Grammar of the Heart (Грамматика сердца)

Январь. Каникулы закончились и школа вновь наполнилась шумом. После новогоднего затишья резкий переход к учебе давался всем тяжело, но висевшее над одиннадцатиклассниками ЕГЭ не оставляло выбора. Пробный экзамен по английскому проводился в актовом зале в субботу. Длинные ряды столов, гулкая тишина, нарушаемая лишь шуршанием бланков и скрипом ручек. Чайльд сидел, сжав в пальцах гелевую ручку и чувствовал, как нервное напряжение сковывает тело. Он взглянул на преподавателей, наблюдающих за порядком. Скарамучча стоял у дальней стены, его поза была безупречно прямой, а лицо невозмутимым. Но когда их взгляды случайно встретились, Чайльд почувствовал нечто новое. Не строгость, а... сосредоточенное внимание. Легкий, почти незаметный кивок. Это придало ему уверенности. Он открыл КИМ и углубился в работу. Тексты казались сложными, но знакомыми. Грамматические правила, которые он так ненавидел, теперь выстраивались в логичные цепочки. Он ловил себя на том, что в голове звучит спокойный, ровный голос Скарамуччи, объясняющий тонкости употребления артиклей. Когда он дошел до эссе, тема показалась ему знакомой. Они что-то похожее разбирали на одном из последних занятий. Чайльд улыбнулся про себя и принялся писать. Сдавая работу, он снова посмотрел в сторону Скарамуччи. Тот на мгновение задержал на нем взгляд и в его глазах мелькнуло нечто, что можно было принять за одобрение. Быстрое, профессиональное, но настоящее. Выйдя из актового зала на свободу, Чайльд почувствовал необычайную легкость. Он не знал своего результата, но впервые за долгое время был уверен, он справился. Люмин и Итэр ждали его в коридоре. - Ну как? - тут же спросила Люмин. - Нормально, - ответил Чайльд и его улыбка была спокойной, без обычной бравады. - Вроде, получилось. Он прошел мимо них, оставив друзей в легком недоумении. Ему нужно было побыть одному, чтобы осознать, что что-то в нем изменилось. И дело было не только в английском.