Эльф из службы доставки

Лиру весело не было. Он с ног сбился, развозя торты, салаты, украшения и безразмерные игрушки. Их служба доставки единственная имела крылатую лицензию и работала все новогодние праздники. Тридцать первое Лир особенно не любил, но продолжал улыбаться и повторять: — Доставляем радость! Спасибо, что выбрали нашу службу! Хороших вам праздников! Потом Лир поправлял красный колпачок на голове, подтягивал то и дело сползающие под штанами тёплые гетры и шёл к выданному шефом пегасу с санями — олени именно на его номере и закончились. Зато пегас был гораздо умнее, и хотя бы в полёте Лир мог отдохнуть. Лир назвал его Морковкой. Пегас был символом их доставки — красовался на логотипе. Сюда Лир попал случайно, обычно на зимнее время курьерами брали эльфов морозоустойчивее. А Лир не был северным эльфом! Просто обычным. Кончики длинных ушек ужасно мёрзли, но по регламенту их нельзя было прятать. От этого правила Лир отступал, когда садился в сани. Он глотнул горячий чай из термоса, смачно высморкался, потому что на карамельно-сладкий аромат леденцов почти начиналась аллергия, и полез в планшет глянуть следующий заказ. Но вместо него увидел сообщение от шефа с просьбой как можно скорее подлететь к офису. Спрятанные под колпачком уши поджались. Лир глянул на время — пол-одиннадцатого, скоро начнётся самый пик, и торчать в офисе некогда. Он свистнул Морковке лететь быстрее, а сам укутался в шарф. От красно-зелёной расцветки его уже начинало подташнивать. А худшее, что все эти тёплые вещи Лир купил на собственные деньги — ему форма северных эльфов не подходила, он в ней мгновенно замерзал. Морковка плавно сел возле конюшни, на строго отведённое под его сани место. Лир быстро его распряг и отвёл в стойло вкусно покушать. Ради такого шеф мог и подождать. Да и… просто не хотелось к нему идти. — Что-то у меня бубенцы поджимаются, — пожаловался Лир Морковке, и тот ласково боднул в плечо своей мордой, а потом ещё достал из кормушки яблоко и уронил Лиру на подставленные ладони. Лир отказываться не стал, пегасу яблочки доставляли особенные, шкурка у них переливалась как крылья у фей. Жаль только размер был маловат, Морковка съедал их в два хрумка. — Спасибо! Лир протёр яблоко и захрустел, поглядывая в планшет — от шефа пришло ещё одно сообщение. По сигналу от системы безопасности конюшен тот уже знал, что Лир на месте. Пришлось дожевывать угощение на бегу. Перед дверью Лир поправил колпачок на голове, глубоко вдохнул и постучался — нужно было оттягивать металлическое кольцо как в древности и бить им. Звук раздавался громкий и неприятный, Лиру эта колотушка не нравилась, а вот шеф тащился. Он был той ещё жабой. В прямом смысле. Водяной был укутан в свитер болотного цвета прямо по глаза и недовольно смотрел из-под толстых стёкол очков. Ходили слухи, что шеф любил увольнять кого-то под самый Новый Год, чтобы не платить премии, но в прошлом году Лира это не коснулось, и он надеялся… — Грубое нарушение правил, — пробулькал шеф и ткнул длинными узловатыми пальцами прямо Лиру в колпачок. Ох, он ведь забыл вытащить ушки, когда долетел! — Я не намерен это терпеть. Нам не нужны жалобы, — у шефа под воротом встопорщились жабры от возмущения, а Лир только беспомощно хлопал глазами. — Сдайте ваш рабочий планшет, вы уволены. И возьмите расчёт в бухгалтерии за неполный день. — Но я… Шеф стукнул перепончатой лапой по столу, ставя печать, и Лир отпрыгнул назад вместе с выданным заявлением. В коридоре растерянность и страх сменились злостью. Всё это было несправедливо! Ушки гневно топорщились даже под колпаком. Он столько сегодня сделал! А мог и вовсе полдня не работать, раз его всё равно собирались уволить. Лир добрался до кабинета бухгалтерии, где прекрасная нимфа до сих пор сводила какие-то таблицы, отдал заявление, получил расчёт, и на том самом гневе молча вышел из здания. Тут-то злость и скукожилась. Разом оставили силы, и Лир доплёлся до конюшни, чтобы попрощаться с Морковкой. И вот там его накрыло. Лир спрятался Морковке под крыло и скривился, хлюпая носом. — Меня уволили! Представляешь? Мы теперь… не увидимся, да? Пегас стащил у него с головы колпачок и пофыркал в затылок, ласково зажевав волосы. Потом дал из своих запасов ещё одно яблоко — неслыханная щедрость — и Лир давился, но ел. — Ладно, я схожу на площадь. Погуляю, — через полчаса сожалений заявил он. — У меня наконец-то будет праздник! Морковка убрал крыло и щекотно ткнулся тёплой мордой в щёку, словно подбадривал. — Тебя я постараюсь навещать. Если шеф пустит. Настроение после размышлений под крылом пегаса поднялось, и Лир доехал до центра города, разглядывая праздничные огни и лавки с предвкушением. Внутри поднималось что-то щекотное, а плечи хотелось расправить и улыбаться прохожим. Кажется, это была свобода. Можно было не торопиться по очередной заявке, а ходить от одной украшенной витрины к другой, иногда останавливаясь и у ларьков. Лир с упоением выбирал себе имбирные пряники, грел руки о стаканчик безалкогольного глинтвейна и просто гулял, ловя на колпачок снежинки. Хотелось получить от мира подарок за подлянку с увольнением. Что-нибудь хорошее взамен. Он сел на лавочку напротив ратуши, которую опылили феи и украсили гирляндами. Голова была наполнена пряным вкусом корицы, мёдом и кардамоном. Наконец-то никакой карамельной сладости. Лир болтал ногой, делая борозды в снегу под лавочкой и ловил себя на том, что косится в угол площади на растущую там очередь. Дом утех. Старинное здание, такое же древнее, как ратуша, переделали много лет назад. Но в новогоднюю ночь оно превращалось совсем в другое место — «Дом судеб». Иногда Лир мечтал, как накопит денег, станет работать в месте, более спокойном, чем беготня в доставке, и сходит туда в новогоднюю ночь. Встретит свою судьбу. Это была не шутка! Жрецы разных направлений напитывали здание магией, и нити судьбы сплетались между собой на несколько часов. Существо, которое встретишь в эту ночь в одной из комнат, становилось твоим спутником. Если оба принимали и скрепляли выбор — достаточно было прикоснуться рука к руке, чтобы узоры судьбы стали едиными. Отказаться можно было, но второй раз войти в комнату и испытать судьбу — нет. Лир вздохнул, ковырнул снег ещё раз. Он не хотел идти в такое место от отчаяния. Что он мог дать своему возможному спутнику? Несколько леденцов и рассказ о бывшем шефе? Но так хотелось провести эту ночь не одному. Услышать, что всё наладится, может, получить согревающий, как глинтвейн, поцелуй. Лир потёр запылавшую щёку и вернулся к лавке. Тут распродавали напитки по два стаканчика, отдавая вместе с подставкой, поэтому он так легко согласился на двойную порцию безалкогольного глинтвейна, хотя сам уже напился. В другой лавке он взял коробку со свежими маффинами и направился к очереди. Хотя бы так он мог показать своему будущему спутнику радость от встречи. Входов в «Дом судеб» было несколько на случай, если кто-то попытается выследить себе пару и зайти в здание примерно в тот же момент. Лир играть с судьбой не собирался и даже по сторонам не смотрел, чтобы не представлять, кто окажется с ним в одной комнате. Ушки поджимались от волнения, но в целом… Лир чувствовал, что впереди его ждёт что-то хорошее. А когда очередь дошла до него, то просторный холл, украшенный еловыми ветками, деревянными игрушками и приятно пахнущими благовониями только подкрепил это ощущение. На входе встречал вежливый жрец (или переодетый в строгий балахон работник борделя) и провёл его к ряду дверей. Лир сам должен был выбрать, в какую войти. Всего дверей было десять, по пять с каждой стороны. И на них висели венки из веток, куда были вплетены всякие мелочи. От всевозможных конфет Лира мутило, а вот маленькая деревянная фигурка пегаса привлекла внимание. Не давая себе времени испугаться, Лир толкнул дверь, держа в одной руке подстаканник и прижимая коробку с маффинами к груди. В комнате царил полумрак, но как только дверь напротив Лира открылась, стало светлее. — О, неплохое обслуживание, — высокий парень в чёрном костюме небрежно скользнул по Лиру взглядом и в два шага оказался рядом. От него пахло чем-то морозно-мятным, а рукава рубашки оказались волнистыми и идеально смотрелись с его тонкими пальцами. Из коробки его будущий спутник выбрал маффин с вишней и шоколадом, который Лир вообще-то хотел оставить себе! Он вёл себя нагло… но очень уж был красивым. Особенно его длинные чёрные волосы, убранные в аккуратный хвост. — Как я и говорил, Герд, мы предназначены друг другу судьбой, а значит… Лир растерянно заморгал, и только когда незнакомец повернул голову к дивану, заметил, что там кто-то был, ещё до того, как они оба вошли. Лицо запекло от стыда — неужели он что-то напутал и попал в чужую комнату? Он вжал голову в плечи, отступил на шаг, но мужчина поднялся с дивана, и от его взгляда ноги перестали слушаться. Его глаза будто светились, а когда тот улыбнулся, в уголках собрались морщинки. — Боюсь, ты ошибаешься, Вилли, — голос оказался таким же обволакивающе-спокойным, как его глаза. Лиру захотелось ненадолго остаться рядом, чтобы согреться. — При посторонних — Вильгельм! — вспылил его спутник и тряхнул чёрным хвостом на голове. — И в чём же ошибка? Как-то разом Лир понял, что он тут совсем не к месту и не ко статусу. Оба были роскошными, в дорогой одежде и оттуда, куда Лиру никогда не дотянуться. Тот, который был выше и мощнее, Герд, ненавязчиво забрал у Лира второй стаканчик с глинтвейном и выбрал маффин с изюмом. — Спасибо, что позаботился для нас о праздничном настроении, — он смотрел Лиру в глаза, обращался к нему с уважением, отчего второй, Вильгельм, вспылил ещё больше. — Зачем ты тратишь время? Подтверждаем связь — и пошли. Лир ощутил на ладонях тёплое покалывание — связь действительно нужно было закреплять или уходить прямо сейчас. Но раз он чувствовал отголоски магии, значит, эти двое — оба станут его спутниками? — Временами Вилли слишком торопится и говорит неприятные вещи, — мужчина вытер платком пальцы после маффина, сделал ещё глоток из стакана, пока Лир продолжал молчать и держать подставку с коробкой. — Ему нужно время. Как и тебе. Я помогу привыкнуть вам обоим. Герд освободил Лиру руки, ставя коробку и подставку на столик, и протянул ладонь. Она была широкая и грубоватая, но при этом наверняка тёплая, словно согретая солнцем. Герд давал Лиру выбор, будто всерьёз рассматривал возможность стать его спутником. Лир вспомнил фигурку пегаса на двери — хороший ведь знак! И переплёл с Гердом пальцы. Вторую руку Лир неуверенно подал Вильгельму, и тот поморщился, первым делом вцепившись Герду в ладонь. Но всё же Лиру руку он тоже сжал. Пальцы у него были ухоженными и очень приятными на ощупь. Тепло тут же переместилось с центра ладони на запястье, и Лир ахнул — такой красивый узор появился на обеих руках! Там, где держал Герд — огненные всполохи, облака и молнии. Со стороны Вильгельма — переплетение ветвей с колючками и крупными бутонами. Через несколько часов узор должен был исчезнуть, и Лир постарался запомнить каждую деталь. — Ну всё, идём скорее, — Вильгельм потянул их к двери, но стоило той распахнуться, как он замер. Их ждали трое жрецов, но у Лира возникло ощущение, что это не для того, чтобы подтвердить их связь. — Нам очень жаль, что этому юноше удалось вас обмануть. Ваша связь недействительна, — один из жрецов, низкий и крепкий, как гном, покачал головой, сочувственно глядя на Лира. У него поджались ушки, ведь он ничего не делал! Герд выступил вперёд, загораживая их с Вильгельмом своей спиной, и показал запястья. — Связь проявилась, никакого обмана нет. Жрецы встревоженно переглянулись, начали что-то сбивчиво обсуждать на незнакомом языке, а Лир ощутил, как по щекам катятся слёзы. Даже здесь с ним самим и его выбором что-то было неправильно. Новый год — не время, когда такому, как он, могло повезти. — Тихо, — одёрнул всех Герд и вновь взял их с Вильгельмом за руки. — Пришлите позже официальный запрос в мою резиденцию. А в эту ночь не будем никому портить праздник. Когда жрецы поклонились и отступили без возражений, у Лира второй раз за этот день поджались бубенцы. Герд оказался кем-то… совсем недостижимым. Лир оглянулся на Вильгельма, но тот шёл молча, стараясь не встречаться ни с кем из жрецов взглядом. Зато стоило выйти на улицу, как его плечи распрямились, взгляд стал увереннее и надменнее. — У меня недалеко заказан столик на двоих, — Вильгельм делал вид, будто Лира не существовало. — Пойдём? Я давно хотел показать своё любимое место. — Вильгельм, — от того, как Герд произнёс его полное имя, Вильгельм побледнел, хотя до этого настаивал, что именно так к нему нужно обращаться, пока Лир тут. — Я примерно представляю, что ты провернул. И тебе очень повезло, что нас выбрал этот чудесный эльф. Как тебя зовут, радость моя? У Лира запекло уши от ласкового обращения и тёплого взгляда. — Лир, — он бегло потрогал кончик уха, удивляясь, что то совсем не мёрзло. Рядом с Гердом будто сам воздух становился теплее, и Лир воодушевился. — А мы правда можем отпраздновать вместе и поужинать? Наверное, Вильгельм выбрал отличное место. Там будет видно фейерверки? Герд усмехнулся и вопросительно приподнял бровь, обернувшись к Вильгельму. — Идёмте, и сами всё узнаете. Вид там действительно захватывает дух. Они успели прогуляться не так долго, Лир всё косился на Герда и только пришёл к мысли, что ради такого мужчины можно и смириться с Вильгельмом, как сверху на них рухнула крылатая тень. Лир не понял, как чуть не столкнулся нос к носу с Вильгельмом, потому что Герд дёрнул их себе за спину, огораживая от опасности. Только вот никакой опасности не было. — Морковка! — Лир пытался высунуться из-за плеча Герда, но его почему-то цепко удерживал Вильгельм. Пегас приземлился совсем рядом и раздражённо раздувал ноздри, выражая недовольство тем, что им не дают подойти друг к другу. — Это твой пегас? — с недоверием уточнил Вильгельм и наконец-то отпустил его рукав. — Это Морковка! — Лир подбежал к пегасу и обнял изо всех сил. Он и не представлял, что они так скоро увидятся. — Мы вместе с ним развозили заказы, — он объяснял сбивчиво, потому что смущался признаваться в том, что теперь безработный. — Понимаете, распределение оленей на мне и закончилось, и шеф решил, что наш символ тоже не должен простаивать. Так мы с Морковкой стали напарниками. Но сегодня меня уволили. Вильгельм накрутил свой хвост на палец, будто о чём-то задумался, а Герд негромко рассмеялся. — Радость моя, боюсь, что теперь это твой пегас. — Что? — у Лира вытянулось лицо вместе с ушками. — Мне придётся его выкупить? — Нет! — Вильгельм вмешался, дёрнул из кармана блокнот, что-то увлечённо записывая. — Можно даже стрясти с твоего шефа компенсацию. Пегасы очень придирчивы к выбору компаньона, и разлучать их запрещено. Лир перестал что-либо понимать и беспомощно оглянулся на Герда. — Вилли иногда слишком увлекается, когда чует новое дело. Он адвокат по особо интересным делам. Лир кивнул, похлопывая Морковку по шее, хотя не был уверен, что озвученная должность существовала на самом деле. — Я буду рад, если Морковка останется со мной, но у меня… ммм… нет средств, чтобы содержать пегаса. А ещё яблоки, такие, будто с блестяшками — мы с Морковкой их очень любим. Вы сможете что-то придумать? — Об этом не беспокойся, — Герд приблизился, дал пегасу понюхать ладонь, а потом почесал его под головой. — Пока поужинаем, мой помощник позаботится о его размещении в моей резиденции. Буду рад, если после ты составишь нам с Вилли компанию и посмотришь свой возможный новый дом. Если, конечно, пожелаешь переехать. Но если нет — мы всё равно поможем Морковке, и ты сможешь заглядывать к нему. Лир вдохнул, чувствуя в горле комок. От радости и неверия в удачу хотелось расплакаться, но он обнял Герда, пытаясь выразить, насколько благодарен. — Мне нетрудно помочь. Ты не представляешь, что сделал для нас с Вилли, — негромко добавил Герд, а Лир на таком близком расстоянии ощутил, что его тело явно горячее обычного. — А вы… кто? Всё никак не могу понять. Я просто эльф, наполовину, если быть точным. — Я дракон. Чистокровный, — спокойно признался Герд, а Лир задохнулся от ужаса и восторга. Немыслимо! Самый настоящий дракон! Откуда тот взялся в их городе? — А Вилли — вампир. Вильгельм фыркнул, захлопнув блокнот, и с опаской обошёл пегаса. — От вампира во мне лишь капля, я спокойно нахожусь на солнце — Только если используешь крем. Иначе лёгкая прожарка обеспечена, — громким шёпотом дополнил Герд, и Вильгельм пихнул его в плечо. — И в крови я не нуждаюсь. — Он обожает кусаться. Без царапин, но если появится хоть капля… — Так, хватит! — Вильгельм постучал ребром блокнота по ладони. — Я тут наметил примерный план и обозначил парочку инспекций, которые можно натравить на ту службу доставки. — А это обязательно? — Лир встревожено переглянулся с Гердом. — Всё — после ужина. А ты, Морковка, будь хорошим мальчиком, — Герд погладил пегаса, и тот благосклонно это позволил. Ресторан оказался с панорамными окнами и на высоком этаже — у Лира захватило дух. Их столик был в отдельной комнате, где их никто не мог побеспокоить. Лир разделся и даже стянул с себя колпачок. Вокруг всё было очень строгое и дорогое, поэтому он трогал приятное на ощупь меню и наслаждался видом на город. Заказывать что-либо было неловко, и Герд будто почувствовал его настроение. — Закуски сейчас принесут, Вильгельм заказал их заранее. Может, будешь салат или десерт? Подсказать тебе что-то? — На ваш выбор, — скромно согласился Лир. Но только они сделали заказ, как Герда дёрнул важный звонок — Лиру пришлось остаться с Вильгельмом наедине. Тот выглядел не очень радостным и уже пил вино, не дожидаясь возвращения Герда. А вот Лир отпивал из стакана минералку, вода была странно-освежающей, на вкус как прохладный ветерок. — Я Герда люблю всю жизнь, — Вильгельм покачивал бокал вина и смотрел рассеянно в сторону, будто и не говорил с Лиром. — Мы были любовниками, но он сразу предупредил, что его семья чтит традиции, и настанет время, когда он пойдёт в «Дом судеб». Как я его ненавидел за эти слова! Но ещё больше я ненавидел того, кого он может там встретить, — Вильгельм бросил на него взгляд и тут же отвернулся. Странно, но Лир не ощущал ненависти, о которой тот говорил. И даже неприязни, которая была в «Доме судеб». Лир будто прикоснулся к чужой любви, и от этого стало жарко. — Я хотел остаться рядом с Гердом… он прав. Ты для нас совершил почти невозможное. Я ведь не должен был быть там. Я знал, куда зашёл Герд. И если бы не ты… Лир смял в руках салфетку, не зная, куда деться от чужих откровений. Возможно, стоило немного рассказать свои. — Ты мне понравился. Очень красивый. Я… обрадовался, что возможно, ты станешь моим спутником. Хотя тот маффин я брал себе, — с обидой добавил Лир. И тут Вильгельм рассмеялся, и стало видно, что от вампира у него ещё есть острые аккуратные клыки. — Куплю их тебе хоть десять коробок! Лир отмахнулся, глотнул ещё воды, ловя на себе хитрый взгляд Вильгельма. — А ты… воруешь у пегаса яблоки из кормушки? — неожиданно сменил тему Вильгельм. — Я… — Лир глянул за окно, где раздались первые залпы фейерверков, но ему не дали отвлечься. — Так что? — Конечно нет! Морковка сам со мной делится. Я знаю, что они ему нравятся и никогда не стал бы его объедать. Но и не отказываюсь, когда он предлагает. Очень уж вкусные. Расслабленная улыбка Вильгельма смутила Лира, но тот не успел задать очередной вопрос — Герд вернулся. — Хорошие мои, часы бьют. Лир засуетился, хотел поднять стакан минералки, чтобы загадать желание и выпить залпом, но Герд опередил — коротко поцеловал в щёку, оставляя ощущение тепла, а потом точно так же коснулся Вильгельма. Так для Лира начался Новый Год и новая жизнь. Ужин закончился под тёплые взгляды Герда и громкий смех Вильгельма. После такого не страшно было ехать вместе с ними в логово самого дракона. Лир очень быстро уснул в отведённых для него покоях — комнатой язык назвать не поворачивался то, что было больше по размеру, чем его съёмная квартира. Но перед этим, конечно, ему показали, где теперь будет жить Морковка. Эта пристройка была тоже больше квартиры Лира, и он за судьбу пегаса окончательно успокоился. А вот утром его одолевал отголосок сомнений. Лир был в чужом доме и не понимал, хочет ли, чтобы тот стал и его домом тоже. Он прокрался на кухню, стараясь не наткнуться на слуг, и стащил из холодильника несколько йогуртов. Завтракать одному за огромным столом было неловко, но вскоре к нему вышел Вильгельм, пряча что-то у себя за спиной. Лир ожидал чего угодно. Может, вампиру захотелось над ним подшутить? Или испугать? Но тот водрузил перед ним корзину с яблоками. Теми самыми, которые переливались. — Я попробовал одно — ну и гадость, — словно по секрету шепнул Вильгельм, склонившись к самому уху. Лир верил, что пробовал — от его губ пахло кисло-сладко. Но лишний раз проверить ему никто не запрещал, поэтому Лир лизнул их и посмаковал вкус. Надо было налаживать контакты со своим спутником. Вильгельм выдохнул, уставился в ответ, не мигая, а потом стремительно укусил кончик уха. — Ай! — Уже играетесь? — Герд широко зевнул, почти не глядя нашарил руками кофемашину, а Лир успел подумать, что кофе ему могли приносить слуги, но Герду почему-то нравилось именно так. Теперь ощущение дома появилось, наполнило Лира от кончиков ушей до пальцев ног и заставило широко улыбаться. Вильгельм что-то неразборчиво заурчал и снова полез кусаться — теперь Лир шутливо отпихивался, пока их не сгрёб в объятия Герд и не прирыкнул раскатисто. Было всё-таки что-то правильное в том, что их нити судьбы переплелись — ночь стряхнула с Лира мешанину страхов и недоверчивости, и он мог открыто тянуться навстречу этим двоим. Особенно после примирительных яблок от Вильгельма. Осталось только подружить Морковку с вампиром, и год точно станет самым удачным в жизни Лира.