Сосед Генри

Дом Генри оказался именно таким, каким т/и его и представляла — тёплым, немного шумным и живым. Куртка, небрежно брошенная на спинку стула, кроссовки у двери, музыка, тихо играющая где-то в глубине дома. Пахло едой и чем-то сладким, домашним. — Проходи, — сказал Генри, придерживая дверь. — Только не пугайся, у нас тут… весело. — Уже заметила, — усмехнулась т/и, оглядываясь. Ей было странно легко. Обычно в новых местах она сразу искала слабые точки, выходы, камеры. Здесь же — впервые за долгое время — просто сняла куртку и позволила себе расслабиться. — Ты как будто здесь уже была, — заметил Генри. — Может, просто быстро привыкаю, — ответила она. В гостиной первой появилась Шарлотта. Она посмотрела на т/и внимательно, с интересом. — Так это ты та самая новенькая, из-за которой Генри вчера весь вечер улыбался, — спокойно сказала она. — Шарлотта, — тут же вмешался Генри. — Не начинай. — А я и не начинала, — пожала плечами Шарлотта и протянула т/и руку. — Приятно познакомиться. — Взаимно. И это было искренне. Между ними сразу возникло странное, но приятное ощущение совпадения. Т/и сразу поняла, что они подружатся. Они быстро нашли общий язык — буквально пара фраз, и всё пошло как по маслу. Шарлотта оказалась умной и собранной, а ещё смешно шутила. Т/и поймала себя на мысли, что ей действительно нравится быть рядом с ней. — Ты быстро ориентируешься, — заметила Шарлотта. — Это редкость. — Привычка, — ответила т/и. В этот момент в комнату буквально ввалился Джаспер. — О, новенькая! — радостно объявил он. — Генри, ты что, решил обновить состав? — Джаспер, — устало сказал Генри. — Это т/и. Будь нормальным. — Я всегда нормальный, — уверенно заявил он и тут же споткнулся о край ковра. Т/и с трудом сдержала улыбку. — Он… особенный, — пояснила Шарлотта. — Я уже поняла, — тихо ответила т/и. Пайпер появилась позже. Она окинула т/и быстрым, оценивающим взглядом — таким, от которого обычно хочется либо оправдываться, либо уйти. Но т/и не сделала ни того, ни другого. — Ты странная, — сказала Пайпер прямо. — Спасибо, — спокойно ответила т/и. — Ты тоже. Между ними повисла секунда тишины. А потом Пайпер усмехнулась. — Ладно. Ты мне нравишься. С этого момента напряжение исчезло. Они сидели вместе, разговаривали, перебивали друг друга, смеялись. Генри был в центре всего этого — живой, тёплый, смешной. Он то подкалывал Джаспера, то спорил с Пайпер, то бросал взгляды на т/и, будто проверяя, здесь ли она всё ещё. Т/и наблюдала за ним украдкой. За тем, как он смеётся, как искренне переживает за друзей, как легко держит эту компанию вместе. И где-то глубоко внутри что-то неприятно сжималось. Если бы ты знал, кто я на самом деле. Мысль была короткой, но тяжёлой. Когда стало поздно, т/и начала собираться. — Уже уходишь? — спросил Генри. — Да. Спасибо за вечер. — Я провожу. Он вышел с ней к двери. Дом за спиной снова наполнился голосами, но здесь, в коридоре, стало тихо. — Я рад, что ты пришла, — сказал он. — Правда. — Я тоже. Они стояли слишком близко. Несколько секунд — и т/и почти забыла, что собиралась уйти. — Увидимся, — сказал Генри. — Увидимся. Она вышла на улицу и сделала несколько шагов вперёд. Вечер был тёплым, воздух — спокойным. И именно в этот момент она заметила это. Деталь. Небольшую, почти незаметную. Когда Генри потянулся закрыть дверь, на его запястье мелькнул тёмный браслет. Простой, без опознавательных знаков. Такой, на который обычный человек не обратил бы внимания. Но т/и знала его. Она видела этот браслет на стоп-кадрах с камер наблюдения, на размытых видео из новостей, на кадрах ночных инцидентов. Всегда один и тот же. Всегда на одном и том же месте. Совпадение? Нет. В голове начали складываться детали, которые раньше казались несвязанными: его слишком быстрая реакция на шум, странные исчезновения, синяки, которые он списывал на «глупости», и то, как он двигался — уверенно, точно, будто тело само знало, что делать. Нет… Т/и остановилась. Не может быть. Опасный Малый. Мысль пришла так неожиданно, но казалась очень логичной. Сосед. Парень. Герой города. И человек, которого она едва не ударила прошлой ночью. Она обернулась, но Генри уже закрыл дверь. Дом снова стал просто домом — тихим, уютным, обычным. Сердце ударило сильнее обычного. Если это правда — всё становилось гораздо сложнее. И гораздо опаснее. Т/и глубоко вдохнула и пошла домой, понимая, что её жизнь в Холмогорске только что вышла на новый уровень. И назад дороги уже не было.