Котик смог отдохнуть

Юнги нервно перечитывает выписку от врача-проктолога и напряжённо поджимает искусанные губы. На бумажке чёрным по белому напечатан диагноз: «Синдром хронической тазовой боли», а в голове набатом звучит назначение врача «Вам необходим массаж предстательной железы длинной в 15 сеансов каждые 1-2 дня, пока ситуация не обострилась». Ему даже дали адрес клиники, где есть хороший специалист, занимающийся такими массажами, но позвонить туда и записаться Юнги так и не решился. Нет, не из-за страха врачей, ведь к стоматологу он ходит регулярно, даже вид крови никогда не пугал, он всегда спокойно сдавал анализы. Но массаж простаты... Тяжело выдохнув, он оставляет листок на кухонном столе и отправляется в душ. Хочется искренне верить, что это пройдёт само и вылечиться можно обычными лекарствами, а не массажами. Да и боль не такая уж и ужасная, возникает только когда он долго засиживается за ноутбуком. Наверное, стоит просто чаще отдыхать и лежать, не нагружая спину и поясницу. Конечно, его предупредили о возможных последствиях отсутствия лечения, но сейчас ведь не так всё страшно, верно? Пусть это будут проблемы Юнги из будущего, а не Юнги из настоящего. Выйдя из ванной, Юнги вытирает волосы полотенцем, собирая лишнюю влагу. Кажется, ему действительно стало немного легче. Он поворачивает голову в сторону коридора и видит на входе чёрные туфельки. Значит, Чимин вернулся. Стоп. Если Чимин вернулся домой, это значит, что... Юнги влетает на всей скорости на кухню и видит Чимина. В одной его руке телефон, а в другой выписка Юнги из больницы. Омега смотрит то на листик, то на экран телефона, а когда боковым зрением замечает мужа, медленно поднимает взгляд на него. В родных глазах Юнги смог различить беспокойство и нарастающую с каждой секундой ярость. — Чимин-и, ты уже вернулся? — Юнги подходит к омеге, целуя его в щёку и вешая мокрое полотенце на спинку стула. Чимин убирает телефон с листиком на стол, складывая руки на груди. — Ты записался к врачу? — Без прелюдий спрашивает Чимин, смотря в глаза альфы. В ответ он слышит только гробовое молчание, а это значит только одно – ответ неудовлетворительный. — Ты хоть знаешь, что будет, если это не лечить? Это по-твоему шутки какие-то? — Закипает младший, добавляя в голос грубости. Юнги опускает глаза в пол и поджимает губы. Всё ещё влажные чёрные волосы закрывают красное от стыда лицо, а в носу начинает неприятно щипать. Чимин тяжело выдыхает, прикрывая лицо ладонью. Ну а чего он хотел? Понятное дело, не каждый альфа захочет идти на процедуру, где придётся показывать своё самое сакральное, даже если на кону стоит его здоровье. Но пускать на самотёк опасно, Чимин уже начитался возможных последствий отсутствия лечения, что эта процедура уже кажется сущей мелочью. Омега подходит к Юнги и поднимает его голову, заглядывая в большие раскосые глаза. С губ альфы срывается всхлип, и он тут же закрывает лицо руками, отворачиваясь. Стыдно, стыдно, ему очень стыдно. — Милый, тише, ну ты чего? — Нежно произносит омега, разворачивая мужчину к себе. Омега убирает руки с его лица и заправляет чёрные волосы за уши, чтобы они не лезли в глаза. — Я боюсь за тебя, родной. Почему ты не записался к врачу? Ты боишься? — Искренне спрашивает Чимин, успокаивающе поглаживая щёку Юнги большим пальцем. — Я просто не хочу, чтобы кто-то трогал меня там... — Отводит глаза в сторону, обнимая себя за плечи. — А если будет больно? А если врач будет омега? А если альфа? — Юнги поднимает взгляд обратно на Чимина и поджимает губы. — Я глупый, да? — Вовсе нет. Бояться – это нормально, котик. Но и оставлять всё вот так опасно, ты ведь это понимаешь? — Юнги неохотно кивает. — Ты знаешь, что мы можем попробовать сделать это дома? Юнги удивлённо поднимает брови, не веря своим ушам. Если там его будет трогать Чимин, то это звучит уже не так страшно. Он никогда не сделает Юнги больно, Юнги в этом уверен. Соглашаться всё ещё боязно, но и отказываться смысла нет, потому что... — Ты же понимаешь, что тебе придётся это сделать? А будет это со мной или врачом – неважно. — Чимин ласково целует Юнги в губы. — Но я постараюсь сделать всё, чтобы тебе было приятно, милый. Ты же у меня умница, самый сильный и умный альфа на свете, ты знал? Юнги тянется к Чимину и крепко его обнимает, утыкаясь носом в пахучую железу. Он вдыхает родной запах, прижимаясь к коже губами, и все тревоги уходят. Чимин окутывает его своим запахом, давая понять, что Юнги может себя отпустить. Позволить себе быть уязвлённым маленьким, доверяющим, слабым. Тем, за кого возьмут ответственность. Позволить себе стать малышом для мамочки. — Я согласен сделать это с тобой... — Негромко отвечает Юнги, отстраняясь от шеи Чимина и заглядывая ему в глаза. — Хороший мальчик. — Нежно произносит омега, поглаживая всё ещё слегка влажные волосы. — Ты должен подготовить себя. Ты знаешь, как это делать? — В ответ неуверенный кивок и румяные от смущения щёки. — Тогда я подготовлю спальню, пока ты будешь занят. Юнги отправляется в ванную комнату, откуда Чимин слышит в первую очередь звук включённого фена. Сперва решил высушить волосы, чтобы выглядеть красивым и ухоженным для своего омеги. Чимин невольно улыбается и отправляется в спальню. Там он сперва переодевается в удобные домашние вещи, после чего приступает к постели. Расправляет одеяло, оставляет одну подушку под голову, а другую располагает по ниже, для поясницы. Достаёт баночку со смазкой, после чего отправляется на кухню, где тщательно моет руки перед процедурой. Чимину нравится то, с каких сторон для него открылся Юнги. Больше он не боится попросить у Чимина грудь перед сном, но всегда подходит к просьбе со всей своей нежностью и осторожностью, ведь ему важно, чтобы это не доставляло дискомфорт его омеге. Сперва целует, жмётся ближе, а потом еле слышно произносит, утыкаясь носиком в грудь: «Мамочка, можно?..». Иногда Чимин просыпается по ночам от того, что Юнги сминает губами сосок через его ночнушку и тихо поскуливает во сне. Обнаружив это впервые, омега удивился, но не растерялся. Выпустил успокаивающий феромон, спустил лямку ночнушки с плеча и бережно прижал Юнги к груди. Стоило тогда альфе получить желаемое, как скулёж утих, уступая место тихому мычанию вперемешку с неспешным причмокиванием. Юнги выходит из ванной в одних боксерах и неуверенно идёт в сторону спальни. Там уже всё подготовлено, а на краю кровати сидит Чимин, что-то читающий в телефоне. — Чимин-а, я всё. — Говорит Юнги, стоя на входе в комнату. — Умница, малыш. Ложись на кровать, на спину. Под поясницу подложи подушку, хорошо? — Омега встаёт с кровати и подходит к старшему, целуя его в щёку. — Я пока ещё раз схожу руки помою. — И удаляется на кухню. Юнги нерешительно ложится на кровать, но делает всё исключительно так, как ему сказал омега. Удобно устроился на постели, сгибая ноги в коленях. Где-то под грудью ощущается неприятный жар, заставляющий мышцы напрячься. Тревога вновь нарастает из-за приходящих в голову нехороших мыслей. А вдруг всё-таки будет больно? А если Чимин передумает и скажет, что не будет таким заниматься? А если ему станет противно? — Малыш, ты снова горчишь. Тебе страшно? — Спрашивает Чимин, заходя в комнату. Он садится рядом с Юнги, поглаживая его по голой груди. Юнги кивает, отводя взгляд в сторону. В самом деле, он уже в который раз тревожится и напрягает этим Чимина, как маленький... — Малыш, посмотри на мамочку, ну же.. — Юнги возвращается глазами к Чимину. — Просто расслабься и сосредоточься на ощущениях. Будешь послушным мальчиком для мамочки? — Д-да.. — Юнги шмыгает носом, и тревога потихоньку отпускает. Чимин наклоняется к его лицу и затягивает в глубокий поцелуй. Юнги прикрывает глаза, позволяя омеге вести, и окончательно забывает обо всех тревогах. Чимин через время отстраняется и Юнги чувствует, как он спускается ниже дорожкой поцелуев. Стягивает с Юнги боксеры, кидая их на пол, и начинает целовать уже привставший от ласк член. Омега целует головку, после чего вбирает её в рот, толкая за щёку. Альфа под ним утробно рычит, поддаваясь бёдрами навстречу ласке. Чимин неторопливо ласкает вставший член, но, когда замечает, что пресс мужа напрягся, отстраняется, сжимая орган у основания. — М-мамочка... — Скулит Юнги, ощущая, как член предательски ноет, требуя разрядки. — Я х-хочу кончить, мамочка, пожалуйста... — Хнычет альфа, поджимая пальцы на ногах. Омега ещё некоторое время держит руку на члене Юнги, пока тот старается перевести дыхание, после чего отпускает. Взяв лубрикант, Чимин выдавливает немного содержимого на пальцы и начинает разогревать, бережно целуя коленку Юнги. — Расслабься, малыш.. — Говорит мягко Чимин, приставляя палец к сфинктеру альфы. Сперва обводит колечко мышц указательным, чувствуя, что мужчина действительно расслабился, после чего вводит его на одну фалангу, давая мужчине привыкнуть к новым ощущениям. Юнги на это негромко мычит, сжимая в руках простынь и поджимая низ живота. Омега проникает пальцем глубже, видя, как член Юнги дёргается. Спустя время, Чимин не торопясь добавляет второй палец, слыша в ответ тяжёлые вздохи и мычание. На время останавливается, наблюдая за реакцией мужа. Он старается расслабиться на максимум, на дрожащие коленки выдают напряжение. Альфа невольно сжимается вокруг пальцев, издавая тихий рык, и поворачивает голову на бок, закрывая рукой глаза. Спустя несколько минут Чимин начинает разводить пальцы в стороны, иногда сгибая, в попытках найти простату. Он делает такое впервые и, конечно, он тоже испытывает волнение. Хочется доставить удовольствие и максимально избежать возможной неприятной боли в процессе. Чимин слышит над ухом протяжный стон и видит, как яйца Юнги поджимаются, а член дёргается, качнувшись. Омега повторяет движение и нащупывает пальцами заветный комок нервов. Вновь надавливает, стимулируя, и внимательно наблюдает за реакцией мужчины. — М-мамочка, ещё, ещё... — Скулит Юнги словно в бреду, натянутый как струна всё это время. Голова слегка кружится и ему трудно фокусировать взгляд от столь ярких ощущений. Кажется, он сейчас расплачется. Или уже расплакался? —Пожалуйста.. мамочка.. — Стонет старший, раздвигая ноги шире. Из члена обильно сочится предъэякулят, а красная дырочка очаровательно сжимается на пальцах, хлюпая. Юнги громко всхлипывает, не сдерживая подступающие слёзы. Тянущая боль в члене вперемешку с приятными ощущениями внутри доводит его до предела, заставляя непроизвольно выгибаться, издавая щенячий скулёж. Чимин последний раз толкается в Юнги пальцами, и мужчина обильно кончает. Альфа закрывает лицо ладонями, чтобы сдержать рвущийся наружу плачь. По-детски громкий и жалкий. Омега вынимает пальцы, быстро вытирает их влажными салфетками и садится ближе к лицу Юнги. — Мой малыш... — Шепчет Чимин, убирая руки с его лица и начиная вытирать горькие-горькие слёзы. — Ты такой хороший мальчик, ты так хорошо постарался для мамочки.. — Улыбаясь, он целует солёные от слёз щёки и приглаживает растрёпанные волосы. Спустя минут 15 Юнги успокаивается, уходит в душ и возвращается абсолютно без сил. Заползает под одеяло к уже переодетому Чимину и жмётся ближе, сжимаясь от бессилия. Он безумно вымотался. Приятная усталость растекается по телу, когда омега прижимает его к себе и целует в губы. Юнги улыбается, целуя в ответ, после чего прикрывает глаза и проваливается в глубокий сон.