Божественный ублюдок? Что ж, я пожалуй соглашусь.

      Утро начиналось спокойно. В общей спальне было тихо, но спал лишь один человек.       Том бросил взгляд на спящего Гарри Поттера и вошёл в санузел, который заметил, когда раскладывал книги по полкам.       Рен сидел на кровати. Он тоже смотрел на Гарри Поттера, но не спешил отводить взгляд.       Это было абсурдно и даже забавно. Было много вопросов насчет того, каким образом этот хрупкий мальчик, который недоедает и который живет в отвратительных условиях, — Герой.       За всю его длинную жизнь, кто бы ни вставал на пути Рена — будь то сильный противник или человек, возомнивший себя лучше, — жили лучше, чем этот мальчик.       Разве после великих свершений или победы над ужасным врагом, героев не должны задаривать? Упрощать им жизнь?       Насколько Рен знал, всё так и было.       Но...       — Какого черта этот мальчишка в таком ужасном состоянии? — спросил Рен. Он поднял взгляд на Тома, который, закончив с процедурами тоже начал смотреть на Гарри Поттера.       — Чёрт его знает, — он равнодушно посмотрел в глаза Рена и произнес: — Я знаю, что дети должны жить счастливо и хорошо питаться. Можешь не волноваться, я приведу его в порядок.       Несмотря на то, что он говорил и смотрел равнодушно, Рен ощущал в воздухе повисшее напряжение. Он покачал головой и встал.       — Мне нет дела, — бросил Рен перед тем, как скрыться в санузле.       Том закатил глаза и посмотрел на настенные часы.       Семь утра.       Он сел на свою кровать и начал рефлекторно поглаживать кота, который начал ластиться к нему. Время текло медленно и неспеша, и когда Рен закончил возиться, они решили разбудить Гарри Поттера.       — Нам обязательно его будить? — спросил Рен, нависая над Гарри Поттером.       — Нет, постоим в таком положении минуту, сам проснется.       И, как ожидал Том, Гарри начал просыпаться. Маленький Герой сонно открыл глаза, затем — испуганно поднял голову.       — Сейчас 7:15. Постарайся к 7:30 умыться, привести себя в порядок и спуститься в гостиную.       Гарри Поттер кивнул, но ни Том, ни Рен не видели, что это был осознанный кивок. Скорее — рефлекторный.       Они спустились в гостиную, в которой было всего несколько детей из первого курса. Несколько мест на диванах было свободно, но они вместо того чтобы сесть, прислонились к стене.       Они давно узнали, как здесь относятся к детям или людям в целом, которые воспитались так называемые маглами. Кончено они могли понадеяться, что здесь относятся ко всем как к равному, но и Рен, и Том были реалистами.       Том прикрыл глаза — ему хотелось полежать, отдохнуть, но у него было чувство, что он что-то упускает. Его идеальная память ни разу не давала сбои, но ощущение, что он о чем-то забыл, не пропадало.       — О чем размышляешь? — спросил рядом его голос.       Том улыбнулся:       — Мне интересно, как пройдет мой первый урок, — его голос звучал волнительно. Он открыл глаза. — Всё-таки первое занятие по магии... Я до сих пор не могу поверить, что это всё реально!       Он изобразил непонятный восторженный жест и продолжил после понимающего кивка Рена.       Вскоре они замолчали. Они стояли у стены и молча беседовали, словно понимали друг друга без слов. Иначе трудно объяснить, почему один из них закрыл глаза и наморщил лоб, а другой чему-то кивает. На них бросали взгляды и однокурсники и старшеклассники. Первые — непонимающие и недобрые. Вторые — задумчивые.       Для всего факультета Слизерин было странно, что сюда попало три белых ворона. Давно на их факультете не обучался маглокровка, — что уж говорить про близнецов, попавших сюда.       Про Героя, который одолел страшного противника из этого факультета, и говорить нечего.       Казалось, норма, к которой они привыкли, рухнула из-за Лонгманов. Иначе не объяснить, почему после внезапного поджога исторического артефакта происходит подобный сбой.       — Может нам всё-таки приснилось, что Гарри Поттер будет обучать на Слизерене? — спросил третьекурсник, сидевший на подлокотнике кресла.       — В который раз говорю, — произнес Феликс, скрещивая руки на груди. — Не могло подобное присниться. Две маглокровки стоявшие у стены, — живое тому доказательство.       — Всё это не менее чем бред, — произнесла Эмма и через несколько секунд раздражённо цокнула: — Вот и ваш Герой.       Гарри Поттер не спеша наступал на последние две ступени. Он выглядел хорошо, если не обращать внимания на растрёпанные волосы. Он поискал взглядом близнецов и, отыскав их, помахал.       Рен улыбнулся и помахал в ответ, Том, отставая от брата на секунду, тоже поприветствовал Гарри.       — Вроде я успел, — произнёс Гарри, стараясь не замечать то, как смолкли ученики. — Спасибо, что разбудили.       Гарри неловко стоял рядом с близнецами, ощущая на себе взгляды.       — Конечно.       ***       Рен, Том и Гарри Поттер снова сидели в конце стола. Им показали дорогу в зал и вручили по карте. На карте были указаны не только пути до гостиной, но и до кабинетов профессоров.       Даже указано месторасположение кабинета директора.       «Он напоминает мне Чхве Хана», — в какой-то момент подумал Том, наблюдая, как Гарри Поттер неловко следует за ними к кабинету Истории Магии.       Урок по Истории заставил задуматься Тома и Рена: как можно использовать бесполезного призрака. Или — как убить бесполезного призрака.       Том и Рен, привыкшие изучать историю, сидели на уроке с раздражением. Призрак сидел и бубнил, не поднимая взгляда и не интересуясь учениками.       В какой-то момент Том склонился к идее Рена — добить Биннса.       Существо, не способное правильно преподавать предмет и рассказывшее лишь о войнах с гоблинами казалося ему бесполезным.       «От Клопе пользы больше, чем от этой дымки», — думал Том, стоя перед кабинетом Защиты от Темных искусств.       Он вошёл и сел в конце класса. У Тома и Рена обостренные предчувствия. Они догадывались, что урок будет похож на урок Истории Магии.       — А э-эт-тот чеснок-к, — в середине урока вещал Квирелл, показывая классу едва заметную дольку, — о-очень хор-рошо помогает против в-вы-высших вамп-п-пиров.       Том и Рен, сидевшие со взглядом мучеников и записывавшие информацию, одновременно фыркнули.       — Что-то н-не так-к м-мистеры Л-лонгм-маны? — всполошился Квиринус Квиррелл, когда посреди тихих шепотков и смешков раздался саркастический смех, который не пытались спрятать близнецы.       Драко Малфой на протяжении дня бросавший взгляды на эту тройку воодушевился. Уроки в сегодняшней программе оказались до ужаса занудными, и он был рад чему-то, что не напоминает бубнеж про гоблинов или трепетный рассказ о сортах чеснока.       — Нет, конечно, ничего не случилось, — сказал один из близнецов, бросая взгляд в сторону близнеца.       — Нам поведали о вампирах и зомби, — снисходительно произнёс второй близнец, убирая перо в чернильницу. — Однако, Квиринус Квиррелл, боюсь я с братом не способны дальше слушать подобную чушь.       Гарри испуганно раскрыл глаза. Прямое неуважение к учителю! Он осмотрелся и заметил, что Малфой сидит с победной ухмылкой на устах.       — Э-это возмутительно! Р-р-ра-азговаривать в-вв подобном тоне с п-пр-рофессором!       — Возможно, — пожал плечами один из близнецов. — Но мы говорим о вашей некомпетентности и о распространении ложной информации.       — В учебниках, в которых упоминались вампиры или высшие вампиры, не было сказано о зубке чеснока. К слову, Квиринус, не мог бы ты приоткрыть окно? — мягко вопросил близнец, склоняя голову набок.       «Удивительно», — подумал Гарри. — «Он назвал профессора по имени».       Слизеринцы напряженно переглянулись. Если за прежние слова близнецов могли отчитать, то сейчас был риск, что снимут баллы с факультета.       ... Однако.       Этого не происходило.       Профессор Квиррелл, словно под гипнозом или Империо, подошёл к окну и открыл его. В классе стало свободнее, ученики с удовольствием вдохнули чистый воздух, забывая о прежней напряжённости. Сейчас, с едва заметной благодарностью, некоторые смотрели на близнецов.       Оставшийся урок прошёл в тишине. Профессор молча стоял у окна, ученики наслаждались чистым воздухом, Близнецы играли в гляделки.       Один лишь Гарри Поттер растерянно смотрел то на близнецов, то на остальных слизеринцев, то на профессора.       Вскоре прозвучал звонок, и первыми кто вышел из класса, были близнецы. На их лицах не было улыбок или ухмылок. Гарри, провожая их силуэты взглядом, вздохнул.       «Они действительно странные».       — Поттер, — прозвучала рядом знакомая манера речи.       Гарри махнул рукой.       — Позже, Малфой.       Он вышел из класса и последовал за близнецами. По какой-то причине он чувствовал рядом с ними себя защищённым.       Близнецы зашли в старый класс, откуда через секунду раздался смех. Гарри поёжился и решил, что лучше посидит в библиотеке, читая про Мерлина и других выпускников Хогвартса.       ***       Том и Рен смеялись — каждый из-за своей причины, но ни у одного из них не было веселья в голосе.       Рен смеялся, но в голосе было слышно облегчение и раздражение. Он щелкнул пальцами, создавая вокруг них купол тишины.       — Я вспомнил, — сказал Том, резко перестав смеяться. Он покивал и задумчиво посмотрел на свой рюкзак, который лежал на пыльном полу. — Я понял.       Он поднял взгляд на Рена и едва слышно произнёс:       — Запечатанный Бог, — он сел на рюкзак и начал бормотать что-то про будущее богоубийство.       — Что ты несёшь? — спросил Рен, всё еще раздражённый.       Том вздохнул и прикрыл глаза. С его памятью что-то сотворили, иначе не объяснить, почему он понял это сейчас.       — Запечатанный Бог. Он остался в храме.       — И?       — Я мог его перенести во владения Бога Смерти, но из-за того, что умер раньше этого действия... Он остался там.       Том вновь начал что-то бормотать про богоубийство, Рен неверующе покачал головой.       — То есть, ты не только меня — полубога мог оскорбить подобным образом? — он окинул взглядом помещение и задумчиво произнёс: — Бог, проблема серьёзнее Квиринуса.       — То, что он до ужаса глуп — ерунда, — отмахнулся Том.       — У него искажено время, — язвительно произнёс Рен.       Неприятно было слышать, словно он — Рен озабочен умственными способностями профессора.       Том поднял лицо, его глаза были слегка расширенны.       — Да, братец Том, у нашего профессора искажено время. Не так он прост? — он подмигнул застывшему Тому и, насладившись его реакцией, серьезно произнёс: — У него искажено время лишь в области головы. Задней части головы. Странно, не так ли?