Изменишься ли ты?

      Наблюдать за реальным миром, когда ты мёртв очень скучно. Йоичи готов подписаться под каждым предложением. Ему было скучно. Очень. Чрезвычайно. Шигараки хотел поговорить хоть с кем-то. Даже старший брат сойдёт. Лишь бы поговорить. — Как же… СКУЧНО!       Первый хлопнул руками по столу и обиженно посмотрел на экран, что транслировал красивое ничего. А все потому что Восьмой понял, что сон важная вещь. Особенно в его состоянии. Но теперь у Йоичи появилось время подумать о сегодняшнем дне. А вернее о ребёнке, что должен был стать Девятым. Шигараки готов поставить все свои несуществующие деньги на то что это его брат. Не может быть два одинаковых человека, если они не близнецы и то не факт. Только посмотрите на него и Зена. Но сейчас не об этом. Изуку Мидория. Этот мальчик был его точной копией. Только волосы короче и веснушки на лице. Замажьте их и удлините волосы и получите Йоичи 2.0. Ребёнку было 14 лет. И ровно столько лет назад Восьмой уничтожил его брата. Совпадение? Трижды «ХА». Йоичи не верит в совпадения! Реинкарнация, не иначе. — Или я просто схожу с ума. Как же скучно.       

***

      Зен уже несколько часов ворочался в кровати, пытаясь уснуть, но сон так и не шёл. Нервная энергия била через край и он просто не знал что с этим делать. Изуку тяжело вздохнул и сел на кровати, растирая лицо руками. Ладно. Можно и подумать хоть немного. Восьмой рассказал ему об Один за Всех. Не то чтобы Мидория не знал об этом. Он, чёрт возьми, сражался с каждым обладателем этой причуды. Ну, почти с каждым. Четвёртый всё ещё был загадкой. Но сейчас не об этом. Один за Всех был нереальной причудой. Даже его прошлая способность и рядом не стояла с этой. Хотя, казалось бы, всё началось лишь с слабой способности передачи и накопления. И во что это вылилось? Тошинори герой номер один! А у того лишь Один за Всех. Сказал бы ему кто-то лет сто-двести назад о том, на сколько сильной станет эта способность, он бы не поверил. — Слишком много мыслей. — Пробормотал Изуку и собрал волосы в низкий хвостик, вылезая из кровати, топая к рабочему столу.       Обычно ему помогало разгрузить мозг рисование. Именно этим Изуку и решил заняться. Подросток включил настольную лампу и принялся рисовать. Бездумно. Что получится, то получится. Лёгкие нажатия карандаша и движение руки по бумаге. Линия. Штрих. Линия. Штрих. Медленно, шаг за шагом, на бумаге стал появляться столь знакомы портрет одного близкого подрывника. Всё же сегодняшний день заставил его поволноваться за этого парня. Из головы всё не выходил вопрос: а что если бы я сегодня не успел? Эти «герои» так бы и стояли, наблюдая за тем, как умирает ребёнок? Может Зен и был злодеем в прошлом и не раз убивал и детей, но он был злодеем. Он был монстром. Изуку принимал эту свою сторону, стараясь не забывать всё что он натворил и пытаясь измениться. Вроде получалось. Но даже тогда, когда он был злодеем, он не наслаждался убийствами. Это было необходимостью. Так он это видел. Необходимость. И это было максимально мерзко.       Он уже ни раз раздумывал о том, а что если? Что если бы он тогда не поехал крышей на фоне господства над миром и послушал бы Йоичи? Попытался бы, хотя бы попытался, стать тем, кем хотел его видеть младший брат, каким бы сейчас был мир? Существовал бы сейчас Один за Всех, если бы не его злодеяния? Как бы сложились жизни преемников Йоичи? Хотелось бы посмотреть на такой мир, но увы. Что сделано, то сделано. Он не мог исправить прошлое. Не мог вернуться назад, в то время, когда они с братом были детьми. И не мог вбить в свою, тогда ещё детскую, но тупую голову, немного здравого смысла. А он бы ой как понадобился этому идиоту в то время. Вот чего он вообще пытался добиться? Господства? А зачем? Вот серьёзно, зачем? — Каким же идиотом я был тогда. — Пробормотал Изуку, штрихами накладывая тени на рисунок — Йоичи надо было меня отпинать ещё в утробе матери, чтобы я не был идиотом.       На губах беловолосого парня появилась сардоническая улыбка. Если в мире и есть кто-то кто ненавидит Все за Одного больше всех на свете, то это был Изуку. Вернее Зен. Хотя что так, что так, это один и тот же человек.       Мидория откатился на стуле от стола и чуть покрутился на нём, тяжело вздохнув. Достоин ли он вообще того, чтобы принять наследие Йоичи? Не станет ли он снова тем злодеем, каким был всю свою жизнь, снова обретя силу? Честно говоря, ему было страшно. Он не хотел возвращаться к тому, что было. Не хотел снова становиться этим ужасающим монстром, что и на человека-то не был похож.

***

      Йоичи удобнее устроился в кресле, наблюдая за тем, как Восьмой начинал тренировать преемника. Нет, серьёзно, Шигараки всё ещё считал, что парнишка был реинкарнацией его брата. Хотя те вообще не были похожи! Просто было ощущение того, что это в самом деле был он. И, честно говоря, Первый не знал, что об этом думать. С одной стороны, его брат был величайшим ублюдком всех времён. Злодеем, даже хуже тех, что были на страницах его любимых комиксов, потому что те были выдуманными, а этот вполне реальным. С другой стороны… С другой стороны этот мальчик был слишком… Милым. С его блестящими глазками, на пол лица. С этой яркой улыбкой. И с невероятной любовью к героям. Такого у его старшего брата никогда не было. Даже в детстве тот больше восхищался злодеями комиксов, а не героями. — Ну не могу же я ошибаться! — Йоичи откатился от стола и откинулся на спинку кресла — Надо просто наблюдать, Йоичи, просто наблюдать. Не то чтобы я могу как-то на что-то повлиять. Вот когда Один за Всех окажется у парня, тогда то и разберёмся со всем. Вот. Да!

***

      Изуку пытался сдвинуть тяжеленный сейф, пыхтя и упираясь ногами в землю. Как же это было тяжело. Он никогда раньше и не думал, на сколько же он слаб, по сравнению с остальными. Нет, беспричудность делала его слабым, но в совсем ином аспекте. А вот физически… Надо было начинать тренироваться уже давно. Как он вообще собирался поступить в UA, если даже не мог поднять что-то тяжелее десяти килограмм. Честно, ему казалось, что он даже может слышать истерический смех Йоичи. И он бы честно не удивился тому, что его младший брат ржёт где-то там с того света. — Фух, Всемогущий, у меня ощущение, что я сейчас себе все кости переломаю. — Протянул Зен, рухнув на песок, смотря на неожиданного наставника сквозь мокрые волосы.       Большая и тёплая рука нежно разлохматила его белые кудри и Тошинори слегка улыбнулся. Мальчик немного драматизировал, но это даже было в некоторой степени мило. — Мальчик мой, я специально для тебя разрабатывал эту тренировочную программу, чтобы ты успел подготовиться до вступительного экзамена.       Изуку обречённо простонал и с вновь зажёгшейся решимостью принялся за тренировку.

***

      Изуку и Инко стояли у дома Бакуго, переглядываясь. Может женщина и иногда навещала свою давнюю подругу, но вот Зен не был в этом доме уже почти год. С самого дня рождения Кацуки. Пускай их дружба и разрушилась, но всё-таки было одно единственное, что сохранилось на протяжении многих лет. А именно, то что они оба праздновали дни рождения друг у друга дома. Даже если это было чертовски неловко, но без этого всё казалось довольно противоречивым. — Инко! Изу-чан! Боже мой, как я скучала по вам! — Дверь распахнула и перед Мидориями предстала Мицуки, с её обычной хищной улыбкой — Изу-чан!       Блондинка притянула племянника в свои крепкие объятия, выражая таким образом свою неземную благодарность за спасение её глупого сына. Где-то позади мелькал сам Кацуки, стараясь привлечь к себе хоть каплю внимания. Взрывать дом младшему Бакуго запретили ещё в детстве.       Когда Изуку, наконец-то, выбрался из удушающих объятий тётушки, его за руку тут же схватил Каччан, утягивая куда-то в сторону. Куда конкретно, младший понял спустя пару мгновений. Это куда-то оказалось комнатой Кацуки. Зен забрался на кровать Бакуго и обнял колено, наблюдая за бродящим по комнате парнем. — Слушай, задрот, у меня появилось несколько сумасшедших вопросов.       Честно говоря, то как Бакуго построил предложение довольно сильно его напрягло. Что от него хотел этот парень. Они годами нормально не общались, а тут он решил позадавать странные вопросы? Серьёзно? — Я весь во внимании, Каччан. — Во-первых, я с детства пытаюсь понять, что не так с твоей внешность, чёрт возьми.       Изуку хлопнул глазами и слегка нахмурил брови, пытаясь понять, что не так? Типо, да, он не был сильно похож на родителей, но всё же не на столько смертельно, чтобы Бакуго даже решил задаться этим вопросом. — Что? — Зен склонил голову к плечу, внимательно разглядывая подрывника — К чему вопрос? Тем более такой… Странный…       Бакуго замельтешил по комнате чуть быстрее, словно пытаясь прогнать нервную энергию по телу. Изуку начинал нервничать. Такого поведения своего друга (он ещё может так его называть?) он не видел уже давненько. Примерно лет так десять. — Каччан, это называется частичный альбинизм. — Спокойно сказал Зен, недоумённо смотря на Кацуки — Я же тебе уже давно об этом говорил… — Тогда бы у тебя и глаза были красные. — Каччан, у меня частичный альбинизм, влияющий на отсутствие пигмента в волосах, поэтому они и белые.       Вообще об этом он узнал ещё около сотни лет назад, когда Гараки изучал его ДНК и ДНК Йоичи. Ещё до смерти младшего брата. Тогда то и было выявлено, что белые волосы это не какой-то прикол причуды, а альбинизм. Поэтому и волосы у обоих братьев были белыми, как снег. — Ладно, с этим разобрались. — Кацуки кивнул и сел в компьютерное кресло, внимательно смотря на Деку — Ты тренироваться что ли начал? — А это-то ты как узнал?! — Ты ходишь, как утка. У меня было похожее, когда я только начинал и мышцы ныли.       Изуку хотел кинуть в Кацуки что нибудь тяжёлое. Например стул. Никакая он не утка! Но с другой стороны, лучше что тот узнал всё сразу, учитывая, что потом бы у Каччана могло бомбануть. А сейчас он вполне себе спокойный и ещё больше напоминает Второго. Главное что не улыбается. А то Кудо перед смертью решил поржать ему в лицо. Вот поэтому у него тогда знатно так подгорело. — И ещё один вопрос. — Кацуки тяжело вздохнул, собираясь с силами — Кто ты? — А? — Деку, я не тупой. Ты лет с четырёх порой ведёшь себя как старик. Да и иногда твой взгляд словно размывается и ты зависаешь в пространство что-то бормоча. Тут не надо быть гением, чтобы понять, что ты куда старше, чем есть на самом деле.       Изуку напрягся. Только Кацуки это заметил или и мама? А Тошинори? И как ему объяснить это? Не выложить же напрямую… — Четырнадцать лет назад я умер и следующее, что я помню это то как Хизаши ударяет маму.       Он не собирался этого говорить, ясно? Просто слова сами вырвались изо рта без обдумывания. Иногда его язык действовал быстрее мозга. В прошлом такого не было. В прошлом у него и мозга-то не было. — Ладно, я что-то подобное подозревал. — Пробормотал Кацуки и хмыкнул, замотав головой — И кем же ты был до всего этого?       Изуку опустил голову, смотря на свою руку. Кем он был? Злодеем. Монстром. Чудовищем, что испортило сотни или даже тысячи жизней. Но даже этих слов будет недостаточно, чтобы показать кем был Все за Одного. Мидория задумчиво осмотрелся и прошёл к ноутбуку Кацуки, откатывая его стул вместе с ним в сторону и вбивая в поисковик несколько слов. Хроники прошлого. Там он засветился достаточно. Все же времена причудливых войн, как это сейчас называют, начались в основном из-за него. Зен открыл нужное фото и указал на него. — Зен Шигараки так же известный как Все за Одного. — Изуку сел обратно на кровать и обнял колени, положив на них подбородок — Монстр в человеческом обличии. Злодей. — Это же хроники времён… Им же больше ста лет, Деку! — Бакуго листал фотографии — А ты говорил, что умер всего четырнадцать лет назад. — Моя причуда состояла в том, что я мог забирать или отдавать причуды. Вот я и нашёл причуду долголетия и ещё несколько, смешал их и получилось бессмертие. Каччан, я столько всего натворил пока был… — Ключевое слово «был», задрот. — Бакуго встал с кресла и пересел на кровать, поддерживающе толкнув Изуку плечом в плечо — Тебе дали второй шанс, чтобы исправить всё. Так не проеби этот шанс. — Я пытаюсь. — Изуку положил голову на плечо Бакуго, как делал это в детстве — Я поэтому и хочу стать героем. Хочу хоть немного исправить всё то дерьмо, что натворил. Мне от этого никогда не избавиться и я буду помнить всё, что сделал до конца своих дней, но я просто хочу попытаться.       Кацуки вздохнул и опёрся щекой о макушку Изуку. По идее он должен опасаться его, узнав правду, но на самом деле для него мало что изменилось. Задрот остался всё тем же, каким он знал его все четырнадцать лет. Правильно говорит его отец, прошлое должно оставаться в прошлом. Даже если оно само не хочет тебя оставлять. — Расскажешь о прошлом? Может станет легче. — Тихо предложил Кацуки и Изуку начал говорить.       Он рассказал всё. То как он родился, что мать умерла. Рассказал о годах выживания на улицах. Рассказал о своём замечательно брате, которого он сам же и убил. Рассказал о преемниках Йоичи. Рассказал о Кудо, который был копией Каччана. Рассказал о всём, что он творил, даже не замечая, как голос срывался, а слёзы катились по щекам.       Кацуки спокойно слушал, перебирая белоснежные волосы в своих пальцах. Он чувствовал сколько ненависти было в Изуку к самому же себе в прошлом. Бакуго хотел как-то поддержать его. Рассказ закончился тем, что Деку умер. Когда и как. От чьих рук. — И теперь ты фанат Всемогущего. — Кацуки тихо засмеялся, чувствуя, как плечи бывшего друга затряслись в лёгком смехе — Почему ты не ненавидишь его? — Потому что Тошинори сделал всё правильно. — Изуку оторвал голову от плеча Бакуго и глубоко вдохнул, чувствуя, как в самом деле стало легче на душе, после рассказа — Того монстра нужно было остановить. И я рад, что он это сделал. — А я рад тому, что тебе дали ещё один шанс, ботаник. — Бакуго перехватил руку Изуку в свою, сжимая его пальцы — Теперь ты сможешь исправить всё то дерьмо, что натворил. А я помогу тебе, чтобы ты не сбился с курса, Шигс.       Изуку широко распахнул глаза, поднимая голову и встречаясь взглядом с улыбающимся Кацуки. Тот в самом деле улыбался. Не ухмылялся, не скалился, улыбался. И это прозвище… Шигс. Не Деку. Не обезличенная бесполезность, как Кацуки называл его с четырёх лет. А более милое и приятное сокращение его прошлой фамилии. — Каччан, серьёзно? — Я не буду звать тебя Изу-чан. — Кацуки весело ухмыльнулся и пощекотал Изуку по бокам, пока более младший начал вырываться, заливисто рассмеявшись.       Только минут через пятнадцать такой незамысловатой борьбы, оба раскрасневшихся парня валялись поперёк кровати, всё ещё чуть посмеиваясь. Изуку повернул голову вбок, смотря на профиль Кацуки и слегка улыбнулся. — Спасибо, Каччан. — Без проблем, Шигс. - Бакуго поднял их руки, смотря на переплетённые пальцы - Станем героями вместе.