Черт его знает

      До деревни пришлось добираться несколько часов, а после идти по сугробам через белое поле. Олег достал из бардачка перчатки и плотнее закутался в шарф. Городские ботинки, не предназначенные для бездорожья, быстро вымокли, забившись снегом. Сугробы были выше колен, но, на радость, не достигали пояса, чтобы можно было хоть как-то идти.

Череватый отправил короткое:

выручай. координаты скину

      Олег не мог отказаться, понимая, что из-за ерунды его в такую глушь друг не отправит. Более того, немного тешило самолюбие, когда Череватый признал необходимость взаимовыручки и привлечение специалистов разного профиля для решения проблемы.       Холод кусал щеки, заставляя слезиться глаза. Скоро начнется метель, поэтому надо торопиться укрыться в доме. Смеркался вечер, из-за чего белые хлопья будто светились, падая маленькими звездочками с мутного неба. Оседали на черных волосах и влажно таяли. Ветер закручивал снежинки вихрем, гоня на лицо - остро попадали в глаза и рот. Олег закрывался от них, быстрее двигаясь на огоньки в окнах заснеженных домов. Из одного шел дым от трубы. Если бы не это едва заметное напоминание о цивилизации, парень слепо кружил бы по полю.       Ботинки ужасно промокли - черпали снег, тот забивался внутрь, как надоедливый песок в пляжные тапки, покалывая холодом и облизывая влагой ступни. Шерстяные носки превратились из надежного укрытия в тюрьму со стылыми стенами.       Белое-белое пространство, разделяемое мглистой линией горизонта. Олегу не нравилась зима. Все вокруг выцветало, лишалось жизни и засыпало долгим мертвым сном - работать в такой сезон тяжело. Даже покойникам не нравится холод, когда все напоминает о смерти.       Дома стали ближе, но все еще непозволительно далеко. Пальцы заиндевели настолько, что казалось, будто они сроднились с воющим ветром и колючим снегом, сыпавшегося на голову раздражающим конфетти.       Олег сжался сильнее, проклиная Череватого. Не серьезно, поскольку из трубы все еще шел белый дым, а значит его страдания не напрасны. Там тепло, возможно, обогреют и дадут немного поесть.       Из головы выветрились мысли о просьбе Череватого, об опасностях, которые ожидают. Все после того, как он вдохнет долгожданный, обогретый печкой, древесный воздух.       Телефон огласил ровным голосом о прибытии к нужной точке. Это был обшарпанный деревянный дом с покосившимися окнами и потрескавшимися наличниками. Окна были черны, а труба бела.       - Супер, - выдохнул Олег, понимая, что мерзнуть придется дольше, чем он предполагал. - Если не помру тут от холода, то прибью его!       Он набрал Влада, но тот не ответил. Еще раз. И еще раз.       Влад не отвечал и был офлайн во всех мессенджерах.       - Хороший пранк, - потоптался на месте Олег, согревая дыханием ладони. - В любом случае, хоть посмотрю.       Дорожка к дому заметена, но все равно была еле различима. Возможно, соседи здесь ходят иногда или хозяин не особо любит покидать стены дома. Калитку пришлось толкать всем весом, чтобы пройти дальше. Снег новый, поэтому легко поддавался.       - Главное не напугать владельцев, - для себя отметил Олег, проходя дальше. Он постучал по окну, но никто не высунулся. Еще раз. И еще раз.       Олег пожал плечами, встав на порог и затарабанил в дверь. Тот же итог.       К соседям идти не хотелось - довольно далековато. Дом словно находился в стороне ото всех. Может, в этом и проблема? Олег навалился на дверь, и та довольно легко отворилась с зажеванным скрипом. В сенях валялся всякий хлам: пыльные валенки, полушубки, скрученный половик и березовые веники на стенах. Становилось отчетливо ясно, что здесь давно никто не живет.       Запах стоял прелый и странный - все еще оставалось холодно, но зато ветер не кусал за нос. Слева по узкому коридору, виднелась дверь, обитая черным мехом.       Олег осмелился пройти за нее, настороженно застывая посреди комнаты. Здесь гораздо теплее, но и запах хуже - сладковато гнилостный, наверное, животное какое забрело и умерло.       - Но вдруг старушка померла… - раздраженно протянул Олег. - Точно прибью.       Он не знал, что хуже - мертвая бабушка или живая. Одинокие старушки пугливые, да говорливые. Любят причитать, а правды от них не добьешься. Ездил однажды к такой, всю душу вытрясла, а он, как дурак верил - все обряды проводил, виновника искал. Без толку. Созналась под конец самый, такого наговорила, что ни один поп не простит.       Вдруг на него накатила усталость, хоть сейчас на пол падай. Олег прислонился лбом к углу, пахнущему стариной и прикрыл глаза. Неизвестно сколько простоял так, но снег с ботинок растаял небольшой лужицей под ногами.       - Странное все это, - неловко пошатнулся Олег, держась за косяк. - Пусто слишком, даже от камня больше энергии.       Он привык к постоянному присутствию съемочной команды, поэтому иногда комментировал свои мысли, но также и успокаивался - когда говоришь вслух, то не так страшно.       - Есть кто? - крикнул Олег, пройдясь по полупустой комнате. Стало совсем темно. Разглядеть удавалось только стол и иконы в углу благодаря лунному свету. И небольшой комод с занавешенным зеркалом. - Ну хоть не бабка.       Парень потянулся за телефоном, чтобы включить фонарик, но тот разрядился.       - Быть не может, - нахмурился Олег, несколько раз зажимая кнопку. - Всегда с полной уезжаю, твою мать.       Оставалась еще одна комната, скрытая непроглядной чернотой. Олег не рискнул идти туда без света.       По хорошему, нужно было развернуться и идти обратно до машины, а там оборвать телефон Владу. Но ночью идти через белое поле - огромный риск. Можно попробовать заглянуть к соседям. Олег нерешительно замер, взвешивая обстоятельства. Показалось, или крайнее окно ослепло на мгновение, закрывшись чернотой, перекрывающей освещение.       - Душно, - неосознанно залез пальцами под воротник свитера, чтобы облегчить дыхание. Захотелось выбежать наружу и зарыться в сугроб. - Надо валить.       Дверь оказалась заперта. Олег дергал ручку туда-сюда, толкался всем телом с разбега - непреодолимая преграда.       - Зайти - бесплатно, а выйти - платно, - ухмыльнулся Олег, не поддаваясь панике. Ударил ногой, но ответ последовал гораздо сильнее. С той стороны бахнуло так, что парень упал, больно ударившись об пол.       Тишина легла противными мурашками вдоль спины. Тревожно. Олег смотрел на дверь, и чувствовал спиной, что больше в доме не один, точнее, только сейчас ощутил присутствие иного, обжигающего спину прогорклым жаром. Он обернулся, вопреки желанию.       Луна вмерзла в разъеденное черной копотью небо, разгоняя сумрак помещения. На столе проявились очертания свечи на потертом подсвечнике. Олег достал из внутреннего кармана зажигалку, поджигая фитилек, и свет от него беспокойно заплясал. Но даже ее не хватало, чтобы полностью осветить комнату. Силуэт юноши оставался скрыт наступающей тьмой.       В соседней комнате послышался скрип половиц. Олег старался не вертеть головой, лишний раз не испытывать нервную систему.       Олег тихо, стараясь не шуметь, подошел к окну и попытался открыть щеколду, но та предсказуемо не поддалась. Пальцы все вывернул, а не поддается. Попытался навалиться на потрескавшиеся от старости рамы - бессмысленно. Стулом запустить не решился.       На улице уже намело свежие сугробы. Дальше небольшого заборчика ничего не было видно. Небольшой свечной огонек подсвечивал отражение в окне. Все же там, в хрустящем белом пространстве, было лучше, чем чернильной пустоте дома.       - Чего тебе? - тихо спросил Олег, скорее сам себе. Руки свечу держали крепко.       Теплый рыжий свет облизал низкий дощатый потолок и стены в расползающихся обоях. Комод с закрытым полотенцем зеркалом открыть не захотел. Забоялся.       - Ладно, взял на слабо, - Олег проворчал, заходя во вторую комнату. Пожалуй, эта шутка Череватого зашла слишком далеко в его попытке самоутвердиться.       Второе помещение было гораздо меньше: в центре кровать с ворохом старых советских подушек, а по бокам - книжный стеллаж и шкаф с одеждой. Олег поднес свечу ближе, чтобы рассмотреть книги. Темнота клубилась за спиной, густая и смрадная, как болотная вода - ждет возвращения обратно поближе к ней. Каким бы маленьким ни был огонек, но его было достаточно для нарождающегося спокойствия.       - Явно ведьма жила, - неутешительно подтвердил свои подозрения Олег, поеживаясь от иссохшихся книг. - Половину сама писала точно.       - В этом дело? - не спешил дотрагиваться до здоровенного ржавого гвоздя, торчащего сломанным ребром из стены. Олег не мог утверждать наверняка, поскольку его не посетило ни одно видение. А это очень не хорошо.       Олег вернулся в первую комнату, сделав несколько шагов в черноту, которая отступила, пропустив его со свечей вперед, но только, чтобы напасть сзади. В поле зрения попал небольшой сундук, прятавшийся под лавкой. Парень нагнулся, пытаясь сдвинуть крышку одной рукой. Крышка поддалась, отлетев согнувшейся пружиной и с грохотом врезалась в стену. Полотенце соскользнуло с зеркала на комоде.       - Лучше бы разбилось, - метнул мимолетный взгляд на него Олег, не задерживая от греха подальше.       В сундуке валялся всякий хлам: рассыпавшиеся колосья пшеницы, небольшой мешок соли с соответствующей надписью, засушенный венок, один красный сапог и отрезанная коса, перевязанная бантиком.       - Для ритуала? - попытался вспомнить немногочисленные знания о русском колдовстве. - Рабочие вещи, как у Ангелины?       Его не очень взволновало содержимое сундука. Гораздо хуже было бы наткнуться на мышиное гнездо - для них тут идеальное место. Но не было видно ни одной. Отчетливо осознавалось, что в доме нет никого живого, кроме него.       - Если я тут откинусь, то моя смерть будет на твоей совести, Влад, - обратился в пустоту Олег. - Хотя у тебя ее отродясь не было.       Огонь свечи придавал уверенности, но не лишал страха. Лишний раз шуметь или разбивать что-то не хотелось. Он и так хозяйничал слишком нагло, а присутствие чего-то незримого и злого ощущалось спиной.       - Глупости, - отмахнулся Олег. Уже поздно скромничать, да и заперт он здесь. Рано или поздно придется встретиться с поселившимся здесь существом. В спальне опять что-то скрипит. Наверное, дверца шкафа.       Пламя свечи гоняло огромную тень Олега по стенам. В зеркале что-то черное. Олег поправил плешивый палас на скамейке у стола. Недовольные иконы смотрели прямо на его.       - Не на меня злость держите, - прилег на жесткую скамейку парень, оставляя свечу на пыльном столе. В окне напротив все тот же размеренный танец снежинок.       Надо было искать способ выбраться отсюда, да ноги одеревенели - не от холода, тот давно прошел, а от усталости. Обычно в таких помещениях есть подпол, где хранятся припасы и ими можно питаться несколько дней, пока его исчезновение не заметят, но скорее всего, там лежали обычные банки с огурцами и помидорами, которые давно протухли.       - Сколько там без воды прожить можно, - риторический вопрос. В грудь словно забилась зола, мешая дышать. Притаившееся тревога напомнила о себе.       Рядом с красным углом висели разные засушенные травы и еще непонятный хлам, вроде каких-то вырезанных из дерева тотемов. Посреди дверного проема, ведущего во вторую комнату стоял черный силуэт. Свечи было недостаточно, чтобы осветить его детальнее. Видение пошло рябью, явив красные огоньки - глаза предположительно. Черное на черном, поэтому Олег сначала подумал, будто ему показалось.       - Вот и ты, - окинул взглядом широкие плечи и огромную голову, из которой вились два увесистых отростка. В проем видение не помещалось, из-за чего Олег невольно улыбнулся - похож на Гендальфа в хоббитской норе. Тревога скрутилась внизу живота тянущим узлом.       Олег продолжал лежать на лавочке, облокотившись о стену и не мог заставить себя заставить поговорить с явившимся. Тело перестало слушаться, парализовано застыв на месте.       - Ты здесь живешь? - на выдохе произнес Олег, не отвлекаясь на огонь свечи. Молчание. Какой же трудный вечер. - Возможно ты злишься, но я не затевал ничего плохого. Меня послал сюда друг, вот отдуваюсь за него.       Олег взял свечу и придвинулся ближе к вязкой тьме, разгоняя морок. Черная, обугленная шерсть и открытые ребра, разорвавшие плоть. И пустые провалы вместо глаз с горящими огоньками на дне, как ночное небо с редкими звездами.       - Не он, - пасть открылась, показались сгнившие клыки и до Олега донесся ужасный запах протухшего мяса. Существо горбилось, не влезая в пространство комнаты и не спеша, хромая на одно копыто, подошло ближе.       Олег одеревенел, словно сам сроднился с лавкой. Икона упала с полки, треснув посреди святых изображений.       - Демон, - фигура замерла, услышав верный ответ. Они неподвижно разглядывали друг друга, казалось, целую вечность. Когда оцепенение прошло, Олег защитил рукой дернувшееся пламя. Жаль телефон разряжен, а то бы с матами позвонил Череватому.       Длинная, переломанная рука, потянулась к бледному лицу напротив, задевая острыми когтями.       - Что тебя тут держит, - Олег старался взять себя в руки, до последнего защищая пламя. Почему-то казалось, что это его последняя надежда и демону по каким-то причинам необходимо ее задуть.       - Ты, - демон подошел непозволительно близко. Ужасно длинные руки свисали до пола, тонкие пальцы скребли стол как ножи.       - Череватый? - контакт с демонами для медиума всегда был испытанием, поэтому при любой возможности он старался прояснить ситуацию знакомым именем.       - Да, - проскрежетала зубастая пасть, обдав смрадным дыханием.       - И какого хрена? - не удержался Олег, подскочив. Свеча чуть не затухла. Жадные огоньки уловили это. Острый коготь указал на зеркало.       - Что ты хочешь показать? - парень аккуратно встал, сторонясь демона. Ему не хотелось смотреть туда, но он хочет разобраться в происходящем и выбраться отсюда.       Старое зеркало в кружевной деревянной оправе отразило теплый свет, больно засветив глаза. Олег осторожно заглянул в него смазанным взглядом.       - Ничего не вижу, - раздосадованно заметил Олег, внезапно обнаружив, что забыл инструменты. Какой морок на нем? Раньше никогда не допускал такой беспечности. Но даже без специальных приборов, он мог заглянуть в зазеркальный мир остаточных воспоминаний. Холодная гладь равнодушно показывала лишь огонь свечи и чернющий силуэт за спиной.       - Там, - настаивал демон, подойдя ближе. Олег хотел отстраниться, но некуда было отступать.       Демон жестом указывал в сторону зеркала. Парень встал на колени, чтобы было удобнее смотреть и поставил свечу напротив. Пол жалобно скрипнул под ним. Каждая мышца была напряжена, ожидая нападения.       Когтистая лапа швырнула кольцо, покатившееся ровно круг по облупленной поверхности стола и замерло ровно посередине. Олег поставил свечу ближе к зеркалу, поднял взгляд на черноту и проследил за танцем пламени. Как-будто лучи солнца играются.       - Расскажу одну быличку давнюю, - проскрежетал зажеванным голосом демон. Олег заметил, как расходятся связки на его горле. - Я слышал ее от одной ведьмы, а та слышала от другой, ну и та, другая, определенно услышала от кого-нибудь еще, иначе оставаться этому тайной. Верь или нет, но это ничего не поменяет.       Олег молчал, не шевелился, продолжая вглядываться в отражение своих глаз и белые блики от свечи в них.       - Была девушка одна, - продолжил довольный демон. - Гадала на суженого похожей ночью, да тот ей в гробу привиделся. Быть ему мертвым, да только способностями она обладала и приворожила ненароком, поэтому тот живой к ней вернулся.       - Ты хочешь забрать ее душу или? - попытался прояснить Олег, желая уйти отсюда подальше.       - Слушай дальше, - рыкнул демон, жестом приказывая продолжать смотреть в зеркало. - Блюдце серебряное на колечко положила, крестик сняла и косу отрезала, спрятав в платке. Дальше ничего хорошего не было с ней, да, свадьбу сыграли и детишки пошли, но гости на пороге их дома не стояли, а парень неотлучно сидел рядом с ней, поэтому хозяйство пришло в упадок. Огороды заросли сорняками, а корову пришлось продать.       - Ты хочешь освободить бывшую хозяйку или заложницу свою? - нахмурился Олег, принимая серебряное блюдце и кладя его поверх золотого колечка.       - Слушай, - не унимался демон. - Но не будь у нее любимого, то счастья никогда бы не было, а так она насладилась сполна той любовью, которую он ей подарил.       - Это насилие, а не любовь, - категорично высказался Олег, презирая любовную магию всей душой.       - Ничего ты не знаешь, Джон Сноу, - прокаркал демон, подойдя вплотную.       - Когда это бесы начали смотреть современные сериалы? - улыбнулся парень, немного расслабляясь.       - Мне тоже бывает скучно, - показалось, или демон пожал плечами. - Так вот, на свете есть один человек, который тонет в безответной любви. Он на виду все время и много с кем знаком, да никто не знает, что таится у него на душе. Его душа была предназначена мне, но сердце его сделало иной выбор. Мне больно смотреть на чужое счастье, видя, как он коротает досуг в одиночестве.       - Сердобольный ты больно, - недоверчиво заметил Олег, не отрываясь от ритуала.       - Его отвлекают эти чувства, - в обугленной лапе демона показался небольшая чаша с водой. - Сам виноват, сам должен отпустить! Не получается, не может выкинуть из головы и из сердце все, что мучает, хотел проснуться другим человеком. Вот сейчас он готов сделать непоправимое и ты обязан мне помочь, чтобы уберечь невинную душу.       - С чего-бы бесу волноваться о невинных? - Олег покорно поставил чашу с водой и поместил туда свечу. Все происходило словно по наитию.       - Мне передачки в тюрьму носить ему? Хочешь ли ты страдания жертвы, - голос демона сделался жалобным, как у прохиндея с рынка. - Хочешь ли ты уйти?       - Да, - отмахнулся Олег. - Черт с тобой, да только причем здесь Череватый?       - Он нужен был мне однажды, - речь демона полилась чистой реченькой. - Заботился об этом месте, да кое-чему учился здесь.       - Это ведь ты сообщение отправил? - Олег поднес ладони к огню. Колени покалывало от длительного стояния. - Почему мне?       - Где я еще найду такого отличного медиума, - на разорванном рте проступила улыбка. - К тому же, готовому примчаться по первому зову. Сожги волосы.       - Это уже слишком, - хотел встать Олег, но здоровенная лапища прижала его обратно.       - Нужно придать заговору силу, - уже обе лапы держали его крепко. - Ну же, облегчи ношу моему подопечному.       - Все к черту, - покорился Олег, вырвав несколько волосинок из черной копны. Дожидаться конкретики от нечистой силы - бессмыслено, и так скоро рухнет от усталости.       - Это шанс для меня, - благоговейно протянул демон.       - В смысле? - Олег почувствовал себя очень хорошо, будто его гладят по голове заботливые материнские руки. На самом деле, когтистые мохнатые лапы.       Демон достал длинный бинт в бурых пятнах, протянул его к пламени свечи и поджег. Олег не отстранился, завороженно наблюдая, как огонь быстро съедает ткань, обращая ее в пепел. Тишину не хотелось нарушать.       - Есть человек, готовый заботиться о тьме, живущей внутри тебя, подопечный. Не позволить тебе сгинуть, как всем остальным моим рабам, на коих я в ад верхом катаюсь. Человек примет тебя, не позволив тьме съесть тебя. Его любовь твоя, и с этого момента, больше ничья - заперта. Не бойся потерять его, не бойся своей силы и не отрекайся…       Олег поднес покалывающие от жара свечи ладони к ушам, стараясь заглушить противный демонический шепот, который слишком сильно напоминал ему заговоры Череватого. На коленях набухали синяки. Плечи ломило от тяжести, обрушившейся на них. Думать становилось все труднее, с каждым словом воля слабела и хотелось просто заснуть в покое.       Демон зашептал еще энергичнее, ближе к уху Олега, словно его сбившийся заговор должен стать понятнее. Парень не отрывал взгляд от зеркала, которое начинало идти рябью, вырисовывающейся в две неразличимые фигуры.       - Смотри-смотри, - последовало указание. Когтистые лапы незаметно забрали кольцо из под блюдца, натянув на безымянный палец Олега. Оно обожгло кожу, мгновенно сгладив холодной волной.       - Ты закончил? - с трудом разорвав тишину Олег, разлепив потрескавшиеся губы. Внутри зарождался тесный узел, связывающий сердце.       Демон пригрозил на этот выпад кулаком - мол, не закончил еще. И коснулся туда, где ошалело билось сердце.       - Выберусь ли я отсюда, - беззвучно молвил Олег. Демон считал по губам, пожав плечами. Улыбнулся разорванным ртом.       - Выйдешь-выйдешь из дома, - скрежет ножа по металлу. - Пущу-пущу!       Демон задул свечу. Со всех сторон на них навалилась темнота. Олег продолжал стоять на уставших коленях с открытыми глазами и вглядываться в черную гладь зеркала, блеснувшую в лунном свете.       - Он заждался, - прошептал каркающих голос. У Олега не было решения, в голове все смешалось. Он старался дышать размеренно, чтобы не предаваться панике. - Иди уже.       - Кто? - не хотел ничего спрашивать, но не удержался. Стало хорошо. Говорить не так важно, если можно помолчать. Красные огоньки пронизывают насквозь.       - Мой подопечный, - уголки рта растягиваются настолько, что ошметки губ закатываются во внутрь рта.       Лицо у Олега удивленное, брови подняты и лоб морщится в притупленном негодавании. Тот самый нелепый, бессмысленный момент, ради чего не стоит задавать повторных вопросов.       - Олех, ты чего тут застрял! - дверь громко распахивается, впуская Череватого с легким морозом во внутрь. На нем привычный комбинезон с множеством карманов и дурацкая шапочка с завязками. - Я названиваю значит, жду незнамо сколько лет, а ты тут прохлаждаешься!       - А, я… - парень завис, оглянувшись по сторонам. Демон пропал, как и появился. - Ритуал проводил, но ничего особо не увидел.       - Тебя Толик дернул? - получив кивок, Череватый продолжил. - Вот поганец, вечно придумывает какую-то лажу. Ты тут не сильно окоченел?       - Нет, - поднялся с колен Олег, разминая закостеневшие ноги. - Тут бес какой-то со мной разговаривал.       - Не бери в голову, - отмахнулся Влад. - Они сюда ходят периодически. Но классное местечко, в отдалении и соседи нелюбопытные, привыкшие к чернушникам пососедству. Ты не разочаровывайся в своем даре, я тут почистил прилично и информацию закрыл.       - Я бы понял, - закатил глаза Олег, копируя брата. - Непривычно просто так работать без инструментов.       - Оправдывайся-оправдывайся, - широ улыбается Влад, и нечто в его интонации напоминает ушедшего демона.       - Давай пойдем отсюда, - устало выдохнул Олег, прислонившись к плечу Череватого. - Домой хочу.       - Видимо упахался вусмерть раз ноги не держат, - остолбенел Влад от неожиданного порыва друга.       - Да ничего не говори, - зевнул парень, выходя из дома с пустой энергетикой. Неужели, Влад научился чему-то новому, раз Олег не смог распознать воздействие Череватого, или это его бес попутал?       Они вышли на крепкий морозный воздух. Звезды висели над головой маленькими искорками на черном небе. Светлый круг луны притянул внимание Олега. Совсем, как серебряное блюдце, которое дал ему демон. Совпадение, только и всего.       Кольцо на пальце горело, но не обжигало. Он успел забыть о нем. Кажется, когда Череватый на него глядит, то его продолжают сверлить красные глаза, будто недогоревшие угольки.       Олег отворачивается, задирая голову до упора, чтобы прояснить сознание. После того, как он вышел из дома все перевернулось и запуталось.       - Щас бы на кладбище, - ухмыльнулся Череватый, заметив спутанное настроение Олега. - И расстанемся.       - Нет, лучше вместе, - не думая отверг парень, уставившись на задумчивого Влада.       - Спасибо, - неслышно для Олега сказал Череватый, наблюдая за красными огоньками неподалеку.       Он не просил Толика делать это ради него, но он не святой, чтобы отказываться от такого подарка на Новый Год.       - Тогда к тебе? - предлагает Череватый и встает ближе, что до него доносится пар изо рта Олега.       - У меня брат гостит, можно прокатиться на кладбище, но только вместе, - вторит Олег, зачарованно наблюдая за темными глазами напротив. Кажется, на дне пляшут красные всполохи. - Обратно вместе и уедем.       - Чудесно, - берет Череватый аккуратную ладонь Олега. - Хеппи-энд.       но только не для Олега.