ножом, но его не последовало. — Чё глаза жмуришь? — раздражённо бросил Фрэнк. — Дочинивай и беги. В отличие от тебя, я слово держу. Он смотрел на неё равнодушно, сунув руки в карманы. Лора онемела. Он отпускает? Вот так просто? Точно псих, — мелькнуло в голове. — Мне ещё раз повторить? Или ждёшь, пока я передумаю? — Моррисон уже закипал, сверля её взглядом. — Мне не обязательно чинить, — быстро сказала Лора. — Моя подруга говорила, когда остаётся один выживший, открывается люк. Мы можем его найти и не тратить время. — Тогда пойдём. Лицо Фрэнка не изменилось. Он больно схватил её за предплечье, не давая возможности отставать, и повёл искать выход. Они нашли люк не сразу: Лора несколько раз просила остановиться — её сгибало от кашля, губы пачкала кровь, а тело ныло так, будто каждый шаг был последним. Фрэнк молчал, лишь терпеливо ждал, позволяя ей перевести дыхание. Когда люк наконец показался в тумане, Лора остановилась. Вот он. Долгожданный выход. Они стояли друг напротив друга — слишком близко для врагов и слишком далеко для союзников. Лора не торопилась прыгать. Словно понимала: стоит уйти — и что-то связывающее её с реальностью оборвётся окончательно. Он был той самой ниточкой с настоящим миром, и неважно кем он в нём был. Она его знала и без разницы при каких обстоятельствах: хороших или плохих, сейчас они в одной тарелке. Молчание давило. В голове все ещё было слишком много: смерть Фенг, крики, кровь, несбывшаяся победа, потерянная надежда уйти всей командой. — Как тебя зовут? — спросил он наконец, разрывая тишину. Вопрос был настолько неуместным, что на секунду Лора забыла, кто перед ней. Не убийца. Не монстр, а просто вполне симпатичный парень с уставшими глазами, застрявший в аду точно так же, как и она. Она даже почти улыбнулась — криво, болезненно. Но тут же опомнилась, стирая улыбку, вспомнив кто перед ней стоит. — Лора Уитман, — тихо сказала она, словно это имя и фамилия ему что-то даст. Она протянула руку — жест такой же нелепый, как и вопрос убийцы, слишком человеческий для происходящего, отчаянный. То что происходило между ними сейчас, не было гарантом доверия, скорее возможность скрепить факт негласного понимания между друг другом. И из желания хоть как-то зафиксировать реальность, он пожал её ладонь в ответ. Их руки сплелись в рукопожатии: её бледная в копоти и грязи и его, крепкая и кровавая. — Фрэнк Моррисон. Её рука была ледяной. Он подметил это и нахмурился. — Нам надо сбежать отсюда, Лора — Имя было новым, подумал про себя Фрэнк, смакуя каждую букву. Его он точно не помнил или даже не знал. Слова прозвучали просто. Слишком просто для того, кто перебил всех её товарищей. Слишком спокойно для мира, в котором выхода не существует. Лора смотрела на него и чувствовала, как внутри неё ломается что-то важное. Он говорил о побеге, так просто, почти по детски наивно, но она знала: он не может уйти из мира сущности, также как и она. — Ты же понимаешь… — прошептала она. — Я выйду в люк. А ты останешься. Он не ответил. Потому что знал это. Нелепые надежды, услышать желаемое, он и вправду как ребенок, — Не озвучивая мысли вслух сказал парень сам себе. В свою очередь Лора хотела спросить, почему он её пощадил. Почему не убил. Почему это чувство что они знакомы, оказалось для парня сильнее приказа Сущности. Хотела спросить, кем они были друг другу раньше. Хотела сказать, что они ещё встретятся. В этом не было какой-то романтики или симпатии между ними, просто было приятно знать что они друг друга понимают, как никто другой. Это делало их ближе, чем других людей в этом мире. Это и подписало их скрытый союз. Но времени не было. Лора сделала шаг назад, к люку. — Спасибо — выдохнула она, сама не зная, за что именно. Она не попрощалась. Потому что прощания — дало бы обещание новой встречи. А обещания в этом месте почти всегда ложь. Больше давать иллюзий не хотелось. Лора шагнула в люк. Фрэнк остался стоять в тумане, слушая, как крышка захлопывается. Надежда ушла вместе с ней. А он все также стоял в угрюмом тумане, надеясь, что его встреча с напарницей по несчастью не стала последней.