Изменишься ли ты?

— Изуку, ты опоздаешь в школу!       Из детской выскочил не высокий беловолосый мальчишка, с яркими, как летняя листва глазами и такой же улыбкой. Ребёнок подхватил с пола яркий рюкзак Всемогущего и накинул на свои худые плечики, поправляя чёрную школьную форму и пробегая на кухню, мимо зеркала. — Мам, ты же знаешь, мне лучше не приходить слишком рано. — Голос мальчика был звонким и ярким, как и он сам.       Женщина нежно потрепала мальчика по щеке и поцеловала в лобик. Она очень любила своего единственного сына. Как бы ей не было грустно и больно от того, что тот родился совершенно обычным человеком без причуды, но каждая улыбка её маленького беловолосого ангела, была величайшей наградой для её любящего сердца. — Всё равно, милый, опаздывать не нужно. — Хорошо. — Мальчик кивнул и крепко обнял маму, убегая в прихожую — Я пошёл. Люблю тебя! — И я тебя, Изуку!       Мальчик выбежал из дома и побежал в школу. Изуку Мидория, 14 лет от роду. Рождённый в тот самый день и час, когда пал величайший злодей в истории. Изуку Мидория, он же Зен Шигараки в прошлой жизни. Тот самый величайший злодей в истории. Тот, кто в своей прошлой жизни обладал сотнями причуд, ныне родился беспричудным. Был ли он расстроен? Лишь слегка. В этой жизни он мечтал воплотить в реальность мечту младшего брата. Стать героем. Даже если он был совсем обычным. Забавно было то, что вдохновил его на этот путь тот, кто стал причиной падения. Восьмой обладатель Один за Всех. Всемогущий. Тошинори Яги. Изуку не ненавидел его. Нет. Он был рад, что пал от его рук. Может, где-то там, Йоичи наблюдает за ним и Зен мечтал, чтобы его брат гордился им. — Снова нападение злодея? Что в этот раз?       Изуку с восторгом в ярких глазах, наблюдал за тем, как ловко новые герои справлялись с эти злодеем. Да, тот не был особо сильным, но то как они действовали, было невероятно. — О, я не пропустил её дебют! — Изуку достал из рюкзака тетрадь и стал записывать всё, что наблюдал, анализируя героев, которых увидел. — Хэй, пацан, ты что, мечтаешь стать героем? — Рядом раздался мужской голос.       Изуку вскинул голову и засиял глазами, ярко улыбаясь. — Да.       

***

      Дорога до школы заняла не особо много времени. Изуку глубоко вздохнул перед входом и переступил порог не самого любимого места. Его бы воля, он бы ходил в онлайн-школу, но учителя не давали ему на это разрешение, сколько бы он и его мама не бились об эти стены. Мидория покачал головой и прошагал в сторону своего класса, входя туда, закусывая губу. На парте были алые паучьи лилии. Столь любимые им цветы в прошлой жизни, в нынешней стали самыми ненавистными. Мидория медленно прошёл к парте и выкинул букет в мусорное ведро, влажной салфеткой вытирая очередные надписи.       Деку. Всего лишь другое обозначение иероглифа его имени, но так в корне меняет любое представление о нём. Изуку всегда считал, что имена — это самое важное, что есть у человека. Он Йоичи-то имя дал спустя 13 лет жизни. И даже его он попытался наделить особым смыслом. Первый дар. Собственнически? Ну да, есть такой грешок за ним. Но он правда очень любил брата и ему было больно, когда тот умер. От его собственных рук. И за это он себя ненавидел по сей день. Так вот, к чему он это. Ему нравилось и его прошлое имя. Зен означало спокойствие. Хотя да, это не про него. Сколько раз он срывался в битве с преемниками Йоичи? Да не сосчитать. Чего только стоит смерть… Какой он там был по счёту? Пятый? Или всё же Шестой? Разговор вообще не об этом. Хотя, раз уж Всемогущий Восьмой, значит тот парень всё же был Шестым. Да. Где он потерял Четвёртого? Надо поаплодировать Брюсу, он выбрал себе прекрасного преемника. Зен того ни разу не видел. Тц, опять отвлёкся. Умеют же эти ребята сбить его с мысли. Вернёмся к имени. Ему нравилось и имя Зен, но больше он любил своё новое имя. Изуку. Зелёная долина. Красиво звучит. Ему очень нравилось. Мама правда искренне его любила, раз дала ему столь прекрасное имя. А вот прозвище Деку выводило его из себя. Да, он без причуды, но пожили бы эти мелкие придурки в его эпоху и тогда бы посмотрели на них.       И причуды у них были не то чтобы яркие. Один только Кацуки выделялся со своими взрывами. Красиво, мощно, опасно. Невероятно. А ещё невероятным было то, как сильно он был похож на Кудо. Внешне. По характеру те были полными противоположностями, пускай и в этом сходство иногда проскальзывало. Тошитцугу был куда спокойнее. Второго носителя причуды его брата, он не смог бы забыть даже если бы захотел. А он не хотел. Он помнил их всех. Его искупление было в памяти о том, что он натворил.       Изуку покачал головой и устроился за партой. Надо думать о математике, а не ошибках прошлого. Не хотелось завалить тест. В далёком прошлом он никогда не ходил в школу и всему учился сам, как и Йоичи, так что сейчас он просто старался взять отсюда максимум. И… Ему нравилось учиться. Всегда интересно узнавать что-то новое.       Зен посмотрел на бланк у себя на столе и хлопнул глазами. Выбор старшей школы? Он как-то и забыл, что сегодня у них этот день. С губ сорвался тихий вздох и он аккуратно написал свой выбор. Он поступит туда, куда ходил Восьмой. Станет героем. Пускай все катятся к чёрту, он старается быть лучше и исправиться, ясно? — Мидория тоже собирается в UA? — Голос учителя вырвал Изуку из мыслей о вечном, а в классе прогремел взрыв смеха, а следом взрыв обрушился и на его парту.       Мидория слетел со стула и отполз к стене, сбито дыша. Только не паническая атака. Не сейчас. Пожалуйста. Кацуки что-то говорил, но Зен не слышал его. Дышать становилось невозможно. Воздух просто не проходил в лёгкие и Изуку чувствовал, как начинает задыхаться. Он не хотел снова умереть. Пожалуйста, он ведь пытается исправиться. Пытается стать лучше. Пожалуйста.       Следом пришла темнота и мальчик потерял сознание.

***

       В классе наступила звенящая тишина. Бакуго смотрел на свои руки, переведя взгляд на Деку и быстро кинувшись к нему. Не хватало чтобы задрот откинулся прямо сейчас от сраной панической атаки. Кацуки проверил пульс бывшего друга и подхватил его на руки, вылетая из кабинета, забив на крик учителя, что раздался ему в след. Блондин забежал в раздевалку и уложил парня на маты, которые сюда притащили ещё в начале учебного года. Снова проверив пульс, он достал из своего шкафчика бутылку с водой и полотенце, быстро намочив его и выплеснув остатки воды беловолосому в лицо. Только когда тот, наконец-то, начал нормально дышать, Кацуки смог и сам вдохнуть свободнее, рухнув на мат рядом с Мидорией. — Ты сдохнуть решил, придурок? — Прорычал Кацуки, сдерживаясь от того, чтобы зарядить ему по лицу.       Изуку медленно сел на матах и сделал глубокий вдох, сглатывая вязкую слюну, вытирая лицо полотенцем. Таких сильных панических атак у него не было с начальной школы. Тогда ещё были слишком свежи воспоминания о смерти и то, как он захлёбывался кровью, медленно умирая. Спустя столько лет всё должно было стать куда легче, но почему его так стригерило сейчас? — Спасибо, Каччан. — Хрипло прошептал Изуку, всё же схлопотав подзатыльник от Бакуго — Ауч… — Придурок. — Кацуки привалился спиной к стене и вытянул ногу — Ты сдохнешь на вступительном. А если не на вступительном, то в сражении против злодеев.       Мидория тихо хихикнул и положил подбородок на колени, прижатые к груди. Кацуки так мило волновался. Скрывал свою заботу за агрессией. — Хули ржёшь, задрот? — Бакуго отвесил Изуку очередной подзатыльник, пускай и довольно лёгкий — Я серьёзно, зачем тебе это? — Я не могу объяснить, Каччан. — Зен покачал головой и вздохнул — Просто… Я хочу сделать хоть что-то правильно. Что может беспричудный человек в наше время? Ничего, кроме как сдохнуть. Не хмурься, я не собираюсь это делать. Во-первых, это сделает больно маме, а ей и так со мной трудно. А во-вторых… Не хочу быть ещё одним человеком из той статистики…       Бакуго кивнул. Да, он читал ту статистику по самоубийствам среди беспричудных. Ещё когда ему было десять. Тогда он очень испугался, но Деку продолжал мечтать о геройстве и это выводило его из себя. — Академия полиции, медицинская школа? — Туда не берут беспричудных. — Изуку помотал головой и вздохнул, растрепав свои белые волосы — Думаешь я не проверял? Читал сайты и форумы об этом. Всё разбивается о мою беспричудность.       Бакуго покивал и подтянулся, вставая с мата, ероша блондинистые волосы, тяжело выдыхая. Да уж, это была патовая ситуация. Куда не ткнись, везде нужна причуда. А у задрота её нет. Что делать? Не дать ему сдохнуть тупой смертью насмерть, вот что. — Ладно, ты в себя-то пришёл?       Зен медленно поднялся на ноги и неуверенно кивнул, слегка пошатываясь. Бакуго чуть поддержал его и помог дойти до класса. Похуй, что там скажут его дружки. Он не даст задроту сдохнуть прямо в школе, раз уж учителя не чешутся.       Изуку благодарно кивнул и сел за свою парту, растекаясь по ней и лениво что-то рисуя в тетради. Хотя не что-то, а портрет своего любимого младшего брата. Тогда они были близнецами, но внешность была столь различна, что принять их за близнецов было нереально. Сейчас же… Отрастить волосы и он будет копия Йоичи. В принципе, поэтому-то он и отращивал волосы, желая хоть немного походить на своего давно мёртвого младшего брата. Мама часто удивлялась тому, как он не похож внешне ни на неё, ни на отца. К слову о нём… Пускай тот горит в аду. Как только открылось то, что у Изуку нет причуды, этот горе папаша закатил скандал, обвинил маму в измене и даже поднял на неё руку, схлопотав за это сковородкой по макушке от маленького ребёнка. Да, пришлось помучиться и забраться на стол, но он сделал это и ни о чём не жалеет. Никто не смеет поднимать руку на его самую замечательную маму в мире. Даже его отец. К слову, после этого Инко сама и вышвырнула его вместе с вещами на улицу. Правда она потом долго плакала, но Изуку смог поднять ей настроение.

***

      День тянулся медленно. Слишком медленно, по мнению бывшего злодея. После того, что случилось на первом уроке, его не трогали, только Кацуки кидал слегка обеспокоенные взгляды, но не лез к нему. Изуку был благодарен за это. Сейчас ему хотелось лишь поскорее закончить этот день и пойти домой. Упасть на кровать и продолжить рисовать портреты преемников его младшего брата, возрождая их образы в своей голове.       Когда звонок прозвенел с последнего урока, Мидория спокойно собрал рюкзак и покинул школу. Хорошо, что к нему не лезли. В этот раз, он решил сократить дорогу до дома через туннель, спокойно ступая в темноту. За спиной раздался странный звук и Зен обернулся, сталкиваясь лицом к лицу со злодеем. Глаза расширились в ужасе и он сорвался с места, стараясь убежать как можно быстрее. Только вот ничего не получилось и его схватили.       Дышать трудно. Слова злодея не доходят до мозга. Страшно. Умирать снова было страшно. Не за себя. За маму. Ей будет очень больно. Пожалуйста, кто нибудь, спасите! — УДАР! — Волна сжатого воздуха ударила в туннеле и Изуку отлетел в сторону, чувствуя, как в лёгкие снова начинает поступать воздух.       Зен сполз по стене, откашливаясь и отплёвываясь от слизи. Во рту был гадкий привкус и хотелось воды. Чья-то рука протянула ему бутылку и подросток поднял голову, шокировано распахнув глаза. — В-в-всемогущий?! — Извини, мальчик мой, ты в порядке? — Мужчина вложил бутылку с водой в дрожащие руки ребёнка и стал собирать слизь в другую бутылку, откуда он вылил всю воду на землю.       Мидория короткими глотками опустошил бутылку, продолжая наблюдать за Восьмым. За эти полтора десятилетия тот практически не изменился. Может только стал ещё больше. Хотя, казалось бы, а куда ещё больше. Но он хотел спросить кое-что. — Всемогущий, а может ли человек без причуды стать героем? — Изуку не смог сдержать дрожь в голосе.       Ему было важно узнать мнение одного из самых важных людей в его прошлой жизни. Кто более точно скажет тебе правду в лицо, кроме как твой бывший враг? — Лучше подумай о чём-то более доступном, мальчик мой. — Ответ Изуку вообще не удивил.       Он лишь опустил голову и шмыгнул носом. В прошлой жизни он не был столь эмоционален, как сейчас. Слёзы потекли по щекам и он попытался стереть их, чтобы Восьмой не заметил. Но тот увидел и большая ладонь опустилась на его волосы, аккуратно поглаживая. Чему Изуку удивился, так это неожиданному пару и тому, как рука стала тоньше. Более хрупкой. Мальчик поднял голову и хлопнул глазами. Что с ним? — В-всемогущий? — Не хотел я, чтобы ты видел это, малыш. — Тошинори покачал головой, а Зен всё ещё пытался понять, что с этим парнем вообще произошло.       Яги поднял большую белую футболку и Изуку охнул. Огромный шрам. И тут он вспомнил, как сам лично нанёс ему тот удар. Тогда он не особо задумывался о том, к чему это приведёт. — Вот что могут сделать злодеи, малыш, а у меня очень сильная причуда. — Тошинори поднялся и растрепал волосы мальчика — Подумай о чём нибудь более реальном, мальчик мой.       Изуку наблюдал, как Тошинори скрылся за поворотом тяжело вдохнув, отправляясь дальше, стараясь обдумать, то что сказал ему Восьмой. Да и то что он сам с ним сотворил было как минимум ужасно. Совесть, неожиданно, но она есть, начала прогрызаться червячками в его душе. Может лучше будет ему вообще не отсвечивать, учитывая сколько он горя и боли принёс в своей прошлой жизни?       Неожиданный звук взрывов отвлёк его от мыслей и Изуку перестроил свою дорогу, отправляясь в ту сторону, постепенно ускоряясь. Может он и не сможет быть героем, но ему никто не запрещал наблюдать за профи. — Снова он? Разве Всемогущий его не захватил? — Прошептал себе под нос Изуку и присмотрелся к жертве, распахивая глаза — Каччан…       Зен зажал рот руками, осматриваясь вокруг. Взрывы становились всё тише. Почему герои ничего не делают? КАЦУКИ ТАК СКОРО УМРЁТ!       Тело двинулось само по себе. Он не отдавал отчёт своим действиям, а просто рванул вперёд, желая как можно быстрее помочь и спасти. Голые инстинкты. Никакого плана. Рюкзак срывается с плеча и летит в самое слабое место злодей, ударяя в глаз. Хватка на Кацуки слабеет и тот, наконец-то, может вдохнуть полной грудью. Взгляд алых глаз цепляется за белые прядки волос и он понимает, кто был тем, кто позволил ему дышать. — Деку, придурок, что ты тут делаешь?! — Я не знаю! — Изуку паникует, пытаясь пальцами оторвать злодея от тела Бакуго — Тело само двинулось… Ты только дыши, Каччан… Только дыши. — И без тебя знаю, придурок!       Неожиданный поток воздуха снёс злодея и Изуку снова, сколько уже можно, отлетел назад, успев ухватить Кацуки за руку и крепко её сжать. Мидория дрожал, тяжело дыша, а рядом откашливался Бакуго. Всё хорошо.       Нравоучения героя он пропустил мимо ушей и молча ушёл. Ещё не хватало, чтобы ему читал лекции тот, кто не смог даже подумать и помочь одному единственному ребёнку. Изуку боялся, что его друг погибнет. Ему хватало кошмаров с смертью преемников Йоичи, которые умирали от его рук и ему не нужно было, что бы к их лицам добавилось ещё и лицо Кацуки. — ДЕКУ!       Изуку обернулся и посмотрел на бегущего к нему Бакуго, удивлённо хлопая яркими глазами. Зен честно не знал, чего тот сейчас хочет. На его бы месте Изуку побежал бы домой, но этот ребёнок решил догнать его. Что за милый парень, пускай и взрывоопасный. — Каччан?       Бакуго остановился напротив беловолосого и вздохнул, убрав руки в карманы, внимательно того разглядывая. Не побоялся и рискнул собственной жизнью, чтобы спасти его. — Спасибо. Моя старуха завтра будет готовить кацудон… В общем… Приходи.       Изуку улыбнулся и кивнул, наблюдая за тем, как Кацуки отправляется домой. Не успел Зен пройти и нескольких метров, как перед ним вылетел Восьмой. — Я ЗДЕСЬ, СБЕЖАВШИЙ ОТ ЖУРНАЛИСТОВ!       Невольный смешок вырвался изо рта подростка и тот растрепал свои белые волосы. Восьмой всё же был куда забавней в обычной жизни, чем на поле боя и ему это нравилось. Седьмая, Нана, выбрала правильного человека на роль своего преемника. — Всемогущий, что вы здесь делаете? — Я подумал над твоим вопросом и… Ты вдохновил меня, мальчик мой. — Форма Тошинори сменилась, но тот не обратил на это внимания, наблюдая за яркой палитрой эмоций в зелёных глазах — Истории каждого героя различаются, но есть у них одна общая черта. Каждый из них говорил, что их тело двигалось само по себе, когда они решались помочь кому-либо.       Изуку слушал, нет… Слушал Зен Шигараки. Он слушал, что говорил его бывший враг и не мог поверить, что это взаправду. Глаза начинали слезиться. В горле встал ком. — Ты можешь быть героем!       Что-то сломалось внутри него. Что-то, что было в нём всю его жизнь. Изуку рухнул на колени, зарыдав. Как же он хотел однажды услышать эту чёртову фразу. Он в самом деле сможет исправить все свои ошибки. Всё то зло, что он натворил за сотни лет. А в голове была лишь одна фраза, полная боли и счастья: «Йоичи, я смогу быть героем!»