Рождественский подарок для Клэя Паппингтона

В ту холодную рождественскую ночь Блоберта рано и крепко заснула, наглотавшись снотворного, потому что была глубоко потрясена и не хотела больше видеть своего мужа. Клэю же, как обычно, не спалось. Он уже протрезвел и лежал, крепко обняв подушку и тихонько плача; его мучали стыд, тоска и ненависть из-за отказа Даниэля. Представления Клэя о самом себе были разрушены. Он не знал, как будет теперь смотреть в глаза жене и сыну, как будет жить дальше без Даниэля, он хотел его так сильно, как никого в жизни, готов был отказаться от всего, что имел, отказаться от Бога, только бы физрук ещё раз приласкал его... Вдруг окно медленно приоткрылось, и кто-то пролез в аскетичную спальню, как кошка, впустив свежий зимний холод. — А? Даниэль?.. — Приподнялся Клэй в постели, натянув одеяло до подбородка. — Да, Клэй, ты все правильно понял, смышленый мальчик... — Физрук, не теряя времени, беззвучно закрыл за собой окно, моментально стянул с себя белую, влажную от снега кофту, обнажая загорелую накаченную гладкую грудь, и прыгнул в постель хозяина, отделенную от жениной толстой благочестивой перегородкой, — Я решил, что проникнуть к тебе через это окно, сквозь которое я не раз... Наслаждался наблюдением за тобой, было бы весьма, кхм-м... Готично... — Ты же сказал, что... Да ты ведь сегодня прогнал меня! — Воскликнул Клэй дрожащим голосом, пока Даниэль стягивал с него одеяло, — Мне сейчас так плохо, Даниэль. Не издевайся надо мной! — Тш-ш, тш-ш... Тихо, Клэй, тихо... Ты сам издевался над моими чувствами столько лет, но сейчас не об этом... Закрой для папочки свой капризный ротик, если не хочешь, чтобы Блоберта проснулась и попыталась снова оказаться на твоём месте... — Прошептал Даниэль, проводя сильной рукой по ляжке мужчины и заставляя того трепетать, ведь Блоберта никогда не ласкала мужа таким образом, — Я изменил свое решение... Ты был таким жалким хорошим мальчиком, когда умолял меня остаться с тобой, что я не думал больше ни о чем другом... Как же я мог отказать тебе, приятель, ещё и в столь светлый богоугодный праздник... Тут глаза мужчины наполнились слезами счастья. — О... Д-даниэль!.. — Клэй обвил руками стройную накаченную спину тренера и неуверенно притянул его к себе, — Неужели это правда?.. Тренер ничего не ответил и склонился к губам Клэя. На этот раз мужчине ничего не помешало ответить на его поцелуй — они сразу стали жадно тереться языками и посасывать друг у друга губы. Клэй быстро дышал и негромко постанывал от дикого возбуждения, которое уже охватило его от столь стремительного и желанного развития событий, слезы счастья текли по его щекам. Ему нравился вес Даниэля, этого мужчины, который совратил уже и его жену, спящую за перегородкой, его жаркое дыхание, усы, мужественный запах, не встречающая сопротивления настойчивость. Это было так не похоже на то, что Клэй испытывал в постели с Блобертой или шлюхами. Даниэль казался ему демоном, появившимся из темноты и полностью подчинившим себе его волю. То, что Клэй столько лет не позволял тренеру, он теперь отдал ему за считанные минуты и был счастлив; он беспокоился только о том, что это должно будет рано или поздно закончиться. И вот, Даниэль разорвал поцелуй, слегка отстранившись. — О, Боже, Даниэль, трахни меня прямо сейчас, я твой... — Умоляюще пролепетал раскрасневшийся Клэй, дрожащими руками развязывая поясок халата, — О, нет!.. Господи, ну зачем ты сделал меня таким... Трахни меня прямо сейчас, Даниэль, научи меня всему, я никогда ещё не был с мужчиной! Я так сильно люблю тебя... — Спасибки, Сатана... Или Иисус... — Прошептал физрук. — Что-что? — Я говорю... О, да, детка, эти годы мучений стоили того... — Низким голосом сказал Даниэль, — Обязательно научу, Клэй, это моя работа... Но сначала мы предадимся с тобой некоторым... Предварительным гомоэротическим увеселениям, чтобы ты как следует расслабился, а я мог подольше насладиться твоей податливостью... И, будь добр, приятель, перестань уже распускать нюни. Я хочу видеть своего прежнего Клэя. Даниэль достал из кармана шорт тюбик смазки "Входите тесными вратами" с обезбаливающим эффектом, поставил ее на тумбочку, удобно уселся у ног Клэя, положил их к себе на колени и стянул черные носки. — Ого, точно, как же я сразу не подумал... А-ах!.. — Клэй растаял и нежно потянулся, когда Даниэль начал массировать его пятки большими пальцами, — Обожаю, когда ты так делаешь, хи-хи... — М-м, прекрасно... А я обожаю делать тебе приятно... И твои сладкие ножки, — Тренер слегка улыбнулся, продолжая делать чувственный массаж. Клэй с наслаждением закрыл глаза, позволяя Даниэлю промассировать ему пятки, пальцы на ногах и икры и поцеловать их; возбуждение сохранялось, но стало менее острым, по телу разливались приятное тепло и слабость. Мужчину все ещё очень смущало думать о том, что ему предстоит, но то, как заботливо вел себя с ним Даниэль, очень его успокаивало. Клэй так расслабился, что не заметил, как физрук опустил его ноги на постель и снова подобрался ближе. Даниэль с шутливой грубостью распахнул салатовый халатик Клэя и стянул полы с обоих его плечей. Мужчина в тот день был в своей особой белой секси пижамке без рукавов. — Хм-м, Клэй... Тебе так нравится умолять меня о чем-либо?.. — Спросил тренер, поглаживая гладкое плечо Клэя. — Ха-ха, о чем ты, Даниэль? — Ласково усмехнулся мужчина, — Я ни о чем тебя... — О, Клэй, но в этой пижаме твои плечики так бесстыдно обнажены... Ты ведь просто умоляешь, чтобы я немного поиграл с твоими подмышками... — Что?.. Даниэль ничего не ответил, быстро стянул рукава халата и убрал руки Клэя за голову, чему тот не сопротивлялся; коленом тренер упёрся в его пах. — Оу... Миленько, — Сказал Даниэль, погладив пальцами темные волосики на подмышках, что заставило Клэя хихикнуть. — А чего ты, собственно, ожидал? — Усмехнулся Клэй и теснее прижался членом к его коленке, — Я ведь мужчина. Бриться это... А-ахах, щекотно!.. Это... По-гейски... — Ха-ха... По-моему по-гейски это тереться членом о колено человека, проникшего через окно в твой дом, пока он трогает твои подмышки... — Сказал Даниэль и склонился к хозяину, чтобы поцеловать его в носик. — Ах, черт! Может и так... А-а!.. Клэй прикусил губу, чтобы потише стонать и хихикать, но не сопротивлялся, когда Даниэль ещё немного поиграл с волосиками и погладил его подмышки и внутреннюю сторону рук. Клэй никогда не ощущал кого-то настолько неприлично близко. Когда мужчина стал более активно тереться о его колено, тренер сквозь ткань пижамы потискал его груди и сжал соски. Клэй запищал, выгнул спину и схватил Даниэля за запястья, но тренеру это не помешало умело расстегнуть пуговки, после чего он опустился на любовника и начал страстно покрывать поцелуями его груди и шею, стягивая рубашку с плеч. Клэю было очень щекотно, но, несмотря на это, он продолжал крепко обнимать Даниэля и прижиматься к нему, наслаждаясь новыми ощущениями. Тут физрук слез с Клэя и улёгся рядом вплотную к нему, после чего они снова поцеловались в губы. — Знаешь что, детка... Я люблю элемент неожиданности, если ты не успел заметить... — Прошептал Даниэль, соблазнительно смотря на любовника и продолжая поглаживать его природно гладкую грудь, — Давай решим, кто будет сегодня сверху, как настоящие мужчины... — О, и как же это, Даниэль?.. — Спросил Клэй. — На камень-ножницы-бумага, разумеется... Мужчины сжали руки в кулачки и начали трясти ими. Даниэль Стопфрейм имел большой опыт в обеих ролях, но почему-то оба никак не решались выкинуть какую-либо фигуру, продолжая водить вверх и вниз кулаками. Тут Клэй развратно улыбнулся, и физрук подумал о том же, о чем и он, после чего они дико стянули штаны и трусы (у Даниэля их не было) и начали тереть друг другу члены, прижавшись телами ещё плотнее. Лобок Даниэля был таким же гладким и загорелым, как все остальное тело, а у Клэя вела к пупку темненька блядская дорожка, не слишком густая. Хозяин дома начал постанывать, и Даниэль развернулся к нему для очередного страстного мокрого поцелуя. Румяное лицо Клэя выглядело таким похотливым, когда он смотрел на Даниэля, приоткрыв ротик, что тренер не выдержал и, схватив того за волосы потянул к своему стоящему члену. Мужчина соскользнул с небольшой кровати на пол, запутавшись в пижамных штанах, но не стал сопротивляться и, встав на колени, уже собирался приложиться ртом к прекрасному видом стволу физрука, как тут только заметил, что он был обрезан. — Господь Иисус! Ты что, жид проклятый?! — Чуть не закричал Клэй. — Немедленно перестань шуметь, ты сейчас разбудишь Блоьерту... — Сказал Даниэль, затолкнув член ему за щёчку, — Нет, Клэй, глупенькая ты девочка... Это для красоты... Неужели тебе не нравится?.. Посмотри внимательнее... Тренер извлек покрытый слюной член изо рта Клэя и поводил им перед лицом мужчины. Тот успокоился и стал с интересом рассматривать гладкие яйца, ствол с венками и красивую чистую головку. Краска смущения снова залила его щеки и уши, когда Даниэль начал касаться инструментом его лица, медленно подрачивая себе. Тут тренер уткнулся головкой члена в его горячую, гладко выбритую щеку и потерся о нее. Это ощущалось очень непривычно и приятно унизительно, Клэй представил со стороны, как Даниэль трётся возбуждённым хуем о его лицо, а он не возражает на это ни слова, хотя его рот свободен. — Ум-м... Давай я всё-таки... Отсосу тебе?.. — Неуверенно спросил мужчина. — Я вижу, Клэй, что тебе все-таки по вкусу этот обрез... Так уж и быть, я прощаю тебя за клевету, мой возлюбленный брат во Христе... А теперь поработай своим милым ротиком и больше не говори глупостей... — Насмешливо ответил Даниэль, тщательно проведя головкой по мокрым приоткрытым губам. Клэй выглядел очень мило и жалко, когда старательно посасывал член Даниэля, беря не очень глубоко из-за неопытности и посматривая снизу вверх на физрука. Тот расслабился и упёрся одной рукой в постель, а другой стал поглаживать мужчину по голове, отчего тот стал ещё более покладистым. Чтобы сделать любимому ещё приятнее, Клэй начал гладить рукой его член на той длине, которую не мог брать ртом, и слегка щекотать яички. Даниэль охнул, не ожидая такого шлюханства от мэра Моралтона и отца семейства, но взял себя в руки и лишь снисходительно усмехнулся, что ещё сильнее смутило и возбудило Клэя. Поскольку Клэй вел себя очень податливо, Даниэль решил всё-таки в их первый раз быть сверху. Впрочем, им обоим в глубине души этого хотелось сильнее. Пока Клэй избавлялся от штанов и трусов, Даниэль заглянул за перегородку и увидел, что Блоберты там почему-то не было и испугался, но решил не подавать вида перед Клэем, иначе продолжение вечера бы не состоялось. Мужчина лег в постель и смущённо улыбнулся Даниэлю. Физрук тоже ответил ему улыбкой, взял с тумбочки тюбик смазки и расположился рядом с любовником. — Я... Все же немного волнуюсь, Даниэль... — Неуверенно сказал Клэй, пока Даниэль нежно и благодарно целовал ему запястье, — Это как-то... Не богоугодно... — Ну, хе-хе... — Усмехнулся Даниэль, — Я же войду в тебя в миссионерской. — А, в миссионерской... — Клэй на секунду задумался, потерев подбородок, — Ну, тогда ладно! — Скажи папочке... Мой мальчик ходил сегодня на горшок?.. По большому... Хорошо помыл свою попку? — Э-э... Да?.. — Растерялся мужчина. — Очень хорошо, молодец. Даниэль чмокнул Клэя в губы и нетерпеливо переместился к его промежности. Он влажно зацеловал его ляжки и ягодицы, щедро выдавил смазку на заманчиво тугое отверстие, тщательно промазав его и поиграв с дырочкой пальцами, уже этим заставив Клэя поскуливать от возбуждения, а затем, не жалея смазки, покрыл ей и свой член. Согнув ноги Клэя в коленях, Даниэль поцеловал его пяточку, а потом осторожно вошёл в его зад, немного подразнив дырочку головкой. Мужчина неприлично громко простонал и тут же закрыл свой рот рукой, но тренер не стал ничего говорить, зная, что это уже бесполезно. Он с любовью посмотрел на Клэя, красного и трепетавшего от непривычного ощущения. Когда тот отнял ладонь ото рта и смущенно улыбнулся ему, Даниэль набросился на него как дикий кабан и стал ласкать ртом и покусывать его миленький сосок, одновременно начав активно двигаться внутри мужчины. Клэй не мог сдерживать стоны и ахи, он извивался, вертел головой и сжимал подушку, забросив руки за голову. Даниэль, бывший ростом пониже своего любовника, заметил это и сильнее согнул ноги Клэя, подтянув его стройную задницу к себе, чтобы оказаться на нем повыше. Тогда он смог целовать и сосать его подмышку. Клэй захныкал от своей доступности, но позволил дикому развратному Даниэлю немного этим позаниматься, а потом обхватил его сильную накаченную спину руками, а ногами — талию, и крепко прижал к себе, целуя его в светлую макушку. Физрук ускорил свои движения внутри, но тут вышел, прижался своим все ещё скользким от смазки членом к члену любовника и так тёрся о него, пока они оба не кончили на белый животик Клэя. Пока хозяин дома приходил в себя и восстанавливал дыхание, тренер нашел в тумбочке салфетку и протер ей сперму, после чего оделся за несколько секунд, как его учили в детстве в организации скаутов, и улёгся к Клэю, уже держащему во рту сигарету, прикрыв того одеялом и прислушиваясь к звукам в доме. Мужчина нежно потянулся и прижался к Даниэлю, позволяя себя обнять. — Я так люблю тебя, Даниэль... Я бы хотел... Всегда быть твоим... Чтобы ты всегда так обнимал меня после страстного нечестивого гейского секса... Может, ещё помассируешь мне ножки?.. Или пописа-... — Тут Клэй взволнованно окинул взглядом друга, — А зачем ты оделся? — Я тоже тебя люблю, Клэй... — Ответил Даниэль, неловко почесав затылок и отстраняясь, — Ээ, ну... До скорого, приятель! Ты был бесподобен, ну просто дикая кошка!.. — Кхм-кхм! — Прокашлялась Блоберта, возникшая перед постелью, скрестив руки на груди и сверля взглядом обоих. С ней также были заспанные Орел, Шейпи и Блок. — Кусьнооо! — Закричал Шейпи, выдавив себе всю смазку в рот, за что Блок ударил его по голове стулом, что он аж развалился на части, и оба заплакали. — Тренер?.. Вы все-таки пришли к нам на Рождество! — Радостно воскликнул Орел и захлопал в ладоши. — Э-э... Да, малой... Как-то так... — Господи! Да за что мне все это, мать твою! — Закричал Клэй и ударил кулаками по одеялу, — Что ты себе позволяешь, женщина?! — Это ты... Это ТЫ меня сейчас спрашиваешь?.. — Жена нервно хохотнула, — Ты, Клэй Паппингтон?! ТЫ, которого только что пол ночи ебали в... — Не матерись при Ореле, тупая ты раздолбаная пизда! — Вскочил Клэй с кровати. Все замолчали, даже Шейпи и Блок, увидев отца голым, и благочестиво отвернулись; в комнате на секунду воцарилась тишина, нарушаемая только звуками надевания трусов и халата. — Кхм. И, вообще, прошло не больше часа... — У, хи-хи... А час это весьма неплохо... Стоять, Даниэль! — Крикнула Блоберта физруку, который уже собирался выбраться через окно, — С тобой я ещё разберусь. А ты, козел, иди объясни Орелу, что только что произошло, и ложись спать на диване. Клэй с раздражением взглянул на Орела. — В кабинет, молодой человек. — Да, пап. Не забудь свои штаны... — Устало сказал мальчик, не сглотнув даже ради приличия, и поплелся к выходу, — Эх... Я-то думал, что это главный сюрприз на Рождество, и мы все вместе повеселимся с тренером... — Нет, Орел, — Равнодушно сказала Блоберта, — Твой папочка уже утомил мистера Стопфрейма. Когда все кроме Блоберты и Даниэля покинули спальню, женщина закрыла дверь на замок, заинтригованно подошла к кровати, на которой сидел Даниэль, неловко смотря в пол, и странно усмехнулась. — Но, может... Для меня у тренера ещё найдется немножечко рождественского веселья?..