Когда Разошлась Молния

Джессика сидела в своей комнате, погружённая в разговор с Лайамом. Она только что отправила ему новую фотографию — она была одета в старую, узкую блузку, которая теперь натягивалась на её животе, а пуговицы бесщадно трещали. Она чувствовала себя пухлой и плотной после двух кусков торта, которые только что тайком съела. Наслаждаясь тугим ощущением ткани, она медленно водила рукой по выпуклой линии живота, ощущая сопротивление блузки и плотность своего тела под ней. Их переписка быстро переросла из виртуального утешения в реальное влечение. Он был понимающим, восхищённым её новыми округлостями и, главное, он принимал её тайну. Через неделю тайных переписок, они договорились о встрече. Их первое свидание состоялось в итальянском ресторане. «Ты выглядишь великолепно, Джесс. Даже в этом свитере я вижу, какая ты... мягкая», — прошептал он, и его глаза сияли. Ужин начался. Лайам не просто сидел напротив; он активно участвовал в её кормлении. Он заказал огромную пиццу с двойным сыром. Две порции пасты "Карбонара". «Ешь, Джесс, пожалуйста. Я хочу, чтобы ты почувствовала себя очень наполненной», — говорил он, подталкивая тарелку с пастой к ней. Джессика не сопротивлялась. Под его поощряющим взглядом и вдали от осуждения родителей, она ела быстро и жадно. Жирная, тяжёлая пища быстро заполняла её. Она чувствовала, как её живот начинает напрягаться, растягивая ткань свитера. Это было то самое чувство наполненности, которого ей так не хватало. Когда Джессика с трудом доедала последний кусок пиццы, откинувшись на спинку стула с тяжёлым, выступающим животом, Лайам наклонился. «Ты такая пухлая», — прошептал он с восхищением. Он осторожно положил руку ей на талию, прямо поверх широкого свитера. Затем, его пальцы медленно начали массировать её бока. Он ощупывал мягкие складки, которые Джессика старалась прятать. «Чувствуешь, как всё уплотнилось здесь? Твой живот такой круглый и набитый», — его голос был полон нежности и восторга. Джессика замерла. От прикосновений его рук ей стало жарко. Это было позорно — он ощупывал её расползающиеся бока и раздутый живот — но одновременно это было невероятно приятно. Он не осуждал, а обожал то, что её тренер ненавидели. На прощание, когда они вышли из ресторана, Лайам обнял её. Его руки плотно обхватили её за талию. «Ты выглядишь такой тугой, Джесс. Мне нравится, как сильно ты сегодня наполнилась», — он слегка сжал её мягкие бока, прежде чем отпустить. Она шла домой тяжёлая, с новым, округлившимся объёмом в животе. Свитер, который утром был свободен, теперь явно натягивался на её теле. Джессика знала, что вернулась в свой запретный мир. Она нашла человека, который не просто позволял ей есть, но поощрял её наполнение и восхищался её мягкими складками и тугим животом. Теперь, даже если она носила свободную одежду, она знала, что под ней её тело продолжает расти и наполняться, и Лайам был её секретным сообщником и кормильцем. Свидания в ресторанах стали регулярными, но Лайам предложил нечто большее: провести вечер у него дома. Это было полное погружение в её тайный мир, вдали от посторонних глаз. Лайам ждал её с целым банкетом. На столе стояли: два больших ведра куриных крылышек в соусе, картошка фри, жирные молочные шейки, и огромный торт. «Сегодня мы не просто едим, Джесс. Сегодня я хочу тебя набить, чтобы ты почувствовала себя самой полной на свете», — сказал Лайам, его глаза горели восторгом. Он посадил её на диван и начал кормить её, словно маленького птенца. Он совал ей крылышки, окунал картошку в соус и подносил к губам. Джессика ела, ощущая, как тяжелая, жирная пища заполняет её с невероятной скоростью. Она была голодной не только физически, но и эмоционально. С каждым съеденным кусочком увеличивалось напряжение и ощущение полноты. Очень скоро Джессика достигла предела. Она откинулась назад, тяжело дыша. Её живот был абсолютно твёрдым и огромным. Лайам поднял её футболку. Резинка спортивных штанов, хоть и была широкой, впивалась в тело под животом. Сам живот был колоссальным, раздутым шаром. Он был настолько большим и плотным, что нависал над поясом штанов, перекатываясь сверху мягкой, округлой складкой. Кожа была блестящей от натяжения. «О боже, Джесс, ты невероятна!» — прошептал Лайам, его голос был полон восхищения. Он начал то, что Джессика уже знала и жаждала — массаж. Его руки нежно, но настойчиво легли на огромный, твёрдый живот. Он начал мягко массировать его круговыми движениями, слегка надавливая, чтобы помочь пище «усесться». Он ощупывал её мягкие бока, которые теперь выпирали из-под резинки штанов. Он сжимал их, ощущая густые, мягкие складки и новую округлость. «Ты становишься такой мягкой и прекрасной», — шептал он, нежно поглаживая нависающий живот. Это было абсолютное принятие её постыдного секрета. Она чувствовала, как кровь приливает к лицу от смущения и возбуждения. Потом Лайам наклонился ниже. Он начал целовать её мягкие, округлившиеся бока и нависающую складку над поясом. Он целовал её тугой, раздутый живот, словно это был драгоценный трофей. Джессика закрыла глаза, сгорая от стыда и наслаждения. Её переполненный желудок и сдавленные жировые складки были объектом обожания. Лайам целовал её новые формы, которые она должна была прятать. Это было полное, абсолютное избавление от унижения. Её тело было полным и тугим, и это было идеально. Она знала, что после этого вечера её свободные штаны будут невыносимо жать, а её тело уже никогда не вернется к прежним размерам. Но ей было всё равно. Она нашла того, кто любил её наполненной и мягкой.