Твоя кровь — моя сила

— Это сделал я. Сан с неподдельным удивлением глядит на Уёна; тот спускается со второго этажа, спрятав руки в карманах толстовки, отведя взгляд в сторону. Либо ему стыдно и неудобно перед Саном, либо, наоборот, глубоко плевать. — Зачем? — откровенно не понимает Сан. — Зачем ты это сделал? Уён останавливается у лестницы и поджимает губы, размышляя, что ответить. Он всё так же не смотрит в сторону Сана, и тот начинает беситься. — Уён, ты язык проглотил? Этот вопрос задал не Сан. За Уёном показываются Юнхо и Хонджун. Сан не успел представить, как выглядит глава «семьи», но он точно может сказать: Хонджун достоин им быть как минимум из-за текущей в нём энергии. Его тело крепкое, глаза горят уверенностью с примесью тепла, когда он смотрит на всех членов своей «семьи», а исходящая от него аура даёт чувство защиты и безопасности. — Ничего я не проглотил, — фыркает Уён, бросая прищур на Хонджуна. — Тогда почему молчишь? — Потому что я не хочу говорить об этом при всех! — Уён невольно повышает голос, но Хонджун даже не морщится. — И я сказал тебе об этом, поэтому не допытывайся до меня! Уён быстрым шагом покидает дом через ближайший выход, ведущий на задний двор. Ему необходимо остыть, всё обдумать и уже после поговорить с Саном. Наедине. Хонджун, как и другие, понимает это. Он лишь вздыхает и переводит внимание на Сана, а тот резко выпрямляется и дышит через раз. Чужой сканирующий взгляд от макушки головы до пят заставляет его внутренние органы сжаться. — Выдохни, — с усмешкой произносит Юнхо, садясь с другой стороны от Минги. — Хён тебя не покусает. — Ага. У него уже есть тот, кого он кусает, — вставляет своё слово Минги, ехидно ухмыляясь. — Заткнитесь, мелкие, — хмыкает Хонджун. В его голосе нет раздражения, в нём даже присутствует нотка тепла. Он смягчает взгляд, всё так же не сводя его с Сана. — Давай поговорим наедине. Сан молча кивает и идёт с Хонджуном по коридору на кухню. Волнение трепещет внутри Сана, но оно чуть стихает, стоит ему взглянуть на донельзя спокойного Хонджуна. Сан про себя гадает, о чём тот думает и к чему приведёт их разговор. Кухня, как ни странно, оказывается меньше зала, но не менее просторной. Её освещают солнечные лучи, проникающие сквозь окна, а в воздухе витает тонкий запах еды; видимо, здесь кто-то недавно готовил. За приоткрытым окном слышно чириканье птиц, купающихся в фонтане, виден цветущий сад с беседкой и скамейка-качели. Столь умиротворённая атмосфера зарождает в груди Сана частичку надежды на то, что разговор с Хонджуном пройдёт гладко. — Значит, ты одногруппник Юнхо и Уёна, — начинает разговор Хонджун, облокачиваясь бёдрами о столешницу. — Да. — Они рассказывали про тебя, — Хонджун вновь рассматривает его. — Но я не думал, что ты настолько сильный и сможешь драться наравне с вампирами. — В детстве дедушка и отец учили меня боевым искусствам и самообороне, — произносит Сан, почёсывая затылок. — А по поводу драки… я хотел поблагодарить Уёна за помощь в сегодняшнем тесте, а когда увидел его в окружении незнакомых парней, не раздумывая бросился его выручать. — Считай, что вы квиты, — хмыкает Хонджун, переводя взгляд в окно. — Уён по натуре вспыльчивый, а во время драки с чужаками не отдаёт себе отчёта. Удивительно, что он ещё никого не убил. — Я не ожидал увидеть его таким, в университете он казался совсем другим. Сан смотрит в окно и видит на скамейке-качели Уёна, обнимающего свои колени. Сейчас Уён кажется Сану беззащитным, его хочется погладить по макушке, спрятать от проблем и невзгод и сказать слова поддержки. — Ему тяжело сближаться с людьми, — вздыхает Хонджун. — Я рад, что ты и Юнхо присматриваете за ним в университете. — А, ну, не то чтобы я присматривал за ним… Покрасневшие щёки Сана забавляют Хонджуна. Сан более чем очевиден, Хонджун видит его буквально насквозь и знает, что скажет Сан на следующие его слова. — Есть два варианта развития дальнейших событий. Сан напрягается. — Первый: я связываюсь с нашим Главой, объясняю всю ситуацию, стираю из твоей памяти всё, что ты узнал о нас, и ты продолжаешь жить обычной жизнью, не помня ничего, что было после укуса Уёна. Хонджун замечает промелькнувший блеск грусти в глазах Сана; тот даже не удивляется его способностям, уже поняв, с какими личностями он познакомился. — Второй: я связываюсь с нашим Главой, объясняю всю ситуацию, и ты становишься частью нашей «семьи» и никому — слышишь? — никому не рассказываешь о нас. Но есть одно условие. — Какое? — Сан оживляется. — Ты будешь давать свою кровь Уёну. Сан моргает, а затем ещё раз и ещё, осмысливая его слова. Давать свою кровь? Уёну? Серьёзно?! — Можно узнать причину? Хонджун призадумывается, формулируя у себя в голове подробный ответ. — Я и Уён, в отличие от Ёсана и Минги, переносим и усваиваем не все виды крови людей. Эта особенность у «обращённых» бывает редко. Многие виды по неизвестным причинам нам не подходят, а подобрать нужную довольно трудно, особенно с учётом того, что нужна кровь человека того же пола, что и у «обращённого». Это одна из важных деталей нашего существования. Лично мне очень повезло встретить Сонхва, хотя, когда он узнал о моей истинной личности, я подумал, что он перережет мне шею канцелярским ножом. Губы Хонджуна расплываются в мягкой улыбке, стоит ему подумать о своём человеке. Сан поднимает уголок губ: Хонджун дорожит Сонхва, причём далеко не из-за того, что тот даёт ему кровь. — У Уёна нет своего человека около двух лет, — улыбка пропадает с лица Хонджуна, в его глазах мелькает беспокойство. — А раньше, получается, был? — Да. Джэрён был одноклассником Уёна в старшей школе. Они были очень близки, и когда Джэрён случайно узнал правду об Уёне, он сохранил её втайне и начал давать ему свою кровь, — Хонджун тяжело вздыхает. — Но ближе к концу старшей школы он отказался давать Уёну кровь, сказав, что больше не может терпеть его вспыльчивость и ненасытность. Я, согласно «Кодексу», стёр у Джэрёна все воспоминания, связанные с Уёном и нами, оставив в его памяти лишь тот факт, что он и Уён — одноклассники. Сан понимает Джэрёна. Не каждый сможет хранить непростую тайну, на постоянной основе давать свою кровь и думать, а не пострадает ли он от своего «обращённого» или других вампиров? Вспомнив ночь в переулке и сегодняшнюю драку, Сан не удивляется, что бывший одноклассник Уёна решил разорвать с ним связь, хоть они, по словам Хонджуна, были близки. Но Сан не может представить, каково было в тот момент Уёну, что он чувствовал и как справлялся с гнетущими мыслями. — Уёну было очень тяжело, его состояние было шатким, — Хонджун словно читает мысли Сана. — Глава предложил мне перевести его в ваш университет и группу, чтобы Юнхо мог присматривать за ним. Последние пару лет Уён пьёт кровь доноров, которую приносит ему один из членов нашего клана. Он работает врачом в больнице, поэтому не пугайся, никто из нашего клана не убивает людей. Но, как я уже сказал, далеко не каждая кровь подходит организму Уёна, а вот твоя подошла. Сан вспоминает состояние Уёна до того, как тот укусил и выпил его кровь в переулке. Получается, Уён стал лучше выглядеть и чувствовать себя после той ночи. Его кровь подходит Уёну, и он не знает, что чувствует по этому поводу, но точно не отвращение или страх. Сан глубоко задумывается, а Хонджун даёт ему время на раздумья. В первом случае Сан точно будет в безопасности: он не будет знать ни об «обращённых», ни о том, кто является ими. Он будет жить, как раньше, не переживая о своей жизни. К тому же Сан догадывается, как тяжело Хонджуну присматривать за шестью парнями, а если он станет членом его «семьи» — груз ответственности на плечах Хонджуна увеличится в разы, пусть тот и прекрасно осознаёт это и не против его присоединения. Казалось бы, первый вариант самый правильный, разумный, но… — Я не могу представить, что будет в будущем, если я соглашусь на второй вариант. Но я не хочу забывать о том, что произошло, о том, что мне рассказали ребята, — негромко говорит Сан, смотря в тёмно-карие глаза Хонджуна. — И я хочу помогать Уёну. Хонджун бесшумно выдыхает, его плечи облегчённо опускаются. В глубине души он знал, что Сан выберет второй вариант, но сомнения присутствовали и не давали покоя весь разговор. Он уверен в Сане, хоть и знает о нём совсем немного. — Тогда с этого момента ты член нашей «семьи» и клана «Сэнгиус», — Хонджун хлопает его по плечу и улыбается уголком губ. — Парни обрадуются этому. — А ваш Глава не будет против? — Сан в волнении прикусывает нижнюю губу. — За это можешь не переживать, я всё объясню ему. Сан кивает и выдыхает, стараясь до конца осмыслить то, на что он согласился. Но он не жалеет о своём решении. — Сходи к Уёну, поговори с ним, а то он сейчас загрузится ненужными мыслями. — Хорошо. Сан открывает дверь, ведущую из кухни в сад, и, сделав глубокий вдох, неторопливо идёт к Уёну, сидящему на скамейке-качели. Тёплый ветер помогает Сану собрать в себе всю решимость, и, стоит ему подойти к Уёну, тот переводит взгляд со своих колен на него, смотря снизу вверх. Сан негромко прокашливается. — Я могу присесть? — Ага, — слышится шепот в ответ. Они несколько минут сидят в тишине. Между ними не чувствуется напряжения, но никто пока не обмолвился ни словом, не зная, с чего начать разговор. Слышится лишь журчание воды, льющейся из фонтана, шуршание листвы деревьев и тихий скрип качели. Первым тишину нарушает Уён. — Прости, Сан, — произносит Уён, вновь смотря на свои колени. Сан поворачивает лицо к нему. — Той ночью я был не в себе и очень слаб после драки с чужаками из другого клана, а когда почувствовал человеческий запах — слетел с катушек и укусил тебя. Я знаю, это не оправдание, просто говорю, как есть. И за сегодняшний случай тоже — прости. Я был на взводе, поэтому нагрубил тебе, но на самом деле не хотел этого, — и добавляет совсем тихо: — Я просто испугался за тебя. — Испугался? — Сан заинтересованно глядит на него, отчётливо услышав греющие душу слова. — Конечно! — Уён вскидывает руки и невольно повышает голос, а Сан вздрагивает от его резко изменившегося настроения. — Кто бы не испугался за человека, который полез в драку с вампирами? — Буду считать это за «спасибо». Сан сверкает ямочками на щеках, ничуть не обижаясь на Уёна. Он уже понял: тот просто волновался за него. Сану нравится этот факт, как и покрасневшие кончики ушей Уёна. — Как прошёл ваш с хёном разговор? — Уён смотрит краем глаза на Сана. — Он мне всё объяснил и предложил два варианта развития дальнейших событий. Я сделал выбор, — Сан выдерживает паузу, тем самым интригуя его, — и теперь я член вашей «семьи», буду давать тебе свою кровь. Сан довольно улыбается, а Уён хлопает ресницами и приоткрывает в удивлении рот. — Ты точно идиот. — Эй! Я вообще-то согласился из добрых побуждений! — А, точно, у тебя же большое сердце, — Уён повторяет слова Юнхо и шкодливо улыбается, заметив румянец на щеках Сана. — Ой, посмотрите-ка, как он смущается! Их шутливые пререкания слышатся на весь сад и доходят до приоткрытого окна кухни, через которое на них смотрят двое парней. — Думаешь, всё будет в порядке? — спрашивает Сонхва, переводя внимание на Хонджуна. — Посмотрим, — тот жмёт плечом и обнимает Сонхва за талию. — Глава не против нового члена «семьи», особенно после того, как узнал, что Сан уложил нескольких вампиров в одиночку. — Да и они, кажется, нашли общий язык, — Сонхва снова глядит на парней; те уже закончили пререкаться и о чём-то разговаривают, явно пребывая в хорошем настроении. — Надеюсь, Сан выдержит настырность и зверский аппетит Уёна, — вздыхает Хонджун, на что Сонхва хихикает. Аппетит Уёна он имел в виду во всех смыслах.