О техномансере замолвите слово! Или виват, Революция!

После того как одним вечером к нам пришла Цунаде Сенджу, у меня возникла идея. Такая, что хотелось расчёсывать кожу до крови. Я могу работать с печатями. И — что куда важнее — интерпретировать печати. А значит, мне нужен фуин. Но фуин — это контроль.А контроль отрабатывается не на вдохновенных медитациях, а на чём-то мёртвом, простом и не жалком. Например — на рыбе. Да, есть дыхание, есть созерцание, есть «пусть чакра течёт, как река». Но мне надо фристайлить. Макувакуум. Грязно. Жёстко. Практикой. Приснопамятный утяжелитель я ношу уже неделю, и до сих пор не могу наиграться. Отскакивать от стен — круто. Но когда Наруто играл мной, как мячом в FIFA — вот это было мощно. Я даже научился отгонять от себя воздух. И перегонять его внутрь, чтобы ловить странное кислородное опьянение. Вот за такой алкоголь я всеми силами за. Проблема одна: утяжелитель всё это время жрёт чакру. Нужен альтернативный источник… веселья. Тук-тук-тук-тук. — Цунаде-сама, — сказал я. — Есть разговор. Личный. — Проходи, коль не шутишь. Мы поднялись на второй этаж. Комната. Закрытая дверь. Совещание без свидетелей. — Ну? — сказала она. — Что тебе надо? — Не мне. Вам. Она прищурилась. — Я могу быть идеальным учеником меднина. Потому что я уже левитирую через гравитационную печать в утяжелителе. — … — А с вашими знаниями я смогу разработать технику, которая обойдёт мою невозможность использовать стихийные дзюцу. — Как ты это делаешь? — наконец спросила она — Интегрирую опыт технопатии. Симбиоз с вычислительными структурами. И ваш мир — где чакра не абстракция, а физическая реальность. Тишина стала вязкой. — …Ты втираешь мне какую-то дичь. — Годы не пощадили тебя, Цунаде. Её чакра дёрнулась. — Твой возраст для меня открыт, как книга, которую я уже читал. Нет ничего постыдного в коконе из дозволений и лени. Я сделал шаг ближе. — Но если есть шанс выйти — по нему проходят. Как курица через дорогу. — Ты переходишь границу, мальчик. — Дан бы одобрил любой ваш путь, — спокойно сказал я. — Цунаде-сама. Это был удар. Не чакрой — памятью. Она медленно выдохнула. — Ты не мальчик. Пятилетние дети не говорят так. И не знают таких подробностей. Быстро признавайся. Откуда? Я посмотрел ей прямо в глаза. — Скажите, Цунаде-сама… Вы верите в реинкарнацию? Тем же днем, а точнее уже вечером после занятий с мистической рукой, Сенджу пришла к своему учителю. — Сарутоби… — Цунаде медленно выдохнула. — Так это этот... Сейджи всё заварил? Хирузен не удивился. — Он добрался и до тебя? Ожидаемо. Учитывая, что он теперь под моей негласной опекой. И дружит с Наруто. — Ты понимаешь, что ты спускаешь с цепи? — Цунаде нахмурилась. — У нас в деревне живёт человек, который мыслит как мудрец нескольких новых Путей… и при этом он играет в генина с джинчурики. Хирузен тихо усмехнулся. — Это не мудрец дружит с джинчурики. Это мы с ним дружим. Он уже принёс чертежи — от вычислительных машин и аграрных схем до планов издательств книг со своей родины. Половину предполагаемой прибыли он добровольно предлагает вкладывать в инфраструктуру деревни. Цунаде приподняла бровь. — Столько даже Джирайя не жертвует. — Именно. Иногда мне кажется, что дитя пророчества — он, а не Наруто. Но… — Хирузен сделал паузу. — Он показал мне, почему это не так. — Показал? Старик, ты сейчас говоришь загадками. Мне нужны факты. — В пять лет, незадолго до поступления в Академию, он пришёл к отцу. И Иноичи несколько месяцев… смотрел аниме про наш мир. Цунаде моргнула. — …Что? — Голоса — наши. События — наши. Но ты там нарисована. Я — тоже. И, к слову, в той версии я погиб. Он затянулся трубкой. — Орочимару выжил, подчинил кланы в своей деревне звука, пошёл по пути бессмертия. Я пал в бою. Ты стала Хокаге. Пьющей — но мудрой. — Хм… — Цунаде отвернулась. — Шизуне бы это не понравилось. — Как она, кстати? — Помогает мне обучать меднинов. — Цунаде усмехнулась. — Это твоя идея — использовать фармакологию для повышения концентрации? — Не моя. Его. В его мире это называется «очищенные стимуляторы». Убирают побочные эффекты, оставляют ясность. Усиливают синестезию — позволяют управлять внетелесным. — Он этим баловался? — В попытках довести технопатию до телепатии. Цунаде медленно села. — Тогда ещё один факт. Он интерпретирует эффекты печатей. Не просто активирует — понимает. При мне он левитировал. Отскакивал от предметов. Всё — через утяжелители. Хирузен напрягся. — Летающие предметы… — Ты понимаешь масштаб? — резко сказала Цунаде. — Военная техника. Лечебные платформы. Протезы. Экспериментальные стихийные системы. Да мы сможем воевать — и лечить — иначе. — Мы дали ему доступ к библиотеке. В том числе — к фуин. Иноичи докладывает регулярно. Он растёт… слишком быстро. Хирузен вздохнул. — Иногда мне кажется, что в клане Сарутоби появился ещё один внук. — Что он сейчас делает? — Рисует. Вибрирующие клинки. Броню с автономным управлением. Вертикально взлетающий транспорт. Дроиды. Протезы для ветеранов. Цунаде стиснула кулак. — Он пришёл ко мне за контролем чакры. Сказал, что повторять расенган Четвёртого пока рано. — Он знает и об Эдо Тенсей, — тихо добавил Хирузен. — И даже предлагает использовать души как источник энергии. Осторожно. Контролируемо. Но до этого мы допустим его только после успехов в фуин. Он поднялся. — Всё, Цунаде. Иди. У меня работы больше, чем за всю войну. Он уже передал даймё манифест. — Какой ещё манифест? — Про общество без войн. Про коллективную собственность. Про науку как основу власти. Хирузен посмотрел в окно. --- Высотные здания. Изобилие еды. Вычислительные машины повсюду. Передача изображения на расстояние. Сеть из машин, где люди обмениваются знаниями и мнениями. Он усмехнулся устало. — Мы живём в удивительное время, Цунаде. Вопрос только один… Останется ли в нем место для нас ### Лабораторный журнал. Объект №2304### Рыба номер две тысячи триста четыре. Заболевание, смоделированное раковыми клетками, стабилизировано и полностью излечено. Гнойное воспаление вызвано, локализовано и очищено. Вирусная нагрузка — полная копия человеческого спектра, иммунный ответ изучен, протокол адаптации готов. Перед внедрением потребуется анализ местного генома человека. Прогон чакры выявил флуктуации при прохождении по каналам. Попытка вырастить вторичную структуру — успешна. Выстрел чакрой через тушку… Как из пушки в Soul Knight. Надо признать — впечатляет. Мозг объекта реанимирован. Сознание пока нестабильно: наркотические образы, сны о трансцендентном. Теоретически возможно нарастить мышечную массу из фарша и создать автономного миньона. Выбор формы остаётся открытым. Девочка — для социальных экспериментов. Гоблин — для утилитарных задач. Зависит от целей. Если честно… Я хочу вырасти нормальным гаремовладельцем. Почему нет? Менталист с психотерапевтической подготовкой. Технопат в мире, где язык программирования гнёт реальность. Адекватный парень, который воспринимает отказ не как трагедию, а как начало неловкой дружбы. Психологическая устойчивость — высокая. По ушедшему миру плакал только первые месяцы. Лунный свет, кстати, стабилизирует. Вполне себе неплохая партия по пути в жизнь, особенно если опыта наберу в жизни. Все же для меня полиамория не шанс получить коитус, а предложение войти в прайд с самыми флаффными и харткомфортными тегами на фикбуке. Интересно… А если создать аликорна? Лунного. Назвать Полумна. Воспитать как философа-растафарианца. С учётом Наруто… Если я фанфик — меня давно должны были замультикроссить. Если нет — я просто хочу путешествовать по мирам. Почему и делаю такую хрень на будущее, потому что как рыбак ловлю судьбу на понт. Все идет к тому что я могу натягивать нити судьбы неосторожными действиями и во время того же обратного призыва реально оказаться в знакомом мире. " Всадник из льда позабыл твой лик", да. Нужен плеер. Рыбка, прости, ты лишишься органа. Керамический корпус — глину можно замешивать чакрой, нагревая фуин. Начинка… из начинки. Запись — на икру. Вывод — через наушники. Да, по блютузу. Пугает ли меня лёгкость, с которой я всё это делаю? Нет. Я и раньше проворачивал подобное — во сне. Навыки совпадают. Отличаются только ощущения. Симуляция для того и существует, чтобы однажды перестать быть стимуляцией. — Сейджи, ужинать. …Мама. Я выскочил из лаборатории у себя в комнате. — Мам, пригнись! Бах! Конфетти разлетелось по кухне. — …И как мы это будем убирать? Постой. Ты что — из рыбы выстрелил? — Всё просто. Три тысячи раз исследованная рыба может всё. Я из неё и хадукены провожу. Синие, плазменные. А убрать можно магнитным полем. Её глаза стали ещё больше. — Сейджи… ты же не можешь владеть стихиями. — Зато могу создавать устойчивые фуин-конструкты. Не бойся. Мне просто не хватало искры, чтобы завести динамический мотор. Я улыбнулся. — Что у нас на ужин? А, ничего особого… Тогда рыбный пирог. Мозг я сохраню — на нём записано поведение будущего питомца. Я же могу иметь призывное животное? — …Ты сейчас говоришь, что создашь существо просто потому что тебе нужен питомец? — Не только. Это проект искусственных шиноби-роботов. Мне нужен секретарь, который априори не предаст. Корпорации. Книги. Игрушки - реальные и цифровые. — Сейджи проникновенно посмотрел на мать серьезным взглядом. — Мне надо иногда веселиться. Наруто не всегда будет рядом. И нет, мам. До Орочимару или Данзо я не скачусь. Я слышал, что папа нашёл в его голове. Она молчала. На следующее утро я пошел в академию с новым зарядом позитива, и Will be thay Day тут совершенно не причем, да-да Я принёс Наруто завтрак и подарок. — Смотри. Плеер. Десять тысяч песен. — Ого! Спасибо! Но давай после уроков. Сейчас география. География… Которую я, к слову, и вернул в программу. Учителя вернулись не из-за Наруто. Из-за меня. Я как спусковой крючок активировал механизм реабилитации Наруто, а значит если никто не хотел обидеть Сенджу своей характеристикой где написано что они не идут учить шиноби из-за джинчурики... Все должны учить поток, где этот джинчурики уже имеет репутацию клана за спиной. Я стал индикатором системы. Кто списывает. Где. Как. Через неделю администрация знала всё. На виновных сваливался ад из заданий. Честно. Контроль растёт. — Псс, Шикамару, Чоджи. На перемене — за Академией. --- Пять человек. Включая Хинату, которая «случайно» шла следом. — Господа. Сейчас демонстрация. Шикамару — тень на максимум силы, нужен квадрат. Чоджи — рядом. И не бойся если чакру начнет высасывать Раз. Два. Три. Ex Spiritus Umbradei Из теней вышли Они. Искажённые, вытянутые, с фиолетовыми глазами. Скрюченные ноги, когти, спектральные пасти. — КРААА! — Сейджи, ТЫ ЧТО СДЕЛАЛ?! Пуф. Тени рассыпались. — Спокойно. Это фуин. Отрабатываю создание големов. Или клонов, если проще.Они могут строить, добывать, защищать деревню, воевать телепортацией... — ЧТО ЗДЕСЬ ПРОИСХОДИТ?! — Проверка теории. Теорема волосатого шара, описание траектории чакры, искусственная СЦЧ. Получились устойчивые сущности... — …К Хокаге. Немедленно. — Есть, сэр. *** Наруто был в ауте. Сейджи… сделал ЭТО. Конструкты. Полноценные.С собственной чакросистемой.И всё — из теней Нара.Значит, Шикамару был процессором… А Чоджи — батарейкой? Это же… Это же просто потрясающе! Но радость царапнула странная мысль. А что, если Сейджи подошёл к нему не случайно? Не по доброте душевной? Он ведь появился так вовремя. Помогал. Поддерживал. Дарил вещи. Всегда — волны позитива, ни намёка на злой умысел... Да нет. Он бы не стал злодеем в один миг. …Но как он это сделал? Наруто почесал затылок. "Ай, ладно. У тёти Цунаде спрошу". Она точно что-нибудь знает. *** — Что это было, Руслан? Голос Хирузена был спокойным. Слишком спокойным. — Мой проект, Хокагэ-сама. Сейджи стоял ровно, руки за спиной. Не дерзил. Не оправдывался. — Я начинал с тренировки «мистической руки» на рыбе, — продолжил он. — Затем перешёл к исследованию СЦЧ. Я создал ультразвуковую волну, но на чакре, и прогнал её по организму. Он поднял глаза. — После этого активировалась моя симбиотическая система чакраканалов. Хирузен не перебивал. — Как оказалось, — продолжал Сейджи, — моё врождённое дзюцу — это переселение и фантомизация. Та «игра», на которой работает мой внутренний мир, — не фантазия. Это полу-сформированная реальность. Тишина стала плотнее. — Души монстров в ней — осколки моей собственной души низкой концентрации. Паразитное излучение. Поэтому ваш Шинигами, вероятно, меня не видит: основная масса души постоянно уходит на поддержание этой реальности. — …Продолжай, — медленно сказал Хокагэ. — Я разработал искусственную чакросистему. Она, находясь в обычной чакре, начинает перерабатывать её по моему шаблону. Прорастает, как паразитное растение. Но в моих руках — это инструмент. — Инструмент создания шиноби-роботов? — уточнил Хирузен. — Да. Полноценных. Мой механизм использует тот же принцип, что и демоны у девочки из клана Курама. Эмоциональные формы. Только у меня — стабилизированные. Хирузен выдохнул дым. — И ты считаешь оправданным экспериментировать на детях, которые не понимали, с чем ты работаешь? — Это не эксперимент, — спокойно ответил Сейджи. — То, что уже проверено, — не эксперимент. Это был контрольный тест. — Во время которого ты призвал эмоциональных демонов в Коноху. — Они не самоосознанны. Просто программы. Я вообще планировал заставить их танцевать. Под хор. Сарутоби прикрыл глаза. — Директор академии сообщил о тридцати сигнатурах вражеских генинов. — Ошибка интерпретации, — пожал плечами Сейджи. — Фантомные контуры. Угрозы не представляли. Молчание. Долгое. — Послушай меня внимательно, Сейджи, — наконец сказал Хирузен. — Ты дитя двух миров. Я принимаю, что ты живёшь в модернизированной реальности внутри своей головы. Он открыл глаза. — Но с этого момента ты спрашиваешь разрешение на подобные эксперименты. Я включаю тебя в научную группу Конохи. Пауза. — Судя по всему, ты уже освоил фуин достаточно, чтобы распознавать собственные дзюцу. Хирузен отложил трубку. — Пока свободен. Сейджи кивнул. — Благодарю, Хокагэ-сама. И вышел. — Сэйджи, — голос матери был напряжённым. — Что это был за вызов к Хокагэ? Что ты натворил? — Мам, представляешь, — оживился оный, — я создал искусственных шиноби из чакры. Они как эмоциональные демоны, только полностью подконтрольные. Я исследовал своё дзюцу в виде чакрасистемы. Она замерла. — …Постой. Так это дзюцу мешает тебе использовать стихийные техники? — Да ничего особенного, — отмахнулся Сейджи. — Смотри, вот есть… В это же время. — Сестрёнка Цунаде! — Наруто, я же просила не называть меня так. — Хорошо… мама Цунаде. — Кхэ— кха-кха! Чтоб тебя, Наруто! Я аж подавилась! Говори, чего тебе надо, и больше так меня не называй. Лучше уж буду старшей сестрой, чем мамой. — Ладно… Цунаде, как ты думаешь, Сейджи со мной специально познакомился или по доброте душевной? Она прищурилась. — У тебя появились подозрения? — Нет! То есть… да. То есть… Он сегодня такое вычудил. Собрал компьютер из трёх шиноби — ИноШикаЧо. Призвал каких-то чёрных демонов. Директор прибежал, всех разогнал. И я вот думаю… если он из людей компьютер делает, то вдруг он и игры сам делал? А если сам — зачем ему я? Он же первый подошёл и заговорил. Он замолчал. — …У тебя что-то с лицом. Цунаде медленно выдохнула. — Наруто. Это не моя тайна. Даже две. Но ты — центральная фигура в обеих, так что я скажу. Она посмотрела ему прямо в глаза. — Сейджи помнит прошлую жизнь. Мир без шиноби. Там он создал «дзюцу» из силы разума — способность говорить с техникой. Наруто слушал, не мигая. — А ты… ты действительно особенный. В твоей печати — Кьюби но Йоко. Он питает тебя своей ядовитой чакрой, к которой ты привык ещё в утробе. Он нагнетает её, увеличивая объём. — Поэтому… контроль такой плохой? — Да. И поэтому Сейджи решил взять тебя под опеку. — Он… использует меня? — Нет, — резко ответила Цунаде. — Он верит в тебя. Он хочет, чтобы ты стал Хокагэ. Сильным. Мудрым. Тем, кто любит людей и мир. Она встала. — Но то, что он овладел какой-то формой призыва… С этим нужно разобраться. — Ты куда? — К Сарутоби. Жди Шизуне. ## Научная лаборатория АНБУ В лаборатории был кипиш. Учёные, шиноби, аналитики — десятки людей метались между столами, свитками, печатями и досками. Обсуждения шли одновременно на трёх языках: формулы, чакры, мата. Сейджи шёл среди них, с любопытством наблюдая, как его идеи разрастаются быстрее, чем он ожидал. Он свернул в отдел фуин. — Так это ты наш благодетель, Сейджи Яманака, да? Перед ним стоял крупный мужчина с символом Акимичи на жилете, но взгляд — острый, инженерный. — Рад встрече. Нобуторо Акимичи. Глава отдела разработок фуин. Он протянул руку. — Расскажи, что ты можешь. Покажи эффекты своих дзюцу. А потом начнём решать, кем ты у нас будешь. Сейджи улыбнулся. — Тогда начнём с простого. Вы когда-нибудь видели печать, которая учится?