«Совпадения со вкусом любви»

Вечер подкрался незаметно. За окном серая  улица медленно утопала в огнях фонарей, а в кофейне уже давно погас свет. Диана сидела на диване, завернувшись в плед, и в который раз машинально листала ленту в телефоне, не видя ни одного поста. Экран вспыхнул — сообщение от Лейлы. «Сегодня пятница. Мы идём тусить. Я за тобой заеду, не обсуждается». Диана криво усмехнулась и положила телефон рядом. Настроения не было ровно никакого. После исчезновения Давида даже мысли о шумных барах казались чужими. Её любовь к музыке, танцам и смешным коктейлям будто кто-то выключил. Через пару минут — ещё одно сообщение. «Ди, пожалуйста. Ты месяц как тень. Один вечер, просто отвлечься. Я не отпущу тебя так тонуть». Она долго смотрела на слова, чувствуя, как внутри борются усталость и какая-то тонкая ниточка благодарности. Лейла была тем редким человеком, кто не отступал, даже когда Диана игнорировала звонки и коротко отвечала “всё норм”. «Не хочу, Лейл…» — набрала она и тут же стерла. Вместо этого отправила: «Не знаю…» Ответ прилетел моментально: «Знаю я за тебя. В 8 ты начинаешь краситься. В 9 мы в такси. Бар очень популярный, музыка — огонь. Ты должна вспомнить, что жива». Диана вздохнула. Посмотрела на своё отражение в тёмном экране телевизора — растрёпанные волосы, усталые глаза. И вдруг поймала себя на мысли: а если она и правда хотя бы на один вечер перестанет быть этой девочкой, которую бросили? Не для кого-то. Для себя. «Окей. Но без жёсткого алкоголя». «Сделка. Через час на созвоне». К восьми комнату залил мягкий жёлтый свет настольной лампы, а на кровати уже лежали разбросанные платья. Диана встала перед зеркалом, будто в первый раз за долгое время видела себя не в фартуке. Она выбрала чёрное короткое платье на тонких бретельках — простое, но идеально сидящее по фигуре. Ткань мягко обтягивала стройное тело, подчёркивая талию и линию плеч. Диана провела ладонью по подолу, нервно усмехнувшись: давно она так не одевалась. На стул рядом легли босоножки на высоком каблуке — те самые, в которых она когда-то ходила на свидания и концерты. Она неуверенно провела пальцами по ремешкам, потом решительно поставила их у кровати. У зеркала — косметичка. Диана осторожно провела чёрным лайнером по верхнему веку, выводя аккуратные стрелки, вытягивая линию к вискам. Её зелёные глаза с кошачьим разрезом заиграли по-новому — ярче, глубже, с лёгкой хищной ноткой. Немного туши, лёгкий контур на скулах, нюдовая помада — и в отражении уже была не разбитая девочка из кофейни, а женщина, которая всё ещё может нравиться. Она распустила волосы — тёмные пряди волной упали на плечи и спину. Пальцы пару раз прошлись по ним, придавая объём. В этот момент в дверь позвонили. Лейла ворвалась, как ураган, с пакетом чипсов и блеском в глазах. — О-о-о, — протянула она, оценивающе оглядывая Диану с ног до головы. — Вот это богиня. Я знала, что под фартуком живёт королева ночи. Сама Лейла была полной противоположностью: на ней был классический костюм — идеально сидящий чёрный пиджак, прямые брюки, под ним белый топ. Лаконично, стильно, с лёгким намёком на деловую строгость. Волосы собраны в небрежный пучок, на губах — яркая помада. — Ты серьёзно в костюме? — удивилась Диана. — Да. Я — твоя телохранительница и адвокат по делам против плохих мужиков, — фыркнула Лейла. — А ты — моя звезда. Пусть сегодня на тебя смотрит весь бар. Они посмеялись, и от этого внутри у Дианы стало чуть теплее. Она надела босоножки, вставая на высокий каблук — мир тут же поменялся, осанка вытянулась, шаг стал чуть увереннее. — Если я убьюсь  по дороге, это будет на твоей совести, — проворчала она, беря маленькую чёрную сумочку. — Ничего, я тебя поймаю, — подмигнула Лейла. — Пошли, красавица. У нас свидание с жизнью.    Ближе к девяти они уже стояли у подъезда, притоптывая на холоде, пока в приложении подползала машинка. Такси подъехало через пару минут — тёмный седан, водитель коротко кивнул. В салоне играла тихая музыка, за окном проплывали огни вечернего города. Лейла что-то болтала про новых знакомых, про бар, про то, что “там такой ди-джей, ты влюбишься”, а Диана смотрела на своё отражение в стекле. Чёрное платье, стрелки, распущенные волосы — будто другая жизнь. Через двадцать минут такси свернуло на оживлённую улицу. Музыка и смех уже доносились из открытых дверей заведений. Машина остановилась у входа в популярный бар. Диана первой заметила табличку над дверью — неоновую, яркую, с названием «La Noche”. Она на секунду замерла, глядя на сияющие буквы. В груди что-то странно кольнуло — смесь тревоги и предчувствия. — Эй, — Лейла легко коснулась её локтя. — Ты как? Диана глубоко вдохнула, выпрямилась, поправила бретельку платья. — Нормально, — тихо сказала она. — Просто… странное ощущение. — Это просто бар, Ди. Сегодня он — твой. Пошли. Они шагнули к дверям, навстречу музыке, свету и ночи, которая явно готовила им нечто большее, чем просто коктейли и танцы.     Диана с Лейлой уже успели взять по коктейлю и устроиться у стойки, когда в другом конце бара Давид и Феде смеялись в кругу шумной компании. Музыка гремела, свет мигал, бокалы чокались — классический барселонский хаос, от которого кружилась голова.   — Я тебе говорю, этот инвестор — шанс, — Феде откинулся на спинку стула, держа в руке бокал. — Если всё выгорит, ты забудешь про свои ночные фрилансы.   — Забыть — не значит бросить, — усмехнулся Давид, отпивая. — Но да, идея мне нравится.   Они перебрасывались шутками с ребятами за столом, вспоминали старые истории, поднимали тосты "за удачу", "за Барсу", "за свободную жизнь". Давид чувствовал себя на подъёме: музыка, алкоголь, шум — идеальное укрытие от любых мыслей ,о Энджел или чьих-то зелёных глаз.   Через какое-то время Феде наклонился к нему:   — Я сейчас. В уборную схожу, а то Rioja уже даёт о себе знать. Не сбегай без меня, странник.   — Давай, — кивнул Давид, закуривая у выхода на террасу.   Феде поднялся, протискиваясь между столиками. Бар был забит, люди смеялись, кто-то танцевал между рядами. Он шёл быстрым шагом, когда случайно задел плечом чью‑то хрупкую фигуру.   — Ой, извините… — начал он привычно и, обернувшись, замер.   Перед ним стояла Диана.   Та самая — с чёрными распущенными волосами, зелёными глазами с кошачьими стрелками и в коротком чёрном платье на бретельках. На высоких босоножках она казалась ещё стройнее и выше, чем он помнил. В руках — бокал, на лице — лёгкий, удивлённый взгляд.   — Феде?.. — её голос дрогнул, но сразу потеплел. — Серьёзно?   Он замер на секунду, стараясь понять, не играет ли с ним алкоголь и свет. Но нет — это точно она. Та самая Диана, с которой он когда-то переписывался ночами, звал на свидания, шутил, ловил каждую её реакцию. Та, что мягко, но твёрдо отодвинула его романтические попытки, оставив в зоне "хорошего друга". Потом он уехал, закрутился в поездках, и их общение сошло на редкие лайки и короткие сообщения.   — Диана… — он улыбнулся широко и искренне. — Да ладно! Я думал, мне мерещится. Ты что здесь делаешь?   Она тоже невольно улыбнулась, в её глазах мелькнуло то самое старое, тёплое узнавание.   — Вот, — она чуть пожала плечами. — Подруга вытащила. Решили… отвлечься.   Феде быстро пришёл в себя. Тепло, почти по-старому, посмотрел на неё — с тем самым уважением и лёгкой нежностью, что никуда не делась.   — Слушай, это знак. Пойдём к нам за стол, — он кивнул в сторону их компании. — Там ребята, музыка, нормальное место, не будешь тут в толпе мяться.   Диана на секунду задумалась. Внутри что-то ёкнуло — ведь она приехала сюда не ради компаний, а чтобы хотя бы на вечер перестать чувствовать боль. Но встретить старого хорошего знакомого да ещё в таком баре… Это показалось забавным жестом судьбы.   — Подожди минуту, — сказала она. — Мне нужно спросить у Лейлы.   Феде кивнул, не настаивая:   — Конечно. Я подожду здесь.   Диана вернулась к стойке, где Лейла уже о чём-то весело спорила с барменом, помешивая коктейль.   — Лейл, — Диана наклонилась к ней. — Тут… знакомый. Феде. Помнишь, я тебе про него когда-то рассказывала? Он зовёт нас к их столику.   Лейла на секунду задумалась, потом хитро прищурилась:   — Симпатичный знакомый?   — Ну… — Диана усмехнулась. — Нормальный. Давний.   — Тогда ответ один, — Лейла махнула рукой. — Мы сегодня отрываемся, помнишь? Раз знакомые — тем лучше. Пошли. Я за любой движ, где есть музыка и нормальные люди.   Она легко коснулась руки Дианы:   — Только одно правило: если тебе будет некомфортно — встаём и уходим, окей?   — Окей, — кивнула Диана, чувствуя, как внутри зарождается странное сочетание волнения и любопытства.   Они вместе направились туда, где у входа в уборную всё ещё ждал Феде — тот, кто не подозревал, насколько переплетены теперь их истории, и насколько близко за соседним столиком сидит человек, который уже успел разбить Диане сердце.         Они прошли за столик Феде, где уже шумела компания: трое парней в рубашках, две девушки в ярких платьях и куча пустых бокалов. Музыка гремела, воздух пропитался коктейлями и смехом. Феде галантно подвинул стулья. — Ребят, познакомьтесь — Диана и Лейла. Старые мои хорошие знакомые . Ди, Лейл — это наши: Марк, София, Анна, Хави и… эй, Давид где? Только что был! Диана села, стараясь улыбнуться компании, Лейла тут же влилась в разговор, чокаясь бокалами. Атмосфера была лёгкой, тёплой — все рады новым лицам. И тут вернулся Давид. С террасы, с сигаретой в зубах, расслабленный, с улыбкой. Он шагнул к столу — и замер. Как вкопанный. Его взгляд упал на Диану. Она тоже подняла глаза — и время остановилось. Чёрное платье на бретельках, распущенные чёрные волосы волной, зелёные глаза с острыми стрелками, стройные ноги в босоножках на каблуке. Она выглядела сногсшибательно — сексуально, уверенно, как богиня ночи. Давид почувствовал удар под дых: восторг, шок, желание. Как она здесь? После всего? Диана тоже застыла. Сердце ухнуло. Он. Здесь. В Барселоне. С Феде. Лживая ухмылка, знакомые глаза. Ненависть, боль — и проклятое притяжение. Их взгляды сцепились на миг — электричество в воздухе. Феде, ничего не замечая, хлопнул Давида по плечу: — Давид, вот девчонки! Диана и Лейла — мои старые друзья. Диана, это Давид — мой брат по несчастью, дизайнер из Нью-Йорка. — Привет, — выдавила Диана ровным голосом, отводя взгляд первой. Сердце колотилось. — Рад познакомиться, — Давид сел напротив, голос спокойный, но внутри буря. — Красивое платье. Неловкость повисла, но компания её разогнала шутками и тостами. “За новые лица!” Все сделали вид, что видят друг друга впервые. Лейла болтала с девчонками, Феде рассказывал анекдоты, парни заказывали раунды. Но между Дианой и Давидом началась игра в гляделки. Переглядывания через стол: она — с вызовом, он — с голодом в глазах. Каждый раз, когда их взгляды встречались, искры летели. Вечер шёл своим чередом. Вдруг заиграла любимая песня — пульсирующий бит, под который Лейла вскочила первой: — Ди, это наше! На танцпол! Девчонки, пошли! София и Анна подхватили, и все четверо рванули в толпу. Диана, не удержавшись, пошла с ними — тело само потянулось к ритму. Давид остался сидеть на диване, с бокалом в руке, наблюдая. Диана танцевала — плавно, сексуально. Бёдра покачивались в такт, чёрное платье обрисовывало каждый изгиб, волосы летели, стрелки на глазах делали взгляд хищным. Она двигалась как в трансе: руки вверх, спина выгнута, каблуки не мешали грации. Мужчины вокруг оборачивались, подходили ближе, ловили её движения. Давид сжал бокал. Ревность кольнула — острая, неожиданная. Она не его, но должна быть. Он представил: подойти, впиться в губы, прижать к стене, дотронуться до талии, бедра, спины — как в той посудной. Разорвать платье, почувствовать её дрожь снова. Желание жгло. Его вырвал из мечтаний голос Феде: — Какая же она красотка… — восхищённо протянул он, кивая на танцпол. — Совсем не изменилась. Стала только лучше. Диана всегда была такой — неприступная, но огонь внутри. Давид кивнул, ухмыльнувшись сквозь зубы. — Да… огонь. Ночь только начиналась. А столкновение — уже неизбежно.     Давид удивлённо приподнял бровь, глядя на Феде. “Они знакомы? Давно?” — пронеслось в голове, но спрашивать сейчас было не время — компания шумела, тосты летели, а его взгляд уже поймал движение. Диана. Она отделилась от девчонок на танцполе, грациозно пробираясь сквозь толпу в сторону коридора уборных. Чёрное платье колыхнулось, каблуки цокнули по полу. Он не думал — тело само двинулось следом. Ревность, желание, любопытство смешались в коктейль, от которого пульсировала кровь. Диана влетела в женскую уборную, захлопнув дверь каблуком. Зеркало отразило её раскрасневшееся лицо — стрелки чуть смазаны, волосы прилипли к шее от пота танцпола. Она включила кран, подставила ладони под ледяную воду, плеснула на запястья, потом на лицо. Вода стекала по щекам, смешиваясь с потом и… слезами? Руки дрожали. Обида накрыла волной — его лицо напротив за столом, ухмылка, как ни в чём не бывало. После всего: лжи, молчания, пропажи. Боль кольнула в груди, горло сжалось. “Как он посмел? Здесь, с Феде, в Барселоне? Играет в ‘первый раз вижу’?” Она вытерла лицо бумажным полотенцем, глубоко вдохнула. “Хватит. Вернусь к ребятам, улыбнусь, уйду пораньше. Не дам ему власти снова”. Глаза в зеркале стали твёрже. Она поправила бретельку, расправила волосы — и вышла. Коридор был узким, тускло освещённым, с гулом музыки из зала. Диана шагнула вперёд — и сильная рука схватила её за запястье, рывком прижимая к холодной стене. Давид. Его тело плотно прижало её, не давая пошевелиться. Дыхание горячее у лица, глаза — тёмные от желания. — Диана… — прошептал он хрипло, второй рукой хватая её за подбородок, поднимая лицо вверх. Пальцы твёрдые, но нежные — большой палец провёл по нижней губе, заставив её вздрогнуть. Он рассматривал её жадно: зелёные глаза ,полные губы, чуть приоткрытые от шока, чёрные волосы, падающие на обнажённые плечи. Чёрное платье обтягивало грудь, талию, бедра — идеально. Она дрожала под его взглядом, смесь злости и притяжения. Давид наклонился ближе, носом коснулся её щеки, вдыхая запах духов и пота от танцев. — Ты… здесь. Почему? — выдохнула она, пытаясь вырваться, но хватка не ослабла. Сердце молотило. — А ты? С моим Феде? — его губы почти коснулись уха. — Выглядишь… убийственно. Напряжение искрило — поцелуй висел в воздухе, но коридор был слишком близко к залу. Шаги вдалеке. Их глаза сцепились — огонь против огня .