Тень Луны 2

Ртуть стоял неподвижно, но воздух вокруг него начал мелко дрожать — верный признак того, что его гнев готов был вырваться наружу физической волной. — Что ты здесь забыл, брат? — Пришёл тебя встретить. — Я не об этом. Какого черта ты делаешь в аду? Тьма спокойно сложил руки на груди. В его жесте не было вызова, только бесконечная усталость. — Ну, кто-то же должен разгребать дела Старика, пока тот снова в походе. Ртуть скрипнул зубами. Ответ брата прозвучал слишком обыденно, слишком... правильно. Тьма всегда был тем, кто берет на себя ответственность, пока остальные разрушают мир. Но видеть его в этой роли сейчас было невыносимо. — Разгребать дела? — Ртуть сделал шаг вперед, и под его подошвой треснул камень. — Ты стал его тенью, Тьма. Заменил Старика на посту, пока он развлекается войной. Ты хоть понимаешь, как это выглядит со стороны? Тьма даже не вздрогнул от вспышки его силы. Он лишь строго сдвинул брови. — Это выглядит как порядок, — отрезал он. — Пока я здесь, демоны не жрут друг друга в междоусобице. — Идём, — Тьма жестом велел следовать за ним. — Мне не до церемоний, я должен… — Я настаиваю. Ртуть чувствовал, как внутри бурлит ярость, но странное поведение Тьмы заставило огненного демона насторожиться.

***

Кабинет Тьмы подавлял своим масштабом и непроглядной чернотой интерьера. Но Ртути было не до эстетики. — Итак... — Тьма откинулся в массивном кресле. Ртуть сел напротив, едва сдерживая напряжение в руках. — Мне доложили о твоем появлении в ту же секунду. Что это за выходка? — Ты всерьез думаешь, что я приперся сюда по доброй воле?! — вспылил демон. — Что произошло? Ртуть глубоко вдохнул, пытаясь сохранить остатки самообладания. — К нам завалился Криолит. Он вышел на Луну. — Понятно, — сухо произнёс Тьма. — Понятно? А мне вот ни черта не ясно! — сорвался Ртуть. — Мне нужно немедленно вернуться домой, Луна в опасности... — Луны нет дома. Лицо Ртути окаменело, а глаза блестели лихорадочным огнём. — Откуда такая осведомлённость? — процедил Ртуть. — Скажем так: у меня свои источники. Недавно она посетила Башню в сопровождении Криолита. В результате активации древнего защитного механизма объект оказался полностью заблокирован. В данный момент мои доверенные лица занимаются определением точного местоположения Луны. — Ты?! — выдохнул Ртуть, когда фрагменты мозаики наконец сложились в жуткую картину. — Прежде чем мой кабинет превратится в пепел, просто выслушай, — ледяной тон Тьмы не дрогнул. — Говори. — Нам нужна мать близнецов, и Луна — тот ключ, который ее освободит. Думаю, они уже встретились. — Какого дьявола... — Успокойся. С Луной ничего не случится, я приставил к ней своего демона для подстраховки. — Что же ты наделал... — содрогнулся Ртуть. — Появление Криогена в Башне было частью плана. Его цель — найти мать. В ночь её исчезновения рядом была служанка, которую подставили и бросили в ту же камеру, где позже оказался Криоген. У неё хранилась частица сути госпожи. Мне оставалось лишь организовать побег и позволить Криолиту встретиться с Луной. Ртуть вспыхнул, обратившись в живой факел, но Тьма остался неподвижен. Мрачная энергия брата уже змеилась по полу, готовясь задушить пламя, но Ртуть в последний момент обуздал гнев сам. — Я понимаю твою ярость, брат, — глухо отозвался Тьма. — Но я не враг. Луна в безопасности. Если бы была хоть тень угрозы для неё... — То что? — Ртуть хищно оскалился. — Ты бы выбрал другой путь? Не верю. — Нашел бы, — отрезал Тьма. — Теперь план прост: они вызволяют демоницу, и всё возвращается на свои места. — Если с Луной что-то случится... я не буду жечь твой кабинет, брат. Я сожгу весь этот мир вместе с Башней. — Я знаю, — почти тепло ответил Тьма. Несмотря на кипящий гнев, Ртуть всё еще цеплялся за веру в брата. Тьма чувствовал эту внутреннюю борьбу; пока брат не ушел, оставался шанс закончить разговор миром. — Пойми, — продолжил Тьма, — в этих близнецах, при всей их пугающей силе, осталось нечто светлое — слепая преданность матери. Она — их единственный якорь. И она никогда не была безумной. Её методично травили годами, убеждая всех вокруг в её болезни. А настоящим палачом стала твоя мать: почуяв угрозу, она расчетливо заперла соперницу в клетке её собственных видений, а потом организовала её похищение. Ртуть оцепенел. Образ матери — женщины, погубившей столько судеб и едва не убившей его самого при последней встрече, — снова встал перед глазами. И теперь эта женщина гниет в Башне, откуда она не сможет продолжать свою страшную игру. — И что теперь? — голос Ртути прозвучал надломленно. Он все еще пытался переварить правду. — Ты всерьез думаешь, что после такого мы сможем просто вернуться назад? — «Назад» больше не существует, брат. Мир, который мы знали, держался на лжи, которую состряпала твоя мать. Теперь этот фундамент треснул. — Ты не ответил на вопрос, — Ртуть резко вскинул голову, в его глазах снова заплясали искры. — Какое будущее ты видишь для нас? Для Луны? Лицо Тьмы оставалось непроницаемой маской, но в глубине глаз мелькнула тень усталости. — Нам нужен баланс, а не пепелище. Если демоница вернет себе разум и силу, она станет противовесом той власти, которая едва не раздавила нас всех. Я не ищу хаоса, Ртуть. Я ищу порядок, в котором нам не придется оглядываться на тени прошлого. — Порядок, построенный на манипуляциях и детях-инструментах? — горько усмехнулся Ртуть. — Порядок, в котором ты будешь свободен от влияния своей матери, — отрезал Тьма. — Она в Башне, и она слабеет. Когда близнецы закончат начатое, у нас появится шанс переписать правила игры. Ты сможешь защитить Луну от той системы, которая сделала её мишенью. Ртуть молчал. Огонь внутри него угас, оставив лишь тяжелую, липкую пустоту. — А если они не справятся? Если она действительно сошла с ума за эти годы? — Тогда, — Тьма сделал паузу, и его энергия на мгновение коснулась плеча брата, словно тяжелая ладонь, — нам обоим придется стать теми чудовищами, которыми нас всегда считали. Но пока... пока мы будем ждать. Ртуть дернул плечом, сбрасывая это призрачное касание. Слова Тьмы не успокаивали — они лишь окутывали ту боль, что еще тлела на дне его души. — Ждать, — повторил он, и это слово на вкус было как пепел. — Мы всегда только и делали, что ждали. Сначала — когда нас заметят. Потом — когда нас простят. А теперь мы ждем, пока она окончательно не разрушит то немногое, что осталось от нашего мира. Тьма не ответил сразу. Он медленно подошел к большому окну, глядя куда-то вдаль. Он ждал информацию от своих ищеек. — Ты боишься не того, что она сошла с ума, брат, — произнес он, не оборачиваясь. — Ты боишься того, что она права. Что мир, который мы защищаем, заслуживает именно такой участи. Ртуть поднял взгляд. Его рубиновые глаза, обычно подвижные, сейчас казались застывшими тёмными зеркалами. В этот момент один из призрачных вестников Тьмы появился в кабинете. Тьма отошёл от окна, ожидая доклада. — Ваше высочество, она найдена, — выдохнул он, склонившись в глубоком поклоне. — Но... — он костлявой рукой протянул лоскут ткани, безнадёжно испачканный чем-то багровым.