tnds?ut

— мне нужно задать вам несколько вопросов. — вот оно что, — Рюк усмехнулся и подошел к креслу, что стояло напротив дивана и встал за спинкой — ну, раз уж ты меня обеспечиваешь сладкими яблоками, я отвечу на твои вопросы. Но, учти, лишь на те, которые посчитаю нужными. Эл кивнул. — спасибо. Скажите, тетрадь может как-то влиять на разум того, кто ей владеет? Рюк пропустил сквозь зубы хриплый смешок, пожав плечами. — кто знает, кто знает. Может - влияет, может - нет. Это уж как посмотреть. Она стирает у владельца рамки дозволенного, но не лишает разума. Люди падки на быстрый результат. Эл задумался, прикусывая палец. "Действительно. Лайт бы мог пойти в полицию или стать детективом, но на каждое дело нужно тратить уйму времени. Поэтому он выбрал "легкий путь"? Убийства, вместо долгих дней раскрытия преступлений?" — каким образом тетрадь попала к Лайту в руки? — детектив переводит взгляд на Бога смерти, ожидая ответа. Тот лишь усмехается, на этот раз, больше задумчиво. — случайно. Я ее обронил, а он поднял. Иногда было довольно забавно наблюдать за тем, как он считает себя избранным, несмотря на то, что я ему сказал, что это не так. Хотя, — Шинигами на секунду задумался, смотря на детектива пустым взглядом — возможно, отчасти он и прав, что считал себя таким. Не каждый человек пользовался бы ею так, как он. Людишки бы использовали ее в более корыстных целях — Рюк хрипло усмехнулся — но это было довольно забавно. Думаю, попади тетрадь в другие руки, мне было бы не так интересно. Иначе кто бы ещё смог водить тебя за нос столько времени? Эл едва заметно хмыкнул и провел большим пальцем по нижней губе. — вы упомянули, что обронили тетрадь. В таком случае, она не должна была попадать в наш мир? — да не то, чтобы.. Просто в мире Богов довольно скучно живется. — Рюк стал расхаживать по комнате, не отводя взгляда от детектива — вот я ее и обронил. Специально, — он взял очередное яблоко из небольшой корзинки на столе — хотел посмотреть, что будет. А она возьми да и попадись Лайто. И ведь он колебался ещё, думал, что шутка это чья-то. "То есть, если бы Шинигами не обронил тетрадь просто для того, чтобы развеять собственную скуку, ничего бы не произошло." Детектив сделал для себя этот вывод и перевел взгляд на потолок. Логично. Лайт мог бы быть обычным студентом. Обычным человеком. Да, возможно, от самолюбия он бы не избавился, однако это выражалось бы в совершенно другой степени. В другом ключе. Ягами был.. ребенком. Семнадцать лет. Юношеский максимализм, вера в то, что можно свернуть горы, если очень захотеть. В этом возрасте мир кажется пластичным, податливым. Границы - условными. Последствия - абстрактными. Эл прикусил палец, мысленно прокручивая пленку назад. Интересно, если бы эта тетрадь попала к нему в руки лет в двадцать пять, в тридцать - он бы воспользовался ею так же? Или посчитал бы бредом, не заслуживающим внимания? В тридцать у человека уже есть опыт. Есть понимание, что за каждый легкий путь приходится платить. Есть сомнения. Есть страхи - потерять работу, карьеру, все то, чего он добился за всю свою жизнь. Семнадцатилетний Лайт ничего этого не знал. Он знал только то, что мир, который ему достался - несправедлив. Думал, что родителям он нужен лишь в качестве трофея. Что люди общаются с ним только из-за его статуса. Ему было скучно. Он считал, что жизнь - серая, люди - алчные, что это не изменится и все продолжится по кругу. Эл почти видел этого мальчишку - самоуверенного, с горящими глазами, впервые пробующего власть, от которой у любого взрослого голова бы пошла кругом. Лайт не просто убивал - он играл в бога. И игра эта затянула его так сильно, что обратного пути уже не было. Возможно, это был своеобразный протест. Подросток, который всю жизнь живет в рамках, не позволяет себе лишнего, не позволяет себе быть неидеальным - получил то, что позволило ему быть собой. Стерло рамки безнаказанности. Были ли у Лайта хобби? Кажется, он занимался раньше теннисом. Судя по его игре - ему нравилось это дело. Почему же забросил? Из-за нагрузки по учебе? Из-за страха разочаровать родителей, если результаты тестов ухудшатся? Из-за курсов. Точно. Детектив вспомнил, что Лайт раньше посещал дополнительные занятия. И это, опять же, была учеба. У него не было возможности даже побыть ребенком. Обычным ребенком, у которого есть друзья, который любит смотреть мультики, который ходит в компьютерный клуб или на аттракционы. Отсюда и появилась его инфантильность, которая распространяется и по сей день? Когда он нашел тетрадь, у него появилось что-то уникальное. Необычное. Интересное. Что-то, что избавляло от скуки и заменяло собой упущенное, подпитывало его эго, помогало верить в невозможное. — Рюк, скажите, помните ли вы, как отреагировал Кира на ваше первое появление? Бог смерти задумался на несколько секунд, а потом кивнул. — даа, хо-хох! Помню, как он со стула упал. Забааавно навернулся.. Я навестил его на пятый день. Сказал ему про то, что до него никто не убивал столько людей, однако он ответил, что делал это осознанно. Сказал что-то про то, что я заберу его душу. Уморительный паренек, конечно.. Он удивился, когда я сказал, что не собираюсь убивать его.. До определенного времени. — божество загадочно улыбнулось и перевело взгляд на детектива. — я сказал ему о том, что владельца тетради будут ждать страдания на протяжении всей оставшейся жизни. Что не попадет ни в рай, ни в ад. Но даже это его не остановило, хаха — махнув рукой. — вот, значит, как.. "Лайт был готов умереть, лишь бы использовать тетрадь. Лишь бы в его жизни было хоть что-то интересное. Смысл." Эл медленно выдохнул. А потом услышал громкий звук и перевел взгляд на Бога смерти, что стоял рядом со шкафом. На полу валялись расколотые куски вазы, которая, обычно, покоилась на одной из полок. Жаль. Красивая была. Дорогая. — упс, — Шинигами посмотрел на осколки, потом как ни в чем не бывало закинул оставшееся яблоко в рот и уставился в окно. Эл любопытно посмотрел на то, что осталось от вазы, и перевел взгляд на бога смерти. В голову пришла неожиданная даже для него самого мысль. "И почему же вам обязательно нужно сломать что-то красивое? Испортить раритет." Впрочем, ответ напрашивался сам собой. Рюк - не человек. Для него красота, цена, чужие усилия, чужие жизни - пустой звук. Как и для Лайта, в конечном счете. — я понял вас. Спасибо за беседу. — Эл встал с дивана, взял тетрадь и положил в тайник, а потом сунул руки в карманы, подходя к выходу. — а яблочек то ещё принесешь? — да. — детектив взялся за дверную ручку, потянул на себя и обернулся — Завтра Винтер принесет, как обычно. — ну вот и славно. Что-то мне нравится у тебя здесь. В этой комнатке есть что-то такое- Эл не дослушал. Он уже двигался по коридору, равнодушно смотрел перед собой и шаркал ногами. Пожалуй, информация, которую он получил от Рюка была довольно ценной. Есть над чем подумать. "— какой ужас! Как это жестоко!" Мысли детектива прервал осуждающий голос Винтера. Эл зашел на кухню и устремил взгляд на блондина. — что-то случилось? — летальный исход, — Винтер потер переносицу и повернул ноутбук к Рьюзаки. Эл подошел ближе, пригляделся. На фотографиях - тело новой жертвы. Все в язвах, похожих на ожоги. Больше всего пострадало лицо: кожа сошла со щек, обнажив ряды зубов. Веки словно выжжены, а глазные яблоки полностью открыты. Было ясно, что перед смертью пострадавший сильно мучился. — значит, вот как они усовершенствовали свое оружие. — детектив спокойно сел на свое место, поджав колени к себе — Весьма нелицеприятно. — да это же настоящий кошмар! — Винтер подошел к столешнице и налил в стакан воды, осушив его залпом. — и откуда у них столько ресурсов на создание такого оружия.. — задумался Эл и его взгляд невольно перевелся на Лайта. Тот смотрел на свой недопитый стакан. — возможно, это не маленькая группа людей. Для этого, наверняка, понадобится целая лаборатория и много ученых. Те, кто распыляет спрей - лишь пешки. — Ягами пожал плечами, не поднимая глаз. — не дай бог! — запротестовал Винтер, обернувшись на Киру, но тот лишь посмотрел на него равнодушным взглядом и хмыкнул. — логично. — кивнув, отвечает Эл, вынимая конфету из кармана — я бы даже сказал, умно. Лайт перевел взгляд на детектива, сощурил глаза и улыбнулся. Эл уловил сарказм и издевку. Если для этого требуется целая лаборатория - а это вполне вероятно - значит, в проект вложены огромные ресурсы. Множество человек работают над этим спреем, совершенствуя его для своих ещё неизвестных, но чудовищных целей. Во что это выльется? Для чего они это делают? Ясно одно: спреем они не ограничатся. И чем больше жертв - тем ближе икс-люди к своей цели.

*

С того момента прошел месяц. По делу со спреем - полное затишье. Первые дни после страшной находки Эл провел в ожидании. Он обновлял новостные ленты каждый час, мало спал, постоянно проверял почту. Ничего. Преступники словно провалились сквозь землю. Детектив знал: это затишье перед бурей. Они не остановились - они готовятся. Ниа, с которым он созванивался, придерживался того же мнения. К тому же на черных рынках не удалось найти даже ничего отдаленно похожего на спрей. Нейт забрал тетрадь обратно. Эл задал все необходимые вопросы Рюку и решил, что дальше справится сам. К тому же не хотелось подвергать себя лишнему риску. Да и Винтер устал каждый день таскать яблоки. Рьюзаки продолжал раскрывать мелкие дела, но в основном концентрация уходила на решение личного ребуса. Лайт уже бодро ходил на своих двух, с него сняли все повязки, включая гипс на руке. Он не нуждался в помощи, сам принимал душ, мог есть не только пюре и каши и даже иногда делал зарядку. Значит, с каждым днем нужно быть только внимательнее. Пусть Ягами и не передает угроз, Эл знал: это временно. Несмотря на все попытки детектива спровоцировать его, тот держался как кремень. Совершенно не реагировал, был излишне вежлив - и это вгоняло Эл в легкую тоску. Лайт закрывался все больше, а ответы на оставшиеся вопросы ускользали, оставляя после себя лишь зону неизвестности. Впрочем, Рьюзаки сдаваться не собирался. Однажды Эл решил поменять тактику. Он перестал провоцировать открыто и начал вести себя почти нормально. Садился рядом, читал вслух, комментировал новости. Иногда даже позволял Лайту участвовать в раскрытии мелких дел. Лайт не поддавался. Но в один из таких дней, сидя рядом с детективом, увлеченно изучавшим очередные новости, Ягами поймал себя на мысли, что ему почти комфортно. Почти. Сам Эл тоже стал замечать, что напряжение между ними начинает угасать. Иногда они даже играли в бильярд на пятом этаже. Лайт играл молча, сосредоточенно, и Эл видел: ему это нравится. Пятница. Весна показывается во всей своей красе - на улице светит теплое солнце, заливая лучами окна. Дороги стали сухими и чистыми, настроение заметно улучшилось. Эл нравилось это время года. Детектив идет по коридору к кухне, а Лайт плетется за ним. — доброе утро, Винтер. — приветствует блондина Рьюзаки. Тот кивает, но Эл замечает, что с ним сегодня что-то не так. — у меня есть к тебе разговор. — произносит блондин и устремляет взгляд на детектива. Значит, что-то личное. — хорошо. — Эл вытащил из кармана ключ, снял с себя наручник и прицепил его к дверной ручке. Он знал, что Лайту не нравится, когда он так делает, но других вариантов не было. Ягами не выдал ни одной эмоции, только сунул руки в карманы и отвернулся. — пойдем. — детектив кивнул Винтеру на дверь и уже через несколько секунд они стояли в коридоре, подальше от кухни. — я слушаю. — моя дочь.. Ей нездоровится и супруга не справляется. Я понимаю, что сейчас худшее время покидать тебя, но я не могу поступить по-другому. Мое сердце уже давно не на месте. — блондин устремил полный уверенности взгляд на Эл в ожидании. Детектив несколько секунд молчал, смотря в пол и взвешивая в голове все риски. В любом случае, извергом он не был и насильно удерживать своего помощника ни за что бы не стал, особенно, когда дело касается его близких. — я понял. Поезжай к семье, не переживай, я справлюсь. На лице Винтера появилась небольшая улыбка и он протянул руку Эл, пожав его кисть. — я вернусь, как только смогу. Рьюзаки кивнул, улыбнувшись своей обычной, слегка странноватой улыбкой, проводил Винтера взглядом и вернулся на кухню. Он молча отцепил наручник от дверной ручки, сомкнул его на своем запястье и подошел к холодильнику. — куда ушел Винтер? — спрашивает Лайт, подходя ближе. — по делам. Какое-то время нам придется справляться без него. — Рьюзаки еле заметно перевел подозревающий взгляд на Ягами, что стоял сбоку, но никаких эмоций на его лице не увидел. — кроме нас в штабе никого нет? — ты зря рассчитываешь на то, что я выдам тебе эти сведения. — Эл берет упаковку молока и подходит к столешнице. Лайт едва заметно пожал плечами. — я интересуюсь чисто из любопытства и никакого подтекста в этом нет, Рьюзаки. — охотно тебе не верю, Кира. — твое право. — Лайт хмыкнул, взяв из холодильника масло, после чего подошел к Эл и стал делать бутерброд. Конечно, Ягами понял: отныне они в огромном здании одни. Ни врачей, ни Винтера. Это было ему на руку. Эл был настолько самоуверен, что даже не приставил охрану - огромное упущение. А Кира этого не прощает. — мы справимся без Винтера. К тому же я уверен: он уехал ненадолго. Однако уже к вечеру у Эл начались небольшие проблемы. Он закинул в кастрюлю яйца и уткнулся в ноутбук, периодически откусывая пирожное. Лайт сидел рядом и увлеченно читал книгу, не обращая внимания на происходящее. И отвлекся он от чтения только тогда, когда услышал подозрительный стук из кастрюли. — Рьюзаки, что в кастрюле? — Ягами встал с места, слегка нахмурившись и подходя к плите. — яйца. — можно поинтересоваться, сколько ты их уже мучаешь? — шатен обернулся на детектива, скептически приподняв бровь. Эл посмотрел на время. — около часа. — подожди.. — Лайт прикрыл рот рукой, на секунду опустил взгляд и снова поднял его на детектива — ты варил яйца час? Было видно, что он сдерживает смех. Эл ничего смешного в этом не находил. Он вообще никогда не готовил и искренне считал, что час - оптимальное время для варки яиц. — в чем проблема? Лайт подавил смешок, отвернувшись. — даже не знаю, как тебе сказать об этом помягче. — он выключил конфорку. — скажи как есть. — детектив не отводил взгляда от спины Ягами. — это смешно. — Лайт обернулся. — вот оно что, — Эл вздохнул — тогда мне было бы любопытно узнать о навыках готовки Киры. Оповестишь? — уверяю, они выше твоих. — Ягами слил воду и выложил бедные яйца на тарелку. — может, приготовишь тогда что-нибудь съедобное? — Эл улыбнулся, ведь сейчас Лайт показал хоть что-то, кроме равнодушия. — хорошо. Но ты мне поможешь. Детектив не ожидал такого ответа. Он думал, что Ягами откажется из-за своего самолюбия. Но тот даже не попытался возмутиться такому предложению. — если ты так сомневаешься в моих кулинарных способностях, с чем, отнюдь, я соглашусь, то я бы на твоем месте не хотел себе такого помощника. — Эл закрыл ноутбук. — если ты будешь делать так, как я скажу - все будет хорошо. "Интересно, многие слышали эту реплику от тебя? Такие, как Такада? Амане? Миками?" — тогда я составлю тебе компанию и буду надеяться, что на меня не обрушится негодование в случае неудачи. — с иронией подхватывает детектив. Он знает, что Лайт уловит двузначный смысл в его словах. — не переживай, терпения у меня хватит. Эл пожал плечами и встал со своего места, сунув руки в карманы. Лайт уже стоял у холодильника и осматривал содержимое. — молоко, масло, яйца.. — я уже сварил яйца, зачем тратить ещё? — Рьюзаки, твои яйца можно без угрызения совести выкинуть в мусорку. — Лайт выкладывает все необходимые продукты на стол. — это было грубо, Лайт. — где мука? — юноша проигнорировал своеобразное замечание от детектива и уставился на него. — посмотри в шкафчиках. Лайт вздохнул и подошел к кухонным шкафчикам. Иногда ему приходилось вставать на носочки, чтобы дотянуться до верхних полок, ведь, несмотря на его рост, они были довольно высоко. Эл находил это забавным и не вмешивался. Спустя несколько минут, Ягами нашел пакет с мукой и положил его ко всем ингредиентам. — теперь нужно найти дрожжи, сахар и корицу. — сахар у меня есть. — Эл достает очередную конфету из кармана, показывает ее и кидает в рот. — ..что. — я шучу. Нет смысла быть всегда таким серьезным, Лайт. — м. — Ягами молча и невозмутимо смотрит на детектива. Кажется, прошло несколько секунд, а, может, даже минут, но от него все равно ничего не следовало. — чего ты ждешь? — спрашивает Рьюзаки. — момента, когда твой юмор снова уйдет в недра твоего разума и я не буду вынужден его слышать. — может, тогда мне тоже стоит подождать?.. — как-то задумчиво протягивает Эл, подносит большой палец к губам и устремляет взгляд вверх. — чего именно? Детектив хотел сказать про хамство, ведь Лайт сейчас хамил. Тем не менее Эл бы не хотел, чтобы он прекращал это делать и снова надевал эту маску равнодушия. Поэтому он решил сразу расставить все точки над "и", немного надавив. — момента, когда твой заранее провальный план побега уйдет в недра твоего разума, Кира. Ни одна мышца на лице Лайта не дрогнула и он лишь приподнял бровь, но детектив уловил это микронапряжение в кончиках его пальцев, что отдалось дрожью по цепи. В цель. — это не так. — Лайт отвернулся, открыл очередные шкафчики и, наконец, нашел сахар. — я знаю, что проиграл и не смогу сбежать. А Эл знает, что он врет. Но молчит. — здесь осталось немного, — Ягами ставит сахарницу на стол и переводит взгляд на детектива — надеюсь, тебе не придет в голову съесть его до того, как он понадобится. — не могу ничего обещать. Но постараюсь сдержаться. В какой-то степени такое общение даже разбавляло напряжение. К тому же, у детектива раньше не было такого собеседника, который мог бы подхватить его сарказм. — нужно активировать дрожжи. Налей молоко в миску, оно должно быть теплым. Рьюзаки берет молоко, выливает в емкость и ставит в микроволновку. — насколько теплым? — ставь примерно на 30 секунд. Лайт, тем временем, уже замешивает тесто. — теперь мука, сахар, соль, яйцо.. Рьюзаки, положи масло. Эл отламывает кусочек, и протягивает Ягами, но тот одаривает его не самым дружелюбным взглядом. — оно должно быть мягким. — погреть? — уточняет детектив, моргнув. — погреть. У Ягами в голове было лишь "и он ещё меня называет ребенком, после такого?" Но, конечно, юноша этого вслух не произнесет. К тому же, готовить он решил только по той причине, что самому голодать не хочется.

*

Тесто оставлено подходить. Лайт моет руки, а Рьюзаки сидит на стуле, поджав ноги. — не думал, что Кира умеет готовить. — я умею удивлять. — в этом я не сомневался. Однако мне любопытно, откуда у тебя навыки готовки. — я не беспомощен. И, естественно, я знаю, как готовить. Мне это дается легко, главное следовать рецепту. — и часто ты готовил? — нет. Но иногда было время на это. — в моменты, когда ты не был занят убийством людей? — Эл не сдержался от колкости. — именно, Рьюзаки. — Лайт снисходительно кивнул. Когда тесто подошло, Ягами раскатал его на противень. — смешай начинку: масло, корица и сахар. Эл берет миску, сыплет сахар и корицу. — сколько нужно? — на глаз. Чтобы смесь была коричневой. Детектив сыплет ещё. А потом ещё.. — Рьюзаки, стой! — Лайт тянется к его руке, ударяя по ней — этого хватило бы на три партии. Эл лишь пожал плечами. Лайт подходит ближе, касаясь детектива локтем, и начинает размешивать. — ты всегда такой неуклюжий или только тогда, когда хочешь меня позлить? — я просто не вижу смысла в точности, если результат можно скорректировать. — в выпечке точность - это все. Иначе получится не то. Намазывай начинку. Эл распределяет смесь по тесту, стараясь не оставлять пустых мест. — нужно скрутить в рулет. Это задание Лайт, кажется, не хотел оставлять на детектива, поэтому лишь отпихнул его бедром и скрутил тесто сам. — теперь режь. — Ягами подал Рьюзаки нож. На секунду Эл подумал, что этот нож может оказаться у него в печени, но пока что пронесло. — зачем резать? — чтобы пропеклось равномерно. И эстетика была. Пожалуй, перфекционизм Лайта - одна из его черт, что останется неизменной при любых обстоятельствах. — эстетика. Для кого? — уточняет Эл. — для себя. Противень отправлен в духовку. Лайт ставит таймер и садится на стул, выдыхая. — ты хорошо готовишь. — нарушает тишину Эл, снова утыкаясь в ноутбук. — это комплимент? — Ягами скептически приподнял брови. — наблюдение. — в твоем исполнении это одно и тоже. — возможно. — не надо. Запах корицы понемногу начинает заполнять кухню. И, вскоре, звенит таймер. Лайт достает противень. Синнабоны выглядят идеально - румяные, пропекшиеся. — неплохо. — в голосе Ягами прослеживалась нотка гордости. Эл подходит ближе, принюхиваясь. — пахнет.. Приятно. Лайт поливает булочки глазурью и оставляет их остывать. Оба парня и не заметили, как провозились до вечера. Сейчас за окном было темно, а улицу освещали лишь редкие фонари. Ягами складывает всю грязную посуду в раковину. Слышится громкий звук хлопков с улицы и Лайт вздрагивает, роняя миску и заметно напрягаясь. — это обычные салюты. — произносит Эл, наблюдая за реакцией юноши. Он понял, что у Ягами сработал так называемый "триггер" на такие громкие звуки. Ещё бы. Он чуть не умер от выстрелов. — я знаю. — шатен произнес это равнодушно, но его плечи все равно напряжены. Вскоре, посуда была вымыта, а синнабоны остыли. Эл попробовал и понял, что, кажется, ничего вкуснее в жизни не ел.

*

Всю следующую неделю Рьюзаки только и делал, что уламывал Ягами готовить синнабоны. Самого Лайта от них уже воротило, поэтому он твердо отказывался и приходилось питаться кашами или изредкими омлетами. Все же, с яйцами детектив разобрался. Винтер сказал, что его дочь ещё не выздоровела и ему придется задержаться. Впрочем, пока что все шло неплохо и без него. С момента их совместной готовки шатен больше не показывал эмоций и даже не обращал внимания на иронию, проскальзывающую в речи Эл. Тем не менее их общение стало отличаться от того, что было раньше - не сильно, но ощутимо. Рьюзаки не знал, как его охарактеризовать, но ему показалось, что, несмотря на маску Лайта, они словно стали ближе(?). Он не отметал вариант того, что Ягами это делает специально и это лишь иллюзия. По делу со спреем до сих пор не было никакой информации. Это расследование интересовало Эл все больше и он с каждым днем все чаще пересматривал записи с камер наблюдения, но результата не было. Единственное, что он узнал - на днях было подорвано одно из зданий общежития для бедняков. Конечно, никаких причин на то, что это как-то связано с делом не было, однако в голову Эл закрадывались сомнения и что-то подсказывало - связано. Детектив сидит на кровати, поджав колени, а Лайт рядом, смотря в монитор ноутбука. — будешь рассматривать руины? — спрашивает Ягами, наблюдая за тем, как Эл приближает картинку того, что осталось после взрыва общежития. — почему бы и нет. Иногда подсказки могут быть там, где их не ищут. — звучит отчаянно. Спустя несколько минут детектив приближает на экране очередной обвал. Обгоревшие стены, груды кирпича. А на самом большом уцелевшем фрагменте стены - выцарапанные, будто гвоздем, символы. Римские цифры, выстроенные в длинную цепочку: "XXXI XIII XVI XXI XIII I XI XX" — шифр? — спрашивает Лайт. — похоже на то. Думаю, это анаграмма. Ягами задумался, в уме делая вычисления. — о-к-в-з — р-а-у-я — закончил за него Эл и поднес палец к губам. — оквзрауя. Берет за душу. — невозмутимо произносит Лайт и детектив еле заметно усмехается. — значит, не анаграмма. "А что, если читать задом наперед? Я-у-а-р-з-в-к-о. яуарзвко. Если убрать "я", получится "уарзвко". Звк - звук? Нет. Бессмыслица. Может, это ошибка? Кто-то мог ошибиться на одну букву при составлении шифра.. Нет, навряд ли, но и эту теорию нельзя отметать." — может, все легче? — спрашивает Лайт — не нужно прибегать к таблице Полибия и анаграммам, это просто числа? Эл провел большим пальцем по нижней губе. "XXXI - 31, XIII - 13, XVI - 16, XXI - 21, XIII - 13, I - 1, XI - 11,...... Получился ряд чисел: 31, 13, 16, 21, 13, 1, 11, 20... Дальше.." Чем ближе Эл был к разгадке, тем сильнее начинали дрожать его ноги. Он старался держать себя в руках. Нужно совместить. Сердце детектива чуть ли не падает в пятки. Оно заходится в лихорадочном ритме, готовое вылететь из груди пулей. М Ы З Н А Е М Ч Т О К И Р А У Т Е Б Я Э Л Л О У Л А Й Т Эл тут же поворачивает ноутбук к себе и медленно переводит взгляд на Лайта. А тот смотрит перед собой. Смотрит хищно и как-то ликующе. А его глаза, кажется, поблескивают в темноте алым цветом. Он тоже все понял.