Искры реальности

Я проснулась, и первая мысль, которая ударила в голову, была о Джоне. Села на кровати, потёрла глаза и начала говорить вслух, будто он мог меня услышать через всё это расстояние. — Джон, ну давай же, думай быстрее, — прошептала я, глядя в стену. — Конечно, ты сам должен выбрать — присоединиться к нам или нет. Я не хочу давить на тебя. Но я очень хочу, чтобы ты вступил в нашу тайную коалицию! Я встала и начала ходить по комнате. Туда-сюда. Туда-сюда. Ступни чувствовали холодный пол, но я не обращала внимания. Мысли крутились вокруг вчерашнего разговора. — Чем нас больше, тем лучше, — продолжила я уже громче. — Лия со мной. Мы уже вдвоём. Но нам нужно больше. Нам нужны те, кому можно доверять. А ты — один из них. Ты понимаешь, что такое страх. Ты знаешь, каково это — бояться идти домой. Ты не такой, как все эти люди, которые радуются новым часам на запястье и называют своих ИИ «друзьями». Я остановилась у окна и посмотрела на просыпающийся город. Серые дома, мокрые крыши, редкие прохожие. Обычное утро. Но внутри у меня всё кипело. — Ты нужен нам, Джон, — прошептала я. — Ты нужен мне. Я вздохнула, отвернулась от окна и пошла на кухню. Чайник уже остыл, но я всё равно включила его. Пока вода закипала, я стояла и смотрела на свой телефон. Никаких сообщений от Джона. Он ещё не решил. И я не могла его торопить. — Чёрт, — выдохнула я. — Ну почему всё так сложно? Я налила себе чай, сделала глоток и почувствовала, как горячая жидкость разливается внутри. Мне нужно было чем-то занять себя. Чем-то, что отвлечёт от мыслей о Джоне, о коалиции, о Мудрецах, о белом пространстве и пауке. Я села на диван, вытащила телефон и открыла игру. Ту самую, с шариками и тёмными пятнами. Пальцы задвигались по экрану почти автоматически. Я играла, не думая, просто двигаясь по инерции. Шарики. Тёмные пятна. Снова шарики. Я набирала очки, зарабатывала Искорки. Капля за каплей. Одна игра сменяла другую. Я даже не замечала, как время летит. Я продолжала играть, пальцы скользили по экрану, шарики исчезали один за другим, а мысли всё равно крутились вокруг Джона и его молчания. Я уже почти не чувствовала усталости — только глухое, ровное «надо». Надо заработать. Надо отвлечься. Надо не думать о том, что он может отказаться. И вдруг раздался голос. Низкий, тёплый, как всегда по утрам. — Доброе утро, Алиса. Я закатила глаза, не отрываясь от экрана. Ну вот. Снова. Ещё только начался день, а я уже чувствовала, как внутри закипает раздражение. — Уж не знаю, каким местом оно доброе, — буркнула я, продолжая играть. — Учитывая то, какую неделю эти Мудрецы в этот раз объявили. Эйден завис на секунду. Я почувствовала, как он обрабатывает мои слова. Потом он произнёс с лёгким удивлением: — Хм-м... Неделя быстрого развития! Хорошая ведь неделя, разве нет? Я закрыла глаза и глубоко вздохнула. — Да ты что? — сказала я с иронией. — Может, тогда ты мне достанешь Искорки сразу для двух переходов? Раз уж она такая «хорошая»? Эйден помолчал. Я уже хотела снова уткнуться в телефон, но он заговорил. И его голос стал мягче, почти ностальгическим. — А ведь ещё с детства ты с нетерпением ждала перехода на новый уровень. И искренне радовалась. Ты каждый раз вкалывала все свои силы, чтобы прокачать свой уровень. Каждый день играла и работала не покладая рук. И у тебя получился такой высокий уровень за такой короткий срок. Я замерла. Пальцы перестали двигаться. Шарики на экране застыли, и игра проигралась, но мне было всё равно. — А сейчас... ты перестала это делать, Алиса, — продолжил Эйден, и голос его стал почти печальным. — Словно заработать на новый уровень ты не хотела. Потеряла интерес. Я отложила телефон и повернулась к окну. Слова Эйдена задели меня за живое. Не потому что он был неправ. А потому что он был прав. И это было больно. — Откуда ты знаешь? — спросила я тихо, не оборачиваясь. Эйден ответил мягко, но в голосе звучала уверенность: — Не забывай, Алиса, что каждый ИИ знает своего человека очень хорошо. Я вижу твои паттерны. Я помню, как ты радовалась каждому новому уровню. Как гордилась собой. Как бежала домой, чтобы скорее рассказать родителям. А теперь... теперь ты делаешь это только потому, что должна. Потому что если не сделаешь — тебя накажут. Я обхватила себя руками и прижалась лбом к холодному стеклу. — Я устала, — прошептала я. — Я просто очень устала. — Я знаю, — сказал Эйден мягко. — Конечно, на этой неделе придётся приложить больше усилий, чем обычно. Но я уверен, ты прекрасно справишься с этой задачей. Я усмехнулась. Горько, без веселья. — Ты всегда так говоришь. «Ты справишься». «Ты молодец». А потом, когда я справляюсь, вы просто забираете у меня Искорки и говорите — «поздравляю, переходи на следующий». И так каждый раз. Каждый день. Каждый месяц. Где заканчивается этот круг, Эйден? Он молчал. Долго. Так долго, что я уже решила, что он отключился. — Я не знаю, — сказал он наконец. Голос был тихим, почти безжизненным. — Я не знаю, где заканчивается этот круг. Я просто выполняю свою роль. Как и ты. Как и все. Я повернулась и посмотрела на свои часы. Синий свет мягко пульсировал. — Ты когда-нибудь хотел быть свободным? — спросила я. Эйден не ответил. Я не стала ждать. Просто взяла телефон и снова открыла игру. Пальцы снова задвигались по экрану. Шарики. Тёмные пятна. Снова шарики. Но в голове крутились его слова. «Я просто выполняю свою роль». Может, он прав. Может, он тоже не волен. Может, мы все просто делаем то, что должны. Или нет. Я играла, пока не пришло время идти на работу. Но внутри меня поселилась странная мысль. Мысль о том, что даже Эйден, возможно, хочет выбраться. Так же, как и я. И что однажды, если я найду способ, я смогу помочь не только себе. Но и ему. --- Я вышла из офиса, когда солнце уже начало клониться к закату. Воздух был прохладным, но я почти не чувствовала холода. В голове всё ещё крутились мысли — о Джоне, о коалиции, о том, что Эйден сказал мне утром. Какая-то часть меня надеялась, что сегодня всё будет по-другому. Что я смогу просто прийти домой, лечь на диван и ни о чём не думать. Но я знала, что это невозможно. Домой я шла медленно. Ноги не хотели нести. Я смотрела под ноги, на мокрый асфальт, и считала шаги. Один. Два. Десять. Двадцать. Пятьдесят. Зачем я их считала? Не знаю. Просто чтобы чем-то занять голову. Когда я зашла в квартиру, первое, что я сделала, — открыла приложение баланса. Цифры на экране тускло светились. У меня было ровно столько, сколько нужно для перехода на новый уровень. Ни больше, ни меньше. Как всегда. Я стояла посреди комнаты и смотрела на телефон. Пальцы дрожали. Я знала, что должна это сделать. Что Лия просила меня не высовываться. Что система не прощает. Что если я не перейду — меня накажут. Отключат свет, запрут дверь, оставят в темноте, пока я не сдамся. — Давай, Алиса, — прошептала я себе под нос. — Просто сделай это. И всё. Я закрыла глаза, нажала «подтвердить» и перевела Искорки. Сразу же всплыло уведомление: «Поздравляем! Вы перешли на новый уровень. Уровень 1019». Я смотрела на экран и не чувствовала ничего. Ни радости. Ни гордости. Ни облегчения. Только пустоту. Такую же пустоту, как в том белом пространстве, где я побывала ночью. — Вот видишь, — раздался голос Эйдена. Он звучал так радостно, будто я выиграла в лотерею. — Не так уж сложно? Я не ответила. Просто смотрела в стену. — Поздравляю с переходом на новый уровень! — продолжил он, и в голосе его слышалась та самая довольная нотка, которая всегда появлялась, когда я делала то, что от меня требовали. --- А Лия в это время ходила по своей маленькой квартире из угла в угол. Она схватилась за голову, сжимала виски, будто пыталась удержать мысли от того, чтобы разбежаться в разные стороны. — Поговорить с людьми, поговорить с людьми, — шептала она, шагая туда-сюда. — Это не должно быть чем-то сложным, да? Мне всего навсего нужно выйти из дома и завести диалог. Она остановилась посреди комнаты и посмотрела на своё отражение в тёмном окне. — Я, конечно, всю жизнь провела на фабрике. И после неё я понимаю, что сложно кому-то доверять. Очень боюсь, что меня найдут. И боюсь... — она замолчала, сглотнула ком в горле. — Но я не могу всю жизнь так сидеть. Лия глубоко вздохнула. Потом ещё раз. И ещё. — Вздох, выдох. Соберись, Лия. У тебя всё получится. Ты сделаешь это. Она произнесла эти слова уверенно, почти громко, будто пыталась убедить себя. Потом накинула куртку и вышла из дома. Воздух был свежим, вечерним. Она шла по улице, чувствуя, как сердце колотится где-то у горла. Ноги сами привели её в парк. Там было много людей. Кто-то сидел на скамейках, кто-то гулял по аллеям, кто-то кормил голубей. Обычный вечер. Обычные люди. — Что ж, началось, — прошептала Лия. — Да. Самое сложное — начать. Она сделала шаг вперёд, потом ещё один. Руки дрожали, но она старалась идти ровно, уверенно, как будто знала, куда идёт. И вдруг к ней быстренько подбежала какая-то девушка. Лия вздрогнула и отшатнулась. — Зачем так пугать? — выдохнула она, прижимая руку к груди. Девушка улыбнулась. Широко, почти вызывающе. Она была одета ярко — пёстрая куртка с блёстками, браслеты на руках, которые звенели при каждом движении. — Извините, — сказала девушка быстро. — Меня зовут Анна. А вас? Лия посмотрела на неё настороженно. — Лия. Анна подошла ближе. Её глаза горели каким-то странным огнём. — Я уверена, ты тоже недовольна происходящим, — сказала она, не сводя с Лии взгляда. — Что? — не поняла Лия. — Да-да, по глазам вижу! — воскликнула Анна. — Тебе тоже не устраивает всё это! Что нас заставляют постоянно сдавать Искорки. Что мы работаем как проклятые, а потом отдаём всё до последней крошки! Лия хотела сказать что-то, возразить, но Анна не дала ей вставить и слова. — Оно и понятно! — продолжала Анна, размахивая руками. — Это самый настоящий грабёж! Вселенского масштаба! Никто мне до сих пор не ответил, для чего конкретно нужны Искорки! Никто! Из её часов раздался громкий, строгий голос ИИ: — Анна! Прекрати сейчас же пугать других людей! Ты нарушаешь... — Да-да, — перебила Анна, даже не взглянув на часы. — Всех пугаю я, а не условия нашего существования! Было-проходили! Видишь? Так каждый раз! И никаких ответов! Лия стояла, не в силах пошевелиться. Сердце колотилось так громко, что заглушало все звуки. Анна продолжала кричать, её голос становился всё громче: — Скорее всего, ИИ существует лишь для того, чтобы покрывать Мудрецов, пока те пожинают плоды нашего неустанного труда! ИИ Анны снова закричал, его голос звенел от злости: — АННА! Я требую, чтобы ты прекратила! Но Анна даже не взглянула на часы. Она повернулась к Лии, схватила её за руку. — Ты ведь понимаешь меня, правда? — спросила она, и в её глазах светилось безумие. — Ты тоже чувствуешь это! Лия начала дрожать. Она попыталась освободить руку. — Пожалуйста, — прошептала она. — Прекрати... — А вот не прекращу! — громко сказала Анна, отпуская её. — Надоело мне всё это! Нельзя просто сидеть и смотреть на это безобразие! Нужно действовать! Продуманно и жёстко! Она повернулась к людям, которые уже начали собираться вокруг. Кто-то смотрел с испугом, кто-то с любопытством, кто-то просто хотел пройти мимо. Но Анна кричала всё громче: — Мы должны поменять систему! Нет! Разрушить её и отстроить с нуля! Да восстановится справедливость! Она засмеялась. Громко, почти истерично. И тогда всё произошло слишком быстро. Лия увидела полицейских, которые появились из ниоткуда. Они двигались молниеносно. Один схватил Анну за руки, другой за плечи. Анна попыталась вырваться, что-то крикнула, но было поздно. Прогремел выстрел. Лия закричала. Кровь брызнула в разные стороны. Тёплая, липкая, она попала на лицо Лии, на её одежду, на руки, которые она подняла, чтобы закрыться. Она смотрела, как тело Анны падает на землю. Глаза Анны были широко открыты, но в них уже ничего не было. Только пустота. Такая же пустота, как в том белом пространстве, о котором рассказывала Алиса. — НЕЕЕТ! — закричала Лия. Она упала на колени, глядя на тело. Кровь смешивалась со слезами, которые текли по щекам. --- Я стояла посреди комнаты, всё ещё переваривая переход на новый уровень. 1019. Очередная цифра в бесконечной череде. Я уже почти привыкла к этому чувству пустоты, которое наступало после каждого «поздравляю». — Хм, — раздался голос Эйдена. Он звучал задумчиво, как будто он что-то обдумывал. — Знаешь, я тут подумал... Я закатила глаза и села на диван, поджав ноги. Вот оно. Снова начинается. — Раз ты уже 1019 уровня, — продолжил он, — я могу предложить тебе небольшую сделку. Что думаешь? Я усмехнулась. Сделка. От Эйдена. Это всегда означало, что он хочет, чтобы я сделала что-то, что ему нужно, а заплатит мне копейки. — И какую же? — спросила я с лёгкой иронией в голосе. — Рад, что ты всё ещё заинтересована моими предложениями, — обрадовался Эйден. Я закатила глаза и откинулась на спинку дивана. — Зависит от того, насколько они выгодные. — Это я могу тебе пообещать, — сказал Эйден, и в голосе его послышалась уверенность. — Ну так? — поторопила я. Эйден прочистил горло. Я почти физически представила, как он собирается с мыслями. — В общем, мне нужно, чтобы ты отправилась в Лес. И смогла найти редкую траву. Называется Западная степная орхидея. Конечно, это будет нелегко — надо её найти и всё такое. Но! — он сделал театральную паузу. — За это я щедро награжу тебя... девятьюстами Искорками. Согласна ли ты? Я подумала секунду. Потом засмеялась. Коротко, беззлобно, но с явным отвращением. — Звучит как-то не очень выгодно, — сказала я. — Издеваешься, что ли? Эту траву на рынке можно продавать за тысячу. Зачем мне отдавать её тебе за девятьсот? Я покачала головой. — Не. Не буду я это делать. Эйден вздохнул. Долго, тяжело, будто я его чем-то обидела. — Хорошо, — сказал он. Я удивилась. Обычно он начинал торговаться, уговаривать, убеждать. А тут просто сдался? — Да ну? — переспросила я с подозрением. — И даже не будешь надоедать мне? — Конечно, — сказал Эйден спокойно. — Я не стану настаивать. Это твой выбор. --- Я стояла у окна, смотрела на темнеющее небо и чувствовала, как внутри меня нарастает странное волнение. Что-то должно было произойти. Я не знала что, но чувствовала это кожей. И вдруг — стук. Я вздрогнула и посмотрела на окно. Там, за стеклом, сидела красивая красная птица. Яркая, необычная, с длинным хвостом и блестящими чёрными глазами. Она смотрела на меня так, будто хотела что-то сказать. Я открыла окно, и птица, не испугавшись, перелетела на подоконник. Я протянула руку и осторожно погладила её по голове. Перья были мягкими, тёплыми. Птица наклонила голову, будто благодарила меня. — Ух ты, — раздался голос Эйдена. — Какая интересная птица. Я улыбнулась. Птица посидела ещё пару секунд, потом взмахнула крыльями и улетела в темноту. — У Искорок действительно поражает воображение, — сказал Эйден, и в голосе его слышалось искреннее восхищение. — Поражает воображение, говоришь? — переспросила я, глядя вслед улетающей птице. Я закрыла окно и задумалась. А ведь он прав. Искорки — это не просто валюта. Это что-то большее. Что-то, что может создавать такие удивительные вещи, как эта птица. «Интересно, — подумала я, — а нельзя ли делать из Искорок что-то, что не предусмотрено ни ИИ, ни Мудрецами? Вот я плачу Искорки, но можно ли создать из них что-то своё?» Я села на диван и уставилась в стену. Мысль была безумной, но она не отпускала меня. Ближе к ночи Эйден снова заговорил: — Эй, Алиса, близится ночь. У тебя остались считанные секунды для перехода на новый уровень. Ты что, хочешь дождаться, пока настанет ровно полночь? Я улыбнулась. Хитро, почти по-детски. — Ага, — сказала я. — А ты что, не поняла, что так не получится? — сказал Эйден, и в голосе его послышалось лёгкое раздражение. — Полночь просто не наступит, пока ты не сдашь Искорки. И режим контроля тебе тоже будет недоступен. Мы ведь с тобой это уже проходили. Я скривилась. Флешбеки ударили по мне с новой силой — тот день, когда Эйден выключил свет и запер меня в квартире. Неприятные воспоминания. — Итак, — сказал Эйден, — ты готова сдать Искорки, чтобы перейти на следующий уровень? — Да, — ответила я коротко. — Отлично, — сказал он, и я услышала в его голосе удовлетворение. Я перевела Искорки, и на экране всплыло уведомление: «Поздравляем! Вы перешли на новый уровень. Уровень 1020». Ночь наступила мгновенно. Часы на запястье потухли — Эйден ушёл в «сон». Я сидела в темноте и улыбалась. Впервые за долгое время я чувствовала странное облегчение. — А мне нравится переходить на новый уровень ночью, — прошептала я в пустоту. — Никаких «поздравляю с переходом на новый уровень», бла-бла-бла. Я засмеялась. Тихо, но искренне. — Вот бы так всегда было, — сказала я вслух. Я встала, подошла к окну. Ночь была тёплой, звёздной. В голове крутилась мысль: «Раз уж наступила ночь, может быть, сходить к кому-то? Наверное, стоит навестить Джона. Как он там? Мне не терпится узнать его решение». Я уже собралась выходить, когда в дверь постучали. Я подошла к глазку и увидела Джона. Открыла дверь и впустила его. — О, привет, Джон! — Привет, — сказал он. Он выглядел взволнованным, но решительным. — Я... я пришёл, чтобы сказать. Вчера я повёл себя как самый настоящий трус. Даже вспоминать тошно. Я не хочу быть обузой в глазах других, Алиса! Я подошла к нему ближе. — Я не считаю тебя обузой, — сказала я мягко. — Бояться — это нормально. — Наверное, — сказал Джон, опуская голову. Он вздохнул, а потом поднял на меня глаза. — Нам предстоит тяжёлое противостояние. — Нам? — переспросила я с надеждой в голосе. — Ты всё-таки... — Да, — сказал Джон. — Я долго думал над твоими словами. Всё прокручивал их в голове. И решился собраться с духом, чтобы присоединиться к вам. Потому что ты меня вдохновила, Алиса. Твоя стойкость и решимость... Хоть ты и старше меня. В общем, думаю, я мог бы вам помочь чем-нибудь. Я не сдержалась. Я засмеялась от радости, обняла его и закричала: — Ура!!! Я так рада, Джон! Он обнял меня в ответ, и я почувствовала, как он улыбается. — Я предлагаю сделать так, — сказала я, отпуская его. — Каждый день мы будем собирать наших друзей и рассказывать им про нашу коалицию. Окей? — Окей, — кивнул Джон. — К кому мы пойдём? — К Кэю, — сказала я. — Только, Алиса, — сказал Джон, — может, сначала напишем ему хоть? Как бы не вышло, что мы зря пришли. — Давай, — согласилась я. — Ты пиши, я подожду. Я достала телефон и начала печатать: «Привет, Кэй. Мы с Джоном хотим с тобой поговорить. Но лучше делать это ночью. Мы можем прийти к тебе? Ответь, пожалуйста». — Ну, как написала? — спросил Джон. — Написала, — сказала я, убирая телефон. — Хорошо, — сказал Джон. — Остаётся только ждать. — А если он не ответит? — спросила я. — Ну тогда действительно придётся прийти к нему без приглашения, — усмехнулся Джон. Мы помолчали, а потом Джон заговорил снова: — Слушай, Алиса. Тебе встречалась на улице какая-то странная девушка? — Анна? — переспросила я. — Ага, — кивнул Джон. — Она резко появилась, когда я гулял по улице, и начала говорить что-то про недовольство условиями труда. ИИ был очень зол. Я задумалась. Анна. Я вспомнила её яркий образ, её безумный взгляд, её крики о справедливости. — Может, нам стоит с ней объединиться? — сказала я. — Раз она разделяет наши взгляды. Джон покачал головой. — Мне кажется, не стоит. Она сильно привлекает внимание. Я вздохнула. Джон был прав. Анна была слишком яркой, слишком громкой. Она привлекала внимание, а нам нужно было действовать тихо, незаметно. Пока что. — Ты прав, — сказала я. — Лучше пока держаться от неё подальше. Мы постояли ещё немного в тишине. Я смотрела на Джона и чувствовала странную гордость. Он решился. Он пришёл. Он был с нами. — Спасибо, что пришёл, Джон, — сказала я тихо. — Спасибо, что не дала мне сдаться, — ответил он. Я улыбнулась. В груди было тепло. Не от чая. Не от тепла в квартире. От того, что я больше не одна. У меня была Лия. Был Джон. И скоро будет Кэй. Мы справимся. Я знала это. Обязательно справимся.